Материал: Зеркало жизни. повесть, рассказы, новеллы, очерки, эссе. Сазонов Э.В., Бойко А.Н

Внимание! Если размещение файла нарушает Ваши авторские права, то обязательно сообщите нам

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

ляет особую экосистему, в вулканических недрах которой рождается известная на весь мир вода Боржомского ущелья.

«Боржоми» — уникальная лечебно-столовая минеральная вода, которая обладает приятным характерным солоноватым вкусом и по своему исключительному составу и терапевтическим свойствам не уступает знаменитой целебной воде источника Vichy-Grande-Grille во Франции. Однако, в отличие от последней, она еще и газируется, что придает ей особую пикантность. О целебных свойствах этой воды написано еще в старинных эпосах. По утверждению историков и археологов, минеральные воды из Боржомского ущелья использовались с I века н. э. до конца XVI века. Затем из-за многочисленных войн они были надолго забыты и заброшены, и лишь в XIX веке, после присоединения Грузии к Российской империи, на них вновь обратили пристальное внимание. В 1841 году наместник Николая I на Кавказе Михаил Головин вылечил этой водой свою дочь и во славу этого радостного события благоустроил источник и назвал его по имени исцеленной «Екатерининским».

Василий «выделил» нам попечителя — своего школьного приятеля лесника Боржомского лесхоза, представившегося так: «Заслуженный мастер спирта, главный лесничий Константин Васильевич Размадзе», что сразу определяло его статус и наклонности, — а сам уехал в Цхалтубо к жене.

Константин плотный, склонный к полноте, сорокапятилетний мужчина, чуть выше среднего роста, жгучий брюнет с заметной плешью на затылке, с карими глазами и достаточно крупными чертами лица, производил общее приятное впечатление. Говорил Константин по-русски с большим акцентом, но и с большой долей юмора. Он был холост, жил с матерью и дочерью-школьницей в двух­ этажном собственном доме.

Тамара сразу же окунулась в санаторное лечение: стала пить минеральную воду, принимать ванны, делать какое-то орошение, массаж. А чем заняться мне? Язвы желудка у меня, слава Богу, не было, но для профилактики я решил повторить лечение отца. Правда, дней у меня на это было значительно меньше, чем у отца, и потому надо было чем-то наверстывать укороченное время пребывания на отдыхе. Минеральной водой — нет, ее много не выпьешь, тогда остается

276

БОРЖОМИ. Очерк

вино, тем более, как сказал Константин, утвердивший мою стратегию лечения, подоспело молодое кахетинское вино.

—  А почему кахетинское, — спросил я его, — чем оно отличается от другого, не кахетинского?

—  Существуют две принципиально противоположные технологии выработки сухих вин: «европейская» и древнегрузинская «кахетинская». По европейской технологии получают вино, отделяя мезгу и сбраживая сусло «насухо», по кахетинской — сусло сбраживается на мезге. Вина европейской технологии имею более тонкую вкусовую гамму, ароматичность без тонов окисленности, долгое послевкусие. Кахетинские вина являются историческим достоянием Грузии, они более естественны, мало чем уступают винам европейской технологии, но главное — они обладают повышенной биологической ценностью, высоким содержанием природных антиоксидантов, уменьшают токсичность воздействия спирта на организм человека.

—  Уговорил, начнем лечиться кахетинскими винами, как, кстати, они называются?

—  Ркацители — к шашлыку, тибаани — к жирному мясу, телави — к острым блюдам.

На следующий день мы включились в принятый здесь ритуал: утром до завтрака пить минеральную воду из Екатерининского источника, затем по пути в гостиницу зайти на расположенный рядом маленький рынок для покупки зелени. Обычно мы выбирали длинные узкие стебли чеснока, усыпанные похожими на бриллианты каплями росы.

Вечером решили познакомиться с городом. Спросил у Константина, как это лучше сделать. Он сказал, что лучше объехать город и его окрестности на автомобиле, а затем, в любое удобное для себя время, посмотреть и сфотографировать понравившиеся места.

—  Я заеду за вами в пять часов, будете готовы?.. — спросил Константин.

—  Всегда готовы! — ответил я за себя и за Тамару.

Константин подъехал к гостинице на «Жигулях» первой модели, купленной, по его словам, год назад, но уже хорошо «объезженной», как мне показалось, по дорогам не только с покрытием, но и без покрытия тоже.

277

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

—  Умеешь управлять машиной? — спросил Константин. —  Да, у меня уже была такая, сейчас езжу на «Москвиче».

—  Поедем, покажешь, что ты можешь, — сказал, как скомандовал, Константин.

Я вел машину, Константин Васильевич рассказывал о городе, Тамара молча слушала.

Селение Боржоми («борж» — крепостная стена, «оми» — война) известно издревле по своему выгодному стратегическому расположению в ущелье, чудесной по красоте природе и целебному климату. Возможно, и без водных источников Боржоми было бы отличным курортным местом. Вторую, современную жизнь Боржоми дали военные, расквартированные здесь в 1829 году и начавшие применять местную минеральную воду для лечения. В 1850 году в Боржоми разбит Парк минеральных вод, а через три года начато строительство первого разливочного завода. При советской власти Боржоми стало курортом, а в 1921 году село Боржоми получило статус города. Сегодняшний Боржоми — удивительно уютный, очень чистый город-курорт, город-сад с красивым ухоженным парком.

За 20 минут мы объехали весь город и посмотрели все его достопримечательности. Подъезжаем на окраине города к двухэтажному дому, как бы вписанному в скалу.

—  Что за здание? — спрашиваю Константина. —  Читай, — отвечает он.

—  Но я не знаю грузинской письменности.

—  Зря вас Сталин этому не научил, — своеобразно шутит Константин. — Это частный ресторан моего сводного брата, называется «Ущелье», зайдем, перекусим.

Перекусывали ребрышками молодого барана, запивая мясо уже понравившимся мне кахетинским тибаани.

Выходим из ресторана. Константин жестом предлагает продолжить управление автомобилем. Я в ответ щелкаю пальцем себе по горлу, показывая: мы же выпили вина!

—  Нестрашно, — говорит он, — я в Боржомском районе второй после первого секретаря райкома партии человек. Мое лесничество небольшое, всего 900 квадратных километров, но и там есть чем поделиться с друзьями. Строиться все хотят. Поехали.

278

БОРЖОМИ. Очерк

Приехали к гостинице, выходим из машины, я спрашиваю у Константина, как он оценивает мое вождение, какую оценку может поставить.

—  «Одиночка», — говорит он.

—  Какая «одиночка»? — не понимаю я.

—  Ну, эта, как ее там, а — «единица», — поправляется Констан-

тин.

Мне, имеющему 20-летний водительский стаж, и — «единица»?! —  За что? — не унимаюсь я.

—  Вспомни, — говорит Константин, — мы отъехали от ресторана, на дороге стояли и вели беседу два уважаемых человека, два мудреца. Что ты сделал?

—  Посигналил им.

—  Вот, это категорически нельзя было делать. Ты заставил их перейти на другое место, прервать беседу.

—  А что же надо было делать?

—  Объехать их или подождать, пока они сами уйдут с дороги. У нас уважаемый человек может стоять там, где ему удобно. А машину ты водишь хорошо, она тебя слушается.

Своеобразные правила движения были в Грузии в ту пору, какие­- -то уж очень уважительные, человеческие. Да и отношения между водителем и инспектором ГАИ тоже были своеобразные. Объясню.

Подъезжает как-то утром к гостинице Константин и просит меня об одолжении.

—  Какой разговор, что я должен сделать?

—  Мне надо передать один документ, — говорит он, — а времени нет, если можно, то отвези его ты.

—  Согласен, у меня время есть, куда надо ехать?

—  Ты едешь в сторону города Ахалцихе, у первого по пути поста ГАИ дежурит капитан милиции. Ему и передашь папку, она лежит на заднем сиденье. Вот тебе ключи. Да, машину потом оставишь у гостиницы, я ее заберу.

Подъезжаю к посту ГАИ, подхожу к человеку в форме капитана милиции, только без головного убора, говорю по-грузински:

—  Гомарджоба.

—  Здравстуй, — говорит он мне по-русски.

279

Эдуард Сазонов ЗЕРКАЛО ЖИЗНИ

—  Вам просили передать папку.

—  Медлобт, — говорит он по-грузински. —  Пожалуйста, — отвечаю ему по-русски.

Передаю ему папку и иду к машине, а он мне вслед:

—  Поосторожней на наших дорогах, с непривычки они опасны. —  Медлобт, — теперь уже по-грузински говорю я.

Интересная картина получается: подъезжает к посту ГАИ незнакомый человек, на чужой машине, передает какие-то документы и уезжает. Кто он, имеет ли права на вождение автомобиля и какое отношение имеет к этому самому автомобилю?

Но все эти вопросы я задавал себе, исходя из наших, российских понятий, а в Грузии люди живут по другим понятиям. Мысленно я спроецировал эту ситуацию на наши условия, представил, во сколько это бы мне обошлось, и вдоволь насмеялся.

…Спрашиваю Константина:

—  А как давно использовали эту минеральную воду для лечебных ванн?

—  Археологические раскопки обнаружили каменные ванны, ванны еще первого века новой эры, — отвечает он.

—  А говорят, что где-то в горах есть остатки ванн прошлых, не очень далеких, времен.

—  Да, в середине XIX-го века здесь в горах была благоустроена территория, вырублены в скале ванны, позволяющие их принимать круглый год под открытым небом.

—  Подожди, подожди, — говорю я, — но зимой здесь ведь холодно? —  Так вода же теплая, почти сорок градусов, да и люди были

покрепче.

—  А что там сейчас? —  Полная разруха.

—  А как туда добраться?

—  От Екатерининского источника вверх в горы есть тропа. Дорога короткая, но довольно сложная, местами труднопроходимая, — Константин с некоторым сомнением посмотрел на меня. — Можно идти в обход по хорошей дороге, но это долго, часа полтора…

Задумано — сделано. Рано утром на следующий день я отправился на поиски купальни. Да, действительно, дорога не для прогул-

280

Источник: https://studfile.net/preview/16568774/