««А когда заболевает каким-то инфекционным заболеванием, от которого делают прививки, то здесь уже нет вины родителей.» (Мария, 3-е детей, отсутствие любых прививок)
Те родители, что признавали свое рискованное положение, все же считали вероятность эпидемии минимальной, или же даже хотели, чтобы их дети переболели определенными заболеваниями, чтобы приобрести естественный иммунитет.
Также, отказ от вакцинации, как выяснилось, может быть вызван не только страхом. В нарративах одной из информанток звучала крайне позитивная оценка семей, которые склоняются к альтернативному комплексному подходу к здоровью: домашние роды, отказ от вакцинации, предпочтение нетрадиционной медицины и пр.
Информанты из предыдущей главы считали, что вакцинация зло и без нее общество будет здоровее. Однако герои данной главы считали, что вакцинация - решение каждого, которое должно приниматься индивидуально. Возможно, это связано с тем, что информанты из предыдущей главы столкнулись с большим давлением, с отсутствием права выбора. А потому, и их сопротивление вакцинации более категорично, так как она воспринимается как более рискованная из-за навязанности. [Ваганов П. А., Ман-Сунг Им., 2001, 154-158] Тогда уверенность, что каждый имеет право на выбор, и чуть более позитивное отношение к врачам, возможно, связано с тем, что и сами врачи стали относиться к отказам мягче. Иными словам, девиз тех родителей, что раньше прививали детей: «отменить, от вакцинации один вред». А родители, которые никогда не прививали своих детей считали, что вакцинация вредна, но делать или не делать - выбор каждого. Они с большим уважением относились к решению согласиться на прививку, тогда как гомеопат и информант-мужчина были категоричны в своих оценках, вплоть до резких высказываний: «…дать мозгов не делать прививку» (Антон, 45 лет, 4-о детей, от 3 до 20 лет).
Также с пониманием относились те родители, что сами сомневались в своих решениях, постоянно обновляли знания и искали актуальную информацию.
Изначально в исследовании закладывалось предположение о надындивидуальной природе принятия решения. Однако некоторые информанты декларировали, что на момент принятия решении о вакцинации в их социальном окружении не было противников вакцинации. И все же в нарративах информантов из Санкт-Петербурга систематически возникал дискурс о посещении специальных родительских курсов по домашним родам или гомеопатических родительских курсов. Это позволяет предположить, что для родителей из Питера свойственна другая социальная среда, в которой преобладает альтернативный подход к воспитанию и к здоровью, в целом. В данных нарративах сознательное отношение к вакцинации рассматривалось лишь как одна из многих составляющих комплексного подхода. Особенно подчеркивался индивидуализм, сознательность и ответственность при принятии решения, к которым призывали на курсах. Преподаватели, однако, не призывали к отказу, а лишь предлагали задуматься и рекомендовали литературу, которая поможет в этом. Возможно, это сильно повлияло на родителей, так как, согласно эффектам восприятия риска, риски, принимаемые добровольно приводят к более лояльному восприятию рисков и отказ от вакцинации воспринимался как менее рискованное решение. А насильно насаждаемая вакцинация воспринимается как более рискованная ситуация, так как родитель оказывается в ней недобровольно. [Ваганов П. А., Ман-Сунг Им., 2001, 154-158].
Информанты из Москвы также связывали своё отношение к вакцинации с нахождением в специфической социальной среде:
«Общались в кругу таких неформальных людей, которые немножко по-другому смотрят на родительство и на общение с детьми, чем это, наверное, принято в обществе сейчас. Там изначально затронули эту тему.» (Ольга, 2-е детей, отсутствие прививок).
Противостоянии общепринятой системе также появлялось в системе жизненных ценностей одной из питерских информанток. Желание «быть не такими как все» было сопряжённо с участием в неформальных субкультурах и принятием участия в нестандартных практиках, как, например, сыроедение. Противостояние общепринятой системе вакцинации было частью общей философии, но тем не менее отказ хранился в тайне из боязни провоцировать агрессию со стороны других родителей.
Возможно, желание противостоять общепринятой системе действования было ответной реакцией на «насаждаемые сверху, надындивидуальные» риски.
Для всех информантов была свойственна позитивная оценка нетрадиционной медицины, ведь они сами или их близкие видели позитивный эффект, улучшение здоровья. Большинство информантов оценивали уровень российской медицины нейтрально. При этом вакцинальный туризм виделся как бессмысленная процедура. То есть, негативное отношение к вакцинации было, скорее всего, не связано с негативной оценкой уровня медицины, так как информанты не видели разницы между вакцинами производства разных стран. Интересно, что отказ от вакцинации может быть связан и с позитивной оценкой современной медицины. Несмотря на негативную оценку вакцин, информанты считали, что риск заболеть заболеванием, от которого делают прививку, низок, но даже в случае заражения уровень развития современной медицины достаточно высок, чтобы лечить эти заболевания:
«…современная медицина вполне может справиться с большинством заболеваний, если своевременно диагностировать, если ребёнок живёт в нормальных социальных условиях, нормально питается, дышит чистым воздухом и так далее. Шансы на то, что у него будут какие-то серьёзные последствия заболеваний достаточно сильно снижаются. Также могут быть такие последствия, что можно умереть. Никто ни от чего не застрахован. Но, так спокойнее лично мне. Каждый сам свой путь выбирает. От таких заболеваний, как ветрянка, грипп, считаю, нет нормальных прививок. Стоит ли вводить, рисковать, если ребёнок спокойно переносит эти заболевания. Даже в кори ничего такого страшного нет.» (Мария, 2-е детей, отсутствие любых прививок)
Интересно, что в отличиие от информантов из предыдущей главы, информанты выражали желание принимать решение индивидуально и декларировали уважение к решениям других родителей, даже если не понимали их. Таким образом, даже когда родители считали, что мир и каждый отдельный человек станет здоровее при отказе от вакцинации, в нарративах доминировало уважение по отношению к любому решению родителей. Возможно, родители готовы были признать за другими право на любое решение, при том, что и их право на отказ будет уважаться.
Или же, информанты считали, что «успех» вакцинации лишь совпадение: что вакцины изобрели тогда, когда болезни и так шли на спад.
В случае негативного отношения к вакцинации, информанты считали, что повсеместный отказ от вакцинации будет иметь или позитивный эффект или не будет никаких изменений:
Позитивный эффект. Отказ от вакцинации оздоровит общество: каждый человек станет более здоровым, через несколько поколений можно будет проследить позитивные изменения. Информанты считали, что болезни, от которых прививают, были связаны преимущественно с антисанитарией, а потому уже исчезли с лица земли или же мутировали со временем, поэтому вакцина не даёт гарантии безопасности.
Отсутствие изменений. Данные респонденты считали, что отказ от вакцинации не будет иметь ярко-выраженных негативных или позитивных последствий, помимо финансового краха многих фармацевтических компаний. Позитивной стороной будет то, что дети начнут болеть детскими болезнями, что гораздо лучше для иммунной системы, нежели переносить детские болезни во взрослом возрасте. Детский иммунитет не будет портиться с роддома: детскими болезнями нужно переболеть в детстве, чтобы вырабатывался иммунитет. Более того, определенными болезнями особенно важно переболеть девочкам, чтобы передать этот иммунитет следующим поколениям. Также, уверенность, что лучше переболеть некоторыми болезнями, как корь, краснуха и ветрянка, укоренялось в уверенность, что за последние несколько столетий наука совершила прорыв в лечении этих заболеваний.
Также было высказано мнение, что только в обществе абсолютно другого порядка люди могут позволить себе этот «риск, эту роскошь, чтобы жить практически без вакцинации». (Анастасия, 1 ребенок, 2 года).
Риск и роскошь жить без вакцинации могут позволить себе люди, достигшие очень высокого уровня осознанности, заботящиеся о своём здоровье через укрепление иммунитета: ведение здорового образа жизни, забота не только о физическом, но и о психологическом здоровье, отказ от курения, алкоголя и наркотических веществ.
Общее наблюдение за другими людьми и их родителями, у которых был нестандартный взгляд на воспитание детей, и позитивная оценка данных семей также фигурировали в нарративах информантов. Интересно, что в данной группе среди питерских информантов были преимущественно те, кто не просто был против вакцинации, но и одобряли домашние роды. То есть, отказ от вакцинации, предпочтение нетрадиционной медицины и предпочтение домашних родов, возможно, являются общими составляющими специфического подхода к здоровью.
Толька эта группа родителей видела риск при любом решении, тогда как гомеопат и информант-мужчина говорили только об опасности прививок:
«Никого убеждать не буду, могу посоветовать что-то почитать. Каждый выбирает свою группу риска… Никто ни от чего не застрахован.» (Мария, 5 детей от 1 до 15 лет).
В качестве достоверных источников информации о вакцинации, родители упоминали научные исследования, рассказы знакомых, личное знание врачей (часто высокопоставленных), которые не прививают своих детей. Доверием пользовались мнения только тех врачей, что говорили о негативных последствиях вакцинации, так как, возможно, это ощущалось как забота об интересах пациента, а не желании получить премию за выполнение плана. Настоятельные рекомендации сделать прививку наоборот делают врача недостоверным источником информации, в глазах антивакцинаторов.
Уверенность во вреде вакцинации подпитывалась «про-прививочной литературой». Информанты говорили, что исследования, посвящённые пользе вакцинации, указывали на осложнения, но отрицали их связь с вакциной. Подобного рода отрицания взаимосвязи прививки и болезни действовали, по словам информантов, сильнее, чем противопрививочная литература.
Вопреки предположениям, среди информантов из сообществ в «Вконтакте» не было выявлено ярко-позитивного отношения к другим участникам сообщества. Более того, происходит отделение себя от «неадекватных участников» сообществ и ставится под сомнения большая часть информации, которая публикуется в данных сообществах:
«Там много своеобразной информации. Люди тоже не всегда бывают адекватными, иногда перегибают палку. Я спокойно к этому отношусь. Ну перегибают - это их проблема.» (Мария, 2-е детей, 1 и 5 лет).
Подводя итог всему вышесказанному, можно предположить, что на данном этапе родители обладают большей свободой при принятии решений о вакцинации и сталкиваются с меньшим противостоянием врачей. В их нарративах звучит желание индивидуального подхода, а не полной отмены вакцинации, хотя они и считали, что без вакцин общество станет здоровее или ничего не изменится. Информанты относились с пониманием по отношению к тем родителям, что прививают своих детей. Также решение отказаться от вакцинации происходило не только от страха, но и благодаря позитивной оценке тех семей, которые имеют альтернативный взгляд на воспитание детей. Интересно, что происходит трансформирование понятия ответственности, когда лишь пост-вакцинальные осложнения считаются виной и ответственностью родителя, но не болезнь. Также, это связано со страхом остаться один на один с горем, с серьезными пост-вакцинальными осложнениями, которые никогда не признают ни врачи, ни государство, и страхом стигматизации. Негативное отношение к вакцинации было, возможно, связано с личными неудачными историями взаимоотношений с традиционными врачами и положительными историями с гомеопатами и остеопатами. Отказ от вакцинации также может быть связан с желанием противостоять общепринятым моделям поведения. Вероятно, что есть связь между домашними родами и отказом от вакцинации, как составляющими общего альтернативного подхода к здоровью.
В заключении, отношение данной группы можно охарактеризовать нижеследующими тезисами:
Вакцинация вредна для всех.
Вакцинация не нужна, так как ребенок наследует антитела к болезням от родителей.
Вакцинация не нужна, особенно в отношении маленьких детей, тогда как взрослым она не навредит ввиду уже сформированной иммунной системы.
Вакцинация - бизнес по убийству иммунитета целого поколения с целью извлечения коммерческой выгоды.
Вакцинация - верный способ убийства естественного иммунитета ребёнка.
Каждый выбирает свою группу риска, а потому подход навязывания вакцинации должен быть пересмотрен.
4.2 Не прививали детей, но предполагает, что будет прививать своих детей в будущем
Главной декларируемой причиной отказа от вакцинации было убеждение, что сначала должен сформироваться собственный иммунитет ребенка, чего не произойдет, если вакцинировать ребенка в первые пару лет жизни. Данное решение сопровождалось негативным отношением к вакцинации, в нарративах звучали сомнения и желание, чтобы обще-обязательный подход навязывания был пересмотрен. Негативное отношение к вакцинации было связано с фактором близости и знакомства. [Ваганов П. А., Ман-Сунг Им., 2001, 154-158] - непосредственным знанием женщин, чьи дети пострадали от вакцин:
«Многие ставят в больнице сразу при рождении, всё хорошо, но это тоже может повезти, а может не повезти, потому что я знаю лично 2 женщин, которым не повезло.» (Кристина, 1 ребенок, 9 месяцев).
Но, также были выдвинуты и предположения о теориях заговора: информантка полагала, что те иностранные вакцины, что поставляются в Россию, поставляются бесплатно, а российские граждане выступают в роли «подопытных кроликов». Теория, что вакцины от некоторых заболеваний являются способом по стерилизации населения, была укоренена в убеждении, что бесплодие в Кении и других африканских странах было вызвано вакцинной от ВПЧ, и депопулизация населения может происходить за счёт сокращения населения в странах «третьего мира».:
«…Есть антигены ХГЧ, гормон, который отвечает за вынашивание беременности. В этих клетках содержится антиген, и таким образом они контролируют рождаемость.» (Кристина, 1 ребенок, 9 месяце).
Однако, возможно, вера в теории заговора связана со спецификой работы информантки, которая значимую часть жизнь проработала в сфере журналистики.