В третьей части книги Сен характеризует содержание справедливости, проводя различия между средствами и целями достойной жизни, экономическим благоденствием и реальной свободой: «уровень депривации некоторых ущемленных социальных групп даже в очень богатых странах может быть сравним с аналогичным уровнем в развивающихся экономиках» (Там же: 297). Важно не только то, какую жизнь мы ведем (с точки зрения дохода, комфорта, потребления и наличных ресурсов), но и какую свободу выбора различных стилей и образов жизни при этом имеем (можем ли делать те вещи, которые хотим, ценим и выбираем), потому что свобода расширяет наши интересы и обязательства (например, обязанности общества по отношению к обездоленным и по поддержке прав человека). Важен не просто подсчет гипотетических возможностей, а обдуманная сопоставительная оценка реальных свобод, и тогда понятно, что богатый человек с серьезными нарушениями здоровья будет страдать от множества ограничений, которых нет у бедного, но здорового человека. Сен отказывается отождествлять бедность и низкий доход, потому что отношения между ресурсами и бедностью изменчивы и определяются характеристиками людей (физическими, социально-демографическими и пр.), природной (климат, экология) и социальной среды (преступность, программы здравоохранения и образования, отношения в обществе, паттерны поведения в сообществе), т. е. важен не доход как таковой, а возможности превращения его в определенный образ жизни («конверсия личных ресурсов в различные виды функционирования»). Измерение возможностей (целей), а не ресурсов (средств), «понимание природы и источников нехватки возможностей и неравенства в возможностях -- ...центральный вопрос для устранения явных несправедливостей, которые можно выявить при обсуждении в обществе, придя к частичному, но при этом достаточному согласию» (Там же: 340).
Одна глава третьей части посвящена счастью, вернее, соотношению счастья с благополучием (с точки зрения социальных обстоятельств и субъективных оценок) и с понятиями свободы и возможностей, поскольку сегодня счастье часто выступает в качестве критерия оценки социальной справедливости. Сен не разделяет данную трактовку счастья: оно «не порождает обязанности в том же смысле, в каком их неизбежно должна порождать возможность. Следовательно, между благополучием и счастьем, с одной стороны, и свободой и возможностью -- с другой, обнаруживается заметное различие» (Там же: 350). Ссылаясь на многочисленные эмпирические подтверждения того, что когда люди в стране богатеют, они не начинают внезапно чувствовать себя намного счастливее (см., напр.: Лэйард, 2012), Сен призывает не отказаться считать счастье крайне важным для образа жизни, но признать, что отношения между доходом и счастьем намного сложнее, чем считается: «Пусть счастье и важно, это вряд ли единственная вещь, которую у нас есть основания ценить, и точно так же оно не представляет собой единственное мерило для всех остальных ценных вещей. Однако если не приписывать счастью эту деспотическую роль, оно может с полным правом считаться очень важным... -- наряду с прочим. Возможность быть счастливым -- .важный аспект свободы, который мы обоснованно ценим» (Сен, 2016: 356), но речь не может идти о всеобщей равной свободе -- и в равенстве, и в счастье, и в свободе следует видеть многообразные измерения и требования.
Заключительная, четвертая часть книги раскрывает некоторые практические следствия предлагаемой теории справедливости, в частности, трактовку демократии как «публичного разума» и партисипативной формы правления, к которой люди стремятся, противопоставляя ее якобы вечному, неизменному и фатальному авторитаризму. Сен обращается к демократии потому, что современная политическая философия расширила ее прежнее формальное определение (выборы и голосование), включив в него публичное голосование и «применение публичного разума» («правление через обсуждение»), тем самым понятия демократии и справедливости сближаются: «Если требования справедливости можно оценить только при помощи публичного рассуждения и если публичное рассуждение конститутивно для идеи демократии, значит, существует тесная связь между справедливостью и демократией, которые обладают общими понятийными чертами» (Там же: 415). Недостаточность традиционной узкой трактовки демократии Сен иллюстрирует оглушительными электоральными успехами тиранов в тоталитарных режимах, т. е. эффективность демократического голосования зависит от свободы слова, доступа к информации и права на инакомыслие (авторитарные системы не столько принуждают голосовать определенным образом, сколько подавляют общественную дискуссию, ограничивают свободу информации и создают атмосферу настороженности и тревоги). В качестве примера вклада демократии в дело справедливости приведена борьба с голодом: он характерен для авторитарных режимов (колониализма, однопартийных государств и военных диктатур), поскольку свободная новостная журналистика и неподцензурная публичная критика заставляют правительства предпринимать активные шаги для устранения голода и внушают людям интерес и толерантность друг к другу, что позволяет им лучше понимать жизнь других и требовать изменения политического курса, даже если проблема затрагивает лишь небольшую часть населения.
Завершает книгу отсылка к оценке Гоббсом человеческой жизни в «Левиафане» -- как «беспросветной, тупой, кратковременной и одинокой». Признавая, что и сегодня это хорошая отправная точка для теории справедливости (жизнь людей в разных регионах мира остается ужасной и угнетенной, несмотря на значительный материальный прогресс), но отрицая идеалистический подход общественного договора и идею одиночества (призывая вырваться из изоляции), Сен солидарен с Гоббсом в задаче улучшить жизнь людей.
Общее стремление теорий справедливости -- ...понять, что можно сделать в плане практического рассуждения о справедливости и несправедливости. Построение теории справедливости связано в каком-то смысле с вопросом: что значит быть человеком. Мы могли бы быть существами, не способными на симпатию, которых не трогали бы боль и страдание других, которые не заботились бы о свободе и, что не менее важно, были бы не способны рассуждать, доказывать, расходиться или сходиться во мнениях. Явное наличие всех этих качеств в жизни человека еще не говорит о том, какую теорию справедливости выбрать, однако оно показывает, что общее стремление к справедливости в человеческом обществе было бы не так-то просто искоренить, пусть даже стремиться к осуществлению справедливости мы можем разными способами. (Там же: 517-518)
Безусловно, предлагаемый Сеном подход весьма привлекателен своим отказом от поисков недостижимого общего идеала справедливого общества и призывом учитывать контекстуальные рамки любых социальных установлений, т. е. признавать недееспособность самых правильных и справедливых институтов, если поведение людей не соответствует требованиям их корректной работы. Сен возлагает на каждого из нас личную ответственность за сохранение и укрепление справедливости -- любым своим поведенческим выбором и всей своей жизнью, не позволяя обвинять в несправедливости только институциональные недостатки и прятаться за иллюзиями, фатализмом и даже честной, но бездейственной доброжелательностью (выражать кому-то сочувствие без разумного обоснования реалистичных сценариев предотвращения или искоренения несправедливости -- не значит укреплять справедливость). Это очень большая ответственность, особенно учитывая, что Сен не разводит «позитивное» и «негативное» определения справедливости (не предлагает дефиниции справедливости, а говорит о необходимости искоренить несправедливость без опоры на образ «правильного» социального устройства) и не уточняет критерии компетентности, когда утверждает необходимость разумно обоснованных ценностей и публичных дискуссий: насколько экспертными должны быть их участники (кто должен и/или имеет право в них участвовать) и кто устанавливает степень разумности ценностей и приоритетов, которые мы должны оговаривать в каждом конкретном случае и в социальном контексте в целом? Несомненно, это чрезмерно оптимистичная книга -- она убеждает в возможности, посредством сопоставлений и публичных дискуссий, уменьшить количество несправедливостей в мире и сделать нашу жизнь более справедливой, но тем самым она и чрезмерно пессимистична -- непонятно, почему человечество до сих пор, за свою тысячелетнюю историю, этого не сделало.
Литература
Левада-Центр. (2018). Россияне назвали основные претензии к Путину за время его правления. URL: https://www.levada.ru/2018/05/08/rossiyane-nazvali-osnovnye- pretenzii-k-putinu-za-vremya-ego-pravleniya (дата доступа: 02.12.2018).
Лэйард Р. (2012). Счастье: уроки новой науки / Пер. с И. Кушнаревой. М.: Изд-во Ин-та Гайдара.
Моррис И. (2017). Собиратели, земледельцы и ископаемое топливо. Как изменяются человеческие ценности / Под ред. и с введ. С. Мэсидо; с комм. Р. Сифорда, Дж.Д. Спенса, К.М. Корсгаард, М. Этвуд; пер. с англ. Н. Эдельмана. М.: Изд-во Ин-та Гайдара.
Проди П. (2017). История справедливости: от плюрализма форумов к современному дуализму совести и права / Пер. с ит. И. Кушнаревой; пер. с лат. А. Апполонова. М.: Изд-во Ин-та Гайдара.
Ролз Дж. (1995). Теория справедливости / Пер. с англ. В. Целищева, В. Карповича, А. Шевченко. Новосибирск: Изд-во Новосибирского университета.
Сен А. (2016). Идея справедливости / Пер. с англ. Д. Кралечкина под ред. В. Софро- нова, А. Смирнова. М.: Изд-во Ин-та Гайдара.
ФОМ. (2011). Справедливость не торжествует. URL: https://fom.ru/Nastroeniya/10263 (дата доступа: 02.12.2018).
ФОМ. (2013а). О прогрессивном налогообложении. Стоит ли менять действующие нормы налогового права? URL: https://fom.ru/Ekonomika/10843 (дата доступа: 02.12.2018).
ФОМ. (201зб). Чем мы дорожим? О самом важном в жизни россиян. URL: https:// fom.ru/TSennosti/10994 (дата доступа: 02.12.2018).
ФОМ. (201зв). Работающие россияне о справедливом вознаграждении за труд. Сколько получают и сколько хотят получать люди за свою работу? URL: https:// fom.ru/blogs/11228 (дата доступа: 02.12.2018).
ФОМ. (2014). Честность в теории и на практике. Что россияне думают о лжи? И часто ли лгут сами? URL: https://fom.ru/TSennosti/11453 (дата доступа: 02.12.2018).
ФОМ. (2017). О справедливости и несправедливости в российском обществе. Справедливо ли устроено российское общество? И хотят ли власти сделать его более справедливым? URL: https://fom.ru/TSennosti/13279 (дата доступа: 02.12.2018).
ФОМ. (2018). О справедливости. Что устроено справедливо, а что -- несправедливо в современном российском обществе? URL: https://fom.ru/TSennosti/14099 (дата доступа: 02.12.2018).
Штомпка П. (2017). Справедливость / Пер. c пол. А. А. Зотова // Мониторинг общественного мнения. № 6. С. 381-399.
Эльстер Ю. (2018). Кислый виноград: исследование провалов рациональности / Пер. с англ. И. Кушнаревой под ред. А. Морозова. М.: Изд-во Ин-та Гайдара.