Наконец, научный анализ с позиции интересов национальной безопасности позволяет выявить общность целей и принципов внешней и внутренней политики рассматриваемой страны, получить целостное представление о поведении участников международных отношений, в то время как традиционные методы политологических исследований нередко приводят к ошибочному выводу о наличии противоречий между внутренней и внешней политикой тех или иных государств. Комплексный анализ с позиций национальной безопасности, системный подход позволяют опре- делить единый набор целей и задач внешней и внутренней политики рассматриваемых государств, который взят ими на вооружение для защиты общего набора ценностей и интересов и в конечном итоге обеспечения целостности национальной и даже международной системы.
В то же время существуют различные точки зрения в отношении целей и результатов научных исследований в области национальной безопасности. Ряд американских специалистов обращают внимание на то, что понятие «национальная безопасность» имеет комплексный характер и допускает различные трактовки своей содержательной части и выводов. Как признавал председатель подкомитета по законодательству и национальной безопасности палаты представителей Дж. Мосс ещё в 1973 году, «национальная безопасность» - это такое трудноопределимое понятие, что никто не может дать его дефиницию <...> Являясь в течение 16 лет председателем подкомитета, я не мог найти кого-либо, кто мог дать мне определение» ^отт 1993: 5].
Схожих позиций придерживаются некоторые отечественные авторы. По мнению А. Подберёзкина и М. Харкевича, следует учитывать, что политика в области безопасности, как предмет исследования и системного анализа, представляет собой одну из наиболее сложных областей знаний в силу ряда объективных причин, связанных прежде всего с субъективностью и иррациональностью, свойственной политике вообще, а также с доступностью и достоверностью информации, которая изначально, по определению, не может быть ни абсолютно доступна, ни даже приблизительно достоверна [Подберёзкин, Хар- кевич 2017].
Вместе с тем прикладная направленность исследований в области национальной безопасности, потребности использования результатов научных работ в интересах выработки практической политики способствовали тому, что в данном научном направлении стала преобладать нацеленность на получение точных и однозначных выводов. Развитию данной тенденции благоприятствовало широкое участие в исследованиях в области национальной безопасности экспертов в области естественных наук, а также экономики, социологии, психологии, антропологии, опиравшихся на использование таких методов, как теория игр, симуляция, информатика, системный анализ, анализ затраты- выпуск (input-output analysis), которые позволяют дать вполне определённые, в том числе количественно измеряемые, результаты. Именно такая точность вырабатываемых новым научным направлением рекомендаций востребована заказчиками в правительстве, конгрессе, вооружённых силах и спецслужбах.
Становление исследований в области национальной безопасности в качестве самостоятельного научного направления происходило в США практически параллельно с аналогичными процессами в других странах, прежде всего связанных союзническими отношениями с Вашингтоном. Это обеспечило возможность проведения масштабных исследований с использованием сравнительного анализа национальных политических практик и потребностей в области обеспечения национальной безопасности. Следует заметить, что для самих США моделью тесного взаимодействия между академическим сообществом и правительством в области обеспечения национальной безопасности послужила Великобритания, где ещё в 1920 г. был основан Британский институт международных отношений, с 1926 г. носящий название Королевского института международных отношений (Chatham House). В годы Второй мировой войны правительство Великобритании активно привлекало учёных к решению практических задач организации обороны страны. Результаты этих научных разработок широко использовались в интересах противовоздушной обороны и военно-воздушных сил, в том числе в вопросах боевого применения радиолокационных станций и определения целей и тактики бомбардировок стратегических объектов противника. Данные научные наработки заложили основу системы знаний, которая получила название «операционный анализ» [Quade 1964]. Начавшееся в годы войны сотрудничество между США и Великобританией в области научного обеспечения обороны продолжилось в послевоенный период. В 1948 г. была образована «Рэнд Корпорэйшн», выделившаяся из Douglas Aircraft Company, Санта-Моника, Калифорния, в самостоятельную исследовательскую организацию, а в 1956 г. преобразованная в Институт оборонного анализа. Среди видных работ в области национальной безопасности в Великобритании выделяются труды Л. Битона и Дж. Мэддокса по проблемам нераспространения ядерного оружия [Beaton, Maddox 1962], Ф. Ноэл-Бейкера и Б. Лиддел Харта по вопросам ядерного сдерживания [Noel-Baker 1958; Liddel Hart 1960].
Среди трудов зарубежных авторов американские исследователи особо выделяют классические работы французских экспертов: П. Галуа по вопросам ядерного сдерживания [Gallois 1961], Р. Арона [Aron 1967], а также австралийского исследователя Дж. Моделски по проблемам принятия внешнеполитических решений [Modelski 1962] и исследованию международных аспектов внутренних гражданских беспорядков [Modelski 1964].
Главная особенность предмета «Национальная безопасность» как самостоятельного научного направления состоит в том, что эти исследования имеют не только академическое, но и серьёзное практическое значение, поскольку их результаты нередко трансформируются в важные политические решения. Неслучайно один из основоположников современной политологии, Г. Лэссуэлл, назвал национальную безопасность наукой для политического класса [Lasswell 1962].
Эта отличительная черта новой дисциплины имеет как минусы, так и плюсы. С одной стороны, тесные связи учёных с госаппаратом, включая лиц, принимающих политические решения, а также закрытый характер многих исследований неизбежно ограничивают интеллектуальную свободу.
Такое же влияние оказывает на эту сферу её зависимость от государственного финансирования и спонсорства крупных военно-промышленных корпораций. Указанные факторы нередко влияют на результаты научных исследований. Заказной характер многих разработок ограничивает творческий потенциал учёных, которым часто приходится решать неотложные задачи, интересующие власть, вместо того чтобы сосредоточиться на фундаментальных направлениях, способных обеспечить важные прорывы лишь в отдалённой перспективе.
С другой стороны, исследования в области национальной безопасности дают учёным уникальную возможность тесного взаимодействия с экспертами в правительстве, бизнесе и производстве, что обеспечивает синергетический эффект от сочетания различных специальностей и научных знаний. Включение предмета «национальная безопасность» в учебные программы ряда американских университетов позволило преодолеть традиционную изолированность военного руководства. Появилось новое поколение военных, прошедших подготовку в университетских центрах изучения проблем национальной безопасности. Многочисленные научные работы американских и западноевропейских высокопоставленных представителей генералитета свидетельствуют о глубоком понимании их авторами политических, социальных, экономических и гуманитарных аспектов военной политики и политики безопасности. Равным образом, представители академической науки, специализирующиеся на вопросах стратегии, также приобретают новые знания от непосредственного участия в выработке конкретных стратегических решений. Их работы демонстрируют «прицельность, сбалансированность и понимание политических реалий, которых не наблюдалось до появления научных центров, специализирующихся на вопросах национальной безопасности. Вместо утопических идей “мирового правительства”, всеобщего мира и полного разоружения мы имеем дело с точным и объективным анализом политических альтернатив с использованием современных методов научного исследования» [Berkowitz, Bock 1965: 124].
За годы, истекшие со времени формирования нового научного направления, предмет национальной безопасности как науки существенно расширился. После терактов 11 сентября 2001 г. была сформирована стратегия защиты населения и инфраструктуры страны от террористической угрозы, которая получила название Национальной стратегии внутренней безопасности (National Strategy for Homeland Security, утверждена президентом Дж. Бушем в июле 2002 года). Документ устанавливает три основные цели этого нового приоритетного направления обеспечения национальной безопасности: а) предотвращение нападений террористов внутри страны, б) снижение уязвимости Америки к террористическим атакам, в) минимизация величины ущерба и времени восстановления от возможных нападений First National Strategy for Homeland Security. URL: https://www.dhs.gov/publication/first-national- strategy-homeland-security. На основе новейших научных разработок образована общенациональная система антитеррори- стической защиты, в целом доказавшая свою эффективность.
За последние годы существенно расширился арсенал невоенных методов и средств внешнего воздействия. Постоянно совершенствуется система использования экономических санкций в качестве инструмента внешней политики. Большое внимание как за рубежом, так и у нас в стране уделяется средствам радиоэлектронной войны и обеспечения кибербезопасности Подробнее см.: [Никулин, Коваль, Рубан 2019: 79].. Разработана концепция «мягкой силы», которая задумана её авторами не только как инструмент внешнего воздействия, но и самый экономный способ обеспечения национальной безопасности: «если ведущая держава исповедует ценности, которым хотят следовать другие, лидерство обходится ей дешевле» [Nye 2005: 6].
К числу новых угроз национальной безопасности американские политологи относят и глобальные изменения климата. Серьёзный импульс к осознанию этой угрозы придал конфликт в Западном Судане, одной из главных причин которого, по оценке ООН, стали климатические изменения, вызвавшие в Дарфуре засуху, которая привела к смерти от голода сотен тысяч человек и вызвала многомиллионные потоки беженцев Ban Ki-moon. A Climate Culprit in Darfur. 16.06.2007. URL: https://www.un.org/sg/en/content/sg/ artides/2007-06-16/dimate-culprit-darfur. В 2003 г. министерство обороны США заказало исследовательской организации CNA Corporation (Центр военно-морского анализа) и группе отставных американских военных исследование возможного влияния резких изменений климата на национальную безопасность. По результатам был сделан вывод о том, что «вероятные резкие изменения климата способны дестабилизировать геополитическую обстановку и привести к столкновениям, военным действиям и даже к войнам вследствие нехватки ресурсов» Schwartz P., Doug R. An Abrupt Climate Change Scenario and Its Implications for United States National Security. United States Department of Defense, October 2003. URL: http://www.grist.org/pdf/ AbruptClimateChange2003.pdf>. Примечательно, что при проведении анализа использовались методы компьютерного моделирования, с помощью которых было воспроизведено произошедшее примерно 8200 лет назад резкое глобальное потепление. Ему предшествовали изменения климата, аналогичные современным.
На сегодняшний день американская теория национальной безопасности и политическая практика США выделяют следующие основные невоенные сферы обеспечения национальной безопасности:
- политическая безопасность -- защита суверенитета органов управления и политической системы страны, а также безопасности общества от внутренних и внешних угроз и давлений;
- экономическая безопасность -- защита не только экономического потенциала страны, но и способности руководства и населения страны принимать самостоятельные решения в области экономики и финансов и обеспечивать их выполнение, противостоять внешним угрозам и давлению. В последнее время к задачам в этой сфере добавилась борьба с бедностью и социальным неравенством;
- энергетическая и ресурсная безопасность (Energy and natural resources security), обеспечивающая доступ страны к основным энергетическим ресурсам, питьевой воде и минеральному сырью на рыночных условиях, свободных от внешнего вмешательства, продиктованного политическими целями;
- внутренняя безопасность, которая после терактов 11 сентября 2001 г. обеспечивается министерством внутренней безопасности США. Она включает в себя безопасность аэропортов и портов, пограничную, транспортную безопасность, иммиграционный контроль и связанные с этим задачи;
- кибербезопасность -- защита компьютерных систем и инфраструктуры обработки данных органов управления и населения от незаконного внешнего и внутреннего вмешательства. Таким образом, эта сфера обеспечения национальной безопасности решает задачи как в области национальной обороны и внутренней безопасности, так и охраны правопорядка;
- гуманитарная безопасность -- новое понятие, взятое на вооружение Вашингтоном и закреплённое решениями Генеральной Ассамблеи и Совета Безопасности ООН после окончания «холодной войны». Оно имеет широкую трактовку и предполагает защиту народов от голода, болезней и репрессий. С течением времени гуманитарная безопасность охватила такие сферы, как экономическая, экологическая, продовольственная безопасность, здравоохранение, безопасность личности, защиту женщин и нацменьшинств. После целого ряда американских военных авантюр, предпринятых в одностороннем порядке и в обход ООН, в США преобладает точка зрения, что гуманитарное вмешательство должно осуществляться с санкции и под эгидой ООН;
- экологическая безопасность -- также новое понятие, которое уже имеет несколько измерений. Традиционное понимание данного концепта предполагает реагирование на межгосударственные и региональные конфликты, вызванные экологическими проблемами, такими как нехватка воды, энергоносителей или продовольствия. Новый концепт экологической безопасности, сформировавшийся в последнее время, заключается в том, что окружающая среда и климат должны защищаться как самостоятельные ценности, поскольку ухудшение их качества под воздействием человека представляет угрозу, эквивалентную угрозе национальной безопасности, на которую следует реагировать всему мировому сообществу на основе международного сотрудничества [Holmes 2015: 34].
В целом следует признать, что политика национальной безопасности США выстроена на солидной научной основе, которую составляют значительная прогностическая и аналитическая работа, развитая сеть неправительственных аналитических и консалтинговых структур, непосредственное участие академической науки. Расширение взглядов на сущность феномена «национальная безопасность» позволило от сугубо военного содержательного аспекта (например, стратегия «массированного возмездия») подойти к сегодняшнему пониманию сути обеспечения национальной безопасности США, где гуманитарный, экономический, социальный и информационный факторы имеют не меньшее значение, чем чисто военная компонента. Следует отметить при этом преемственность стратегического целеполагания, а также неразрывную связь стратегических концептов с практикой стратегического управления. Именно тесная связь науки с практической политикой, прикладной характер исследований, со всеми его достоинствами и недостатками, обеспечили устойчивые перспективы дисциплине.