§18. Собственность
бование вещи не только владеть ею, но и обращаться с нею сообразно ее природе, коротко и ясно: «Дар Божий». Чаще всего даром Божьим служит хлеб"25-1, который при дароподношении превращается в тело Господня4. Именно поэтому мать запрещает ребенку играть с хлебом, рассказывая ему притчу о наказании тех, кто ослушался этого запрета5. Даже Муссолини в интересах стимулирования национального сельского хозяйства установил праздник в честь хлеба, связывая его, не без задней мысли, с христианским поклонением хлебу.
Все эти соображения были высказаны исключительно с целью показать, сколь узка сфера применения личностной теории собственности. Она охватывает лишь небольшое число предметов, входящих в круг личных душевных привязанностей, таких как одежда и квартира, книги и коллекции, инструменты и собственные сочинения. Изложенное выше учение о собственности применимо и в сфере экономики для того, чтобы иметь возможность в течение долгого периода владеть вещами и одновременно быстро расставаться с ними, «реализуя» их посредством превращения в деньги. Если в «собственности» подчеркивается ее качественная особенность - неразрывное единство вещей, ее составляющих, то на товарном рынке она выступает в своей количественной ипостаси, когда совокупность предметов понимается как «имущество», то есть только в денежном выражении, определяющем ее рыночную стоимость. В «имуществе» природа собственности претерпевает изменение: имущество - это денежный эквивалент ценности и прежде всего сами деньги. Деньги же - уже не вещь, а лишь требование вещи - не что иное, как право требования. И таким образом, в современных экономических условиях вещи, деньги, право требования объединяться в новое понятийное единство связаны с рабочими и крестьянами, а не исходят от фабрик, банков, поместий6. В этом мире вещи, которые оцениваются ради их самих, превращаются в стоимости и товары, оцениваемые лишь в соответствии с их ценой"26'. Они уже не подпадают под старое единое понятие собственности и представляют собой своего рода гибриды. Несоответствие между правовым понятием собственности, экономическими понятиями
f,25) О святости хлеба см. Engelhard. Ehre, Sill. 1261
Товары! (Коммерческие товары).
4О понимании собственности как служения вещной ценности см. Brunstaed.
Das Eigentum und seine Ordnung Festschrift fuer Binder, 1930.
5CM. Deecke Luebische Geschichten und Sagen. 5 Aufl. 1911, No. 216.
6На относительную правильность теорий собственности для ограниченно го круга экономических благ указывает Теннис в статье «Собственность» в Handbuch der Soziologie.
155
Философияправа
и изменившейся функцией, которую в условиях нынешнего народного хозяйства восприняло понятие собственности, кратко и достаточно ясно было показано выше7. В данном случае указанное несоответствие представляет интерес лишь с той точки зрения, что собственность, за крайне редким исключением, потеряла свой личностный характер, характер личной душевной привязанности к вещам, и превратилась из душевных отношений в чисто целевые8.
Но личной теории собственности может быть брошен и еще один упрек. Беккариа однажды охарактеризовал право собственности как «ужасное». Собственность имеет не только позитивную сторону удовольствия от обладания вещью, но и негативную, исключающую эту возможность для других, В своей социальной ипостаси в качестве капитала собственность исключает право других не только на определенные предметы, входящие в ее состав, но и на всю собственность в целом. Капиталу противостоит пролетариат, то есть собственности в этом виде - человек, ее лишенный. Влияние личности на собственность носит ограниченный характер, охватывает узкий круг немногих и осуществляется ценой того, что такое влияние становится невозможным со стороны бесчисленного множества других. Личностная теория собственности также нуждается в пересмотре, если либералы при ее использовании не хотят, чтобы она превратилась в инструмент только сильных, а предоставляла бы равные возможности всем в условиях демократии. Она должна поставить рядом с правом собственности право на собственность, то есть право на труд. Это и было сделано - не социалистом, отрицающим частную собственность, а ее сторонником - демократом Фихте. Частная собственность, доставляя радость обладания вещью одним, лишает ее других. С точки зрения демократического равенства такое положение оправдано лишь в той мере, поскольку радость обладания всеобща, а лишение этой радости - взаимное. Данная мысль находит свое выражение в фикции договора взаимных гарантий собственников. Подобно тому, как индивиды посредством общественного договора взаимно гарантируют друг другу свободу, договором о собственности они взаимно гарантируют друг другу свою собственность. Но этот договор считается заключенным и действующим только между собственниками: индивид, не имеющий собственности, не заинтересован в присоединении к договору, в котором ему
7См. К. Rentier. Die Rechtisinstitute des Privatrechts u. ihre soziale Funktion, 1929.
8Теннис соответственно различает собственность как предмет сущностной воли и как предмет волевого выбора. См. Das Eigentum (Schriften der soziolog. Gesellschaft in Wien), 1926, S. 19 ff.
156
§18. Собственность
было бы обещано лишь уважение к чужой собственности и по которому он не может потребовать уважения к собственным правовым благам. Соответственно, он не может представить себя стороной в этом договоре. Поэтому такой договор о собственности для не имеющего собственности не носит связывающего характера. Каждый обладает своей собственностью при условии, что все могут жить за счет их собственности. С момента, когда кто-либо оказывается в бедственном положении, никому не может принадлежать та часть его собственности, которая необходима, чтобы избавить бедствующего от нужды. Кроме того, если хоть один-единственный «исключается» из собственности, то в обществе она перестает существовать. Фило-софско-правовая функция договора собственников ориентирована на факты социальной действительности: экономика, основанная на частной собственности, оправдывает себя и нормально функционирует в условиях добросовестной конкуренции мелких собственников, примерно равных между собой. В сохранении такого положения в обществе были в одинаковой мере заинтересованы все участники. Там, где каждый мог сказать другому: do, ut des, он также мог сказать: habeas, quod habeo. Взаимозависимость на товарном рынке создавала (вела к) взаимное признание собственности. Если в условиях замкнутого натурального хозяйства каждая экономическая единица была самодостаточной, то собственность характеризовала собой скорее отношение к вещи, чем к другим людям. Лишь когда вещь стала товаром, начали устанавливаться отношения между нашими собственными вещами и другими людьми и между чужими вещами и нами, появилось требование взаимного уважения к собственности, понятие права собственности стало осознаваться как право каждого более четко. Увы, осознание взаимного уважения права собственности было утрачено после того, как развитие рыночной экономики привело к разделению на собственников и неимущих и тем самым к возникновению класса, который уже не был заинтересован в признании права собственности9.
Индивидуалистические теории собственности также утратили свой чисто индивидуалистический характер. Они были основаны на признании извечной гармонии между индивидуальным эгоизмом и общественным благом. Социальные теории собственности отличаются от них осознанием того, что пресловутая извечная гармония - иллюзия, что социальная функция собственности неразделима с индивидуалистической, но рядом и по сравнению с ней должна быть особенно
См. Pashukams. Allgememe Rechtslehre u. Marxismus, 1929, S. 102 ff.
157
Философия права
востребована и обеспечена защитой10. С недавних пор общественная теория собственности вновь приобрела авторитарный оттенок в уже упомянутой энциклике «Quadragesimo anno». Она различает право собственности и использование собственности. В понятие права собственности включены лишь права индивида и его благо. Социальные права и общественное благо - в понятие использования собственности. Индивидуалистические функции права собственности относятся к естественному праву. Социальная функция, подлежащая использованию собственности, относится к этике. Поэтому она лишена исковой защиты, за исключением случаев, когда этическая социальная обязанность собственника предусмотрена в действующем законодательстве. Законодатель же может и должен тщательно регулировать использование собственности с учетом требований всеобщего блага. Конечно, он может (о чем лишь вскользь сказано в энциклике) «зарезервировать за государством определенные виды товаров, поскольку связанная с ними значительная власть не может быть передана в частные руки без ущерба для общественного блага». Так, индивидуалистское естественное право собственности, социально-этические аспекты его применения и позитивистско-правовое регулирование, так же как и его применение в общественных целях по социальным основаниям, тесно взаимодействуя друг с другом, нашли довольно адекватное отражение в одной из статей Веймарской конституции. Ст. 153 этой конституции гарантирует частную собственность. Однако эта гарантия связана с нравственной обязанностью ее применения в социальных целях: «Собственность накладывает обязательства. Ее применение должно одновременно служить общественному благу». Эта норма накладывает на граждан лишь моральные обязательства, на судью - обязанность толковать ее, а на законодателя - принимать обязывающие правовые нормы» (Griese). Закон, принятый по социальным основаниям, служит третьим компетентным правовым критерием для собственности: «Ее содержание и рамки применения определяются законом». Законодательство в состоянии трансформировать нравственную сферу применения «социальной ипотеки» в законодательную. Посредством этого социальная функция этики становится правовой обязанностью.
10Общественная теория собственности негласно и формально характеризуется как законная теория (Legaltheorie). Такая характеристика должна свидетельствовать о том, что естественное право не обязывает закон регулировать право собственности в каком-то определенном смысле. Закон самостоятельно решает проблему регулирования. Но так как естественное право, против которого данная теория направлена, имеет четко выраженную индивидуалистическую природу, саму законную теорию можно понимать в смысле общественной теории.
158
§ 18. Собственность
Правда, социальные обязательства собственности не подлежат санкции действующего закона, но лишь санкции закона, возможность принятия которого предусмотрена на будущее. В правовом отношении широкая сфера действия частной собственности, предоставленная ей обществом для реализации частной инициативы индивидов в ожидании того, что она будет использована не в последнюю очередь и в социальных целях, может быть в любой момент ограничена, если эти ожидания не оправдаются. Соответственно, и право частной собственности становится обусловленным и ограниченным и перестает быть правом обоснованным и справедливым уже в силу своей природы, правом неограниченным, «священным и нерушимым».
Каким образом социальная функция частной собственности уживается со своей индивидуалистической функцией или в какой мере неискоренимые частнособственнические злоупотребления заставляют прибегать к санкциям социальной функции частной собственности, а собственность на определенные объекты, такие как земля, недра и средства производства, передавать обществу - это проблема экономической науки, а не философско-нравственного учения о ценностях, проблема не постановки цели, а ее достижения. Именно поэтому эти проблемы требуют однозначного решения, что выходит за рамки данной работы.
159