Материал: Зеркало жизни. повесть, рассказы, новеллы, очерки, эссе. Сазонов Э.В., Бойко А.Н

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

с лица улыбка. Амина взяла меня под руку, мы вышли в фойе, взяли со стойки по бокалу шампанского, отошли к окну.

—  Здравствуй, — негромким, мягким голосом сказала Амина. — Я рада, что ты приехал. Если честно, то я на это мало надеялась.

—  А уж как я-то рад!?

—  Не юродствуй, тебе это не идет.

—  Извини, это так — дурное воспитание. —  Тебе нравится музыка?

—  Не очень. Для меня это что-то очень новое и непонятное. —  А для меня это очень старое и понятное. Да, забыла сказать:

дирижер — мой муж. —  Я догадался.

—  Пошли отсюда, — после небольшой паузы сказала Амина. —  Куда?

—  Потом расскажу. Ты иди одевайся и жди меня у подъезда на улице. Мне надо решить кое-какие вопросы…

Минут через десять из подъезда в легкой норковой шубке, с непокрытой головой вышла Амина, подошла ко мне, поцеловала в щеку, сказала:

—  Ну, еще раз здравствуй. Есть такое предложение: у меня в Москве много друзей, пойдем к кому-нибудь из них, посидим, поговорим, поужинаем. Ты есть хочешь?

—  Хочу.

—  И я тоже. Поехали! — уже без вопроса в голосе сказала, как приказала, она.

—  А как же муж? — поинтересовался я.

—  Ему сегодня не до меня. После концерта банкет в «Праге», а рано утром он улетает в Берлин. Так что, я девушка свободная, —

ипосле небольшой паузы добавила, — по крайней мере, на сегодня.

Вквартире, куда мы приехали, друзей оказалось мало — всего одна — хозяйка квартиры Екатерина, очень милая дама. Зато метров квадратных было много: квартира оказалась огромной, со вкусом меблированной. В гостиной был накрыт стол.

Амина и Екатерина обнялись, расцеловались, затараторили о своих делах, кажется, позабыв обо мне. Но это было не так: я видел косые, быстрые, как стрелы, взгляды хозяйки квартиры в мою сторону. Их разговор был отвлекающим, дававшим мне возможность адаптироваться.

216

АМИНА. Рассказ

Сели за стол. Я на правах кавалера наполнял бокалы, Екатерина угощала вкусной едой, а Амина рассказывала, в основном для своей подруги, об алма-атинской жизни. Общего разговора не получалось. Вскоре Екатерина извинилась за то, что ей надо ненадолго отлучиться к своему портному, сказала, чтобы мы не скучали без нее, и ушла. Я понимал, что это хорошо разыгранный сценарий и что раньше зав­ трашнего утра она не вернется. Мы остались одни.

—  Рассказывай, — попросил я Амину, — зачем я тебе понадобился?

Амина сбросила туфли, залезла с ногами на тахту и начала свой рассказ:

—  Не знаю почему, но ты «запал» мне в душу. Что я в тебе такое увидела, почувствовала, обрела? Не знаю. И дело здесь не в нашей близости в ту ночь. Это как стих или мелодия, которые «залезают» в голову и избавиться от них можно или отрубив эту самую голову, или самой их все время повторять. Голову жалко, может быть, еще пригодится, и я решила увидеть тебя.

—  А ты не подумала, что, может, мне это не надо?

—  Подумала, подумала, но сердцем чувствовала — и ты вспоминаешь обо мне. Так и вышло. Иначе бы не приехал.

—  Амина, а ты случайно не ведьма? В тот раз ты предстала как моя жена, сейчас — как страстная любовница. А что дальше? У нас в России о таких говорят: «взбалмошная баба».

—  Нет, не ведьма и пока не любовница. Это, если ты не против, еще впереди. А вот насчет «взбалмошной бабы» — ты, наверное, прав, и для тебя я могу быть всем, чем ты захочешь, — засмеялась Амина.

—  А может быть, тебе просто захотелось «на новенького»?

—  О чем говоришь, друг ты мой любезный? Да я только взглядом поведу — в очередь встанут, чтобы ручку мне поцеловать, — резко сказала Амина, а затем нежно, просяще добавила: — Егор, милый, давай расслабимся и получим удовольствие… я тебя очень хочу. Подожди меня, я сейчас вернусь.

Выходя из комнаты, она обернулась, улыбнулась и в своей обычной манере сказала: «Да у тебя просто нет другого выхода! Нас Катя закрыла на ключ, и до утра нам отсюда не выбраться, разве только через окно…»

217

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

Я сидел на тахте и думал: «Странное дело. Еще неделю-другую назад я, иногда вспоминая о ней, не строил никаких планов, а сейчас жду, когда она вернется, и… хочу ее».

Амина появилась в комнате с распущенными волосами, в цветастом почти прозрачном халате, наброшенном на голое тело.

Втот вечер мы пили вино, танцевали, занимались любовью, слушали музыку, повторяя все это в разных сочетаниях. Амина была страстной в любви — жадной, ненасытной. И откуда у меня только сила бралась?! В свои сорок с небольшим лет я даже и не предполагал, что физическая близость между мужчиной и женщиной может приносить такое удовольствие.

В10 часов утра нас еле-еле разбудила Екатерина:

—  Доброе утро. Завтрак на кухне. Я ушла. До встречи.

Амина, как и в прошлый раз, там, на Медео, приоткрыла один глаз, потом второй, улыбнулась, изобразила губами поцелуй, спросила:

—  Ну, а сегодня ты мне кофе принесешь без расспросов? —  Кофе принесу сразу, но вопросы будут.

—  Неси, готова отвечать.

—  Тебе паж не требуется? — начал я. —  Требуется, но ты не подойдешь. —  Почему?

—  Муж неправильно может истолковать.

—  А как мы с тобой будем истолковывать наше положение? —  Егор, милый, дай спокойно допить кофе.

—  Допивай, подожду, — согласился я, выждал, когда Амина допьет кофе, продолжил: — И все же, что-то ты для себя предполагала. Не собиралась же ты разводиться и выходить за меня замуж?

—  Не собиралась. Я только хотела, чтобы ты был со мной рядом, близко от меня.

—  Давай называть вещи своими именами: ты хотела видеть меня в числе своих любовников?

—  Егор, я не заслужила твоих оскорблений. —  Извини, извини, извини.

—  Да, я хотела, чтобы ты был моим любовником. А после вчерашнего вечера хочу этого еще больше.

—  И как ты себе это представляешь?

218