Материал: Зеркало жизни. повесть, рассказы, новеллы, очерки, эссе. Сазонов Э.В., Бойко А.Н

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

стараются сделать человеку лучше, а оказывается все наоборот. Ведь родители с благими намерениями отправили его в лагерь, а у него от этих намерений на душе кошки скребут. Получается, что и хорошее в избытке тоже вредно. «Например, — думал Олег, — я люблю шоколадные конфеты, но если их съесть много, к примеру, килограмм, то может расстроиться желудок».

В спальню вошла вожатая, сказала Олегу, что на кровати сидеть нельзя, для этого есть стулья, и пошла по своим делам. Пришли вновь прибывшие ребята. Стали знакомиться. На кровати слева от Олега «поселился» Стасик Воронов из 35-й школы Воронежа, что на Заставе, а справа — Сеня Попов, одногодок Олега из Липецка. Пошли втроем знакомиться с лагерем. Кругом, по всему лагерю, был высокий забор. «Как в цирке в клетке со львами, — подумал Олег, — ни на тебя не нападут, ни ты не вырвешься наружу». Пришли в спортивный городок. Там уже ранее приехавшие мальчишки показывали свои физические возможности, подтягиваясь на турнике. Один из мальчиков, чувствовалось, что он знаком с этим спортивным снарядом, сделав несколько переворотов на перекладине, подтянулся на ней 12 раз и с нескрываемой гордостью оглядел собравшихся: дескать, покажите, кто сможет лучше. Кто-то из ребят подтянулся три раза, кто-то пять, Семен — восемь. Перед Олегом встала задача: что делать? Уйти, не подтянувшись — потерять сразу свой, еще не завоеванный, авторитет, а если подтягиваться — то неизвестно, что получится, так как он не любил это упражнение и никогда им систематически не занимался. Вот если бы поплавать, попрыгать или сыграть в футбол — это другое дело. Но ставка была слишком высока. Он подошел к турнику, подпрыгнул, обхватил перекладину руками, и стал медленно, чтобы подольше сохранить силы, делать подъемы. После пятого подтягивания он понял, что еще два раза и руки сами, без его воли, разожмутся. А кругом ребята, почуяв соревновательный дух, вслух, хлопая в ладоши, считали его попытки. Странно, но после седьмого подъема он почувствовал, что у него как бы появились дополнительные силы. Олег довольно легко для себя сделал еще три подъема и понял — это все. Но, прикусив до крови губу, он, извиваясь как уж на горячем песке, дотянулся все же подбородком до перекладины, разжал пальцы и рухнул на землю. Ребята захлопали, а Стасик закричал: «Ура!». Победитель соревнования, это был Воло-

86

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

дя Трухан из 12-й воронежской школы, подошел к Олегу, протянул руку, помогая подняться, спросил:

—  Занимаешься гимнастикой? —  Нет.

—  А хочешь? —  Нет.

—  Почему?

—  Плаваю, играю в футбол.

—  Понятно. Но гимнастика придает силу, и игнорировать спортивные снаряды не стоит. Только не надо «закачивать» мышцы. Приходи, вместе потренируемся.

—  Спасибо.

До конца дня в лагерь приехали почти все ребята и девчонки. По крайней мере, в их спальне все кровати были заняты. В 6 часов вечера пионервожатая их отряда, плотно сбитая, невысокая, коротко стриженая девушка с приятным улыбающимся лицом, построила отряд, представилась:

—  Я Женя, ваша пионервожатая, учусь в педагогическом институте и здесь с вами прохожу практику. Все ваши вопросы адресуйте сначала мне, а дальше мы разберемся, кто их поможет нам разрешить. Сейчас мы строем пойдем ужинать, потом вы продолжите обустраиваться, знакомиться с лагерем, а в 9 часов соберемся на поляне на вечерний костер. Понятно?

—  Понятно, — нестройно ответили пионеры.

—  Нет, так не пойдет! Вы должны ответить все разом, тогда мне будет ясно, что все всё поняли. Понятно?!

—  Понятно! — теперь уже громко и более стройно, чем в первый раз, прокричали ребята.

В обеденном зале на столах, на восемь человек каждый, уже был приготовлен ужин: молочная пшенная каша и сладкий чай с булочкой. «Негусто», — подумал Олег. Дома основная еда приходилась на вечер, когда собиралась вся, кроме папы, семья. «Ничего, в тумбочке есть печенье, можно будет попозже подкрепиться».

Вечером весь лагерь собрался у костра, вернее, у сложенных пирамидкой еще не подожженных поленьев. Всем места на лавочках не хватило, и поэтому кто-то сидел на земле, кто-то стоял, прислонившись к деревьям. Когда все собрались, физрук Аркадий поджег дрова.

87

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

Олег, как, наверное, и многие другие дети, любил смотреть на огонь, особенно когда он только занимался. Ему нравилось, как первые робкие язычки пламени, возникшие где-то внутри костра, меняя цвет от светло-алого до ярко красного, обретают силу и жадность горения, разрастаются в бушующее пламенем огнище, сполохи которого отражаются на лицах людей, создают причудливые, меняющие форму и размер тени, куда-то убегающие и возвращающиеся назад. Кругом тишина. Ребята сидят молча, зачарованные костром, и только слышно, как потрескивают дрова да где-то далеко поют соловьи.

Костер разгорелся, и праздник начался. Перед ребятами выступили начальник лагеря Илья Александрович и старшая пионервожатая Татьяна Алексеевна. Они рассказали о планах лагерной работы, о культурных мероприятиях, в частности, обещали три раза в неделю показывать фильмы, сказали, что постараются сделать отдых ребят веселым и интересным. Затем две пионервожатые под баян спели гимн пионеров «Взвейтесь кострами, синие ночи» и песню «Работай, учись и живи для народа, Советской страны пионер». Татьяна Алексеевна спросила, не хочет ли кто-нибудь из ребят спеть, сплясать или рассказать стихотворение? После небольшой паузы в круг вошел мальчик, сказал, что его зовут Григорий Горидзе и что он может станцевать лезгинку. Заиграл баян, Гриша начал танец. Ребята оживились, стали хлопать в ладоши, поддерживая ритм танца. А затем и пошло, и поехало: Вера Коровина, крупная девочка, прочитала отрывок из поэмы Маргариты Алигер «Зоя», две смешливые девчонки Света с Тоней спели озорные частушки, а Коля Чернышев рассказал басни Крылова. В конце вечера баянист дядя Вася спел под собственный аккомпанемент песню «Темная ночь» из кинофильма «Два бойца». Вечер закончился, горнист протрубил отбой, и все пошли спать.

Сон долго не приходил к Олегу: мешала непривычная обстановка, разговоры ребят, включенная над дверью электрическая лампочка. Ночью он несколько раз просыпался сначала от холода, оказалось одеяло сползло на пол, потом от кашля соседа, затем захотел писать, но в туалет надо было идти во двор, и он решил потерпеть до утра.

Утром, в самое сладкое время сна, в семь часов, Олега разбудил горн, трубивший подъем. Дома его будила обычно бабушка, гладила по голове, приговаривала: «Олежка, пора вставать, дела ждут». А здесь, как палкой по голове: «Тру-ту-ту, тру-ту-ту, тру-ту-ту».

88

ПО ПЕРЕСЕЧЕННОЙ МЕСТНОСТИ. Повесть

Начались суровые будни, а не праздничные дни, на которые так рассчитывал Олег: есть, когда не хочется, спать днем, когда самое время покупаться. Да и, вообще, спать в компании 22 человек — пытка. А справлять свои надобности в туалете в очередь — кошмар. И это все по команде, строем, под присмотром воспитателя — в столовую, на речку, в лес, на линейку, даже в кино вечером. А еда? Ее было много, но она была невкусной: каша, макароны, затем — макароны, каша. И так до бесконечности. А его любимую картошку можно было выловить только в супе. Была одна отрада — это фильм по вечерам под открытым небом. Правда, донимали комары, картинка на экране изза раннего начала фильма была нечеткой, звук — хриплым, фильмы по большей части были старые, довоенные, но это, все равно, было кино — лучшее развлечение как для детей, так и для взрослых.

Тем не менее, надо было что-то предпринимать для возвращения в город. Надежда, что Олег разжалобит своих родителей и они увезут его домой, была ничтожной. И он решил готовить побег. План был такой. Кода их отряд будет дежурить по лагерю, он после обеда, во время «мертвого сна», тихо уйдет в лес, выйдет на дорогу, ведущую к селу Репное, а там, уже на попутной машине, доберется до города. Домой не пойдет, а спрячется у своих пацанов в шалашах на левом берегу реки. Что будет дальше и как он появится дома — на это пока его фантазии не хватало.

Начало побега шло по-задуманному. По лесной тропинке Олег дошел до проселочной дороги и повернул, как ему казалось, в сторону реки, налево. Пройдя минут сорок, он догадался, что неправильно выбрал направление. Пошел назад, и, пройдя еще примерно полчаса, понял, что заблудился. Сел на пенек и заплакал. Заплакал не от того, что заблудился, а от того, что рушится его план побега. У него хватило разума не искать пути спасения, а сидеть и ждать прохожего или «спасательную команду» из лагеря. Первой появилась спасательная команда — физрук Аркадий и Володя Трухан. Олег не стал им рассказывать о побеге, а объяснил, что пошел собирать ягоды и заблудился.

—  Не переживай, — сказал Аркадий, — не ты первый, не ты последний. В лагере таких «путешественников» по два-три человека каждый поток бывает. Хорошо, что ты сидел и ждал, а то поиск мог затянуться надолго. Кстати, ты практически ходил вокруг лаге-

89

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

ря. Я тебе потом на карте покажу. Чтобы ориентироваться в лесу, его надо знать и любить.

На вечерней линейке все же прошел «разбор полетов». Олега никто­ не ругал, но на его примере ребятам показали, что в лес одному ходить нельзя, это, к тому же, и небезопасно. Местные жители встречают здесь медведей, волков, диких кабанов, лосей, лисиц, одичавших собак. Некоторые звери заражены бешенством, и их укус может привести к смерти человека.

После линейки Илья Александрович пригласил Олега в свой кабинет и стал его расспрашивать о семье, о доме, о школе, об увлечениях, о том, где, с кем и как он проводит свободное время. А заодно рассказал ему о своем детстве. Беседа была настолько доверительной, что Олег признался Илье Александровичу в побеге. Расставаясь, директор попросил Олега, чтобы он в воскресенье, когда приедут его родители, пригласил кого-нибудь из них к нему на беседу.

Настал родительский день. С раннего утра в лагерь повалили родители и все с сумками, с сетками, с баулами, набитыми всякой снедью. Везли подкармливать своих отпрысков, думая, что в лагере дети голодают. Нет, еды в лагере было достаточно, в лагере не было свободы.

Приехали папа с мамой Олега. Привезли сменное белье и, конечно, сладости. Но черный ржаной, любимый сыном хлеб, забыли или постеснялись везти. Родители надеялись встретить радостные, довольные жизнью глаза Олега, а встретили грустного, какого-то увядшего мальчика.

—  Олег, в чем дело? Что-то не так? — спросил отец. —  Все не так. Заберите домой.

—  Подожди, это может быть на первых порах, привыкнешь, — продолжал отец.

—  Нет, заберите домой, — уже со слезами на глазах снова попросил Олег.

—  Олег, расскажи, хотя бы, что не так? — вступила в разговор мама.

—  Я думал, что здесь пионерский лагерь, а здесь — казарма, мы все как на военном положении. Все делаем вместе: едим, спим, писаем и какаем, и даже в лес ходим, взявшись за руки, друг с другом!.. Да, начальник лагеря, Илья Александрович, просил кого-нибудь из вас зайти к нему.

90