Кроме того, размер и основания применения некоторых национальных административных штрафов могут породить сомнения в их правовой природе. М. Визентин приводит позицию ЕСПЧ относительно того, что штрафы, которые якобы имеют административный характер, могут быть уголовными по своей сути, поскольку непропорциональны и неопределенны в такой мере, что не позволяют заявителю заранее определить свои риски <1169>. С этой точки зрения показательно то, что в Постановлении КС РФ от 15 июля 1999 г. N 11-П некоторые санкции, предусмотренные Законом РФ "Об основах налоговой системы в Российской Федерации" (утратил силу в данной части в связи с введением НК РФ с 1 января 1999 г.), были признаны неопределенными и чрезмерно завышенными.
--------------------------------
<1169> Визентин М. ЕСПЧ о защите бизнеса в рамках налоговых дел // Налоговед. 2012. N 4. С. 67.
В.Д. Зорькин справедливо полагает, что имеет место заметное увлечение отечественного законодателя слишком высокими административными штрафами. Это приводит к тому, что административная ответственность по своей строгости приближается к уголовной, которая предполагает более высокий объем гарантий прав <1170>.
--------------------------------
<1170> Зорькин В.Д. Конституция живет в законах: резервы повышения качества российского законодательства. URL: http://www.rg.ru/2014/12/18/zorkin.html.
Впрочем, данное обстоятельство вполне объяснимо с экономической точки зрения. Так, А. Аузан <1171> разъясняет эмпирическую формулу Г. Беккера <1172> - функцию ожидаемой правонарушителем "полезности" от совершения им правонарушения. В данной формуле предполагается, что преследование противозаконной преступной деятельности представляет собой результат умножения сомножителей, где один сомножитель связан с тем, насколько тяжела санкция за какую-то преступную деятельность, а второй сомножитель связан с вероятностью того, что преступника поймают, и именно к нему будет применена такая санкция. С точки зрения власти, легче увеличить санкцию, чем увеличить вероятность захвата преступника.
--------------------------------
<1171> Аузан А. Экономический анализ права и стратегии государственного регулирования. URL: http://polit.ru/article/2014/06/20/auzan/.
<1172> Беккер Г.С. Человеческое поведение: экономический подход. М., 2003. С. 294.
В развитие данной теории можно утверждать, что для государства
в определенной ситуации предпочтительнее введение новых и увеличение существующих административных штрафов, чем криминализация деяний и ужесточение уголовных наказаний. С экономической точки зрения "содержание" системы органов, привлекающих к административной ответственности, а также обеспечение прав лиц, привлекаемых к такой ответственности, "дешевле" аналогичных затрат в рамках реализации уголовной ответственности.
Глава 4. ЗАЩИТА ПРАВ ЧАСТНЫХ СУБЪЕКТОВ
4.1. Способы защиты прав.
Бремя и стандарт доказывания в налоговых спорах
В соответствии со ст. 45 Конституции РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Ubi jus ibi remedium - когда закон дает право, он дает также и средство его защиты <1173>. Статья 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 г. устанавливает, что каждый, чьи права и свободы, признанные в Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве. С.В. Запольский обоснованно полагает, что любая цивилизация строится сама и строит свою правовую систему на признании и защите субъективного права, в том числе в сфере регулирования финансовых отношений <1174>.
--------------------------------
<1173> Латинские юридические изречения / Сост. проф. Е.И.
Темнов. М., 2003. С. 368.
<1174> Запольский С.В. Дискуссионные вопросы теории финансового права: Монография. М., 2008. С. 97.
Однако, как справедливо отмечается в ряде актов ЕСПЧ (в т.ч. Постановления от 26 октября 2004 г. по делу "Пишторова против Чехии", от 6 июля 2006 г. по делу "Жигалев против Российской Федерации"), с правовой точки зрения лицо, жалующееся на нарушение его имущественного права, должно прежде всего доказать, что такое право существует.
Отечественная же правовая традиция обычно предполагает, что, когда речь идет о защите прав, имеется в виду именно обоснование наличия прав. Представляется, что именно обоснование одним субъектом наличия у него некоторых прав и соответствующие возражения другого субъекта, как правило, и являются содержанием большинства судебных споров.
Нельзя не отметить справедливое мнение С.Н. Егорова о том, что люди склонны нарушать нормативные границы внешней свободы других людей и своей собственной, а каждый субъект политической
власти склонен к выходу за границы внешней свободы, установленной для него законом <1175>. Применительно к налоговым правоотношениям Ф.А. Гудков обоснованно заключил, что любую неточность, двусмысленность, некорректность правовых норм ФНС России будет пытаться интерпретировать в свою пользу. Но такое же право есть и у налогоплательщика <1176>. Иными словами, большинство рационально мыслящих субъектов (как публичных, так и частных), добровольно либо вынужденно вступая в правоотношения с другими субъектами, стремится максимизировать объем своих прав и минимизировать объем своих обязанностей. Само предположение о рациональности поведения среднестатистического субъекта следует в т.ч. из выводов экономической науки. Так, Р.А. Познер отмечает, что концепция человека как рационального максимизатора своей личной выгоды подразумевает, что люди реагируют на стимулы, т.е. если внешние условия изменяются таким образом, что индивид может более полно удовлетворить свои потребности путем изменения своего поведения, то он это сделает <1177>.
--------------------------------
<1175> Егоров С.Н. Аксиоматические основы теории права. СПб., 2001. С. 67, 140.
<1176> Гудков Ф.А. Вексельные схемы минимизации налогообложения. М., 2006. С. 4, 5.
<1177> Познер Р.А. Экономический анализ права. М., 2004. Т. 1.
С. 4.
Нормы НК РФ регулируют некоторые особенности обоснования (защиты) прав частных субъектов. Так, в силу п. 7 ст. 3 НК РФ все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового агента). Но частным субъектам не следует рассматривать данную норму как универсальное средство противодействия налоговым органам. Вопрос о том, имеют ли место и устранимы ли сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах, налогоплательщиками и налоговыми органами может решаться с разным результатом. Итоговое решение конкретной проблемы останется за судом, имеющим право конечного усмотрения при толковании нормы <1178>.
--------------------------------
<1178> Барак А. Судейское усмотрение / Пер. с англ. М., 1999. С.
20, 25.
Право налогоплательщика не выполнять неправомерные акты и требования налоговых органов, иных уполномоченных органов и их должностных лиц, не соответствующие НК РФ или иным федеральным законам, предусмотрено в подп. 11 п. 1 ст. 21 НК РФ. Обычно данное нормативное положение расценивается как право
налогоплательщика на самозащиту <1179>. Следует подчеркнуть, что указанная норма подвергается определенной критике. Так, В.И. Слом обоснованно полагает, что трудно представить механизм реализации данной нормы вне судебного рассмотрения вопроса о соответствии (несоответствии) актов налоговых органов НК РФ или иным федеральным законам <1180>. В силу опровержимой презумпции законности действий (актов) налоговых органов до их признания незаконными по установленной процедуре они будут считаться законными, соответствующие требования налоговых органов должны исполняться. Законодательство не устанавливает каких-либо правовых последствий, если налогоплательщик всего лишь сочтет действия (акты) налоговых органов незаконными.
--------------------------------
<1179> Крохина Ю.А. Налоговое право: Учебник. М., 2009. С. 342. <1180> Налоговый кодекс Российской Федерации, часть первая:
постатейный комментарий / Под ред. В.И. Слома. М., 1998. С. 50.
Теоретически можно предположить, что в определенной ситуации невыполнение налогоплательщиком некоторого требования налогового органа (с сообщением обоснования, по какой именно причине не исполняется требование) может убедить налоговый орган в незаконности требования и предостеречь от применения к налогоплательщику правовых последствий неисполнения. Однако в данном примере нет исключительно пассивной самозащиты и на практике такая ситуация маловероятна. Смысл нормативного положения подп. 11 п. 1 ст. 21 НК РФ, как представляется, заключен только в том, что налогоплательщик не может нести отрицательных последствий неисполнения им ненормативного акта налогового органа (требований должностных лиц), если впоследствии в надлежащем порядке будет установлена незаконность данного ненормативного акта (требований). Jus non habende, tute non paretur - тому, кто не имеет права, можно не повиноваться с безопасностью <1181>.
--------------------------------
<1181> Латинские юридические изречения / Сост. проф. Е.И.
Темнов. М., 2003. С. 225.
Также следует отметить, что кроме собственно осознания заинтересованным субъектом факта нарушения его права очевидно, что ему необходимо четкое понимание (и возможность доказывания) того, вследствие деяний какого конкретно субъекта происходит данное нарушение. Соответственно, при предъявлении подобного требования к налоговому органу налогоплательщик должен иметь достаточный объем доказательств не только наличия и нарушения своего права, но и того, что нарушение произошло именно вследствие незаконных деяний этого налогового органа (за исключением случаев, когда указанные обстоятельства являются очевидными). В частности, в силу п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока
исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
Однако не следует исходить из того, что реальное значение в настоящее время имеют исключительно следующие из закона (правовые) способы защиты прав. Вполне возможны ситуации, в которых никак не урегулированные законом действия заинтересованных лиц по защите прав (или по имитации соответственно их наличия, нарушения и необходимости защиты) будут значительно более эффективны, чем правовые способы защиты. Например, следует признать, что в условиях современной российской (да и не только российской) действительности через публичные скандалы, придание проблеме "резонансности", привлечение СМИ (зачастую возмездное) не исключено разрешение "нужного" вопроса.
На практике из числа правовых способов наиболее эффективным является инициативный способ защиты прав и свобод путем обращений заинтересованных лиц к органам власти. В соответствии с ч. 1 ст. 45 Конституции РФ государственная защита прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации гарантируется. В ст. 33 Конституции РФ установлено, что граждане Российской Федерации имеют право обращаться лично, а также направлять индивидуальные и коллективные обращения в государственные органы и органы местного самоуправления. Как справедливо полагает Д.Н. Бахрах, обращения граждан к органам власти - главное средство реализации защиты прав <1182>.
--------------------------------
<1182> Бахрах Д.Н. Административное право России. М., 2000. С.
140.
Право налогоплательщика на пассивную самозащиту может дать эффект в сочетании с активными способами защиты прав. Так, если налоговый орган будет истребовать (ст. 93 НК РФ) документы при проведении налоговой проверки незаконно, в т.ч. если документы не относятся к проверяемым периоду или налогам, то налогоплательщик, не представляющий документы, тем самым не "вооружает" против себя налоговый орган. Однако непредставление документов само по себе является наказуемым деянием (п. 1 ст. 126 НК РФ) и может повлечь применение налоговым органом, например, условных методов расчета налога (подп. 7 п. 1 ст. 31 НК РФ). Соответственно, для налогоплательщика, не представившего документы на проверку, имеет смысл и активно защищать свои права через обращение к уполномоченному органу власти: например, требовать признания незаконным требования о представлении документов и (или) решения по результатам проверки.
Пример эффективной защиты прав при сочетании активного и пассивного способов приведен в Постановлении Президиума ВАС РФ