В отношении Йемена Соединенными Штатами была избра на линия «конструктивного давления», которая при посредни честве Совета сотрудничества арабских государств Персидско го залива привела к выработке плана мирной трансформации режима путем передачи власти переходному коалиционном)' правительству с последующим проведением президентских выборов. Однако говорить о возможности становления демо кратического режима в очень бедной, еще вчера — средневе ковой стране — просто рано. О вмешательстве НАТО речи не идет — в стране почти нет нефти...
Королевские режимы в Марокко и Иордании имеют свою специфику. Там правят довольно молодые, хорошо образован ные монархи, которые заранее начали сверху проводить коекакие реформы, расширять демократическое представительст во масс, вести диалог с мусульманской оппозицией. Обе ди настии считаются прямыми потомками пророка Мухаммеда и пользуются почитанием среди верующих. Правда, бедность населения, нехватка ресурсов, не позволяющие удовлетворить запросы масс, поднимают накал именно социальной напря женности, хотя не вызывают (пока?) антикоролевских движе ний. Естественно, что здесь остается множество неизвестных.
Марокко является конституционной монархией с избирае мым парламентом. Но конституция позволяет королю распус кать законодательное собрание, вводить чрезвычайное положе ние и определять ключевые назначения в правительства. Зву чат требования к властям внести изменения в конституцию. В ноябре 2011 года в относительно свободной обстановке про шли выборы в новый парламент, на которых победу одержа ли исламисты.
Можно полагать, что монархические устои в этих двух странах менее уязвимы, они могут сохраниться, пройдя суще ственную трансформацию. Короли Иордании и Марокко, пред ставляющие новое поколение арабских лидеров, восприняли происходящее в высшей степени серьезно и готовы к дальней шим реформам при финансовой поддержке Запада.
Что касается аравийских монархий (не считая Бахрейна), то тенденция серьезного противодействия верховной власти в этих странах пока не прослеживается. Эту пятерку условно
53
можно разделить на две части по характеру политического ре жима. В Саудовской Аравии установилась, по сути дела, тра диционная монархия, с принципами правления, заложенными еще основателем королевства Абдель Азизом (Ибн Саудом), а позднее королем Фейсалом. В Кувейте, ОАЭ, Катаре, Омане правящие семейства управляют авторитарно, но более мягки ми, патерналистскими методами.
Вопрос заключается и в том, есть ли в самих аравийских государствах достаточно потенциала для революционных пе ремен. На данном этапе, видимо, нет. Скорее всего трансфор мационные процессы в этой части арабского мира будут про текать эволюционно. В Саудовской Аравии медленно, в дру гих монархиях, возможно, быстрее. Коренное население не настроено антимонархически. Его либеральная часть (по ме стным меркам) выступает за ограничение власти короля и вве дение монархического строя в конституционное русло.
Искусственный перенос анализа социально-политической ситуации Египта или Туниса на такие специфические страны, как аравийские монархии, мог бы просто исказить картину.
В крошечном островном королевстве Бахрейн с миллионом населения по примеру тунисцев и египтян началось массовое народное движение против королевского режима. На Бахрей не находятся база и штаб-квартира 5-го военно-морского фло та США, постоянно дислоцированы несколько тысяч американ ских военных. Подчеркнем, что в каждой стране своя специ фика. На Бахрейне режим представлен суннитской правящей династией, в то время как население на 70 процентов — шии ты. Сунниты занимают высшие посты в администрации, ком паниях, ведущие позиции в экономике. Поэтому религиозные протесты сочетаются с протестами социальными. Уровень жиз ни на Бахрейне высок, даже среди шиитов. Но оскорбленное чувство человеческого достоинства, нежелание шиитов быть людьми второго сорта подталкивали их на восстание. Королев ский режим не потерял своей основы, контроль над армией и полицией, но делал одну уступку за другой. Естественно, что шиитскую оппозицию подогревала иранская пропаганда.
Чувствуя шаткость своей ситуации, правительство Бахрей на пригласило в страну войска из Саудовской Аравии и Объ-
54
единенных Арабских Эмиратов. Около двух тысяч военнослу жащих из этих стран заняли позиции для защиты государст венных зданий и объектов инфраструктуры, пытаясь избежать столкновений с демонстрантами. Представители шиитского большинства заявили, что произошла оккупация их страны. Тегеран сделал по этому поводу несколько резких заявлений, но дальше риторики не пошел.
Король Бахрейна ввел режим чрезвычайного положения. Полицейские и армия силой выбили демонстрантов с Жемчуж ной площади, используя слезоточивый газ и резиновые пули. Палатки демонстрантов были сожжены. Были жертвы.
Арабо-иранские и суннитско-шиитские противоречия ос таются существенным компонентом общей кризисной ситуа цией и в зоне Залива и в целом на Ближнем и Среднем Вос токе. При этом наблюдается значительное усиление позиций в регионе Ирана и Турции, как с учетом роста их экономическо го веса, так и принимая внимание намеченный уход вооружен ных сил США из Ирака и Афганистана.
Установление политического доминирования шиитов в Ира ке и массовые антиправительственные выступления шиитов на Бахрейне вызвали огромную озабоченность в странах Персид ского залива. В политических заявлениях и в СМИ делается упор на активную поддержку Ираном бахрейнских шиитов. Конкрет ных данных о вмешательстве Ирана в дела Бахрейна пока нет, хотя риторика Тегерана была жесткой и воинственной.
Аравийские режимы, чувствуя усиление и активизацию шиитов и в какой-то степени ослабление позиции суннитов, призывают Запад занять жесткую позицию по отношению к Ирану. Достаточную активность проявляет здесь Саудовская Аравия, учитывая, что часть населения в этой стране, особен но в Восточной (нефтяной) провинции, — шииты (по некото рым данным около 10% всего населения королевства).
Официальная пропаганда Ирана пытается изобразить ны нешние арабские революции как продолжение иранской рево люции 1979 года. Тегеран активизирует старые свои связи и сотрудничество с Хизбаллой в Ливане и движением ХАМАС в секторе Газа.
55
Суннитско-шиитские противоречия, уровень их накала бу дет зависеть и от ситуации в Сирии. Если произойдет круше ние нынешнего баасистского режима в Сирии, то волнения мо гут перекинуться и на Ливан и Иорданию. Тогда суннитскошиитские противоречия еще более обострятся.
Иран попытается взять реванш (хотя и совершенно неаде кватный) в Йемене, где значительная часть населения принад лежит к шиитской секте зейдитов.
Революция в Египте изменила расклад в суннитско-шиит- ских отношениях в целом регионе. Главная суннитская страна региона — Египет после революции поставил задачи норма лизовать отношения с Ираном. Прорабатывается вопрос о вос становление дипломатических отношений.
Ясно, что США будут активно поддерживать и поддер живают революционное движение в Иране с помощью спец служб, денег, информационных технологий. Но они поддержи вают это протестное движение для того, чтобы свергнуть ре жим своего врага на Ближнем и Среднем Востоке, устроить там «цветную революцию». Режим, который необычайно уси лился и окреп после того, как США одной рукой разгромили и уничтожили власть Саддама Хусейна в Ираке — противни ка Ирана, а другой — власть талибов в Афганистане, тоже про тивника Ирана.
В Иране растет недовольство «властью мулл». Движущие силы протестов похожи на те, которые существуют в Егип те,— городской образованный или полуобразованный сред ний класс. Но власть имущие в Иране пока что гораздо более мощные и сплоченные и готовы применить силу против бун тующих.
Конечно, образованный средний класс в Саудовской Ара вии на события смотрел по-другому, кое в чем морально под держивая восставших в других арабских странах. Саудовские блогеры осуждали правительство за то, что оно дало бывше му правителю Туниса Бен Али убежище. Но для одних он был диктатор, для других — почти безбожник, слишком светский правитель. Кто-то жаловался на недостаточный уровень зар платы, плохие школы, нехватку рабочих мест.
5 6
Среди сторонников революции по египетскому пути в Сау довской Аравии могут быть какие-то представители городско го среднего класса. Но и им надо выбирать между сравнитель ным материальным благополучием и потенциально опасными последствиями бунта. В королевстве действует разбросанная по всей гигантской территории королевская семья, точнее — клан из более пяти тысяч человек. За штурвалами самолетов сидят в основном члены королевской семьи, они — в аппара те всех ведомств, в армии, полиции, в главе многих провин ций. В Саудовской Аравии находятся главные святыни исла ма— Мекка и Медина, и религиозный истеблишмент имеет глубочайшие корни. Призывы к восстановлению основ исла ма в Саудовской Аравии прозвучали бы просто смешно, пото му что в стране нет другого права, кроме шариата. Власть опи рается не только на сильные полицейские структуры, но и на национальную гвардию, которая формируется из верных дина стии племен «голубой крови». Что касается рабочих — семивосьми миллионов иммигрантов из Пакистана, Бангладеш, Фи липпин и некоторых других стран, — то они приехали сюда не для того, чтобы остаться и получить саудовские права, а для того, чтобы заработать денег и уехать.
В стране скопились огромные финансовые ресурсы. Они направляются на диверсификацию экономики, создание новых рабочих мест, на социальные цели.
У правительства достаточно широкий выбор средств для того, чтобы ослабить любую оппозицию. Оно может прибе гать к репрессиям, пропаганде, племенным связям, к патрона жу. Престарелый (87 лет) король Абдалла перед возвращени ем после лечения в страну объявил о социальной программе в 37 миллиардов долларов на помощь бедным, отсрочку креди тов, на строительство жилья. Были расширены кое-какие пра ва женщин. Но отметим, что любые шаги к какой-либо «де мократизации» раньше давали преимущества крайним анти западным исламистам в Саудовской Аравии, поэтому просто призыв к «свободным» выборам —опасный лозунг даже для скрытых либералов.
Только в Восточной провинции, где есть достаточно мно гочисленное шиитское население, мог бы вспыхнуть массо-
57