Отстаивание своих гражданских прав, в том числе права не совершать вакцинацию.
Вера в теории заговора, в том числе фармакологические и политические.
Морально-этические и религиозные мотивы (например, вера в то, что вакцинация претит воле Господа). [Oіpiсski M, 2012, 382-384]
Также, важной причиной можно назвать анти-вакцинаторские форумы, ведь согласно исследованию “The Internet: a modern Pandora's box?” 52% Интернет-пользователей считают информацию на таких ресурсах достоверной или полностью достоверной. [Oіpiсski M, 2012, 384]
В целом, информация на сайтах не могла считаться благонадежной по нескольким причинам: в результате контент-анализа было выявлено, что среди публикуемой информации было много неверных интерпретаций, ссылки на сами сайты, неподтвержденные высказывания и ссылки на анти-научные исследования. [Oіpiсski M., 2012, 384]
Причины отказа от вакцинации также различались для развивающихся и развитых стран:
Недостаточный охват вакцинации в развивающихся странах приписывают отсутствию доступа к вакцинации, низкому уровню образования, грамотности или низкому социально-экономическому статусу. Однако в развитых странах отказ от вакцинации зачастую является осознанным решением родителей. Отказы от вакцинации преимущественно связаны убеждениями, что вакцины вызывают краткосрочные и долгосрочные побочные эффекты, вакцины неэффективны, приводят к перегрузке иммунной системы и ослабляют ее. Также частыми причинами были религиозные убеждения, уверенность в том, что дети и так получают излишне много вакцин, недоверие к государству и медицинским учреждениям и предпочтение страдать от негативных последствий бездействия, чем от последствий вакцинации. [Oіpiсski M., 2012, 384]
1.7 Сомнения и отказ от вакцинации
Нерешительность и сомнения в целесообразности вакцинации занимают центральное положение на шкале, где крайние ее значения - полное принятие вакцинации или категорический отказ от нее. Нерешительность в отношении вакцин означает задержку в принятии или отказе от вакцинации, несмотря на наличие служб вакцинации. Группа тех, кто сомневается в необходимости и правильности вакцинации, включает как тех, кто отказывается от вакцин, так и тех, кто вакцинирует себя и детей, сомневается в правильности решений, а потому может отказаться от вакцинаций.
Отношение также объясняется моделью «3C», предложенной «The WHO EURO Vaccine Communications Working group inn2011. [MacDonald N.E., 2015, 4161-4164] Данная модель включает в себя три составляющие: confidence - доверие, основанное на вере в эффективность и безопасность вакцинации, доверие к системе, предоставляющей вакцины, доверие к системе здравоохранения, государству и врачам, уверенность в компетентности медицинских работников; complacency - «самоуспокоение», которое присутствует там, где риски инфекционных заболеваний, подконтрольных прививкам, низки. Этот фактор подразумевает взвешивание рисков, которые могут привести к отказам от вакцинации или, по крайней мере, сомнениям в ее эффективности и безопасности; convenience - территориальная доступность, финансовая состоятельность (возможность оплатить вакцинацию), состояние здоровья и все то, что определяет удобство вакцинации.
Удобство вакцинации является существенным фактором при принятии решения. Под удобством подразумевается финансовая доступность, географическая доступность, наличие знания и способность к восприятию (языковая грамотность и грамотность в отношении здоровья) и привлекательность услуг иммунизации. Качество обслуживания (реальное и/или предполагаемое) а также интенсивность вакцинопрофилактик согласно календарю прививок. [MacDonald N.E., 2015. 4161-4164]
В странах с высоким уровнем доходов, имеющих программы вакцинации с достаточными ресурсами, неадекватные коммуникации в рамках программ иммунизации могут усилить нерешительность в отношении вакцин и привести к прямым отказам.
Хотя коммуникация не является ключевым фактором, таким как уверенность, самоуспокоенность и удобство, она может негативно повлиять на уровень вакцинации. [MacDonald N.E. 2015. 4161-4164).
1.8 Риск и его восприятие
Потребность в безопасности подразумевает не только обеспечение физической безопасности, но, и также чувство эмоциональной и физической защищенности. Более того, чувство эмоциональной безопасности можно считать близким по своей природе к чувству защищенности от болезни. [Ваганов П.А., Ман-Сунг Им., 2001, 154-158]
Потребность в эмоциональной защищенности во многом определяет отношение к риску. Американский психолог У. Роу развил концепцию Маслоу, предложив обратную иерархию последствий, согласно их нежелательности. Согласно его концепции, преждевременная смерть, инвалидность и болезнь являлись самыми нежелательными последствиями действий.
Согласно догмам экономической теории, апеллирующей к рациональности человека, решение является результатом расчёта возможных рисков и выгод, ожидаемых от решения. Но, в повседневной жизни люди не склонны делать сложных расчётов для принятия повседневных решений, равно, как полный просчет возможных исходов решения невозможен ввиду асимметрии и неполноты информации, а также субъективности и нерациональности самих факторов. К тому же, само понятие рациональности весьма субъективно.
Риск - глубоко культурно укоренённое понятие, ведь одно и то же поведение, сопряжённое с аналогичными рисками, может восприниматься с разной степенью приемлемости в разных культурах, то есть на восприятие риска влияет рисковая культура.
Готовность рисковать зависит от восприятия риска, которое складывается из социально-демографических характеристик в совокупности с множеством других факторов [Ваганов П. А., Ман-Сунг Им., 2001, 154-158]:
Фактор концентрации. В случае, если неблагоприятные, негативные события рассеяны во времени и пространстве, то негативный исход воспринимается маловероятным, а риск более приемлемым. В случае высокой временной и территориальной концентрации, риск видится выше, вопреки законам теории вероятности. Таким образом, риск погибнуть в автокатастрофе видится менее вероятным, чем в результате крушения воздушного лайнера.
Фактор понимания и определенности. Этот фактор также можно назвать фактором «консервативности». Новые, неизвестные доселе риски воспринимаются с большим недоверием, нежели старые и «проверенные».
Фактор конкретности. Знание точного числа пострадавших, времени и обстоятельств происшествия обостряет восприятие риска. События, точное число жертв которых подлинно известно, воспринимаются более опасными.
Фактор контролируемости. В случае если человек находится в ситуации, исход которой не зависит от его действий и усилий, то такая ситуация воспринимается более рискованной.
Фактор добровольности. Риски делятся на добровольные и недобровольные. Добровольные риски подразумевают нахождение в ситуации по своей воле, по своему выбору и воспринимаются менее остро.
Фактор законности. Последствия решения, принятого строго по букве закона, видятся менее рискованными.
Фактор влияния средств массовой информации. Высокая концентрация негативных новостей, тиражируемых СМИ в погоне за рейтингами, смещает фокус внимания, создавая иллюзию распространенности маловероятных событий.
Фактор близости и знакомства. Территориальная близость с источником опасности обостряет восприятие риска. То же самое происходит, если несчастный случай происходит со знакомым человеком или с человеком, схожим по каким-либо характеристикам.
Фактор воздействия на детей. Риски, которые могут влиять на детей, воспринимаются гораздо острее. Люди склонны также проявлять беспокойство не только за своих детей, но и за будущие поколения.
Фактор времени проявления эффекта. В случае, если негативные последствия наступают незамедлительно, то они воспринимаются менее значимыми, нежели последствия, которые могут наступить спустя годы, а потому, суть которых неизвестна.
Фактор происхождения. Риски, провоцируемые деятельностью человека, воспринимаются сильнее, чем риски природного характера.
Фактор справедливости. Если потенциальные негативные последствия будут равномерно распределены между разными членами общества, невзирая на социально-демографические, экономические и другие характеристики, то такие риски воспринимаются более приемлемыми. Здесь можно также упомянуть понятие «порога катастрофы». Согласно Николасу Луману «с результатами калькуляции риска соглашаются тогда и только тогда, когда они не подходят к порогу, который был бы воспринят как катастрофа.»[Луман Н., 1991, 136] Порог катастрофы воспринимается абсолютно по-разному теми, кто принимает решения и теми, кто будет нести ответственность за эти решения, кого результаты решений затронут.
Фактор выгоды. Когда риски влекут за собой потенциальные выгоды, они воспринимаются более оправданными. В случае проигрыша, последующие риски воспринимаются более открыто.
Фактор «репутации» (фактор предшествующей истории несчастных случаев). Наличие известных негативных происшествий в определённой области делает риски субъективно более высокими.
Фактор доверия. Высокий уровень доверия лицам, ответственным за последствия, смягчает восприятие риска.
Фактор обратимости. В случае необратимости последствий рисков при неблагоприятном исходе, риски воспринимаются более негативно.
На восприятие рисков также оказывают влияние следующие эффекты[Немчинова А.Л, Немчинов Д.В., 2009]:
Эффект репрезентативности. Суть данного эффекта в переоценке результатов, полученных на малых выборках и переносимых на генеральную совокупность.
Эффект наглядности. Данный эффект схож с фактором репутации, однако относится к личному опыту индивида. Наглядность, точнее присутствие эмпирического опыта влияет на восприятие рисков.
Эффект консерватизма. Данный эффект заключается в отвержении новой информации, если источник информации считается недостоверным или новая информация не согласуется с убеждениями индивида.
Эффект эгоцентризма схож с эффектом консерватизма. Однако данный эффект относится в большей степени к переоценке своего опыта и знаний и отвержении любых данных, противоречащих этому опыту.
Эффект якоря заключается в тяготении к изначально заданным координатам. Эксперименты показали, что количественные оценки тех или иных вероятности тяготеют к точкам отсчета, если они задаются извне.
Эффект края заключается в переоценке маловероятных событий и низкой оценке событий с высокой вероятностью. Также эффект края показывает, что люди при оценке событий/вероятностей и пр. склонны давать ответы, приближенные к изначально заданным значениям.
Эффект Монте-Карло заключается в приписывании связи между несколькими независимыми друг от друга событиями.
1.9 Механизмы восприятия рисков
Помимо вышеперечисленных факторов и эффектов восприятия рисков при оценке рисков задействуются также определенные механизмы, изучаемые в рамках психологии и социальной психологи. [Ваганов П. А., Ман-Сунг Им., 2001, 154-158]
Принцип асимметрии. Эксперименты показывают, что люди по-разному воспринимают «плохие» и «хорошие» новости ввиду устройства человеческой психики. Негативная информация воспринимается с большей чувствительностью. «Плохие новости отфильтровываются от хороших». Принцип асимметрии строится в данном случае на трех допущениях [Slovic P., 1987].
Во-первых, последствия негативных событий наиболее наглядны и чаще обретают четкую форму (количество жертв, время и место аварии и пр.), тогда как положительные события характеризуются расплывчатой формой.
Во-вторых, негативные факты имеют больший вес для общественности.
В-третьих, люди склонны считать источники плохих новостей более надежными, чем источники, публикующие позитивную информацию.
Механизм социального усиления риска задействуется преимущественно в средствах массовой информации, которые избирательно афишируют информацию с целью достижения высоких рейтингов или с целью сокрытия сути событий. Данный механизм вызывает изменения двух видов: усиление или ослабление восприятия риска; фильтрация информации о рисках.
Примером механизма усиления/ослабления риска может служить деятельность канала CBS за 1986 г. В этом году 129 минут эфирного времени было посвящено Чернобыльской катастрофе, в результате которой погиб 31 человек, и лишь 9 минут эфира отвели землетрясению в Китае, в результате которого пострадало 800000. [Ваганов П. А., Ман-Сунг Им., 2001, 156]
Такое перераспределение внимания наиболее свойственно для экологических катастроф, когда журналисты предпочитают поиски связей с политическими и социальными конфликтами, а мнению экспертов уделяется меньшее внимание. Но, также подобное внимание к Чернобыльской катастрофе может быть объяснено вышеописанными факторами времени проявления эффекта, факторами добровольности, контролируемости и обратимости.