Александр Готлиб Баумгартен родился в Берлине в 1714 г. и умер во Франкфурте-на- Одере в 1762 г. В 1730 г. он приехал в Галле; начал изучать философию Вольфа. К 1735 г. относится публикация его дипломной диссертации, озаглавленной "Философские размышления о некоторых предметах, относящихся к поэме" (Meditationes philosophicae de nonnullis ad poema pertinentibus), где уже угадывается ядро теории, которую Баумгартен изложит в двух томах "Эстетики" (1750-1758). В 1739 г. Баумгартен опубликовал "Метафизику", которая до 1779 г. выдержала семь изданий; в 1766 г. она была переведена с латинского на немецкий язык Георгом Фридрихом Мейером (1718-1777), учеником Баумгартена. Кант отозвался об этой работе как о "наиболее полезном и основательном из всех учебников такого рода". Сам Кант использовал его в своих лекциях. "Метафизика" Баумгартена - "компендиум из тысячи параграфов вольфианскои теории, написанный сухим и лаконичным стилем, несомненно, полезен как базовый текст для университетских занятий". "Метафизика, - пишет Баумгартен, - это наука о первых принципах человеческого познания. Составными частями метафизики являются онтология, космология, психология и естественная теология". И если "онтология - наука о наиболее общих предикатах сущего", то "общая космология - наука об основных предикатах мира, она носит эмпирический характер, когда опирается на опыт, и рациональный - когда опирается на понятие мира". Со своей стороны, "психология - наука об общих предикатах души"; она "носит эмпирический характер, когда извлекает свои постулаты из опыта, и рациональный - когда выводит их с помощью длинной дедуктивной цепочки из понятия души". Наконец, естественная теология - "наука о Боге, в той степени, в какой может быть понята без веры, она включает: понятие Бога и Его действия". Как можно видеть из этого краткого резюме, метафизическая мысль Баумгартена в основном вращается в рамках вольфианскои парадигмы. Историческая заслуга Баумгартена прежде всего в том (как хорошо увидел Вундт), что он построил нечто вроде "моста" между схоластической метафизикой и кантианскими трансценденталиями, между реализмом с онтологической перспективой и логико-гносеологическим срезом структуры бытия.
"Выдающийся аналитик", по оценке Канта, Баумгартен заложил философские основы эстетики. Эстетика (именно Баумгартен предложил этот термин: от греч. aisthesis - чувство) не может быть сведена к правилам создания произведения искусства или анализу его психологического эффекта. Эстетика - "наука о чувственном познании", и потомунизшая гносеология, поскольку занимается
750
низшей способностью к познанию. Подчиненная способность готовит к совершенству чувственное познание, следовательно, необходимо тщательно изучить его законы, и, таким образом, эстетика становится "младшей сестрой логики" и заимствует у нее систематический характер. Параллелизм, установленный между эстетикой и логикой, и последовавший за этим системно-теоретический интерес к "эстетике" вышел далеко за пределы простого декора.
Изменения связаны с новой антропологией. Чисто научного знания теперь недостаточно. Есть чувственное познание, и оно автономно, а не функционально. Уже Лейбниц, отмечает Кассирер, противопоставил "ясную" идею "отчетливой". "Ясная" идея достаточна для жизни, она делает возможной нашу первую ориентацию в чувственной среде; "отчетливая" идея дает адекватное знание вещей, ответ на "почему", не удовлетворяясь различением предметов по ощущаемым характеристикам. Эстетика, по Баумгартену, - наука о "ясных" и "смешанных" представлениях. Perceptio confusa (смешанное восприятие) "этимологически указывает на восприятие сплетения элементов,
когда нельзя вычленить отдельные элементы из целого, следуя за ними изолированно". Эстетическая интуиция - независимое целостное познание чувственного. Оно означает видеть нечто, чувствовать, знать и понимать без почему. Вот как Кассирер пытается объяснить это: "Если на базе методов точной науки мы объясняем феномен цвета, разворачивая цвет в чистом движении, мы не только уничтожаем его чувственный аспект, но и устраняем эстетическое значение. Цвет как художественный образ, завоевание живописи, исчезает при физико-математической редукции; с чувственным опытом пропадет всякий след эстетической функции цвета. Эстетика занимается чувственным феноменом, не делая попыток перейти от него к "причинам", т.е. к чему-то совершенно иному. Обращение к причинам не объясняет эстетического содержания феномена, а разрушает его.
Итак, мы видим, что Баумгартен - не только выдающийся аналитик, виртуоз схоластической логики, но и мыслитель, видящий границу этой логики: отчетливые идеи и принцип достаточного основания не имеют никакой власти в сфере чувственного познания. Красота пейзажа - не дело геолога: "Интуиция чистого созерцания пейзажа дана только мастеру, художнику или поэту. <...> Созерцающий образ забывает спросить о его "причине". <...> Отдаться чистой экспрессии и остановиться на этом необходимо, если мы хотим, чтобы феномен не выскользнул из рук". Для Баум-
751
гартена кроме логики, исследующей законы мышления, существует также эстетика - наука о законах чувственного познания; этим он восстанавливает философское достоинство чувственного. Баумгартен борется "за чистоту эстетической интуиции перед судом разума. Цель эстетики - узаконить внутренние возможности переживания, не подавляя их" (Э. Кассирер).
Герман Самюэль Реймарус: натуральная религия против религии откровения
Гамбургский философ Германн Самюэль Реймарус (1694-1768) изучал теологию, филологию и философию в Иене и Виттемберге. Посетив Голландию и Англию, с 1728 г. он начал преподавать восточные языки в гимназии Гамбурга. "Трактат о главных истинах христианской религии" (1754) написан в защиту естественной религии. В нем утверждается, что существование Бога, Создателя мира, реальность провидения и бессмертие души доказуемы. Противник религии откровения, Реймарус, однако, критикует французских материалистов, поскольку без религии нет морали и надежды на счастливую жизнь. С другой стороны, добавляет Реймарус, если без Бога нет мирового порядка, тогда единственное истинное чудо - творение и нет чудес позитивной религии, потому что Бог не исправляет свои творения. Если библейская религия выступает против естественной религии, значит, она ложна. Доказательства Реймарус приводит в "Апологии, или Сочинении в защиту разумных почитателей Бога". Эта работа впервые будет опубликована Лессингом под названием "Фрагменты из анонимного трактата". В этой работе Реймарус заявляет, что 1) единственная настоящая религия рациональна; 2)
Откровение и позитивные религии должны быть отвергнуты. Рациональная религия учит долгу и страху перед Богом, а учение Христа, по своей сути, не что иное, как "практическая рациональная религия". Если устранить это моральное ядро, все остальное в христианстве - политика и обман (Иисус Христос и его последователи были политиками; крещение Христа также было сделкой между ним и Иоанном Крестителем, распятие стало событием, нарушившим политический план Христа, а воскресение - выдумкой учеников Христа после его поражения). Все это - относительно Нового завета. В Ветхом завете столько абсурда и злобы, что видеть в нем послание свыше было бы богохульством. Даже из того малого, что сказано об "Апологии", ясно, почему она растревожила покой спящих лютеран.
752
Мозес Мендельсон и существенное различие между религией и государством
Кристоф Фридрих Николаи (1733-1811) стал издателем курса популярной философии, цель которой - не критическая разработка проблемы, а формирование светского человека, общества и культуры как инструмента совершенствования в целях достижения успеха. Отсюда - общий оптимизм и вера в разум как фактор прогресса и лечения социальных болезней. "Среди просветителей Мендельсон отличается широтой интересов, элегантной ясностью стиля и благородством духа в решении этико-религиозных проблем".
Мозес Мендельсон родился в Дессау в 1729 г. В 13 лет в Берлине он стал репетитором на службе у одного коммерсанта, а затем - управляющим. Познакомившись с Лессингом и Николаи, Мендельсон принимает участие в издательской деятельности последнего, публикуется в солидных журналах. В 1755 г. выходят его первые работы: "Философские диалоги" и "Поп-метафизик", написанные для представления на конкурсы, устраиваемые Берлинской академией. В том же 1755 г. появляются "Письма об ощущениях". В 1763, в год, когда Фридрих II освободил философа от социальных ограничений, в которых находилась еврейская община в Пруссии, Мендельсон публикует "Трактат об очевидности в метафизических науках". "Математика - наука о количествах, а философия - наука о качествах"; метафизическое познание "основано на разуме" и потому "заслуживает названия науки".
"Федон" Мендельсона (1767) - переработка и модернизация платоновского диалога о бессмертии души. В пользу существования Бога он приводит онтологическое и космологическое доказательства, не отвергая и других. "Утренние часы" (1785) представляют собой нечто вроде резюме метафизических идей Мендельсона. Работа имеет подзаголовок "Лекции о существовании Бога". Из Библии Мендельсон перевел на немецкий "Пятикнижие" и Псалтирь. В защиту французских евреев в 1783 г. была написана работа "Иерусалим: о религиозной власти и иудаизме". В ней Мендельсон размышляет об
753
отношении свободы совести и государства и видит решение в терпимости: религия и мораль не выносят принуждения. Религиозная унификация, по Лейбницу, невозможна, поскольку такая унификация потребовала бы юридической формулировки, апеллирующей к власти. Но, как пишет Мендельсон, религия и государство различны по сути: "Государство обязывает и вынуждает, религия учит и убеждает; государство вводит законы, религия - заповеди. Государство прибегает к физической силе, если это необходимо; сила религии заключается в любви и милосердии. Государство изгоняет неповинующегося, церковь принимает его в свое лоно. Право к принуждению люди получили в результате общественного договора, у религии его нет".
Готхольд Эфраим Лессинг и "Страсть к истине"
Лессинг и проблема эстетики
Образцом мужества, решительности, непримиримости, героизма в поисках истины назвал Лессинга Л. Миттнер. Лессинг искал врагов, чтобы напасть на них с радостным и гневным нетерпением, - в этом он похож на Фридриха II.
Готхольд Эфраим Лессинг, сын протестантского пастора, родился в Каменце, в Саксонии, в 1729 г. Он учился в Лейпциге, а потом перебрался в Берлин, где познакомился с Вольтером. В 1760 г. он поступает на службу к прусскому генералу Тауенциену в качестве секретаря и поселяется в Бреславле. В 1770 г. Лессинг стал библиотекарем наследного принца Фердинанда, герцога Вольфенбюттельского (по названию маленького городка в нижней Саксонии). Здесь, получая мизерное жалование, Лессинг "жил один в длинной анфиладе комнат на третьем этаже, терпя нужду и унижения наряду с прислугой". Страстным протестом против любой формы угнетения исполнена его трагедия "Эмилия Галотти". Лессинг показал на сцене политическое и моральное убожество двора и принца Гвасталлы. В 1774 г. он публикует "Фрагменты из анонимного трактата" с примечаниями. С помощью небольшой уловки Лессинг смог представить вниманию публики рукопись Реймаруса, переданную ему дочерью автора; в сочинении критикуются религия и власти.
В 1775 г.
754
Лессинг сопровождает герцога в путешествии по Италии, во время которого он вынужден присутствовать на многочисленных приемах, даже на аудиенции у Папы. В 1780 г. он женился на женщине, которую любит, - Еве Кёниг. Но счастье Лессинга было кратким: Ева Кёниг умерла, родив сына, который ненамного пережил мать. "Мне так хотелось немного счастья; но я оказался неудачником". Умер Лессинг в 1781 г.
Блестящий писатель, неутомимый полемист, Лессинг много писал для театра; занимался эстетикой, философией религии. Среди его сочинений для театра помимо уже упомянутой "Эмилии Галотти" следует назвать: "Мисс Сара Сампсон" (1756, мелодрама), "Филотат"(1759, экзальтация и одновременно осуждение юношеского пыла), "Минна фон Барнхельм" (1767, несомненно лучшая немецкая комедия тех времен), "Натан Мудрый" 1779, философская притча о терпимости).
Среди трудов по философии искусства необходимо упомянуть "Гамбургскую драматургию" (1767-1769) и особенно "Лаокоон, или О границах живописи и поэзии" (1766). По Лессингу, в изобразительном искусстве "отдельные части представления" локализованы, а живопись "использует формы и цвет в пространстве". В поэзии части следуют одна за другой во времени. Поэтому правила живописи отличны от правил поэзии. Действительно, почему в знаменитой скульптурной группе греческого мастера Лаокоон, терзаемый змеями, изображен с закрытым ртом, а не вопящим? Потому, отвечает Лессинг, что вопль невозможно выразить скульптурно, тогда как это вполне доступно поэзии, что доказывает Лаокоон Вергилия. Живопись характеризуется формой и цветом, скульптура - жестами и пространством, поэзия - звуками, ритмами и символами. И незаконные вторжения в чужую область могут привести лишь к ошибкам. Конечно, поэту остается возможность описывать тела, а художнику - намекать на действия; но красота телесной формы происходит из гармонии частей, недоступной поэту.
755
Аристотелевские правила единства остаются фундаментальными для Лессинга, который в "Гамбургской драматургии" пишет, что "Поэтика" Аристотеля "безупречна, как "Начала" Евклида", т.е. принципы "Поэтики" верны и точны, как геометрия. Для драмы основным является единство действия, а единство времени и места всего лишь следствие. В "Гамбургской драматургии", где объединены рецензии на программы Немецкого национального театра в Гамбурге, Лессинг защищает динамизм драмы, считает театр школой формирования морали для немцев. Цель театра - истина; но истина не историческая (что делал тот или иной персонаж), а психологическая. Театр должен научить, "как поступает человек определенного склада в типических обстоятельствах".
Лессинг и проблема религии
Лаокоонизм останется популярным даже в эстетике XX в., но каков взгляд Лессинга на религию? Лессинг противопоставляет этический аспект религии догматическому. В 1750 г. появляется поэтическое сочинение "О религии", между 1751 и 1753 гг. - работа в 27 параграфах под названием "Христианство разума". В сочинении "О возникновении религии Откровения" (1753-1755) Лессинг утверждает: "Признать Бога, принимая во внимание самые достойные знания в каждом нашем действии и мысли, - вот наиболее