Материал: Book114

Но тогда сразу же возникли две проблемы. Первая: желаемое чис- ло сблизилось с идеальным, и в некоторых исследованиях, как выяс- нилось, желаемое число перекрыло по величине идеальное, трактовав- шееся как самое «максимальное». Вторая проблема была связана с путаницей: в ряде публикаций по итогам исследований показатель на- зывался желаемым числом, а формулировки не приводились, и оста- валось неясным, включается или нет добавление о «необходимых условиях».

С момента первых в нашей стране опытов по измерению этих чисел (со второй половины 60-х гг.)³⁰ «идеальное число» трактовалось как от- ражение социальной нормы детности, «желаемое число» — как индика-

³⁰ См.: Белова В. А. Число детей в семье. М., 1975.

260

тор потребности в детях, а «ожидаемое всего число» детей и «ожидаемое еще» рождение в ближайшем будущем — как установочные ориентации, как репродуктивные установки, прогнозирующие тенденции рождаемо- сти. В подобной интерпретации явно прослеживаются конвенциональ- ные допущения. Идеальное число отождествляется с нормой «макси- мально возможного» числа детей, а не с нормой, определяющей факти- ческое поведение. Предполагается, что норма должна быть выше реаль- ного числа детей, т. к. жизненные трудности и помехи не позволяют людям полностью реализовать принимаемую ими «максимальную нор- му». Однако исследование Роджера Трента о взаимосвязи динамики иде- ального числа детей в США в 1950-1970 гг. с частотой публикаций в «Нью- Йорк Таймс» за эти годы статей по вопросам рождаемости обнаружило прямую зависимость идеального числа детей от интенсивности обще- ственных обсуждений данной темы³¹.

По-видимому, идеальное число фиксирует степень информирован- ности людей о значимости проблем рождаемости, поэтому у лиц более осведомленных (с более высоким уровнем образования) представление о том, сколько должно быть детей, оказывается в среднем выше, чем у людей с меньшим образованием (фактическое же число детей, наобо- рот, у более образованных ниже). Идеальное число есть показатель не идеала, не нормы в этом смысле, а лишь численно выраженное мне- ние — точно так же можно спросить, сколько «лучше всего» зарабаты- вать в месяц. Не случайно в первых опросах общественного мнения, осу- ществленных в 1936 г. Институтом Гэллапа в США, фигурировало и мне- ние о наилучшем числе детей. Идеальное число ни в коей мере не отра- жает социальной нормы, реально влияющей на поведение.

Желаемое число ориентировано на детность в семье респонден- та, но на детность «при всех необходимых» для этого условиях. Дру- гими словами, это как бы потенциал детности семьи, определяемый самими респондентами, поскольку «все необходимые условия» на практике отсутствуют, а есть лишь некоторые. Главная идея данного индекса в том, что при создании для семьи «всех необходимых усло- вий» реальное число якобы может повыситься. Разность же между желаемым и фактическим числом детей призвана продемонстриро- вать негативное влияние жизненных помех и трудностей на сокраще- ние детности. Здесь очевидно, что лежащее в основе обиходное пред- ставление о «прямой» связи между условиями жизни и рождаемостью противоречит всем методологически и методически правильно осу- ществленным исследованиям, в которых зафиксирована обратная

³¹ Trent R. Evidence Bearing on the Construct Validity of «Ideal Family Size» // Population and Environment. 1980. P. 319.

261

связь. Разумеется, индекс желаемого числа детей следует непремен- но использовать, но проблема лишь в том, как интерпретировать данные, и тут нельзя доверяться «истинам» здравого смысла, конвен- ционально проникающим в теории.

«Ожидаемое число детей» не содержит в формулировке явного утверждения об условиях жизни семьи, но предполагается, что име- ются в виду конкретные условия жизни семьи в момент опроса. По- этому уровень этого показателя всегда намного ниже остальных, и отсюда идет его использование как инструмента прогноза. Индекс ожидаемого числа трактуется как установка реального поведения, как реальная готовность осуществить намерение в привычных ус- ловиях (если, конечно, не произойдет нечто чрезвычайное). Резуль- таты опросов показывают, что ожидаемое число на старте семьи в среднем реализуется с небольшим недобором к концу репродуктив- ного периода.

Рассмотрим теперь показатели предпочитаемого числа детей (см. схему 5.5) в контексте системы диспозиций: ПОТРЕБНОСТЬ В ДЕ- ТЯХ — УСЛОВИЯ ЖИЗНИ (ситуации образа жизни). Различие форму- лировок, как выясняется, связано лишь с изменением ситуаций обра-

Схема 5. 6.

Построение индекса степени удовлетворения потребности в детях (пвд)

262

за жизни семьи и не связано с какими-либо допущениями относитель- но потребности в детях. Предполагается, что изменения в условиях жизни изменяют интенсивность потребности в детях: чем идеальнее условия, тем выше уровень потребности в детях:

Интересно, что сложившаяся практика применения показателей предпочитаемого числа детей не ставит потребность в детях в зависи- мость от остальных ситуаций образа жизни — от особенностей плодо- витости супружеской пары, включая частоту коитус и эффективность применяемых средств контрацепции, от наличия каких-либо заболе- ваний или даже случаев смерти детей и т. д. Методологически важно знать, с чем это связано, почему из всего многообразия ситуаций се- мейного образа жизни демографы и социологи семьи во всем мире разработали систему показателей предпочитаемого числа детей, в ко- торой обыгрывается лишь различие материальных условий жизни, при- нимается во внимание только уровень жизни.

Столь большое значение, изначально придаваемое материально- му благополучию, косвенно свидетельствует о перекосе системы жиз- ненных ценностей самими учеными на потребительство. Если бы в иерархии благ жизни самыми престижными были ценности семьи и детей или иные внестатусные ориентации, тогда вопросы в тестах могли бы формулироваться иначе. Например, не «сколько надо иметь детей, чтобы не пострадало материальное положение семьи», а наоборот, «какие должны быть условия для нормального содержания и воспита- ния двоих детей, троих, четверых, пятерых и более детей в семье». Или «от каких престижных благ пришлось отказаться (или стоит отказать- ся) во имя счастья иметь семью с двумя и более детьми». Отсутствие такого рода методик не случайно, оно обнаруживает ценностную ат- мосферу, в которой работают и проводят исследования ученые. Фено- менологическая редукция и в этом случае раскрывает смешение науч-

263

ного интереса в сторону личного опыта малодетной семьи, т. е. под влиянием конвенций здравого смысла не критически пропускаемых в теорию.

Показатели предпочитаемого числа детей одним числом выража- ют одновременно соединенность двух компонентов поведения — по- требности в детях и условий жизни. Другими словами, эти показатели есть итог действия механизма определения размера потребности в де- тях с точки зрения тех или иных условий жизни. Если, например, сред- нее желаемое число 2,0, то эту величину нельзя трактовать как ин- декс потребности в детях «саму по себе» — эта цифра есть результат взаимодействия потребности в детях с условиями жизни, в которых ей надлежит проявиться. Точно так же и ожидаемое число всегда скор- ректировано на реальные условия, как бы они ни понимались рес- пондентами.

С помощью предпочитаемого количества детей нельзя оценить уровень потребности в них, так сказать, «в чистом виде», но можно построить индекс степени удовлетворения потребности в детях на ос- нове комбинации из желаемого, ожидаемого и уже имеющегося чис- ла детей (см. схему 5,6). В этом случае результат поведения сопостав- ляется по принципу взаимоконтроля с разными величинами потреб- ности в детях, скорректированными на разные условия жизни. Реп- резентативный опрос двухдетных замужних москвичек в возрасте до 35 лет в 1978 г. выявил 7,4% неудовлетворивших потребность имею- щимся числом детей, хотя лишь 10% из них спустя 3,5 года обзаве- лись третьим ребенком.

Иной способ измерения потребности в детях обусловлен стремле- нием отделить потребность в детях как самостоятельный диспозицион- ный феномен от условий жизни. В его основе лежит понимание потреб- ности в детях как ценностно-мотивационного явления, имеющего ко- личественную определенность в зависимости от «качества», от социаль- ного содержания побуждений к числу детей.

Данный подход противостоит утверждениям о принципиальной не- измеримости потребности в детях, об абстрактной ценности детей или ребенка вообще, безотносительно к числу детей в семье. В отличие от большинства измерений в социологии, когда фиксации подлежат свой- ства и явления, не имеющие общепринятых числовых эталонов, циф- ровая выраженность потребности в детях и репродуктивных установок облегчает квантификацию.

При этом появляется уникальная возможность выяснить различие отношений к последовательному ряду семей с 1, 2, 3-4, 5 и более деть- ми. Проблема в том, чтобы найти техническое средство фиксации этих различий в отношении разных категорий семей, допустим, к двухдет-

264

ной модели семьи. Нужен не подсчет процентов высказавшихся за эту модель среди богатых и бедных, образованных и не очень, здоровых и больных и т. д., а необходимо нечто существенное и более тонкое в измерении возможных различий.

Техника «семантического дифференциала» (СД), созданная в 1952 году американским психологом Чарльзом Осгудом «для дифференциа- ции значения данного понятия от других понятий»³², сразу же завоева- ла популярность у социологов и социальных психологов, у лингвистов и психотерапевтов, искусствоведов, журналистов и др. На основе тех- ники СД, относящейся к разновидности проективных тестов³³ и не требующей никакой адаптации и перевода, разработаны сотни мето- дик по выявлению установок в разных сферах жизнедеятельности. Несколько таких методик начиная с 1970 г. было предложено автором данной книги для измерения репродуктивных ценностей и установок, а также межличностных отношений супругов³⁴.

Чем привлекательна техника СД? Прежде всего своей способнос- тью снять самоконтроль Я, нейтрализовать активизацию защитной мотивации личности, возникающую при любом опросе (и не только в советских условиях жизни). В связи с этим хочется привести устное мнение одного респондента-физика, доктора наук, участника иссле- дования «Москва-1978»: «Неужели социология тоже наука? Читаю эту анкету и удивляюсь: обычно, извините, у вас все ясно, что к чему, а тут впервые никак не могу понять, что хотят от меня социологи и что они сами сделают с этим вот... как его?., семантическим дифференци- алом. Нет-нет, как заполнять этот дифференциал, понятно, угадать нельзя, зачем понадобилось это».

Проективная техника при всей своей простоте и ясности в отно- шении процедуры тестирования всегда создает у респондентов неко- торую неопределенность по поводу намерений ученых. Когда предла- гают оценить ряд слои (дом, собака, автобус) по шкалам, представля- ющим собой пары антонимов «старое — новое», «свое — чужое», «сы- рое — кипяченое», «чистое — грязное» и т. д., каждому ясно, что надо

³² Osgood Ch., Suci G., Tаnnenbaum P. The Measurement of Meaning., 1957; см. также перевод одной из глав в: Семиотика и искусствометрия, М., 1972.

³³ Ядов В. А. Социологическое исследование: методология, программа, методы. М., 1995. С. 190.

³⁴ Антонов А. И. Репродуктивные установки и их изучение. Демогра- фическая ситуация в СССР. М., 1976. См.: Он же: Рабочая книга социоло- га. 1-е изд. М, 1976. С. 228-231 // 2-й международный коллоквиум по соци- альной психологии. Тбилиси.1970; Социология рождаемости. М., 1980 // Из- мерение сходства представлений супругов о внутрисемейных ролях друг дру- га // Теоретические и прикладные проблемы психологии познания людьми друг друга. Краснодар, 1975. С. 108-110.

265

и как надо выразить личное отношение по предлагаемым правилам. На- пример, слово ДОМ — это что-то старое или новое?

ДОМ: СТАРОЕ — — — 0 — — — НОВОЕ

Если кажется почему-то, что скорее старое, чем новое, то и ставь крестик или галочку слева от 0, но в какой из трех черточек, это зави- сит от интенсивности ощущения. Допустим, имеется слабое ощуще- ние, что старое, тогда крестик ставится ближе всего к 0, ну а коли сильное ощущение, то дальше всего от 0. Обычно вместо черточек в бланках для заполнения стоят цифры, и 3 означает сильное ощуще- ние, 2 — среднее и 1 — слабую интенсивность. Респонденту нужно за- черкнуть цифру, соответствующую его мнению.

ДОМ: СТАРОЕ 3210123 НОВОЕ

Кто-то зачеркнет 3, считая, что ДОМ что-то явно НОВОЕ, Может быть, он только что построил дачу, или получил квартиру, или ничего не построил и не получил, но вот думает именно так — и все. Секрет популярности СД именно в этом безразличии к мотивам — каждый во- лен как угодно отвечать, принимая во внимание все что заблагорассу- дится. К примеру, дом у кого-то ассоциируется с чем-то кипяченым, потому что в доме кипятят воду или потому что дом уж больно рос- кошный, крутой. Неважно, какие соображения были в голове у рес- пондента, гораздо интереснее, что он из 7 возможных градаций сам выбрал одну-единственную.

Респондент выразил свое ощущение по континууму, состоящему из 7 потенциальных реакций, выбрал одно, смог отличить одно свое от всех прочих. Это первое, но не главное обстоятельство, объясняющее наи- менование СД как техники дифференциации ощущений. СД дифферен- цирует разницу в отношениях к одному и тому же объекту двоих людей, группы, целой категории. Например, слово «жизнь» могут оценивать больные и здоровые, городские и сельские жители, ученые и спортсме- ны и т. д. по той же шкале старое — новое. При этом, если окажется, что опрошенные горожане имеют больше сходства между собой в оценке «жизни» как чего-то «нового», а сельчане как «старого», то по СД мож- но это выразить на континууме. Допустим, было протестировано 100 горожан и 109 сельчан, соответственно средняя оценка составила 2,0 и 1,5, тогда дистанция между оценками будет равна 3,5:

266

Таким образом, разность между оценками дает величину диффе- ренциала, где Дж — (величина дифференциала по объекту «жизнь») меж- ду «г» — горожанами и «с» — сельчанами. Подсчет ведется попарно по 1 горожанину и 1 сельчанину, определяется разность между ними, по- том псе 100 полученных разностей возводятся в квадрат, суммируются и извлекается квадратный корень.

Конечно, с одной шкалой никто не работает, обычно отбирает- ся несколько шкал, т. е. дифференциация отношения к одному объек- ту со стороны разных людей и групп многократно контролируется. Итоговая величина Д поэтому оказывается более надежной, но важ- но подчеркнуть, что цель всей процедуры — зафиксировать лишь раз- ность в реакциях, без выяснения того, чем именно, какими сообра- жениями и чувствами вызвано измеренное различие. Важно, что оно или есть, или его нет. В принципе для исследователя не имеет значе- ния, что такое «жизнь», что значат антонимы «старое — новое», «сы- рое — кипяченое» и т. д., ибо техника СД измеряет не абсолютный смысл оцениваемых объектов, а различия в отношении к ним. Ис- кусство социолога как интерпретатора состоит в подборе таких слов, таких шкал и таких людей, при которых выявляемые различия позво- ляют судить о ценностных ориентациях и о социальных установках респондентов.

Для иллюстрации приведем некоторые итоги применения СД для оценки 10 живописных полотен по 20 шкалам слушателями (мужчи- нами) школы прикладного искусства (Германия, 1968 г.)³⁵. Оценива- лись три классические картины, три модернистских начала XX века и 4 — представителей абстракционизма. Самые высокие оценки получи- ла картина Огюста Ренуара «Читающая девушка» (оценка производи- лась по 7 градациям, самая высокая оценка — 1, самая низкая — 7, далее приводятся средние оценки по некоторым шкалам (начиная с наивыс- ших по левой стороне шкалы):