Материал: Зеркало жизни. повесть, рассказы, новеллы, очерки, эссе. Сазонов Э.В., Бойко А.Н

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

ираньше его старший брат, дядя Витя, Денис два раза в день — рано утром до работы и вечером, отпускал голубей в полет. Утром в это время Олег еще спал и не мог помогать Денису, а вот вечером он был весь в его распоряжении: насыпал голубям зерно, наливал в металлическое корытце воды, даже вычищал голубиный помет. Олег, как

ираньше, не переставал восхищаться полетом голубей, но теперь уже со знанием дела. Ему нравилось, как одни голуби кувыркаются в полете, другие громко хлопают крыльями, третьи улетают настолько высоко, что их трудно разглядеть в небе.

Один эпизод из жизни голубей поразил Олега. У одной из пар вывелись птенцы, и какие же они оказались некрасивые, да просто уродливые, по сравнению с их родителями. Совсем другое дело у кур, там почти все наоборот — появившиеся на свет цыплята, эти маленькие, симпатичные желтые шарики, сразу располагают к себе. А потом они вырастают и превращаются в неуклюжих куриц и заносчивых петухов. Почему так?

Голубятники по своим, только им понятным правилам, соревновались и боролись друг с другом. Запустит один из них в небо своих голубей, смотрит — не нарадуется. А другой запускает своих голубей, но с одной хитринкой: одна из пар разбита — голубь в полете, а голубку в руках держит хозяин. Если стаи смешаются, то хозяин голубки начинает ее подбрасывать, не давая улетать. Голубь видит свою подругу и устремляется к ней, а за ним все остальные — и свои, и чужие. Хозяин загоняет птиц в голубятню и ждет, когда к нему придет выкупать своих голубей их хозяин. Олег, естественно, этих правил не знал, и когда увидел, что их голуби садятся на чужую голубятню, очень расстроился:

—  Денис, Денис, смотри, наши голуби улетают. Что же делать? —  А что теперь делать. Надо идти выкупать своих голубей. А где

денег взять?

—  А сколько надо?

—  Много, твоих не хватит. Но ничего, мы его, прощелыгу, тоже подловим.

—  Но тогда и ты тоже «прощелыгой» будешь. —  А что делать, он же первый начал.

Неделю они были без голубей, пока Денис их не выкупил, заняв деньги.

51

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

К 1 мая 1944 года семья Олега получила подарок — письмо от отца.

«Дорогие мои! Спешу вас обрадовать: есть приказ о моем переводе в Воронеж на должность начальника лагеря военнопленных. Ждите.

Обнимаю, целую.

Петр»

Это была большая, неописуемая радость. Однако эта радость вызывала у Олега где-то глубоко-глубоко внутри чувство тревоги, какой-то стыдливости перед ребятами. Еще идет война, кровопролитная война, каждый день люди получают «похоронки», а его отец, здоровый мужчина, возвращается в тыл с целыми руками и ногами, как бы «сбегая» с фронта.

Весна плавно перешла в лето, и уже в конце мая ребята открыли купальный сезон. В воскресенье или вечером в рабочие дни Денис ходил на реку ловить рыбу. Ловить не ради отдыха или спортивного азарта, а для пропитания. Олег часто сопровождал Дениса, помогая ему копать червей или ловить кузнечиков для насадки, складывать пойманную рыбу в садок, нести рыбу домой, выпендриваясь перед ребятами. Денис, видя интерес Олега к этому делу, стал приучать его к рыбной ловле: отдал свою старую снасть, научил привязывать крючок и поплавок, насаживать на крючок наживку. Успехи не заставили себя ждать, и скоро Олег самостоятельно за утро мог наловить до полусотни, а иногда и больше, небольших селявок, пескарей, плотвичек, голавликов, окуней.

Практически в любом деле есть возможности для совершенствования. Видя, как взрослые люди ловят рыбу сетью, ребята решили упростить этот процесс. Стали каждый в своем доме или поблизости от него искать большую корзину. Наутро в их распоряжении были четыре корзинки и большой сундук, плетенный из лозы, который идеально подходил для их плана. Они ставили этот сундук, естественно без крышки, у небольших затонов или под кустами береговой растительности, затем взмучивали ногами воду, чтобы рыба не могла обойти преграду. И, стуча палками и руками по воде, загоняли рыбу в засаду. Распределяли обязанности так: те, кто

52

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

повыше, Жорка Комаров и Петька Худяков, держали сундук, те, кто пониже, Олег и Паша Плотников, загоняли рыбу, а самый маленький среди них — Толя Быков — носил садок с рыбой. И рыба пошла. Ее по количеству было меньше, зато она была крупнее: щуки граммов на 300-400, небольшие сомы, крупная плотва. После лова всю рыбу делили на части по числу членов артели. Чтобы было сов­ сем по-честному, поступали так: кого-то из ребят, каждый раз другого, ставили спиной к разложенной рыбе и задавали вопрос, указывая на кучку:

—  Кому? —  Жорке. —  Кому?

—  Толяну. —  Кому? —  Мне.

И так до тех пор, пока вся рыба не распределялась.

Пойманную рыбу, ту, что покрупнее, мама жарила, если было растительное масло, или варила уху, а из той, что помельче, делала вкусные рыбные котлеты.

Из эвакуации возвращалось все больше и больше семей, восстанавливались старые и строились новые дома, и на лугу прибавлялось ребят. Игры становились более организованными и разнообразными. Продолжали играть в футбол, правда, не надувными мячами, как у взрослых ребят, а мячами, набитыми тряпками, такими тяжелыми, что выворачивали пальцы на ногах. Правила игры на первых порах менялись не то что каждый день, а по нескольку раз во время игры. Больше всего вызывали споры по поводу забитых мячей. Часто игра перерастала в потасовку, заканчивалась разбитыми носами и синяками. Мама, видя распухший нос Олега, каждый раз грозилась не пускать его на луг:

—  Так и без глаза остаться можно.

—  Не останусь, мы им тоже фингалов понаставили.

Играли в «выбивалы», конечно же, в «козла», в «отмерялы». Но по-прежнему много купались в реке, играли «в рули» — это те же «догонялки», только в воде. Группа из пяти-семи человек выбирает рулевого-водящего. Играющие отплывают от него на два-три метра, а он, в надводном или, ныряя, в подводном положении, должен

53

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

догнать кого-нибудь, коснуться его, передавая ему, тем самым, роль догоняющего. Игра не прерывалась часами. Кто-то уходил домой или шел загорать, его место занимал новый игрок, и так до бесконечности.

Лето быстро катилось к своему закату. А для Олега это означало конец вольной и начало новой для него школьной жизни с ее обязательным, таким ненавистным Олегу распорядком.

Но этому еще предшествовало возвращение отца Олега… Отец появился утром в воскресенье, 13 августа, когда его никто

не ждал. Похудевший, в новой гимнастерке с капитанскими погонами, без каких-либо вещей, как будто шел с работы домой. Олег был на улице и первым встретил отца. Отец поздоровался с ним за руку, прижал к себе, сказал:

—  Ну вот, теперь здесь будем воевать вместе. Про кино я не забыл, но выполню обещание позже, сейчас не время. Да, вот тебе подарок к школе. Держи.

Отец снял с себя новый кожаный планшет и передал его Олегу. —  Пошли в дом.

Все, кто находился в доме, застыли в какой-то немой сцене, выз­ ванной появлением отца. Первой среагировала мама. Она бросилась

котцу, повисла на его шее и тихо заплакала. Затем в голос запричитала бабушка Маша. Услышав шум, пришел со двора дедушка, подошел к сыну, обнял его, смахнул слезу. Нейтралитет держали младшие братья Олега Глеб и Валентин. Для них приход отца ассоциировался с появлением в доме нового незнакомого человека. Они не знали отца. Им к нему еще надо было привыкать.

Возвращение отца домой было скорее формальным, чем реальным, оно не внесло никаких изменений в распорядок жизни семьи. Отец практически не жил дома. Мама Олега ходила к нему в гости на работу чаще, чем он домой. Немцев надо было охранять, кормить, лечить, организовывать их работу по восстановлению города.

Приближалось 1 сентября. Началась активная подготовка Олега

кшколе. Его обшивали, обували, стригли, чистили ногти и уши, давали тысячу дельных, но, как потом оказалось, бездельных советов. 31 августа он был готов начать новую жизнь. Осталось только день простоять да ночь продержаться.

54

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

Глава 2. Начальная школа

Утром 1 сентября 1944 года Олег Карпов стоял во дворе школы в пестрой компании сверстников и погодков исключительно мужского пола. Пестрота определялась, прежде всего, одеждой ребят. Было несколько мальчиков в новой, сшитой или перешитой к этому дню, как и у Олега, одежде. Были школьники тоже в новых, но явно с другого плеча куртках и штанах. Были мальчишки в глаженых и в никогда не знавших утюга рубашках. Разно­ образной была обувь ребят: от кирзовых

сапог, явно большего, чем требовалось, размера, до домашних тапочек, одетых на босу ногу. Но еще более разными, чем одежда и обувь, были прически ребят: стрижка под бокс или наголо в парикмахерской, самые разные стрижки маминой рукой, не привыкшей к такой работе, и просто лохматые головы, редко встречавшиеся с расческой. Одни ребята были со школьными портфелями, большей частью старыми, чем новыми, другие с брезентовыми полевыми или хозяйственными сумками, третьи держали книги и тетради в авоськах. Новый кожаный планшет Олега, приспособленный под портфель, явно привлекал к себе внимание. Олег видел, как на нем то и дело останавливались завистливые взгляды ребят, и ему было неловко перед ними.

Перед ребятами выступил директор школы. Он говорил о том, что Коммунистическая партия большевиков под руководством товарища Сталина, несмотря на сложную военную обстановку, проявляя заботу о детях, помогла восстановить школу, оборудовать ее мебелью, организовать бесплатные завтраки, пригласить на работу опытных педагогов. Поэтому дети должны вести себя дисциплинированно, не портить парты и не разрисовывать стены, не бить стекла в окнах, а только, как говорил Ленин, «учиться, учиться и учиться», чтобы вырасти грамотными гражданами нашей страны, восстановить ее от последствий войны и продолжить строительство социализма. Затем директор школы зачитал списки

55