Материал: Том 4. Восток в Новое время. Кн.1.-1

движений, привлечению внимания мирян к деятельности духовенства. Секты Амарапура и Раманнья включились в критику деятельности христианских миссионерских организаций на острове и проводимой ими политики христианизации местного населения.

444

Основными задачами своей деятельности буддисты в этот период считали распространение буддийского образования в противовес христианскому, борьбу за возрождение сингальской культуры, за возвращение к традиционной системе ценностей и образу жизни, создание буддийской прессы, критику через нее миссионерства и христианства, проповедническую работу бхиккху среди населения, а также публичные дебаты представителей различных буддийских никай с христианскими миссионерами. Буддийскими монахами прибрежных районов Пана-дуре Шри Сиддхартха Тхеро, Ратмалане Дхаммалока Тхеро, Хиккадуве Шри Сумангала Тхеро были основаны буддийские школыпиривены Парадхаммаче-тия, Видьяланкара, Видьодая, ставшие центрами возрождения национальной культуры острова. В их программу входило изучение буддийской философии, этики, языков пали, санскрита, сингальского, а также истории. При поступлении в пиривены этническая принадлежность, каста и вероисповедание учеников не принимались во внимание. Здесь проходили обучение не только цейлонские монахи и миряне, но и буддисты из Индии, Китая, Японии, стран Юго-Восточной Азии, а также некоторые европейцы (например, крупный ученый-буддолог Т. Рис Дэвиде). Упомянутые ученые сыграли огромную роль в процессе становления национального самосознания сингаловбуддистов.

Шаги, направленные на создание буддийской системы образования, сочетались с деятельностью по возрождению сингальской культуры, искусства, архитектуры. Буддийские монахи, публиковавшие журналы, книги, комментарии к буддийскому канону, памфлеты (особенно многочисленные в периоды дискуссий между сектами), способствовали развитию местной прессы, сингальского языка и литературы. Многие образованные монахи ездили по стране с лекциями, в которых излагали основы буддийского учения и критиковали христианство. Наибольшую известность и популярность снискал Мигетгуватте Гунананда Тхеро, который за 25 лет выступил более чем с 4 тыс. публичных проповедей в различных частях острова и ораторские способности которого сделали храм в Кота-хене, где он проповедовал, одним из центров движения в защиту буддизма на Цейлоне. Его имя также связано с проведением серии открытых публичных дебатов между представителями буддийских и христианских кругов на острове. Особую известность получила дискуссия в Панадуре, усилившая интерес к культуре Цейлона и буддизму тхеравады на Западе, активизировавшая научно-переводческую деятельность европейских буддологов, способствовавшая созданию Буддийского теософского общества на Цейлоне во главе с Г.С.Олкоттом и Е.П.Блаватской.

Наиболее ранним проявлением оппозиционных настроений сангхи к колониальному правлению стала поддержка определенной ее частью вооруженных антиколониальных народных восстаний, характерных для первой половины XIX в. Особенно активное участие монахи приняли в восстании 1848 г., наиболее крупном в истории колониального Цейлона. Идейная платформа массовых форм стихийного протеста характеризовалась тесным переплетением традиционалистских буддийских народных представлений с идеями антиколониальной борьбы и возникновением надежд на появление нового правителя, который, опираясь на культ божеств народного буддийского пантеона, возродит религию сингалов и освободит сингальскую землю от иноземцев.

Глава 9

БИРМА В 1826-1885 гг.

РЕФОРМАТОРСТВО 1840-1868 гг.

Период после захвата части бирманского государства Конбаунов английскими колонизаторами в результате первой англо-бирманской войны 1824—1826 гг. и особенно после второй войны, 1852-1853 гг. (см. ниже), был ознаменован новыми явлениями в развитии Бирмы, а именно попытками со стороны правящего слоя трансформировать государственную и экономическую структуру страны с помощью реформ и нововведений.

Фактор все усиливавшегося внешнего воздействия на страны Индокитайского полуострова со стороны европейских великих держав вызвал к жизни и в традиционных обществах Вьетнама и Сиама реформы, которые в условиях сосуществования этих стран с европейскими колониальными империями, созданными в регионе, были совершенно необходимы.

От степени радикальности проводимых реформ в сфере традиционных структур, институтов, мировоззрения зависело дальнейшее развитие стран Индокитайского полуострова — суверенное или зависимое.

Реформаторство в Бирме прошло несколько этапов, имевших свои отличительные особенности и тесно связанных с ходом английского завоевания страны. Период 1826-1852 гг., т.е. между первой и второй

англо-бирманскими войнами, носил печать переходности. Страна испытала глубочайшее национальное унижение в результате военного поражения, и правящий класс Бирмы должен был отрешиться от прежних методов взаимоотношений с другими государствами, основывавшимися на «бирмоцентризме» и претензиях на господство в буддийском мире, и начать прежде всего с урегулирования отношений с Великобританией, ставшей на юге и западе страны непосредственным ее соседом и назначившей британского резидента в столицу Бирмы.

Страна, разоренная в ходе военных операций, вынуждена была выплачивать огромную контрибуцию. Выплата ее первой половины в размере 5 млн. рупий привела к взрыву массового недовольства населения, неспособного вынести увеличения налогового бремени, а в ближайшие годы необходимо было собрать деньги на вторую половину контрибуции.

Бирманское правительство заняло большую часть суммы для выплаты контрибуции у богатых родов и чиновников, а также просило английского генерал-губернатора Индии об отсрочке платежей. Конфликты сторон по вопросу о сроках выплаты контрибуции, как и по пограничным проблемам северо-запада страны, вызывали недовольство английских властей; последние к концу 20-х годов решили назначить своего официального представителя при бирманском дворе в Аве, чтобы вовлечение Бирмы в сферу их влияния было еще более действенным.

В апреле 1830 г. в Аве с военным эскортом появился майор Генри Бёрни в качестве постоянного резидента. На Бёрни — опытного дипломата и администратора —

446

возлагалось разрешение все усложнявшихся политических отношений с Бирмой, расширение британской торговли (особенно увеличение ввоза английских товаров), недопущение поддержки бирманским правительством партизанской борьбы в Аракане и Тенассериме против английских властей и т.п. Именно под давлением Бёрни, угрожавшего новой английской интервенцией, англичане сумели к 1833 г. получить не только обусловленную сумму контрибуции (10 млн. рупий), но и еще почти столько же в качестве процентов за отсрочки платежей. Английской стороне удалось также поставить под контроль резидента взаимоотношения Бирмы с иностранными торговцами и заставить бирманский двор согласиться на разведку английскими экспедициями торговых путей между Бирмой и английскими владениями в Индии, а также пограничными районами на западе и северо-западе (Аракан, Манипур, Ассам), а главное — путей из Бирмы в Китай как через бирманский город Бамо (на севере), так и через юго-восток страны и южные шанские княжества.

В условиях всевозрастающей экспансии Великобритании большая часть правящего слоя Бирмы во главе с правителем Баджидо находилась в растерянности; многие верили в случайность поражения Бирмы в войне, прислушивались к различным пророчествам о скором возрождении страны, наивно полагали, что англичане сами вернут ей Тенассерим и уничтожат резидентство.

Баджидо, чтобы смягчить горечь поражения страны, издал в 1826 г. указ о создании полной истории Бирмы «Хманнан Язавин» («Хроника Стеклянного Дворца»). В хронике описывалось былое величие Бирмы, победоносные походы правителей, грандиозное строительство буддийских храмов, пагод, монастырей. Баджидо пытался восстановить в глазах народа свой престиж: он заставлял английских послов придерживаться традиционного обычая снятия обуви во дворце и принимал их в день Кадо, когда все чиновники и вассальные князья приносили дары правителю и присягали ему на верность.

Другая часть столичной бюрократии и крупных правительственных чиновников была настроена против английского проникновения в страну и считала, что наилучшим способом для разрешения сложной ситуации является изгнание английского резидента, возвращение' к условиям существования государства до Яндабо, и прежде всего «закрытости», изоляции Бирмы от внешнего мира. Во главе их стояли Май Ну — жена Баджидо и ее родственники (в частности, брат

— Минтаджи), захватившие ряд ключевых постов в административном аппарате при почти полном устранении от дел самого правителя.

Наиболее дальновидные бирманские сановники группировались вокруг принца Таравади. Они хотели знать о положении в мире, интересовались достижениями европейской науки, понимали, что в стране необходимо осуществить перемены, чтобы обезопасить ее от дальнейшей экспансии Англии.

Реформаторство началось с изменений, правда очень незначительных, в системе налогообложения. Были предприняты некоторые шаги к централизации и упорядочению сбора налогов, а также пресечению наиболее вопиющих фактов коррупции провинциального чиновничества.

Вторым направлением стала реорганизация армии: были унифицированы воинские подразделения,

введены регулярные армейские учения, назначены новые

448

офицеры и т.д. Несмотря на весьма ограниченный спектр преобразований, их проведение вызвало обострение противоречий в господствующем классе, вылившееся в открытый конфликт в 1837г. И хотя он имел традиционную форму борьбы за престол, на этот раз конкурирующими группами выступали сторонники реформ во главе с принцем Таравади и их противники — группировка Май Ну-Минтаджи. Последний ссудил государству большую часть денег для выплат по контрибуции и сосредоточил в своих руках главные экономические позиции в стране (сбор налогов, внешнюю торговлю и т.д.). Фактически возглавив регентский совет при больном Баджидо, Минтаджи попытался захватить власть в стране.

Однако Таравади удалось взять верх в соперничестве и покончить со своими противниками (и родственниками) путем грубой физической расправы, поскольку на его стороне выступили крестьянское население Бирмы и часть армии. 9 апреля 1837 г. он объявил о низложении Баджидо.

Вправление Таравади (1837-1846) мероприятия по укреплению обороноспособности страны были значительно расширены. Правитель, сам принимавший участие в первой англо-бирманской войне, считал, что бирманская армия потерпела поражение из-за устаревшего вооружения. Он обратил самое серьезное внимание на перевооружение своей армии европейским оружием. Мушкеты, амуницию, пушки стали ввозить в основном из британских портов. Для обучения своих войск Таравади использовал как дезертиров из англо-индийской армии, так и французских военных инструкторов. Он усиливал пограничные гарнизоны, укреплял Рангун, рассматривая его как наиболее важный стратегический пункт, прикрывающий дельту Иравади. Здесь строились оборонительные укрепления и доки, реконструировался порт. Таравади издал указ о постройке нескольких больших судов и более двух десятков военных лодок. В 1840-1842 гг. был практически построен новый Рангун, хорошо спланированный и укрепленный город, обнесенный земляной насыпью и деревянным палисадом. Центром города стала пагода Шуэ Дагон, обновленная и заново позолоченная.

Проводя политику, направленную на усиление военной мощи Бирмы, Таравади демонстрировал англичанам, что готовится отразить их новую агрессию, слухи о которой постоянно циркулировали в стране, тем более что новый бирманский правитель уже при вступлении на престол объявил о непризнании договора в Яндабо и отторжения бирманских провинций Аракан и Тенассерим. Он запретил английским разведывательным миссиям появляться на территории Бирмы, а главное — практически сумел дезавуировать деятельность британского резидента в Аве — Г.Бёрни. Последний был вынужден в 1837 г. перевести резиденцию из бирманской столицы в Рангун; вскоре, в 1840 г., резидент был вообще отозван из страны, а дипломатические отношения сторон прерваны.

ВТОРАЯ АНГЛО-БИРМАНСКАЯ ВОЙНА

Британское правительство Индии готовилось к войне против Бирмы еще с конца 30-х годов, но только по окончании войн Великобритании в Афганистане, Синде, Панджабе и с назначением в 1848 г. на пост генерал-губернатора Индии лорда Дальхузи, сторонника жесткого экспансионистского курса на Востоке,

449

англичане начали оказывать на бирманское правительство давление в ответ на постоянные жалобы британских торговцев на притеснения и вымогательства со стороны бирманских чиновников.

18 ноября 1851 г. англичане отправили внушительную экспедицию из военных кораблей Ост-Индской компании, которые блокировали рангунский порт и уничтожили стоявшие там суда. И хотя правительство Бирмы, чтобы избежать войны, согласилось принять требования коммодора Ламберта (возглавлявшего экспедицию), Дальхузи в феврале 1852 г. предъявил новому бирманскому правителю Паган Мину (1846-1852) ультиматум, в котором предлагалось до 1 апреля 1852 г. извиниться за действия бирманского губернатора Рангуна, якобы обиравшего английских торговцев, уплатить контрибуцию в размере 100 тыс. английских фунтов, а также принять британского резидента. Поскольку Паган Мин не ответил на ультиматум, в первых числах апреля в бирманских водах сосредоточились крупные английские военно-морские силы (19 кораблей с 8 тыс. человек), а из Дакки через Аракан и Рангун были направлены сухопутные сипайские части (артиллерию везли 300 слонов). Штурм Рангуна начался 11 апреля. Бирманцы хорошо подготовились к обороне: укрепили порт и особенно холм, на котором возвышалась пагода Шуэ Дагон, создали склады боеприпасов и продовольствия, подвезли новые пушки (их было около сотни, в том числе и тяжелые). Именно артиллерия бирманцев, установленная на холме и платформе Шуэ Дагона, нанесла наибольший урон наступавшим английским войскам. Несмотря на упорное сопротивление бирманцев, Рангун был сдан английским войскам, которые начали грабить и разрушать оставленный населением город.

Втечение первых трех месяцев войны были взяты кроме Рангуна города Бассейн и Мартабан. Поскольку генерал-губернатор Индии считал, что продвижение английских войск к северу, на Пром и далее к Амарапуре — столице Бирмы, будет обременительным в финансовом отношении и довольно трудным для армейских частей, он предложил захватить южную часть Бирмы с городом Пегу до похода на Пром, который предполагалось отложить до окончания муссонного периода, а дожди переждать в Рангуне.

Рангун как штаб-квартира экспедиционных сил стал укрепляться на этот раз европейскими военными инженерами и саперами, которые в течение всего дождливого сезона подвергались атакам и налетам бирманских отрядов.

Наиболее упорные бои во второй англо-бирманской войне развернулись за Пегу: город несколько раз переходил из рук в руки. Английские войска именно здесь понесли самые значительные потери; по свидетельству очевидца, мадрасская пехота потеряла половину своего состава при штурме Пегу, который был взят 21 ноября 1852 г.

Захват южных районов, начавшийся с г. Пегу, фактически закончил вторую англо-бирманскую войну, так как 20 декабря 1852 г. была подписана декларация об аннексии Южной Бирмы и ее присоединении к английским владениям в Индии. Пришедший к власти в феврале 1853 г. правитель Миндон,

сторонник скорейшего окончания войны, не признал аннексии Пегу (собственно, половины страны), и англичанам пришлось согласиться не на договор, а лишь на молчаливое признание обеими сторонами окончания военных действий (30 июня 1853 г.).

Однако война продолжалась в форме партизанского движения, которое англичанам удалось подавить не ранее 1862 г., когда Аракан, Пегу и Тенассерим были

450

слиты в единую провинцию Британская Бирма. С этого времени в историографии за этой частью страны утвердилось название Нижняя Бирма, а независимое бирманское государство с центром в Амарапуре, отрезанное от морского побережья, стало именоваться Верхней Бирмой.

РЕФОРМЫ МИНДОНА

Вотличие от периода Баджидо и Таравади, при Миндоне уже большая часть господствующего класса пришла к осознанию необходимости серьезной перестройки общественно-политического устройства страны, без которой невозможно отстоять ее независимость, и укрепления национального единства путем централизации и модернизации.

Эпоха реформ выдвинула целый ряд выдающихся деятелей, сплотившихся вокруг Миндона, человека мягкого, гуманного, но обладавшего политической волей и умом, что и позволило провести в традиционной Бирме реформы. Наиболее близким человеком к правителю был его брат, принц Канаун, а также сановники У Чейн (Кинвун Минджи), Маун Шуэ О (Панджет Вун) и некоторые другие европейски образованные люди. Реформы начали проводиться с 1853 г., т.е. с первого года правления Миндона. Основными стали административная, судебная, налоговая и военная.

Врамках административной реформы первой мерой реформаторов была борьба с системой мьоза

(или «кормлений»), по которой принцы и высшее чиновничество получали для своего содержания доходы с тех или иных областей, деревень: кормления поглощали 50% всех налогов. Однако пожалование было ненаследственным и при изменении служебного положения заменялось другим. Перемещение обладателя мьоза (он также назывался мьоза) было способом борьбы центральной власти с сепаратизмом и попытками превратить кормления в частные владения, точно так же, как и запрет на жительство в этом владении. Мьоза должны были проживать при дворе правителя.

Будучи по сути временщиками, мьоза выколачивали из населения своих владений суммы, значительно превышающие дозволенную им официально долю доходов. Кроме того, они пытались захватить наиболее удобные земли в своих владениях в полную собственность.

В появившемся в марте 1853 г. первом указе Миндона говорилось, что «жители различных городов, областей и деревень, у которых царские сыновья, братья, жены, знать или чиновники отняли рисовые поля и суходольные земли, острова, принадлежащие этим жителям по праву наследства или купленные ими... настоящим уведомляются, что подобные незаконные действия запрещены и что они имеют право обратиться в Хлудо (Высший совет) и получить разрешение правительства на возвращение своего имущества».

Второй указ Миндона (апрель 1853 г.) запрещал мьоза требовать от населения своих владений личных услуг и облагать его дополнительными налогами. Ограничение произвола мьоза кроме стремления к централизации государства и пресечения сепаратизма объяснялось намерением ограничить их частнособственни-

451

ческие настроения. В указе подчеркивалось, что действия мьоза лишают государство солдат и налогоплательщиков.

Таким образом, Миндон пытался восстановить тающие ресурсы государственного сектора. Неподчинившихся мьоза смещали, лишали «кормлений», а их земли возвращали в государственный фонд.

Одновременно бирманское правительство приступило к переводу мьоза на денежное жалованье. Массовый перевод чиновников и принцев на ежемесячное жалованье произошел в 60-х годах, когда раздача земель за службу была отменена.

Так, вунджи (высшие чины, или министры Хлудо) получали 1000 джа в месяц, атвинвуны (главные советники) — 650, вундау (заместители вунджи) — 500, другие крупные столичные чиновники— от 100 до 300 джа, средние чиновники столицы — 25-50 джа; мъовуны (губернаторы) получали от 200 до 600 джа. Различные чиновники провинциального управления — от 25 до 100 джа. Введение денежного жалованья, выплачиваемого централизованно из казны, подрывало старую структуру административного аппарата, ограничивало процесс складывания частной собственности во владениях мьоза, вело к большему контролю центра над провинцией.

Одновременно проводилось более четкое деление на провинции, что превращало их в подлинно территориальные единицы с унифицированным штатом провинциального аппарата.

Миндон, как истинно буддийский монарх, принимал самое непосредственное участие в реформе судебной системы, где наряду с огромными пошлинами, штрафами, судебными издержками были