Материал: Т. 9. Реформы и модернизация (1976-2009). 2016

тенденций. Во время последовавшего вскоре визита в США и Канаду он неоднократно называл студенческое движение патриотическим и демократическим.

Однако Ли Пэн возразил: «Это лишь твое (Чжао Цзыяна. – А.В.) личное мнение. Политбюро его не обсуждало. Оно не может представлять мнение Политбюро». Несмотря на поддержку Вань Ли, эти предложения приняты не были.

11 мая на встрече с участниками симпозиума, посвященного проблемам современного социализма, Чжао Цзыян сказал, что главный урок из студенческих выступлений заключается в необходимости «ускорить процесс политических реформ». На следующий день, 12 мая «Жэньминь жибао» опубликовала информацию о симпозиуме под заголовком «Реформы должны преодолеть препятствия на пути к рыночной экономике и демократии».

Не увидев практических действий со стороны властей, свидетельствовавших о пересмотре отношения к выступлениям, студенты решили воспользоваться предстоящим визитом М. Горбачева, чтобы вновь привлечь внимание к своим требованиям. 11 мая в некоторых вузах появился призыв начать голодовку с требованием к власти отказаться от позиции, выраженной в редакционной статье 26 апреля, и признать демократический и патриотический характер студенческих выступлений.

13 мая во второй половине дня несколько сот студентов впервые в истории китайских протестов начали голодовку на площади Тяньаньмэнь. В тот же день Янь Цзяци, Су Шаочжи, Бао Цзуньсинь, Дай Цин, Лю Цзайфу и некоторые другие интеллектуалы вывесили в Пекинском университете дацзыбао «Мы больше не можем молчать» с призывом поддержать студентов. После начала голодовки стало ясно, что движение вновь выходит из-под контроля. Руководители КПК поехали в трудовые коллективы. 13 мая на встрече с рабочими Пекинского металлургического комбината Чжао Цзыян заявил: «справедливые требования, выдвинутые рабочими и студентами, внимательно изучаются партией и правительством. Диалог только начинается». Он был вынужден разъяснить, что в соответствии с резолюцией 1-го пленума ЦК 13-го созыва ЦК консультируется с Дэн Сяопином по всем вопросам большой важности.

В этот период власти не разгоняли голодающих, оборудовали для них туалеты и предоставили автобусы, где они могли укрыться во время дождя.

К вечеру 15 мая численность голодающих превысила 3 тысячи человек. Начало голодовки вызвало массовую поддержку студентов у жителей Пекина. С 13 по 24 мая более 8 тысяч голодающих были направлены в больницы, но никто в результате голодовки не пострадал.

Первоначально МИД КНР по согласованию с МИД СССР планировал, что встреча двух генеральных секретарей будет означать нормализацию межпартийных отношений, поскольку никаких письменных документов по этому вопросу подписывать не предполагалось. Но 13 мая Дэн Сяопин сообщил Чжао Цзыяну, что отношения между двумя партиями будут восстановлены после его встречи с М. Горбачевым.

Лагерь студентов на Тяньаньмэнь

16 мая 1989 г. после встречи Дэн Сяопина и М. Горбачева состоялась встреча Чжао Цзыяна с М. Горбачевым. В самом начале встречи М. Горбачев в присутствии членов делегаций и представителей СМИ заявил, что встреча двух генеральных секретарей знаменует нормализацию двусторонних межпартийных отношений. Чжао Цзыян был вынужден пояснить, что нормализация межпартийных и межгосударственных отношений произошла в момент встречи М. Горбачева и Дэн Сяопина, который играет главную роль в принятии важнейших партийных и государственных решений. И далее сослался на резолюцию 1-го пленума ЦК 13-го созыва. Эта информация сама по себе не была секретной и сообщалась лидерам других государств в ходе переговоров, но на этот раз она впервые была оглашена публично. Подозрения студентов о решающей роли Дэн Сяопина в формировании официальной позиции в отношении протестов подтвердились. На следующий день демонстрации проходили уже под лозунгами «Свергнуть Дэн Сяопина». Дэн Сяопин, в свою очередь, истолковал это заявление Чжао Цзыяна как желание переложить на него ответственность за ситуацию.

Вечером 16 мая после встречи с М. Горбачевым ПК ПБ по предложению Чжао Цзыяна принял обращение к студентам прекратить голодовку. Тогда же Чжао Цзыян предложил пересмотреть негативные оценки, содержавшиеся в статье от 26 апреля, поскольку они превратились в главную причину продолжения студенческих выступлений. Но члены ПК ПБ его не поддержали.

В этот же день, 16 мая в Пекине состоялась грандиозная демонстрация с участием студентов, преподавателей, представителей СМИ и рядовых жите-

лей Пекина. В ней приняли участие студенты из других городов, массово прибывавшие в столицу. Действия студентов сорвали церемонию торжественной встречи М. Горбачева на площади Тяньаньмэнь, которую были вынуждены провести в аэропорту, а затем сорвали и его пресс-конференцию, проходившую в Дяоюйтае, поскольку многие журналисты остались на площади Тяньаньмэнь. Впечатление от визита и нормализации межпартийных отношений были безнадежно испорчены.

17 мая 1989 г. руководство четырех демократических партий ДЛК, АДНСК, АСРД, Общества 3 сентября, представители которых, как и других демократических партий, участвовали в демонстрациях в Пекине, обратилось с письмом

кГенеральному секретарю ЦК КПК Чжао Цзыяну с призывом вступить в диалог со студентами и урегулировать конфликт.

Втот же день Чжао Цзыян письменно обратился к студентам от имени ЦК КПК с обещанием рассмотреть поставленные ими вопросы и призвал прекратить голодовку. Он также обещал, что партия и правительство ни в коем случае не будут «сводить счеты». В этот момент он еще не знал, что уже с 8 мая Дэн Сяопин начал проводить встречи с руководителями военных округов и

к17 мая принял окончательное решение использовать силу для подавления выступлений.

17 мая Чжао Цзыян попросил Дэн Сяопина о встрече. Вечером, когда он приехал к нему домой, то неожиданно для себя обнаружил там всех членов ПК ПБ и Ян Шанкуня. Вань Ли в это время находился с визитом в США.

Первым на расширенном заседании ПК ПБ выступил Дэн Сяопин. Он заявил, что «нетерпимо, если все будет продолжаться таким образом и дальше, нельзя допускать продолжения такого состояния». Причиной эскалации конфликта Дэн Сяопин назвал выступление Чжао Цзыяна 4 мая на встрече с представителями Азиатского банка развития, которое противоречило позиции ЦК. Стратегия ЦК была направлена на то, чтобы остановить беспорядки, а Чжао сказал, что больших беспорядков не будет. ЦК считал, что беспорядки направлены на свержение социалистической системы, а Чжао – они «абсолютно не противостоят нашей фундаментальной системе». Это внесло раскол в сознание членов партии и граждан.

Вслед за Дэн Сяопином выступил Чжао Цзыян: «Что касается нынешнего вопроса, то я считаю, что есть два пути его решения. Первый состоит в том, чтобы действовать мягкими методами. Второй – в том, чтобы поступать жестко. Действовать мягкими методами означает признать, что студенты – это патриоты, что их организации являются законными, это означает также необходимость изменить то, что было сказано в редакционной статье, напечатанной в “Жэньминь жибао” 26 апреля. С другой стороны, можно применить и жесткий метод. Иначе говоря, ввести чрезвычайное положение, поставить жизнь под военный контроль… Но этот реальный жесткий метод сможет принести эффект только в краткосрочном плане; если же говорить о долгосрочной перспективе, то такие действия приведут лишь к тому, что государство будет ввергнуто в трясину волнений и в неспокойную ситуацию». Чжао Цзыян пред-

ложил изменить официальную оценку событий, чтобы, таким образом, попытаться вернуть контроль над ситуацией.

Вслед за Чжао Цзыяном с заранее заготовленным докладом выступил Яо Илинь, который обвинил Чжао Цзыяна в совершении четырех преступлений. Во-первых, в том, что Чжао Цзыян вверг экономику в состояние беспорядка, проводил курс на создание капиталистической рыночной экономики, а не социалистической товарной экономики. Во-вторых, что Чжао Цзыян поддерживает студентов, поддерживает беспорядки, не выступает в единстве с ЦК партии, не выступает в единстве с товарищем Дэн Сяопином. В-третьих, что Чжао Цзыян расколол партию. В-четвертых, что два сына Чжао Цзыяна являются крупнейшими из числа «низко павших должностных лиц», а их деятельность, которая носит характер разложения, была санкционирована Чжао Цзыяном. (В ходе проведенного впоследствии расследования выяснилось, что обвинения против детей Чжао Цзыяна были безосновательны.)

После выступления Яо Илиня ПК ПБ ЦК КПК провел голосование по вопросу о введении военного положения в Пекине с 20 мая. За это предложение выступили Ли Пэн и Яо Илинь. Против введения военного положения проголосовал Чжао Цзыян. Цяо Ши и Ху Цили выразили желание подчиниться решению организации и воздержались от участия в голосовании.

После того как решение было принято, Чжао Цзыян сделал следующее заявление: «Мое мнение не совпадает с вашим мнением. Такое решение мне трудно будет претворять в жизнь. Я слагаю с себя обязанности генерального секретаря ЦК партии». Сразу после этого он первым покинул заседание. Приехав домой, он попросил Бао Туна подготовить письмо с просьбой о своей отставке. Но на следующий день после разговора с Ян Шанкунем его отозвал.

После того как Чжао покинул заседание, Дэн Сяопин предложил создать из Ли Пэна, Ян Шанкуня и Цяо Ши руководящую группу по введению военного положения.

Утром 19 мая Чжао Цзыян и Ли Пэн приехали к студентам на Тяньаньмэнь, Ли Пэн вскоре уехал, а Чжао Цзыян, уже зная, что готовится введение военного положения, попытался убедить их прекратить голодовку, дав понять, что власти настроены очень решительно. Однако диалога не получилось. Студенты видели в Чжао Цзыяне, в отличие от Ху Яобана, прежде всего представителя власти и обрушились на него с критикой. События стали развиваться по наиболее драматичному сценарию. Встреча со студентами стала последним появлением Чжао Цзыяна на публике.

19 мая Ли Пэн выступил на совещании кадровых работников Пекина с обвинениями в адрес протестующих, назвал их горсткой людей, стремящихся создать оппозиционную партию под лозунгами «буржуазной либерализации», и призвал «защитить руководство страны и социалистический строй». После его выступления Ян Шанкунь объявил о введении в Пекин войск с 10 часов 20 мая. Мнения на совещании разделились. Ряд участников высказался против применения силы. Чжао Цзыян отказался принимать участие в совещании и взял отпуск на 3 дня по состоянию здоровья – с 19 по 21 мая.

Чжао Цзыян и Вэнь Цзябао на Тяньаньмэнь 19 мая

После того как 19 мая 1989 г. было объявлено о предстоящем введении военного положения, на Тяньаньмэнь пришли более 1 млн человек.

Премьер Госсовета Ли Пэн подписал указ о введении военного положения в некоторых районах Пекина с 10.00 утра 20 мая. После этого Дэн Сяопин созвал у себя дома совещание, на которое пригласил Чэнь Юня, Ли Сяньняня, Ван Чжэня, Пэн Чжэня, Ян Шанкуня, Ли Пэна, Цяо Ши и Яо Илиня. Чжао Цзыян и Ху Цили на совещание приглашены не были. По предложению Дэн Сяопина на нем было принято решение о смещении Чжао Цзыяна с поста генерального секретаря. Одновременно было принято решение отложить официальное сообщение об этом. Вслед за этим Ли Пэн, Ян Шанкунь, Яо Илинь и заведующий орготделом ЦК Сун Пин провели совещания отделов ЦК с критикой Чжао Цзыяна. Узнав о собраниях в аппарате ЦК, Чжао Цзыян решил созвать заседание Политбюро и обратился к заведующему канцелярией ЦК КПК Вэнь Цзябао, который сообщил ему, что сделать это не удастся. Попытка Чжао договориться о встрече с Ян Шанкунем также не увенчалась успехом.

20 мая в Пекин начали входить воинские подразделения численностью около 50 тыс. человек без оружия. Но их продвижение на всех направлениях очень скоро было остановлено студентами при поддержке горожан. 22 мая войска были выведены из города.

21 мая Чжао Цзыян предложил провести заседание ПК ВСНП, чтобы найти выход из сложившейся ситуации мирными средствами, однако его просьба досрочно вернуть из командировки председателя ПК ВСНП Вань Ли, который мог созвать такое заседание, передана не была.

После введения военного положения активность студентов пошла на спад. Попытки организовать новые крупные манифестации в центре столицы 23–