Материал: Том 4. Восток в Новое время. Кн.1.-1

сожженный, вскоре превратился в джунгли. Анулуттхалат с семьей попытался найти убежище в Китае, но был выдан Сиаму, доставлен в 1829 г. в Бангкок, где и скончался.

Правобережные лаосские мыанги вновь стали внешними провинциями Сиама.

В 30-е годы XIX в. из трех крупных лаосских государств политическую независимость сохранил только Луангпхабанг, но и в его столице был размещен сиамский гарнизон. Правитель Луангпхабанга Мангхатулат (ок. 1817— ок. 1836) в 30-е годы попытался восстановить даннические отношения с Вьетнамом в духе

222

традиционной политики защиты слабого государства более сильным, но не имел успеха. Сын Мангхатулата и наследник престола Луангпхабанга принц Суксём с 1826 г. находился в

Бангкоке в качестве «наблюдателя», а затем заложника, которому лишь в 1836 г. было разрешено вернуться на родину. Сиам в 40-е годы упорно добивался от взошедшего на трон Суксёма (18381852) признания «старшинства» Сиама, т.е. признания правителя Сиама покровителем Луангпхабанга.

Княжество Пхуан в 1834 г. было захвачено Сиамом, в его столице оставлен сиамский гарнизон. Но соперничество Сиама с Вьетнамом за лаосские княжества продолжалось и в дальнейшем.

Глава 16

КАМБОДЖА:

ПЕРИОД ПОЛИТИЧЕСКОГО УПАДКА (XVIII в.—1840г.)

В XVIII в. Камбоджа занимала области по среднему и нижнему течению р. Меконг, часть его дельты и восточную часть долины р. Менам. Консолидация к западу от Камбоджи тайского государства Сиам, частые вторжения войск последнего в пределы камбоджийской территории, сопровождавшиеся угоном земледельческого населения и разрушением городов, привели к заметному упадку экономики Камбоджи и политической деградации. С востока Камбоджа испытывала экспансию Дайвьета (Вьетнама); в пограничной с ним полосе существовали автономные территории со своими династиями, такие, как Хатиен (династия Мак, формально признававшая власть правителей Камбоджи). Даже после 1715г., когда Маки стали вассалами Нгуенов, они оставались кхмерскими наследственными губернаторами. В западной части Камбоджи известны наместники провинций, назначенные камбоджийским правителем, но тяготевшие к соседнему Сиаму.

Неопределенность границ Камбоджи в XVIII в., разобщенность территории, большая подвижность населения, почти непрерывные войны с соседями, эпидемии приводили к депопуляции страны. Однако численность населения Камбоджи довольно быстро восстанавливалась за счет миграции чамов и насильственно переселяемых лао-военнопленных. Переселенцы осваивали земли, когда-то заселенные, но заброшенные местным кхмерским населением. Освоение земледельческих районов в долинах небольших рек крестьяне проводили самостоятельно, без участия государства, силами семьи и сельской общины. Новой — крестьянской — этике соответствовала и новая религиозная система — буддизм, — сменившая индуизм. Утверждение в Камбодже (с XIV в.) в качестве государственной идеологии буддизма знаменовало демифологизацию восприятия мира кхмерским обществом, десакрализацию политической власти. Жизнь в обществе регулировалась традиционными обычаями, обрядами и ритуалами, санкционированными буддизмом.

Ксередине XVIII в. Камбоджа стала буддийской страной с хорошо развитым земледелием. Еще португальский поэт Камоэнс в своей знаменитой поэме «Лузиа-ды» (1572 г.) восторженно описывал процветающее земледелие этой страны. Рис производился в больших количествах, потреблялся внутри страны, а также выво-чился наряду со скотом и рыбой.

Кконцу XVIII в. — началу XIX в. материальное положение свободного земледельческого населения ухудшилось, развились «должничество» (заклад в знатные семьи младших членов семей) и ростовщичество под очень высокий процент. Долговые зависимые, клиенты, «рабы», кньомы находились в услужении у

224

кредитора, выполняли работы в поле и по дому в качестве слуг, торговали, были воинами в его отряде. Но в массе земледельческое население оставалось свободными подданными правителя Камбоджи и, как «свободное», противостояло «рабам», купленным на рынке, и военнопленным — кнъом кра. Последние селились обособленно, вдали от мест проживания коренного населения.

Отношения между земледельческим населением и правящим слоем по поводу земли строились не на экономической основе, а определялись моральным долгом религиозного, буддийского характера, в

силу чего земледелец занимал землю и обрабатывал ее, лицо из знати получало над ним власть. Но обязательства между этими социальными группами не были законодательно оформлены и закреплены. При таком типе зависимости не возникало слоя крупных феодальных земельных собственников, не было классово-сословной сплоченности феодалов, противостоящих крестьянству.

Состав правящего слоя в XVIII в. оставался аристократическим, не отмечено включения в него ни верхов сельских или торговых общин, ни выходцев из торговых городских слоев.

Вкхмерском обществе не была оформлена социальная иерархия «достоинств», как в соседнем Сиаме, выделявшая и включавшая в состав правящего слоя наиболее активные социальные группы. Социальная иерархия Камбоджи сохраняла в своей основе принцип внутрисемейных, а не служебных (служба государю) отношений.

Особа монарха возвышалась над обществом и освящалась шиваитским ритуалом, разработанным еще в период средневековья. Но в XVIII-XIX вв. ритуал был не пережитком буддийского общества, а общегосударственным культом, в котором было заложено почитание главы государства как совершенной личности.

Семья монарха и ее родственники до пятого колена — их было несколько сот человек — именовались преах вонгса; они проживали в столице Удонге. Это была придворная знать, имевшая право на «королевский стиль», т.е. право строить дом в дворцовом стиле, иметь слонов, носить богатые одежды с драгоценными камнями, использовать особого вида паланкины и зонты. Их окружала многочисленная свита из рабов, имели они и вооруженные отряды, вместе с которыми вступали в борьбу в моменты династийных кризисов.

ВКамбодже не было традиции прямого наследования власти правителя, преемника избирал из числа преах вонгса совет сановников и священнослужителей. Нередко избрание сопровождалось вооруженной борьбой претендентов на трон.

Преах вонгса могли иметь родовые земли, а также право получать рис из амбаров правителя. В стране соблюдалось традиционное право освобождения членов клана от государственной службы и налогов. Родственники семьи правителя более дальних степеней родства (преах вонг), очень многочисленные, жили в основном в провинции. У них также могла быть земля, сохранявшаяся поколениями в их семьях по наследству. Эту землю обрабатывали земледельцы за оказывавшееся им покровительство. Низшие слои преах вонг (ниже пятого колена) трудились на земле сами. Преах вонг также освобождались от обязательных работ на государство и налогов.

225

Между знатью и земледельческим населением существовала устойчивая социальная группа незнатных семей — намоэнов, находившихся на государственной службе. Посты в государственном аппарате занимали также сыновья и внуки намоэнов. Намоэны в провинции имели собственные земельные участки, освобожденные от налога в рисе.

Основным налогом, который уплачивало земледельческое население, была десятина с урожая риса. Рис, собранный в счет налога, поступал в амбары казначейства, откуда его получали преах вонгса и преах вонг, а также проживавшие в столице высшие должностные лица государства, индуистское духовенство, столичные намоэны, часть буддийских монахов, близких ко двору. Помимо налога земледелец отдавал должностным лицам — сборщикам риса, хранителям амбаров и многим другим — массу поборов в рисе непосредственно, минуя государственные амбары.

В годы хороших урожаев крестьянская семья получала с «обычного» поля (около 3 га) достаточно риса, чтобы прокормиться до нового урожая, уплатив все налоги. Но в случае невысоких урожаев земледельцы, спасаясь от поборов, уходили на новые земли, забрасывая прежние поля.

Очень обременительными для земледельцев были работы на государство, хотя в XIX в. они были уменьшены до 90 дней в году. Для их выполнения сельским населением создавались специальные производственные отряды — комлан-ги. Возглавлявшие их мекомланги жили в столице: они часто помогали крестьянам уклоняться от выполнения государственных работ, используя их труд в своих хозяйствах.

Основной функцией административного аппарата Камбоджи XVIII-XIX вв. был сбор налогов с земледельческого населения; цели же управления были вторичны. Этот аппарат составляли четыре «дома» — «дом» правителя, «дом» отца правителя, «дом» младшего брата правителя, «дом» королевыматери. Каждый «дом» имел свой двор, занимавшийся сбором доходов с кхетов — провинций, — которые к нему были приписаны. Из 50 кхетов страны 35 были приписаны к «дому» правителя, у остальных насчитывалось 7, 5, 3 кхета соответственно.

Кхеты монарха были поделены между пятью должностными лицами, высшими сановниками государства: главным министром; верховным судьей; главным казначеем (а также управителем королевского дворца); калахомом, ведавшим водным транспортом; «министром», ведавшим средствами передвижения. Доходы с подведомственных им провинций частично шли в амбары правителя (казну), частично в амбары этих сановников. Подобную структуру управления имели и три

других «дома».

Управляли провинциями наместники, превратившие свои должности в наследственные. В пограничных с Сиамом и Вьетнамом провинциях наместники стали фактически полунезависимыми. Они опирались на поддержку просиам-ской или провьетнамской группировки провинциальной аристократии. Земледельческое население в подобных полуавтономных провинциях фактически становилось «подданными» наместников, а не центральной власти.

Провинции состояли из сроков (округов) во главе с месроком, ответственным за поступление налогов в казну, а те — из деревень (кхумов) во главе с мекхума-ми. Последние решали на основе обычного права судебные дела, а также собира-

226

ли население на выполнение общих для деревни работ. Главы округов и деревень не получали риса от казны и жили за счет своих земель, которые обрабатывали члены их семей. Последние могли выполнять работы и за покровительство со стороны знатного лица. Сельское население обязано было иметь «патрона» из чиновников, представлявшего каждую крестьянскую семью перед государством. Выбор патрона был добровольным, крестьянин мог поменять патрона и место жительства. Это происходило в том случае, если одна из сторон нарушала принцип взаимных услуг, на котором строились эти отношения. К XIX в. такие группы (патрон-клиент) превратились в значительную политическую силу, даже если переселялись в другую провинцию (а иногда за пределы страны вместе со своим главой).

Исследователи истории Камбоджи единодушно отмечают упадок центральной власти к концу XVIII в., тщетность попыток правителей Анг Тонга (1755-1757) и Преах Утей (1759-1775) укрепить ее, упорядочив престолонаследие, назначая преемника не обязательно из правящей семьи. Но борьба придворных и местных аристократических кланов продолжалась и в начале XIX в., ослабляя центральную власть.

На ситуацию в Камбодже, как и в соседних странах, влияло изменение направления торговых потоков на протяжении всего XVIII в.; в это время важным предметом экспорта становится рис, предназначенный для Китая. В результате в Камбодже усиливается китайская торговая община, по-прежнему связанная с китайской торговой общиной соседнего Сиама. Вместе с тем по мере объединения Вьетнама в Камбодже усиливается влияние и вьетнамцев. К началу XIX в. власть в Камбодже фактически была поделена между западными аристократическими кланами, находившимися под влиянием Сиама, и восточными, испытывавшими давление Вьетнама.

Вправление Анг Тяна II (1806-1834) придворные круги Камбоджи попытались ослабить влияние Сиама в западных районах страны и через брак правителя с дочерью главы западных кхетов склонить на сторону престола западные кланы. Правящим кланом Камбоджи была использована и такая традиционная мера, как двойной сюзеренитет Сиама и Вьетнама, оформленный в 1807г., однако с 1810г. наступление на территорию Камбоджи с запада и востока возобновилось.

В1814 г. сиамские войска захватили кхеты Млу-Прей и Тонле-Репу на севере страны, а также Стунг-Тренг. На востоке власти Вьетнама поставили под свой контроль земли на правом берегу Меконга, границей стал канал Хатиен, сооруженный в 1815-1820 гг. кхмерскими и вьетнамскими крестьянами. Контакты с правительством Камбоджи из ведения двора Вьетнама были переданы наместнику юга Вьетнама, т.е. страна фактически стала рассматриваться как зависимая территория.

В1831 г. армия Сиама, ведшая военные действия против Вьетнама, вторглась и в Камбоджу. С помощью вьетнамских войск это вторжение было отбито, столица Удонг и город Пномпень освобождены и Анг Тян восстановлен на троне.

В30-е годы Вьетнам вновь укрепляет свое влияние в Камбодже. Был взят курс на включение Камбоджи в состав вьетнамского государства. Камбоджа была разделена на провинции, которым были даны вьетнамские названия, во главе государства оказались вьетнамские чиновники, столица переименована. В цен-

227

тральной и восточной Камбодже были размещены вьетнамские войска, проведена стратегическая дорога к Сайгону. Номинально же правление страной оставалось в руках правительницы Анг Мей (1834-1841). Во время ее правления официальным языком в Камбодже стал вьетнамский. Буддизм подвергался гонениям со стороны конфуцианцев.

Глава 17

МАЛАЙЯ, СИНГАПУР

И СЕВЕРНЫЙ КАЛИМАНТАН

В КОНЦЕ XVIII в. — 1840-х ГОДАХ

МАЛАККСКИЙ ПОЛУОСТРОВ В КОНЦЕ XVIII в.

Полуостров представлял собой конгломерат султанатов и других владений, истоки которых восходили к Малаккскому султанату, объединявшему в XV в. большую часть полуострова, а также княжества Восточной Суматры и расположенные между Малайей и Суматрой острова. Северная часть полуострова (Пат-тани, Лигор и некоторые другие малайские княжества) прочно вошла в состав Сиама, который, оправившись от бирманского нашествия 60-х годов XVIII в., укрепил власть над своими южными вассалами. Северные султанаты Малайи (Кедах, Келантан, Тренггану) также считались вассалами Сиама, но власть последнего над ними была в значительной степени формальной: малайские султаны ограничивались более или менее регулярной посылкой бунга мае («золотого цветка»), символизирующего признание сюзеренитета.

ВЗападной Малайе, к югу от Кедаха, был расположен Перак, граничивший на востоке с Келантаном и Пахангом. Это княжество, в котором правила династия, ведшая начало от султанов Малакки, усилилось при султане Искандаре (1756-1770), но после его смерти вступило в полосу междоусобиц. Река Бернам отделяла Перак от расположенного южнее султаната Селангор, который, как Кедах и Перак, также выходил к Малаккскому проливу. Селангор непрерывно враждовал с Пераком. В 1804 г. селангорский султан Ибрахим даже захватил Перак и в течение двух лет удерживал его под своей властью.

С Селангором с юга граничил Негри-Сембилан — конфедерация владений, основанных суматранскими минангкабау. В XVIII в. минангкабау в Малайе поддержали суматранского раджу Кечиля, своего соплеменника, в борьбе с бугами, появившимися в Малайе с Сулавеси. Поражение бугов в столкновении с голландцами ускорило складывание государства минангкабау Малайи.

В1773 г. унданги (правители) ведущих минангкабауских княжеств (Рембау, Сунгей-Уджонг, Джохол и Джелебу) избрали ям-туаном (верховным правителем) раджу Мелевара, происходившего из правящей династии Минангкабау на Центральной Суматре. Мелевар обосновался в столичной области Срименанти и сумел объединить вокруг нее мелкие владения — Улу-Муар, Терачи, Гунонг-Пасир и Джемпол. Конфедерация, получившая название Негри-Сембилан («Девять княжеств»), в 1795 г. порвала все формальные узы, которые связывали ее с султанами Риау-Джохора. К югу от НегриСембилана находилось небольшое минангкабауское владение Нанинг, признававшее с XVII в. формальную зависимость от голландской Малакки.

Река Муар отделяла территорию Малакки от Джохора. Джохор — малонаселенная территория на юге полуострова — превратился в удел джохорских те-менггунгов (некогда высших сановников Малаккского султаната, ведавших поддержанием порядка и сбором пошлин), которые распространяли свою власть также на некоторые острова к югу, в том числе и Сингапур.

230

Центральную часть полуострова занимало выходящее к побережью Южно-Китайского моря княжество Паханг, где правили потомки бендахар, бывших первыми министрами в Малаккском султанате. Формально Джохор и Паханг признавали своими сюзеренами султанов Риау — архипелага к югу от полуострова.

Главным опорным пунктом европейцев была принадлежавшая голландцам с 1641 г. Малакка на западном побережье. К концу XVIII в. она полностью утратила торговое значение и представляла для Нидерландской Ост-Индской компании ценность как военно-морская база на пути из Индии на Архипелаг. Существовали голландские форты на Риау и в Пераке.

Малайские султанаты, именуемые негри (страна), занимали обычно территорию в бассейне одной из главных рек полуострова. Во главе стоял султан, или янг-ди-пертуан бесар («тот, кто является господином»). Султанаты делились на области (даэрах, джаджахан), являвшиеся владениями того или иного знатного рода. Малайское общество четко делилось на две страты — знать (раджи, тунку, дата, ваны) и простолюдины (раяты). Реальная власть султанов в условиях раздробленности была невелика. Крестьяне жили общинами, владея земельными участками, которые