Проводимые исследования по проблемам обеспечения безопасности показывают, что объем внутренних угроз национальной безопасности превышает в России принятые международной практикой допустимые показатели. Во многих публикациях отмечается тревожное обстоятельство, связанное с тем, что Россия в ряде случаев не то чтобы не заинтересована в стабилизации, а скорее объективно не способна самостоятельно обеспечить ее.
В настоящее время существует три типа угроз безопасности Российской Федерации: внешние, внутренние и трансграничные. Внешние угрозы для России вызваны геополитическими и геоэкономическими устремлениями США и продвижением НАТО к границам России. Естественно, натовцы и американцы стремятся освоить пространства России в своих интересах. Под прикрытием распространения в мире принципов свободы слова, прав человека и демократии они обустраивают все новые территории в своих национальных интересах и не очень охотно покидают приобретенные за десятилетия «холодной войны» военные базы на чужих территориях. Содержат крупные контингенты войск в Японии, Южной Корее и Западной Европе; постоянно дестабилизируют обстановку то на Ближнем и Дальнем Востоке, то наБалканах, то в Юго-Восточной и Южной Азии. Многие регионы бывшего CCCР оказались в зоне политики западных держав. Это явилось во многом результатом того, что между Россией и бывшими союзными республиками не было заключено всеобъемлющих соглашений о военно-политическом сотрудничестве, что в частности, позволило США закрепиться в постсоветских государствах Центральной Азии, а также рассматривать перспективы усиления своего влияния в Закавказье.
Что же касается внешних угроз для России, то первое место среди них занимают не столько США и НАТО и даже не международный терроризм, а в перспективе – Китай с его огромным населением, бурно растущей экономикой при недостаточности ресурсов и слабо завуалированными претензиями на определенную часть российской территории.
Конфликтные ситуации, возникающие между Россией, США и Китаем, а также геополитические устремления отдельных стран дальнего зарубежья и особенно Турции, Ирана, Пакистана, Саудовской Аравии оказывают существенное влияние на развитие геополитических и этнических процессов в России. Потенциальные и реальные конфликты имеют место как во многих регионах России, так и в сопредельных с ней странах и регионах. Что касается непосредственно территории самой России, то конфликтные ситуации имеют свой потенциал – исламский компонент, который позволяет разыграть там сценарии по дестабилизации ситуации в следующих регионах России: на Северном Кавказе, Татарстане, Башкорстане, а также регионах проживания значительных мусульманских диаспор. Весьма опасным, чреватым конфликтогенным фактором для России является и то обстоятельство, что в сопредельном с Россией центрально-азиатском регионе также важное значение имеет исламский фактор. Нельзя сбрасывать со счетов и территориальную близость к России таких исламских государств как Иран, Ирак, Афганистан, Пакистан.
Говоря в целом об исламском факторе в мировом развитии, хотелось бы сделать акцент на распространенном, но ошибочном мнении о том, что исламский мир якобы выступает непримиримым противником цивилизационной и культурной модернизации в условиях современной глобализации. При этом исламский мир, как правило, неправомерно ассоциируется лишь с ближневосточным, а то и с арабским миром, хотя в последнем проживает лишь 15% мусульман. В последние годы (в особенности, после 11 сентября 2001 г.) исламский мир рассматривается на Западе как источник террористической угрозы или, как минимум, непримиримый антагонист западной цивилизации и катализатор «столкновения цивилизаций». Именно попытки некоторых сил придать процессам усиления влияния исламского фактора характер глобального христианско-мусульманского конфликта привели к зарождению всевозможных псевдотеорий типа «конфликта цивилизаций», «конфликта культур», создавая прецедент появления опасного явления для мирового сообщества – исламофобии. На наш взгляд, такой подход в рассмотрении сложнейших проблем социальных взаимодействий не является объективным, научным и исторически верным.
Нам также представляется, что использование понятия «конфликт цивилизаций», равно как и «столкновение цивилизаций» в социально-политическом плане нежелательно, ибо его частое употребление способствует проявлению недружелюбия между различными народами и государствами. По большому счету некритическое, зачастую обывательское понимание этой категории ведет к тому, что в обществе активно начинают проявлять себя ксенофобия, национализм, различные формы экстремизма и терроризма. Зарождаются риски и угрозы стабильности, устойчивости и безопасности в обществе, ведущие к разбалансированности равновесия сил в мире как на уровне одного государства, так и на уровне региональном и глобальном.
При этом следует подчеркнуть, что пока говорить о возможном «конфликте цивилизаций», или как еще называют «войне цивилизаций» не приходится и все попытки представить это реальным состоянием современного мира, не обоснованы. Но, если так будет продолжаться политика (в Афганистане, Ираке и т.д.), то такая война будет действительно развязана и ее катастрофические последствия будут ужасными, так как »война цивилизаций» может быть одной из самых страшных и беспощадных войн. Нечувствительность, вражда, ненависть представителей одной цивилизации к ценностям ("лжеценностям") другой цивилизации может оказаться фатальной. Однако, по мнению большинства социологов, политологов и конфликтологов как в России, так и за рубежом обострение международных отношений в современную эпоху не рассматривают как результат конфликта (столкновения) цивилизации, и религиозно-цивилизационной войны. Мы считаем, такую позицию научно обоснованной, политически правильной и идеологически выдержанной. Поэтому употребление понятия «конфликт цивилизации» является нецелесообразным.
В настоящее время обозначались очаги локальных конфликтов, находящиеся в непосредственной близости с границами России. К ним относятся: а) нестабильная, ситуация в Грузии. Если не удастся в ближайшее время локализовать ее, то она создаст у себя проблему, схожую с палестинской, которая негативно скажется и на безопасности России. Именно поэтому она и не заинтересована в «балканизации» Грузии (имеется в виду ее распад и деградация). России необходимо активизировать свои действия по предотвращению балканизации Грузии и всего Кавказа. Кстати будет сказано, что новое грузинское руководство видит в России главное препятствие на пути решения абхазской и южноосетинской проблем; б) политический кризис в Украине.Сегодняшнее ее положение сложное, поэтому происходящее там сейчас не должно восприниматься упрощенно; в) скорейшее преодоление последствий войныи восстановление мира и спокойствия на территории Чеченской Республики; д) наличие конфликтного потенциала во взаимоотношениях России, стран СНГ и Балтии. Здесь конфликтогенный факторсопряжен с фактом проживания более чем 25 миллионной российской диаспоры за пределами Российской Федерации. Российская диаспора имеет значительный социально-экономический, культурный потенциал и при наличии внятной и четко проводимой политики по взаимоотношению с соотечественниками, может стать важной политической силой Российского национального государства на международной арене. А это не везде будет воспринято одинаково.
Таким образом, можно констатировать, что региональные и локальные конфликты являются носителями широкого спектра проблем. Они могут оказать эффект «мин замедленного действия» в области политики, идеологии, межнациональных отношений и других сферах. Последствия региональных и локальных конфликтов имеют и более осязаемую форму, воздействуя на национальную экономику и хозяйственные связи государств. А это – уже не абстрактные категории, а интересы каждого гражданина и члена общества, поддающиеся конкретным подсчетам.
Можно с полным основанием говорить о том, что региональные и локальные конфликты создают реальные угрозы национальной безопасности России, не способствуют укреплению стабильности и устойчивости. В них заложен значительный негативный потенциал, способный привести к катастрофическим последствиям российское общество.
Следовательно, научное сообщество при изучении региональных проблем не должно ограничиваться констатацией кризиса, а направить все усилия общества на создание таких социальных и духовных механизмов согласования неизбежных противоречий, которые могли бы путем нахождения разумных компромиссов разрешать конфликтные ситуации в регионах. Для сохранения устойчивости, стабильности в российском обществе, весьма важно, чтобы в регионах страны проводилась взвешенная экономическая и политическая стратегия, призванная ослабить социальные конфликты, а также искоренить политические и культурные факторы, благоприятствующие процессам социальной деградации и дестабилизации.
Большинство специалистов в числе первоочередных задач по обеспечению безопасности российского общества видят задачу по радикальному решению социальных проблем, повышению уровня и качества жизни людей, борьбе с безработицей и нищетой, доступности бесплатного образования и медицинского обслуживания и т.д. В центре внимания органов государственной власти должны находиться вопросы ликвидации социальной несправедливости и маргинализации. При этом особое внимание необходимо уделять искоренению различных форм экстремистских проявлений в культурной, религиозной и политической среде. По нашему глубокому убеждению, без оздоровления всех сфер общественного развития и устранения социальных противоречий и конфликтов, без обеспечения необходимого минимума социальной справедливости надеяться на устойчивую безопасность в обществе невозможно.
Современный период в социально-экономическом развитии российского общества характеризуется полным перераспределением общественного богатства. На смену огосударствленной экономике пришла многосекторная, а вместе с ней изменились контуры социальной структуры общества, соотношение социальных слоев и групп, их ролевые функции. В России появились бедные и богатые, обездоленные и преуспевающие, «удачники» и «неудачники» и т.д. Данные обстоятельства привели к расколу, социальному размежеванию, распространению бедности, ведущей к социально-политической поляризации российского общества, идеологическому размежеванию народа по ключевым вопросам развития, беззастенчивой борьбе за раздел и передел общественной собственности, криминализации общественных отношений, росту организованной преступности и увеличению масштабов терроризма, обострению межнациональных и осложнению международных отношений, созданию широкого спектра внутренних и внешних угроз национальной безопасности страны.
Благополучие, будущее любой страны, ее безопасность зависят не только от состояния экономического или политического развития, но и от уровня обеспеченности национального единства и межнационального согласия в обществе. Когда эти компоненты деформируются, то в обществе зарождаются конфликты на национальной почве. Эта истина подтверждается всем ходом новейшей истории не только российского государства, но и всех государств, как на постсоветском, так и всем постсоциалистическом пространстве. Факты свидетельствуют, что борьба за государственный суверенитет ценой подавления национальных, социальных, религиозных, конфессиональных, партийных меньшинств не может быть признана ни цивилизованной, ни правовой. События последнего времени в России и странах СНГ со всей очевидностью показали, что конфликты на национальной и религиозной почве все больше проявляют себя как сила, усугубляющая кризис, заводящая в тупик дело национального развития, становясь серьезным препятствием на пути духовно-нравственного обновления общества.
Особенно актуально сказанное для российского общества, ибо как справедливо отмечает профессор П.И. Симуш «…будущая Россия – это не только многоэтническая Федерация, но и единое национальное государство. Только в таком двояком качестве Россия достигнет обеспечения физической безопасности, экономического процветания и своей национальной идентичности».14
В качестве основных факторов угроз региональной безопасности выделяются, и мы об этом уже упоминали, кризис отечественной экономики, социальная поляризация российского общества, специфика геополитического и международного положения, обострение межэтнических отношений, нарастание миграционных потоков и т.д. Здесь же, и далее наше внимание будет направлено на раскрытые тех процессов, которые тесно связаны с процессами национального и межнационального взаимодействия, межцивилизационного развития и т.д.
Анализ целесообразно начать с выявления базовых основ региональных конфликтов. Как показывает практика, нередко такими причинами выступают гипертрофированный патриотизм, местничество, клановость и т.д. Региональное самосознание, другими словами, самовосприятие людей только через то место, где они родились и выросли, по сути, и есть этносоциальная база для местничества, клановости, националистических проявлений. Очевидно, сегодня сохраняются веские основания утверждать, что в отдельных регионах России ещё наблюдается опережение роста регионального самосознания над национальным. Следует помнить, что гипертрофированный локальный патриотизм, его агрессивная наступательность препятствуют консолидации нации и неизбежно ведут к внутреннему сепаратизму и культурной изоляции, порождают ряд других угроз стабильности и безопасности государства и общества. Клан или регион может стать питательной средой для создания различных образований, претендующих на роль политической оппозиции в рамках всего государства.
Об этом красноречиво свидетельствуют факты, описанные в статье Максима Галкина и Александра Самарина «Шесть самых взрывоопасных регионов»,15 где авторы обстоятельно показывают зарождение специфических особенностей социальных напряжений на основе различных причин: в Республике Дагестан (Хасавюрт, 2004 г.) произошли многотысячные антиправительственные митинги, организованные мэром города; Северной Осетии (Бесланские события) – главное требование, отставка президента республики; в Калмыкии - многотысячные митинги, связанные с требованиями отставки президента республики; в Карачаево-Черкесии массовые волнения, обусловленные сокрытием совершаемых в республике тяжких преступлений. Поводом послужило убийство местных оппозиционных парламентариев; многочисленной манифестации в Башкортостане. 26 марта 2005 года в Уфе на митинг вышли 25 тыс. человек. Оппозиция требует отставки президента республики; в Ингушетии также имеются серьезные недовольства масс властью.
В другой статье «Страна в нарезку. Какие субъекты федерации испытывают тягу к суверенитету»,16 представленной Александром Газовым достаточно убедительно и правдиво сформулированы наиболее важные угрозы, проявляющие себя в регионах России, и могущие нанести существенный ущерб безопасности российского общества. Автор ставит вопрос «Так насколько велика угроза целостности России?». Отвечая на него, он говорит не только об опасности регионального сепаратизма, но ещё и таких трех негативных тенденциях как: антимосковские настроения; «историческая реконструкция»; экономическая ситуация, ведущих к активизации процессов дестабилизации, хаотизации и неустойчивости российского социума. А.Газов, анализируя ситуацию в сфере межнациональных отношений в регионах России отмечает, что «местные этноактивисты постоянно выступают с требованиями защиты своей самобытности». В результате возникают различные сепаратистские организации, широкое хождение получают лозунги типа – «Россия для русских» и такие высказывания – «Нам никто не нужен – ни Северный Кавказ, ни Азия, ни Карелия, ни Татарстан, ни Якутия с Бурятией. Русские сами со всем справятся, без помощи кавказцев, татар, таджиков и евреев». Следует подчеркнуть, что специалисты справедливо отмечают, что все эти факты способствуют тому, что в обществе нарастает тревога, социальная напряженность, все чаще и чаще дают о себе знать такие негативные явления, как ксенофобия и национализм, экстремизм и сепаратизм.17
Важно также отметить, что такие настроения не могут служить основой для укрепления социального согласия, толерантности в обществе, а, наоборот ведут его к расколу, создают благоприятные условия для проявлений реакционных форм национализма и экстремизма. На такой волне, само собой разумеющимися, выглядят и усиленные попытки по практической реализации регионами вопросов, связанных с самоопределением.
В анализируемой статье подчеркивается, что усиленно муссируются возможности отделения зауральских территорий от Российской Федерации и создание таких республик как: Республика Урал, Республика Сибирь. Причем важно подчеркнуть, что подобные шаги предпринимаются и в ряде других регионах России, в частности в Пскове, Брянске и т.д.18 Такие регионалистические настроения в российском обществе, на наш взгляд, не должны оставаться без внимания и соответствующего отпора, ибо они не способствуют укреплению Российской Федерации, как многонационального и многоконфессинального государства. Следовательно, в условиях полиэтничности и многоконфессиональности России необходимо усилить роль государства в проведении этнополитики, краеугольным камнем в которой должен быть принцип приоритетности защиты прав личности независимо от национальности, недопустимости ущемления прав национальных меньшинств. Кроме того, стратегическая линия в этнополитике государства должна строиться на методах, конструктивно разрешающих межнациональные противоречия. Недооценка и пренебрежение этими важнейшими постулатами, как показывает практика, приводит к глубочайшим человеческим трагедиям. Тут наглядным примером может служить распад Югославии на семь независимых государств: Словению, Хорватию, Боснию и Герцеговину, Сербию, Черногорию, Македонию, а теперь – и Косово,19
Таким образом, состояние национальных и межнациональных и отношений в российском обществе указывает на то, что они относятся к самым сложным и трудноразрешимым проблемам для России. Факты из жизни наций и народностей, проживающих как в центральных регионах России, так и в субъектах Федерации показывают, что не изжито на практике стремление, установить преимущество титульной нации в общественной и политической жизни по отношению к другим нациям и народностям, проживающими на данной территории. Объективно это обстоятельство и ряд других требуют мобилизации политической воли руководства России и интенсификации усилий ученых на разработку таких приоритетных научных направлений как :
– развитие теоретических проблем наций и национальных отношений. Здесь в поле зрения исследователей должны находиться проблемы теории наций – консолидация, национальная жизнь, национальное единство, соотношения национальных и общечеловеческих ценностей, национальных и государственных интересов; национальная идея, этнические аспекты национальных отношений;
– разработка методов и подходов для решения проблем, связанных с творческим развитием демократических принципов национальной политики в стране.Важно серьезно заниматься политическими проблемами национальных и межнациональных отношений с акцентом на реализацию естественного права каждого народа на самостоятельное достойное существование, сохранение самобытности, языка, культуры, традиций, включенность в мировую цивилизацию;
– исследование государственно-правовых проблем межнациональных отношений.При этомосновной упор сделать на проблемах национально-государственного строительства в стране, процессы суверенизации, прав человека, противоречий в этих сферах; состояние и перспективы развития малочисленных наций и народностей, проживающих на территории России;
– разработка сущностных характеристик проблем культуры межнационального общения.В данном научном направлении в центре внимания научных разработок должны находиться вопросы ответственности в национальных и межнациональных отношениях с всесторонним освещением таких понятий, как национальная честь, национальные чувства, национальная психология, национальная гордость, дружба народов и т. д.;
При этом важно также дать критическое социально-философское обобщение всем тем деформациям и негативным явлениям в национальных и межнациональных отношениях, которые имели место в прошлые годы, и нередко проявляющихся и теперь. Провести их научную экспертизу с последующей систематизацией, в целях выработки управленческих решений по локализации возможных рисков обострения межэтнической и межнациональной напряженности в российском обществе.
Примечания
См.: Пирумов В.С. Стратегия выживания социума. Системный подход в исследовании проблем геополитики и безопасности. М.: Дружба народов, 2003. С.3; Попов В.Г., Коношенко В.А.. Национальная безопасность: основные понятия и определения. //Современные проблемы законодательного обеспечения глобальной и национальной безопасности, эффективного противодействия терроризму. Сборник научных статей М.: 2003. С. 62.
2 . Стенограмма выступления президента России В.В. Путина на 43-й международной конференции по безопасности в Мюнхене 10 февраля 2007года. http://www.rbcdaily.ru/2007/02/12/focus/265549.
3. Ельчанинов М.С. Трансформация России: синергетические аспекты // Социально-гуманитарные знания. 2002. № 3, С.269.
4. Титаренко М. Формирование азиатской политики России в первой половине ХХI века и идеология нового евразийства // Евразия: народы, культуры, религии. 2005. С. 77.
5. Стенограмма выступления президента России В.В. Путина на 43-й международной конференции по безопасности в Мюнхене 10 февраля 2007года. http://www.rbcdaily.ru/2007/02/12/focus/265549.
6.См.: Попов В.Г., Коношенко В.А.. Национальная безопасность: основные понятия и определения. //Современные проблемы законодательного обеспечения глобальной и национальной безопасности, эффективного противодействия терроризму. Сборник научных статей М.: 2003. С. 63).
7 Манилов В. Л. Угрозы национальной безопасности России// Военная мысль. 1996. № 1. С. 17.
8. См.: Общая теория безопасности. Актуальные методологические и социально-политические проблемы: Учебное пособие/ Под ред. А. И. Позднякова. М.: ВАГШ. 1994. С.13.; Серебряников В., Дерюгин Ю.И., Ефимов И. П.. Ковалев В. И. Безопасность и армия. М.: 1995. С. 23.
9. Кузнецов В.Н. Общенациональная цель как фундаментальная проблема социологии // Социологические исследования. 2005. № 4. С.4.
I веке. М.: Издательство «Права человека». 2000; Чернышова А.Г. Современная Россия: вызовы настоящего и стереотипы прошлого // Россия: тенденции и перспективы развития. Ежегодник. Выпуск 1. М.: 2005; Газимагамедов Г.Г., Рац С.В. Структурные элементы социальной безопасности в современной России // Конфликтология – теория и практика. Санкт-Петербург. 2004 №2 (3); .Парламентский контроль над сектором безопасности: принципы, механизмы и практические аспекты. Женева \ Москва. Женевский центр демократического контроля над вооруженными силами, Межпарламентский контроль. 2003; В.Г. Попов, В.А. Коношенко. Национальная безопасность: основные понятия и определения. // Современные проблемы законодательного обеспечения глобальной и национальной безопасности, эффективного противодействия терроризму. Сборник научных статей М.: 2003; Бунев Е.Г. Взаимосвязь геополитики и национальной безопасности// Вестник Российской академии естественных наук. 2007. Том 7. № 1; Сильвестров С.Н. Глобализация: политико-экономические вызовы для России //Россия в глобализирующемся мире: Политико-экономические очерки / Отв. Ред. ак. Д.С.Львов. М.: Наука, 2004 и др.