Нормативная и теоретическая база исследования. Нормативную базу исследования составляют Конституции Российской Федерации, действующий Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации, Уголовный кодекс РФ, другие Федеральные законы.
На основе сравнительно-правового метода изучалось законодательство Российской Империи (Судебные Уставы, включая Устав Уголовного судопроизводства и др.), законодательство СССР и РСФСР.
В диссертации использовались постановления Конституционного Суда Российской Федерации по исследуемым вопросам и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации (РСФСР, СССР) по уголовным делам и, прежде всего, Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 марта 2004 г «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» и от 22 декабря 2009 г. N 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку к судебному разбирательству».
В диссертации учитываются положения Всеобщей декларации прав человека от 10 декабря 1948 г., Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 10 ноября 1950 г., Протоколов к ней, Международного пакта о гражданских и политических правах от 19 декабря 1966 г., Минимальных стандартных правил обращения с заключенными от 30 августа 1955 г. и др., используются конституции и уголовно-процессуальное законодательство ряда зарубежных государств (Германии, США, Англии, Франции, Республики Беларусь и др.).
При написании работы использовались имеющиеся публикации по философии, социологии, философии и теории права, логики, психологии, конституционному, уголовному праву, гражданскому процессуальному и другим отраслям права.
При исследовании отдельных вопросов темы использовалось законодательство и труды ученых зарубежных государств (США, Великобритании, Франции, Германии).
Для проведения исследования существенное значение имели теоретические положения, содержащиеся в работах К.К. Арсеньева, В.Д.Адаменко, В.А. Азарова, Н.С. Алексеева, О.И. Андреевой, А.С. Барабаша, В.П. Божьева, А.Д. Бойкова, Н.А. Буцковского, С.И. Викторского, Л.М.Володиной, М.М. Выдри, И.М. Гальперина, А.П.Гуськовой, К.Ф.Гуценко, В.П. Даневского, И.Ф. Демидова, Ю.В.Деришева, Т.Н. Добровольской, А.П. Евсютиной, З.З.Зинатуллина,К.Б.Калиновского, В.В. Кальницкого, Н.Н. Ковтуна, Л.Д. Кокорева, Н.А.Колоколова, Ю.В. Кореневского Ф.М. Кудина, А.В.Кудрявцевой, Э.Ф. Куцовой, В.А. Лазаревой, А.М.Ларина, А.В. Ленского, П.А. Лупинской, Л.Ф. Мартыняхина, Е.Б. Мизулиной, Т.А. Михайловой, И.В. Михайловского, Т.Г. Морщаковой, Н.Г.Муратовой, И.Д. Перлова, И.Л. Петрухина, Н.Н. Полянского, А.Д. Прошлякова, М.К. Свиридова, О.Б. Семухиной, А.В.Смирнова, М.С. Строговича, Н.Г. Стойко, В.К. Случевского, И.В. Смольковой, В.Д.Спасовича, Т.В. Трубниковой, В.Т. Томина, Ф.Н. Фаткуллина, И.Я. Фойницкого, А.Г.Халиулина, М.А. Чельцова, С.А. Шейфера, М.Л. Шифмана, С.Г. Щегловитова, П.С. Элькинд, А.А.Юнусова, и других авторов.
Эмпирическую базу исследования составила опубликованная практика Верховного Суда Российской Федерации, Кемеровского областного суда, прокуратуры Сибирского федерального округа, органов МВД по Сибирскому федеральному округу.
Автором изучено 500 уголовных дел, расследованных следователями МВД и прокуратуры Западно-Сибирского федерального округа в 2000-2003, 2006-2009 гг., а также 500 уголовных дел, рассмотренных судами Кемеровской и Томской областей в эти же годы.
В работе использованы материалы статистической отчетности о состоянии предварительного расследования по Сибирскому федеральному округу за 2000,2003, 2005, 2008 годы, отчеты о работе судов первой и кассационной инстанций по рассмотрению уголовных дел Управлений Судебного департамента при Верховном Суде РФ в Кемеровской, Новосибирской и Томкой областях, результаты изучения уголовных дел, анкетирования 150 работников прокуратуры, следствия, суда.
При подготовке работы использовались также результаты эмпирических исследований, полученные другими авторами по проблемам, имеющим отношение к теме диссертации.
Научная новизна работы заключается в том, что впервые на основе комплексного исследования современного уголовно-процессуального законодательства России предложена авторская концепция процедурного и функционально-правового построения самостоятельного этапа уголовного судопроизводства, в котором переход от розыскного типа досудебного производства к состязательному судебному производству сопровождается специальным контрольно-проверочным производством по преданию обвиняемого суду. В качестве принципиально новой для науки уголовного процесса советского и постсоветского периода предлагается процедура предания суду, рассматривается как комплексное производство, состоящее из стадий: формирования акта обвинения прокурором и его судебной проверки на предмет наличия возможности передачи дела в суд для рассмотрения по существу. При этом впервые в науке уголовного процесса выявлена и проанализирована причинная связь эффективности деятельности по преданию суду с результативностью организации судебного контроля на досудебном производстве. На основе этого разработаны и предложены методологические и теоретические основы оптимизации рассматриваемого правового института как элемента более общего процесса реформирования организации судебного контроля, совершенствования уголовно-процессуального законодательства.
На защиту выносятся следующие научные положения, выводы и рекомендации, определяющие, в том числе и новизну диссертационного исследования:
1. Действующая формулировка назначения уголовного судопроизводства (ст.6 УПК РФ) не отражает его сущности как средства реализации задач уголовного права. Отказ законодателя от задачи быстрого и полного раскрытия преступлений, принципов публичности, полного, всестороннего и объективного исследования обстоятельств дела привел к масштабным нарушениям прав потерпевших, интересов правосудия и принципа неотвратимости наказания. Положения ст. 6 УПК РФ препятствуют объективно наметившимся процессам восстановления институтов дополнительного расследования и судебного контроля при предании суду. Диссертантом предлагается выделять задачи: всестороннего и полного раскрытия преступлений; назначения справедливого наказания виновным; недопущения осуждения невиновных; охраны прав и законных интересов граждан и организаций, вовлекаемых в уголовное судопроизводство.
2. Сложившееся к настоящему времени научное представление о системе уголовного процесса не соответствует структуре УПК РФ, где стадии отождествляются с производствами. Под уголовно-процессуальным производством предлагается понимать обособленный и самостоятельный этап уголовного судопроизводства, объединяющий совокупность стадий и деятельность различных субъектов, для решения специальной задачи в системе уголовного процесса при помощи комплекса специфических правовых средств, присущих для данного вида производства. Стадией же предлагается считать закономерный этап в движении уголовного дела внутри производства, направленный на решение промежуточных задач, для достижения которых специальные субъекты наделяются специфическими полномочиями, реализуемыми в особых процессуальных условиях, завершающихся своеобразным процессуальным актом.
3. Переход от досудебного (предварительного) производства, построенного по розыскному типу, к судебному (окончательному), не может происходить механически, но должен сопровождаться контрольно-проверочным производством, в ходе которого проверяется готовность результатов предварительного производства к тому, чтобы подвергнуться рассмотрению в совершенно иных условиях - гласного состязательного процесса. Таковым является производство по преданию обвиняемого суду.
Под производством по преданию обвиняемого суду предлагается понимать этап в движении уголовного дела, включающий деятельность прокурора по формулированию обвинения и направлению его в суд, судебную проверку поступившего обвинения и принятие решения о предании обвиняемого суду, либо иных решений, если имеются препятствия для производства в суде первой инстанции.
4.Производство по преданию обвиняемого суду имеет свои собственные задачи, состоящие в необходимости:
- обеспечить, чтобы ни одно лицо не было предано суду без наличия достаточных оснований, и чтобы все лица, в отношении которых собраны доказательства, достаточные для рассмотрения дела в судебном разбирательстве, были преданы суду.
- гарантировать реализацию прав, свобод и законных интересов участников судопроизводства, интересов общества, которые впоследствии (в стадии судебного разбирательства), не могут быть эффективно восстановлены, или реализация которых может быть при этом неоправданно затруднена.
Данное производство характеризуется не только наличием собственной структуры, (стадийностью), но и присутствием дифференциации форм. Из последних выделяются: обычная - решение о предании суду единолично судьёй; усложненная - в виде судебного заседания; упрощенная - производство у мирового судьи по делам частного обвинения.
На основе исторического и сравнительно-правового изучения законодательства России и зарубежных стран в области уголовного судопроизводства выявлена неразрывная связь институтов предания обвиняемого суду дореволюционной и современной России, а также связь с институтами предания обвиняемого суду за рубежом, которая основывается на общности задач, разрешаемых при этом. Сделан вывод о том, что отказ от термина «предание обвиняемого суду» нельзя признать целесообразным.
Итоговым документом данной процедуры должно быть постановление о предании обвиняемого суду, после чего дело переходит в следующий этап и там назначается к слушанию. Предлагается в ч.1 ст. 252 УПК РФ внести изменения, указав: «Судебное разбирательство проводится в отношении подсудимого по тому обвинению, по которому он предан суду».
5. Действия прокурора по утверждению обвинительного заключения (акта) не являются элементом стадии предварительного расследования и досудебного производства, поскольку к этому моменту задачи предварительного расследования разрешены, а само расследование закончено. Такая деятельность прокурора относится к производству по преданию суду и с момента поступления дела к прокурору начинается реализации функции «Обвинения» в виде выдвижения в установленном порядке утверждения о совершении определенным лицом деяния, запрещенного уголовным законом (п. 22 ст.5 УПК РФ).
6. Деятельность суда по проверке поступившего в суд дела для решения вопроса о возможности назначения по нему разбирательства и рассмотрение дела по существу необоснованно объединены в единое «Производство в суде первой инстанции». С одной стороны, вопросы назначения дела могут рассматриваться и во второй инстанции, с другой - по первой инстанции рассматриваются дела и в досудебном производстве. В связи с этим предлагается раздел 9 УПК РФ именовать «Производство по рассмотрению уголовного дела по существу», при этом судебная проверка направленного в суд обвинения логично отграничивается от собственно отправления правосудия, в тоже время оставаясь в рамках производства по преданию суду.
Суд здесь выполняет правообеспечительную функцию, которая реализуется в форме судебного контроля. Признание тезиса о том, что на стадии судебной проверки поступившего в суд обвинения (в рассматриваемом производстве) не осуществляется функция правосудия, позволяет говорить об ошибочности стратегии реформаторов института предания суду, а также открывает возможности для восстановления правомочий суда по реальному контролю не только за качеством предварительного расследования, но и за полнотой реализации принципа неотвратимости наказания, поскольку это в полной мере согласуется с задачами правообеспечительной функции, суда.
7. Производство по преданию суду отличается контрольно-проверочным характером познавательной деятельности, в связи с чем здесь не допускается собирание доказательств - они лишь проверяются и оцениваются на предмет допустимости, относимости и достаточности.
С принятием УПК РФ предмет проверочной деятельности суда был существенно ограничен. Принципиальное отличие оснований для предания обвиняемого суду по УПК РСФСР и оснований для назначения дела к слушанию по УПК РФ состоит в том, что если ст. 221 УПК РСФСР предполагала установление наличия достаточных оснований (в том числе и достаточности доказательств) для рассмотрения дела в судебном заседании, то ст. 231 УПК РФ требует от судьи установления отсутствия препятствий к назначению судебного заседания. Отсюда следует, на наш взгляд, весьма важный вывод: даже если обвинительные доказательства в деле будут отсутствовать вовсе, судья обязан будет назначить судебное заседание
Для прокурора предмет проверочной деятельности не указан вовсе, что свидетельствует о тех непреодолимых трудностях, которые испытывал законодатель в связи с распространением принципа состязательности на досудебное производство и, в частности, в связи с отнесением прокурора исключительно к стороне обвинения.
В целях приведения предмета познавательной деятельности в соответствие с задачами данного производства предлагается:
а) восстановить перечень вопросов подлежащих исследованию прокурором при составлении обвинительного заключения (акта) предусмотрев норму, аналогичную ранее действовавшей ст. 213 УПК РСФСР.
б) вернуться к легализации перечня вопросов, предусмотренных ст. 222 УПК РСФСР, подлежащих выяснению судьей.
8. Проведенный анализ послереволюционного законодательства показал, что ни один институт уголовно-процессуального права не подвергался столь многочисленным переменам. Причинами постоянного поиска оптимальной формы предания обвиняемого суду были: