Дипломная (вкр): Становление двухпартийной системы в Великобритании.

Политическая борьба, сопровождавшая избирательные реформы XIX века, привела к окончательной консолидации двух основных партий Великобритании. Оформились их руководящие центры. Возникла практика принятия партийных программ. Начали складываться местные партийные организации. Установилось понятие постоянного партийного членства. Была централизована и усовершенствована предвыборная деятельность.

Демократизация государственного строя Великобритании стала результатом осознанного стратегического выбора в правительственной политике. Несмотря на то что избирательная система сохраняла ряд недостатков, политика реформизма и либералов и консерваторов способствовала дальнейшей эволюции английского конституционализма.

2. ОФОРМЛЕНИЕ ДВУХПАРТИЙНОЙ СИСТЕМЫ В ВЕЛИКОБРИТАНИИ

2.1. Предпосылки становления двухпартийной системы в Великобритании

Британия уже два с половиной столетия не переживает серьезных политических потрясений. Конфликты в других сфе­рах, в том числе экономической и социальной, также не выли­вались в экстраординарные ситуации. Этот феномен ярко выделяется на фоне постоянных потрясений, свойственных континентальной Европе на протяжении XIX века. Значительное влияние на развитие государства по столь бесконфликтному пути оказывает само построение политической системы и ее важного элемента – партийной организации. Условия исторического развития диктуют особенности формирования этого важного института. Британский опыт парламентаризма считается классическим, британская двухпартийная модель стала образцом для других стран мира.

Английские партии прошли в своем развитии большой и сложный путь. Они возникли в процессе эволюции и развивались вместе с политической системой. Историю английских партий начинают с восьмидесятых годов XVII века. Именно в это время появились группировки «тори» и «вигов» и сам термин party[34]. Тори были сторонниками англиканской церкви и сильной коро­левской власти, виги – нонконформистами и сторонниками силь­ного парламента. Ничто, кроме идейной близости, не объединя­ло этих людей ни в парламенте, ни в стране. Голосование в парламенте опре­делялось не партийными, а личными мотивами. Выборы также проходили на строго персонифицированной основе. Партии и не могли возникнуть в это время, так как им не было места в той политической системе. Судьба министерства мало зависела от парламента, избирательное право было крайне узким. Партии были просто не нужны. Политика вершилась путем личного или «тайного» влияния, без опоры на партии.

Следующий этап в развитии партий был связан с большими изменениями в политической системе при Георге III. В это время появился собственно кабинет министров со своим главой – премьер-министром. Юридически главой исполнительной власти продолжал оставаться король, а на деле решающая роль перехо­дит постепенно к премьер-министру. От его выбора стал зави­сеть состав министерства. В 1783 году вводится в качестве конституционной традиции принцип парламентской ответственности кабинета. Из этого следовало, что потерявший доверие парламента министр вынужден был подавать в отставку. Король оказался бессилен противостоять здесь мнению парламента.

Эти изменения в политической системе послужили толчком к началу образования парламентских фракций. Из принципа парламентской ответственнос­ти кабинета следовало, что правительство должно иметь твер­дое парламентское большинство, а также, что это большинство должно иметь своих политических лидеров, которые и составят кабинет. Эти новые требования, в сочетании с уже имевшейся идейной близостью, породили первые партийные фракции в парламенте. Внутрипартийное единство уже начинает играть заметную роль на политической сцене, особенно в выборе премьер-министра.

Говорить, что это уже были партии, нельзя, хотя бы потому, что они не выполняли ни одну из партийных функций, внутренней струк­туры или организационного единства у них не было. Это были не фракции партий в парламенте, а фракция парламента, замкнутая внутрь себя, представляющая только собственные интересы, тогда как партийная фракция представляет интересы партии, а через них и интересы значи­тельной части общества.

В 20-е годы начинается перегруппировка внутрифракционных политичес­ких сил. Образуются, казалось, ранее невозможные политичес­кие блоки, особенно среди вигов, долго лишенных власти. Центральным конфликтом эпохи было противоречие между аристократией и джентри, с одной стороны, и средними слоями – с другой[35]. Прогрессивное крыло вигской партии входит в союз с канингитами и радикалами. Этот блок в будущем стал основой либеральной партии. Твердые и умеренные тори находят под­держку со стороны старых вигов. Однако этот альянс, хотя и послужил основой консервативной партии, не мог сохраниться надолго[36].

Избирательная реформа 1832 года имела огромное значение для развития британской политической системы и создания пар­тий. Она увеличила избирательный корпус на 51%[37]. Электорат качественно изменился. К участию в политической жизни были допущены новые слои общества, со своими экономическими, религиозными и политическими взгляда­ми. Это повлияло на мотивацию деятельности членов парламен­та. Если раньше их борьба определялась в основном личными симпатиями и антипатиями, то теперь начинает выдвигаться на первый план экономический и социальный интерес.

В 30–50 годы XIX века появились парламентские партии со своими управляющими структурами, партийными финансами и членством. Партия выходит на политическую арену в качестве самостоятельной силы. Были сделаны попытки поставить избирательное дело на постоянный профессиональный уровень. Особую роль начинают играть вспомогательные, внепарламентские органы партий, не являющиеся частью фор­мальной партийной структуры. В 30-40-е гг. XIX века о всей стране создавались многочисленные ассоциации, общества, клубы, что свидетельствовало о возрастании роли общественного мнения, о политизации широких слоев населения. Они устраивали регулярные обеды, собрания, собирали средства. Основным направлением их деятельности была подготовка и проведение выборов. Общества подбирали кандидатов, оказывали им материальную поддержку[38].

Большое развитие получили политические клубы. Клубы стали использоваться для политических целей и организации избирательной кампании. Партийно-политические клубы в Англии можно разделить на два типа: элитарные центральные клубы и рабо­чие клубы. К центральным элитарным относятся такие как Карлтон, Брукс, Реформ и некоторые менее заметные лондонские клубы[39]. Их членство лимитировано и строго определено тем положением, которое их члены занимают на политической лестнице и в пар­тийной иерархии. Клубы служили официальными партийными штабами, занимались обсуждением парламентских проблем, регистрационной и другой избирательной работой, вопросами пропаганды и т.д. Финансировались эти клубы за счет членских взносов. Кроме того, централь­ные клубы, были важным источником пополнения партийных фондов.

Второй тип клубов – рабочие клубы – получил наибольшее развитие сначала у консерваторов, а потом у либералов. Их цель – привлечение рабочих к поддержке консервативной пар­тии. Рабочие клубы отличались как по источникам финансирования, так и по методам работы. Эти клубы организовались и содержались на средства партии. Там, где клубное движение было сильно, предпринимались попытки создать такой клуб в каждом квартале. Их успех зависел от финансового положения окружной партии. Под клубы использовались помещения пивных. Часто такие клубы посещались лекторами, приглашенными окружным агентом или ассоциацией.

На дальнейшее развитие партийной организации повлияла избирательная реформа 1867 года. Борьба за рас­ширение избирательного права велась достаточно долго, однако насущным этот вопрос стал лишь к концу 1860-х годов. Предло­женный либералами под давлением их радикального крыла зако­нопроект был отвергнут и послужил причиной отставки правительства. Консерваторы, неожиданно оказавшиеся у власти, вынуждены были взять на себя груз ответственности за подготовку билля. В результате, он оказался даже более демократичным, чем либеральный. Избирательное право было предоставлено всем домовладельцам в городах и арендаторам, платившим не менее 12 фунтов аренды в графствах[40]. Как и в случае с избирательной реформой 1832 года, главным был не количественный рост электората, хотя это так же имело значе­ние, а расширение его качественного состава.

Ко второй половине 1860-х годов процесс организационного оформления британских партий в основном завершился. Партии приобрели современную структуру и в том смысле, что она сохранилась по сей день, и в том, что она стала полностью отвечать требованиям политической системы. В 60-70-е гг. XIX в. создаются центральные органы партий. У консерваторов это была Федерация местных консервативных организаций – Национальный союз консерваторов и Конституционные ассоциации. Ассоциации взаимодействовали с центральными органами партии и местными отделениями. Организационная структура либеральной партии сложилась позже, к 1877 г[41].

В последней четверти XIX в. происходят изменения в политической системе Великобритании. Консервативная партия начала превращаться в партию крупных промышленных и финансовых собственников. Либеральная партия, состоящая в основном из средних слоев, постепенно лишалась социальной базы и теряла политические позиции, что ускорило образование в 1906 г. новой партии – лейбористов. Лейбористская партия возникла как результат подъема рабочего движения и появления в Англии социалистических групп и организаций.

В конце XIX – начале XX в. английский парламент превращается в орудие правительства, располагающее большинством голосов в палате общин. Лидер был главной фигурой в партии. В своих решениях он был независим от кого бы то ни бы­ло. Изменились методы агитации и про­паганды, но их организационное обеспечение осталось прежним. Не претерпели значительных изменений и концепции партий, сложившиеся к концу XIX века. В официальных до­кументах консерваторов говорится, что «принципы, высказан­ные Дизраэли, также актуальны сейчас, как и в то время». Здесь имеется в виду концепция Дизраэли и «национальной пар­тии», партии для всех[42]. Ориентация консервативной партии на все слои населения, как основа избирательного успеха, была заложена именно в 70–80-е годы XIX века и перенята большинством ведущих современных партий Европы. Основы двухпартийности, сформировавшиеся в XIX веке, не были серьезно поколеблены и в ХХ веке. Несмотря на то, что существовали три сильные партии, вся техника действий государственной машины предоставляла им лишь один выбор: либо две из трех партий сольются в одну, либо одна из них уйдет с ведущих ролей.

В целом во второй половине XIX века сформировалась двухпартийная система, которая становится принципом британского конституционного строя. Формирование двухпартийной системы не всегда шло гладко: менялся состав партий; в кризисные моменты ни одна из партий не набирала такого количества голосов, которые были необходимы для наличия парламентского большинства и формирования правительства, вследствие чего вопреки сложившимся обычаям формировались многопартийные правительства. Однако эти причины вызваны лишь положением на вершине айсберга, вся же его подводная часть, свидетельствует об успешной эволюции и функционировании с последней трети XIX – начала XX века в Англии именно двухпартийной системы.

2.2. Организационное оформление партий консерваторов и либералов

Великобритания по праву считается колыбелью идеологии и практики либерализма, ведущей современной идейно-политической доктрины Запада. Именно с английской земли либерализм начал свое победное шествие по странам и континентам. Идейные основы либерализма были разработаны выдающимися британскими мыслителями Дж. Локком, А. Смитом, Д. Рикардо, И. Бентамом, Дж. Миллем и др. На протяжении двух последних столетий он является самой авторитетной и чаще всего применяемой на практике доктриной. В своем развитии британский либерализм преодолел несколько этапов, каждый из которых обнаруживал тесную связь с общеисторическими изменениями в Великобритании. По справедливому замечанию известного отечественного исследователя В.В. Согрина, наиболее активное обновление либерализма, смена его доктрин и программ происходили в период обострения взаимоотношений между классами, социально-политической напряженности . Одним из таких периодов был XIX в., когда в связи с завершением промышленной революции явственно проявился рост политических амбиций промышленной буржуазии и рабочего класса, выразившийся в оформлении ряда социально-политических движений (движение в поддержку проведения парламентской реформы, за отмену «хлебных законов» и, наконец, чартизм). В середине XIX в. Великобритания фактически оказалась на грани революционного взрыва, потрясшего, кстати, именно в это время многие европейские страны. И лишь способность правящей элиты страны вовремя перейти к политике либеральных преобразований позволила ей преодолеть серьезный кризис, стабилизировать ситуацию в государстве, а у простых англичан появилась реальная возможность увидеть результаты практического применения либеральных концепций. Поэтому можно согласиться с утверждением В.В. Согрина: «Поистине середина XIX в. ознаменовалась триумфом буржуазного либерализма» .

Промышленный переворот вызвал резкое изменение социальной структуры в Великобритании первой половины XIX в. Одним из главных социальных результатов промышленной революции стало укрепление экономических позиций и обогащение промышленной буржуазии. Миллионные состояния предпринимателей в эти годы не были уже редкостью. Состояние семьи Р. Аркрайта, который начал свое прядильное дело еще в конце XVIII в. с нескольких станков, в 1843 г. оценивалось более чем в 1 млн ф. ст. По официальным данным британской статистики, в 1833 г. 29 семей получили наследство на сумму более чем 4 820 млн ф. ст. Общая сумма таких состояний за 40 лет, с 1797 по 1837 г., возросла с 28 до 1 015 млн ф. ст. Этот прирост в значительной степени относился к промышленной буржуазии, которая постепенно начинала претендовать на ведущую роль в экономической жизни страны, оттесняя торговцев и финансистов.

Стремительное обогащение буржуазии привело к сближению образа жизни и социальных приоритетов промышленников и земельной аристократии. Крупные промышленники, обладая солидным капиталом, покупали землю и титулы, вливаясь таким образом в ряды земельной аристократии.

В свою очередь многие крупные землевладельцы стали усиленно заниматься капиталистическим предпринимательством, как, например, один из наиболее радикальных лидеров вигов лорд Дарем, происходивший из старинной аристократической семьи, члены которой традиционно поддерживали вигов. На землях, принадлежавших семье лорда, были богатые месторождения каменного угля, разработка которых активно велась наемной рабочей силой .

На рубеже ХVШ и XIX вв. в состав земельной аристократии постоянно вливались новые люди, назначавшиеся пэрами и получавшие от правительства и короля земли за успехи в развитии промышленности и торговли, а также за военные заслуги. В конце XVIII в. премьер-министр У. Питт значительно увеличил численность пэров, за что подвергся сокрушительной критике со стороны аристократов. Б. Дизраэли позже писал, что У. Питт создал «плебейскую аристократию и смешал ее с патрицианской олигархией... Он (У. Питт. - М. Ж.) нашел их (плебейских аристократов. - М. Ж.) в аллеях Ломбард-Стрит и вытащил из контор Корнхилла (Ломбард-Стрит и Корнхилл - улицы в лондонском Сити, где располагались конторы ведущих банков и торговых компаний Великобритании. - М. Ж.)» . Некоторые неофиты, такие, как Роберт Смит (лорд Каррингтон) и Питер Теллусон (лорд Рендлшем), получив почетные титулы, прекратили активную предпринимательскую деятельность и приобрели земли .

Вышеуказанные процессы закладывали прочную основу для будущего либерального компромисса между вигской частью аристократии и промышленниками.

Однако, несмотря на заметное сближение социальных позиций этих общественных сил, в конце XVIII - начале XIX в. в социально-политической жизни Великобритании доминировал объективный процесс размежевания интересов промышленной буржуазии и земельной аристократии. Причинами этого явления были: введение У. Питтом в конце XVIII в. подоходного налога, который вызвал в предпринимательских кругах серьезное недовольство; дополнительные налоги, введенные в период наполеоновских войн, которые тяжелым бременем легли в основном на низшие и средние слои общества; борьба за парламентскую реформу, в результате которой сформировались политические требования буржуазии. В этих условиях промышленники начали осознавать свои собственные интересы, отделяя их от интересов других собственнических слоев Великобритании.