Материал: Hrestomatia_2_2

Тема 12. Психология мотивации

т.п. Симпатический отдел АНС выполняет активирующие функции. Он задействует ресурсы организма в период кризиса и обеспечивает готов­ность организма к активным действиям¹.

Эта противоположность функций двух автономных отделов АНС за­метна в различных видах деятельности организма. Например, парасимпа­тическое возбуждение замедляет сердечный ритм и снижает кровяное дав­ление. Симпатическое возбуждение дает противоположный эффект, а так­же замедляет пищеварение и сексуальную активность. Кроме того, оно стимулирует мозговой слой надпочечников к выделению адреналина и но-радреналина в кровь. Эти вещества оказывают, в сущности, то же действие, что и симпатическое возбуждение — усиливают сердечный ритм, ускоря­ют метаболизм и т.д. В результате симпатическая реакция проявляется еще сильнее (рис. 5).

^{Реакция готовности}

Кеннон считал, что сильное симпатическое возбуждение служит реак­цией готовности, которая мобилизует силы организма в случае угрозы — для того, чтобы, по его словам, «бежать или бороться». Рассмотрим пасущу­юся зебру, безмятежно поддерживающую гомеостаз, жуя траву и расширяя сосуды под жарким солнцем Африки. Внезапно она видит приближающе­гося льва. Вегетативные функции теперь должны остаться на втором пла­не, поскольку если зебра не убежит, у нее не останется внутренней среды, которую надо поддерживать. Бегство потребует продолжительного мышеч­ного напряжения и полной поддержки всех систем организма, а это имен­но то, что обеспечивается активной работой симпатического отдела. Вслед­ствие его активации мышцы получают больше питательных веществ, поступающих в мгновенно раскрывшиеся кровеносные сосуды. В то же время выбрасываются отходы и несущественные органические функции приостанавливаются. И если зебра не убежит, то не потому, что ее симпа­тическая нервная система не сработала.

Кеннон предоставил достоверные доказательства, подтверждающие, что подобная автономная реакция происходит в ситуации борьбы, а не бегства. У кошки, готовой броситься на собаку, усиливается сердцебиение, шерсть поднимается дыбом (в нормальном состоянии это служит сохра­нению тепла), зрачки расширяются — присутствуют все признаки сим­патического возбуждения, говорящие о том, что организм приготовился к интенсивному мышечному напряжению <...>.

Но формула Кеннона — «бежать или бороться» — слишком про­ста, чтобы учесть полную картину явления, либо животные реагируют на угрозу множеством способов. Например, крысы пытаются убежать при

¹ См.: Cannon W.B. Bodily Changes in Pain, Hunger, Fear and Rage. N.Y.: Appleton-Century, 1929.

_{Глейтмон Г., ФридлунА А, РайсбергА- Мотивация 95}

в озникновении угрозы, но сражаются, когда загнаны в угол. Некоторые животные становятся совершенно неподвижными, чтобы хищник не за­метил их. Другие животные обладают более экзотичными способами са­мозащиты: некоторые виды рыб меняют цвет при возникновении угро­зы, что делает их неразличимыми на фоне песчаного океанского дна. Этот эффект вызывается непосредственным действием адреналина на различ­ные пигменты кожи животного.

А что происходит у людей? Когда мы напуганы, дыхание автомати­чески учащается, сердце начинает колотиться, ладони потеют и иногда у нас бегут «мурашки» по коже или начинается дрожь — все это действие симпатического отдела. Фактически, такие автономные реакции можно использовать для определения эмоционального состояния. Особенно час­то используется измерение кожно-гальванической реакции (КГР). Мгно­венное изменение электрического сопротивления кожи, вызванное дея­тельностью потовых желез, — это точный показатель физиологической готовности.

КГР и другие показатели автономной активности часто использу­ются в комплексе тестов полиграфа — аппарата, чаще называемого детек­тором лжи.

Это название не отражает истинного положения вещей, поскольку ни одна машина не может распознать ложь. Суть использования полиграфа заключается в том, что он фиксирует автономное возбуждение в момент, когда испытуемому задают определенные ключевые вопросы. Реакция на эти вопросы (например, «Ударили ли Вы кого-либо ножом?») затем срав­нивается с реакциями на контрольные вопросы, которые должны вызывать эмоциональную реакцию, но не имеют отношения к данному делу (напри­мер, «До девятнадцати лет лгали ли Вы кому-нибудь?»).

Вазовым утверждением, на котором основана работа детектора лжи, является то, что невиновные люди больше волнуются при ответе на кон­трольные вопросы, чем на ключевые, и, следовательно, более интенсивно реагируют на первые, чем на вторые (рис. 6).

Однако это утверждение было подвергнуто серьезным сомнениям¹. И хотя операторы полиграфа довольно успешно выявляют виновных, некоторые люди, особенно те, кого называют антисоциальными лично­стями или психопатами, имеют особый талант обманывать полиграф². К тому же полиграф довольно беспомощен при выяснении невиновности. Если, к примеру, невиновный человек очень тревожен во время ключевых вопросов или его беспокоят выясняемые обстоятельства, это будет отра­жено как состояние возбуждения; данная реакция может совпадать с ре-

¹ См.: Lykken D.T. The detection of deception // Psychological Bulletin. 1979. Vol. 86. P. 47-53; Lykken D.T. The lie detector and the law // Criminal Defense. 1981. Vol. 8. P. 19-27.

² См.: Waid W.M., Orne M.T. The physiological detection of deception // American Scientist. 1982. Vol. 70. P. 402-409.

₉₆

Тема 12, Психология мотивации

^КГР,

_{кровяное давление/пульс}

_{$1.000 $2,000}

_$3.000

_$5,000

_{$7 „500 $10.(XX)}

_{«Вы украли больше, чем}

Рис. 6. Тестирование на полиграфе реакции автономной нервной системы:

а — автономное возбуждение измеряется различными приборами: трубка вокруг грудной клетки измеряет темп дыхания; электроды, со­единенные с кистями рук, измеряют КГР, а ремень вокруг руки изме­ряет кровяное давление и пульс (Mary Shuford); б — запись дыхания, КГР, кровяного давления и пульса. Запись получена при тестирова­нии продавца универмага, пойманного на краже денег. Вопрос заклю­чался в количестве украденного. Чтобы решить это, стороны согласи­лись провести тестирование на полиграфе.

Продавцу задавали такие вопросы: «Вы украли больше $ 1000?», «Вы украли больше $ 2000?». Запись фиксирует высший пик сразу после $ 3000 и перед $ 5000. Позже продавец признался, что он присвоил $ 4000 *

акцией истинного виновника происшествия². Принимая во внимание по­добные факты, а также этические соображения, Конгресс США в 1988 году принял постановление о жестком ограничении использования детектора лжи при различных расследованиях.

^{Лимбическая система}

До настоящего времени наше внимание было сконцентрировано на автономной нервной системе, ее симпатическом и парасимпатическом отделах. Но другие отделы мозга также играют важную роль в ответной реакции организма на угрозу. Эти зоны сконцентрированы в так назы­ваемой старой коре, находящейся под отделами новой коры. Они образу-

¹ См.: Inbau F.E., Reid J.E. Truth and Deception: The Polygraph ("Lie Detector") Technique. Baltimore: Williams and Wilkins, 1953.

² См.: Saxe L., Dougherty D., Cross T. The validity of polygraph testing: Scientific analysis and public controversy // American Psychologist. 1985. Vol. 40. P. 355-366.

^{Глейтман Г., Фридлунд А, Райсберг Д Мотивация}

₉₇

_Кора

ют особый комплекс, часто называемый лимбической системой (рис. 7). Стимуляция лимбической системы электрическим током может превра­тить мурлыкающую кошку в шипящее чудовище. Стимуляция той же зоны у человека часто вызывает чувства сильной тревоги или гнева, как, например, у пациента, который рассказывал, что ему вдруг захотелось рвать вещи в клочья и швырять их в лицо экспериментатора².

Вероятно, разные отделы мозга приводят в действие различные виды агрессивного поведения. Стимуляция гипоталамической области у кошки вызывает к действию паттерн хищника: крадущееся приближе­ние, а затем быстрый, смертоносный бросок. Стимуляция другого отдела приводит к модели Хэллоуина; контратаки при самообороне (вероятно, схожие с тем, что у человека характеризуется как ярость). Когда начи­нает развиваться эта модель действия, кошка игнорирует близкую мышь и злобно бросается на экспериментатора, в котором она, по-видимому, чувствует угрозу³. Атака хищника — это совершенно другое дело: лев, который бросается и затем потрошит зебру, вовсе не испытывает ярости,

^{1 См.: Keeton W.T., Gould J.L. Biological Science. N.Y.: Norton,1986/1993.}

² См.: Magnus O., hammers J. The amygdaloid-nuclear complex // Folia Psychiatrica Neurologica et Neurohirurgico Neerlandica. 1956. Vol. 59. P. 552-582; King H.E. Psychological effects of excitation in the limbic system // D.E. Sheer (Ed.). Electrical Stimulation of the Brain. Austin: University of Texas Press, 1961; Flynn J., Vanegas H., Foot W. et al. Neural mechanisms involved in a cat's attack on a rat // R.F. Whalen et al. (Eds.). The Neural Control of Behavior. N.Y.: Academic Press, 1970.

³ См.: Egger M.D., Flynn J.P. Effect of the electrical stimulation of the amygdala on hypothalamically elicited behavior in cats // Journal of Neurophysiology. 1963. Vol. 26. P. 705-720; Clemente CD., Chase M.H. Neurological substrates of aggressive behavior // Annual Review of Physiology. 1973. Vol. 35. P. 329-356.

7 Зак. 1662

₉₈

Тема 12. Психология мотивации

он занят обычным делом добывания пищи. (Приятно ли зебре то, что лев в это время на нее не сердится, — это уже другой вопрос.)

Разрушительное действие автономного возбуждения

Выше мы говорили о биологической ценности системы быстрого реагирования на появление угрозы. Однако сильное возбуждение симпа­тического отдела АНС может стать разрушительным и вредным для организма. Эта оборотная сторона медали особенно очевидна в отноше­нии человека. В нашей ежедневной жизни мы редко сталкиваемся с необходимостью приложения чрезмерных усилий, но наша биологичес­кая природа не изменилась из-за того, что в современном мире больше нет саблезубых тигров. Мы обладаем все той же системой быстрого реа­гирования, которая служила нашим примитивным предкам и послед­ствия действий которой могут наносить серьезный урон организму.

Вредное действие угрозы на наш желудок или сексуальные функ­ции общеизвестно. В периоды острой тревоги диарея или запор — обыч­ное явление, в те же периоды очень трудно достичь сексуального возбуж­дения и удержать его. Это объясняется тем, что наши пищеварительные функции и многие аспекты нашей сексуальности (например, эрекция у мужчин и вагинальная смазка у женщин) в основном контролируются парасимпатическим отделом АНС и, следовательно, угнетаются при ин­тенсивном симпатическом возбуждении. Более того, последствия угрозы иногда могут вызывать и такие расстройства, как боли в животе или го­ловные боли. В тяжелых случаях психофизиологические последствия оказываются хроническими, как в случаях с гипертензией или коронар­ным расстройством, что может привести к параличу, сердечному присту­пу и даже к смерти <...>.

^{Боль и действие эндорфинов}

Мы рассказали достаточно о том, как организм реагирует на раз­личные угрожающие обстоятельства, но какие же стимулы вызывают реакцию в первую очередь? Значение некоторых из них мы усваиваем через научение (о чем мы поговорим в следующей главе), а некоторые вызывают мгновенную реакцию без какого-либо предшествующего опы­та. Примером такого врожденного стимула является боль.

^{Боль как способность выжить}

Кажется парадоксальным, но чувство боли имеет огромную ценность для сохранения жизни, представляя собой в гораздо большей степени бла­го, чем зло. Это ярко подтверждают редкие примеры детей с врожденной

_{ГлейтманП, Фридлунд А., РайсбергД, Мотивация 99}

н ечувствительностью к боли. Они часто умирают молодыми, получив мно­гочисленные ранения и имея множество шрамов¹. Будучи ребенком, одна такая девушка откусила кончик языка, когда жевала резинку, получила сильные ожоги, усевшись на горячий радиатор, а также имела серьезные вывихи суставов бедер и спины, потому что не могла правильно перевер­нуться во время сна. Перечисленные травмы стали причиной множествен­ных инфекций, которые привели ее к смерти в 29 лет².

^{Снижение боли с помощью эндорфинов}

Боль дает нам сигнал к действию, заставляя нас отстраняться от огня, лить холодную воду на ожог или переносить тяжесть тела на дру­гую ногу при растянутой лодыжке³. Однако продолжительная боль мо­жет мешать осуществлению важных потребностей организма. К счастью, естественный отбор справился с этой проблемой, организм располагает средствами для облегчения своей боли.

Есть много историй о спортсменах, которые получают травмы, но не чувствуют боли до конца соревнований; подобные же случаи рассказыва­ют о солдатах во время сражения или о родителях, спасающих своих детей. Эти истории говорят о том, что существуют внутренние механизмы, вызы­вающие анальгезию (нечувствительность к боли). Различные лабораторные эксперименты подтверждают это. Крысы, подвергнутые различным фор­мам дистресса, — например, вынужденные плыть в холодной воде, — дей­ствительно становятся менее чувствительными к боли⁴. Подобный эффект наблюдается и у человека: как ни странно, разряд слабого электрического тока в спине или конечностях может действовать как анальгетик. Таким же свойством обладает акупунктура — древний китайский метод лечения с помощью игл, втыкаемых в различные зоны тела⁵. Эта процедура снима­ет боль у людей и животных⁶.