Материал: Hrestomatia_2_2

^{Наркотики и наркомания}

Обычно люди находят проторенные дороги для достижения опти­мального уровня возбуждения: едят, когда чувствуют голод; спят, если устали; ищут интересных людей или неожиданных ситуаций, чтобы раз­веять скуку. К сожалению, иногда поиск стимуляции может привести к радикальным изменениям уровня возбуждения с помощью употребления наркотиков.

¹ См.: Sheffield F.D., Roby T.B. Reward value of a non-nutritive sweet taste // Journal of Comparative and Physiological Psychology. 1950. Vol. 43. P. 471-481.

² См.: Zuckerman M. Sensation Seeking: Beyond the Optimum Level of Arousal. Hillsdale, N.J.: Erlbaum, 1979.

₁₀₆

Тема 12. Психология мотивации

Наркотики, изменяющие уровень возбуждения. Для изменения уровня возбуждения используются две большие группы наркотиков: транквилизаторы, снижающие возбуждение, и стимуляторы, которые повышают его.

К транквилизаторам относятся различные седативные вещества (на­пример, барбитураты), алкоголь и опиаты (опиум, героин и морфий)¹. Общий эффект выражается в снижении активности всех нейронов ЦНС. Это мо­жет показаться удивительным, так как все мы видели шумных и агрессив­ных пьяных, — вряд ли они кажутся сонными и подавленными. Однако это несоответствие разъяснится, если мы поймем, что гипервозбужденность пьяного — это пример растормаживания. После одной-двух порций спир­тного деятельность тормозящих синапсов головного мозга подавляется, однако при таких (относительно низких) дозах функции возбуждающих синапсов еще не нарушены. Вследствие этого обычные рамки поведения расширяются, и человек может вести себя несвойственным ему образом, ис­пытывать эйфорию и отсутствие сексуальных и агрессивных ограничи­телей. Но если он продолжает пить, действие алкоголя распространяется на все мозговые центры. Теперь расторможенное возбуждение уступает место общему замедлению функций. Внимание и память будут становиться более расплывчатыми, движения — неловкими, а речь — смазанной, до тех пор пока человек не упадет и не потеряет сознание.

Действие стимуляторов, таких, как амфетамины и кокаин, — совершен­но иное. Эти наркотики вызывают сильное сердцебиение, высокое кровяное давление, бессонницу, пониженный аппетит и, вероятно, в результате внутрен­ней стимуляции — спокойное внешнее поведение. Это последнее открытие привело к широкому применению небольших доз стимуляторов из группы амфетаминов (например, декседрина, цилерта и риталина) при лечении лю­дей, страдающих гиперактивностью или расстройством внимания².

Кроме того, стимуляторы повышают настроение. При употреблении, в частности, кокаина, подъем настроения может быть чрезвычайно силь­ным — возникает эйфорический «улет», или «кайф», дополненный ощу­щением огромной энергии и завышенной самооценкой. Все это привело к тому, что врачи в начале века (включая Зигмунда Фрейда) превозно­сили кокаин как волшебное лекарство, которое пробуждает у человека неограниченную энергию, чувство радости и эйфории без неблагоприят­ных побочных эффектов. К несчастью, это далеко от истины, так как за начальную эйфорию приходится платить высокую цену: амфетамины и кокаин часто вызывали зависимость, которая становилась единственным

¹ Говоря точнее, опыты принадлежат к отдельному классу. В отличие от алкоголя и успокоительных, они действуют как анальгетики (т.е. болеутоляющие) и влияют на от­ дельные опиатные рецепторы. К тому же один из них - героин - при внутривенном введении способен вызвать необыкновенно сильную эйфорию, «улет», иногда схожий с сильным сексуальным возбуждением.

² См.: Andreasen N.C., Black D.W. Introductory Textbook of Psychiatry. Washington, D.C.: American Psychiatric Press, 1996.

_{Глейтман Г., Фридлунд А, РайсбергД. Мотивация 107}

с мыслом жизни для человека, употребляющего эти стимуляторы. Кроме того, постоянное употребление этих наркотиков может привести к не­адекватным состояниям, напоминающим некоторые виды шизофрении, с манией преследования, иррациональными страхами и галлюцинациями¹. Некоторые из препаратов этих наркотиков дают токсичные эффекты — метамфетамин, например, является мощным нейротоксином, который способен уничтожать нейроны.

Толерантность и отмена. Многие препараты — не только амфетами­ны и кокаин — могут вызывать зависимость. Вообще, синдром зависимос­ти характеризуется двумя важными симптомами. Во-первых, у человека развивается ловышенная толерантность к наркотику, и поэтому ему требу­ются все возрастающие дозы, чтобы достичь прежнего эффекта. Во-вторых, когда наркотик отсутствует, больной страдает от абстинентного синдрома. В общих чертах симптомы этого синдрома противоположны тому действию, которое оказывает наркотик. Так, героин вызывает спокойствие, эйфорию и избавление от боли. Героиновые наркоманы при отсутствии своего нар­котика, напротив, чрезвычайно раздражительны, тревожны, беспокойны и страдают бессонницей. Таким же свойством обладают стимуляторы: кока­ин и амфетамины вызывают подъем настроения, всплеск энергии; отсутст­вие этих препаратов приводит к катастрофической депрессии в сочетании с полным физическим истощением. Это касается многих физиологических симптомов, производимых наркотиками: для опиатов характерным след­ствием являются выраженные запоры (в течение многих столетий опиаты применялись при лечении диареи и дизентерии). И когда прием наркотика прекращается, наркоман начинает страдать острым расстройством ЖКТ и связанными с ним желудочно-кишечными симптомами².

^{Теория процесса противодействия в мотивации}

Чем можно объяснить такое явление, как наркомания? Некоторые предположения выдвигает теория процесса противодействия, дающая об­щее представление о широком круге приобретаемых нами мотивов³. Базо­вая посылка данной теории опирается на принцип гомеостаза и гласит, что нервная система обладает свойством противодействия любому отклонению от нормы. Так, организм, испытывающий сильный холод, стремится полу­чить тепло; при перегревании он ищет возможность охлаждения. То же

¹ См.: Siegel R.K. Changing patterns of cocaine use: longitudinal observations, consequences, and treatment // Cocaine: Pharmacology, Effects, and treatment of Abuse / J. Grabowski (Ed.)- 1984. P. 92-110.

² См.: Julien R.M, A Primer of Drug Action. N.Y.: Freeman, 1985; Volpicelli J. Psychoactive substance use disorders // D.L. Rosenhan, M.E.P. Seligman. Abnormal Psychology. N.Y.: Norton, 1989.

³ Термин «процесс противодействия» первоначально применялся в области цветного зрения, где он обозначал нервные процессы, идущие в разных направлениях <...>.

₁₀₈

Тема 12. Психология мотивации

самое относится к степени возбуждения или к степени удовольствия и боли. Если имеет место чрезмерный сдвиг в сторону радости и экстаза, в силу вступает процесс противодействия, который стремится восстановить нейт­ральное настроение. И наоборот: если начальный сдвиг наблюдался в сто­рону ужаса и отвращения, процесс противодействия будет направлен в по­зитивную сторону, чтобы вернуть человека в состояние равновесия.

Следующее положение данной теории заключается в том, что в каж­дом из этих случаев эффективность такого процесса противодействия возрастает по мере его развития. Так, при первом испуге человеку тре­буется некоторое время, чтобы восстановить душевное равновесие, но по мере повторения пугающей ситуации равновесие восстанавливается все быстрее и быстрее¹.

Этот «эффект повторения» может объяснить развитие толерантности, абстинентный синдром и, как следствие, порочный круг наркомании. Со­гласно этой теории, реакция на прием наркотика дает начало процессу, идущему в обратном направлении, т.е. — восстанавливающему первона­чальное состояние организма. Чем чаще человек принимает наркотик, тем сильнее становится этот процесс противодействия. В результате повышает­ся толерантность благодаря тому, что процесс противодействия теперь стал настолько мощным, что может быстро и полностью устранить действие нар­котика. Поэтому требуется все большая доза наркотика для преодоления этого процесса противодействия и получения желанного «кайфа». А что происходит, когда наркотик отсутствует? Очевидно, что отсутствует и нарко­тический эффект, но остается процесс противодействия, сила которого уве­личивалась с каждой дозой. Этот процесс погружает наркомана в состояние, обратное тому, которое оказывал отсутствующий наркотик, и это является причиной его мучений во время абстинентного синдрома, выражающихся в симптомах, прямо противоположных действию наркотика².

^{Физиологическое действие награды}

Рассмотренные выше темы оптимального уровня возбуждения и про­цесса противодействия привлекают наше внимание к вопросу о том, что общего могут иметь различные мотивы с точки зрения физиологии. Все они включают некоторый оптимальный уровень возбуждения (даже если этот оптимум меняется от мотива к мотиву); все, вероятно, имеют свой процесс противодействия, поддерживающий стабильность организма. Но существу­ют ли какие-то общие физиологические черты, лежащие в основе различ-

¹ См.: Solomon R.L., Corbit J.D. An opponent-process theory of motivation: I. Temporal dynamics of affect // Psychological Review. 1974. Vol. 81. P. 119-145; Solomon R.L. The opponent-process theory of acquired motivation: The costs of pleasure and the benefits of pain // American Psychologist. 1980. Vol. 35. P. 691-712.

² См.: Solomon R.L. The opponent-process theory of acquired motivation: The costs of pleasure and the benefits of pain // American Psychologist. 1980. Vol. 35. P. 691-712.

_{Глейтман Г., Фридлунд А, РайсбергА- Мотивация 109}

н ых мотивов? Может быть, есть некоторая отдельная область мозга, актива­ция которой вызывает чувство, называемое нами «удовольствием» — будь то удовольствие от секса, прослушивания музыки или вкусной еды? Иссле­дователи пытались ответить на этот вопрос, изучая действие награды с по­мощью электрической стимуляции различных зон головного мозга.

Общие исследования были начаты в 1954 г., когда Джеймс Олдс и Питер Милнер обнаружили, что крысы начинают нажимать на педаль, если получают в награду один лишь короткий разряд электрического тока в определенную зону гипоталамуса и лимбической системы¹. Подобное дей­ствие самостимуляции как награды было продемонстрировано на множе­стве примеров других животных, включая кошек, дельфинов, обезьян, а так­же и людей. Чтобы получить такую стимуляцию, крысы давили на педаль с частотой до 7000 нажатий в час в течение нескольких часов. Если им предлагали выбирать между едой и удовольствием, то крысы часто выби­рали второе, даже если они буквально умирали от голода².

Специфические и генерализованные центры удовольствия

Чем можно объяснить действие самостимуляции, подобное получе­нию награды? Единственное возможное объяснение заключается в том, что стимуляция мозга вызывает ощущение, схожее с тем, которое оказывает сама награда. Так, стимуляция одной зоны может ввести мозг в заблужде­ние, что была получена настоящая еда, стимуляция другой зоны — что про­изошел сексуальный контакт, и т.д. Другой взгляд на проблему заключа­ется в том, что самостимуляция вызывает более генерализованный, неспе­цифический вид удовольствия, подобно тому, которое дает получение любой награды. Еда, питье и секс, безусловно, различны между собой, но возмож­но, что та разная информация, которую они посылают в мозг (только что поел, попил, совершил половой акт), в конечном итоге сливается в единую функциональную систему, которая на все эти сигналы реагирует практи­чески однотипным образом («чувствую себя хорошо»).

Большинство полученных данных говорят в пользу первого пред­положения — стимуляция разных зон мозга дает ощущение получения новой неспецифической награды. Например, животные выполняют опреде­ленные действия, чтобы получить электрический стимул в латеральную часть гипоталамуса (которая отвечает за чувство голода), но то, насколько активно они работают для получения этой награды, зависит от степени го­лода. Если они долго не ели, то начинают работать активнее, чем в другом

¹ См.: Olds J., Milner P. Positive reinforcement produced by electrical stimulation of septal areas and other regions of rat brains // Journal of Comparative and Physiological Psychology. 1954. Vol. 47. P. 419-427.

² См.: Spies G. Food versus intracranial self-stimulation reinforcement in food deprived rats // Journal of Comparative and Physiological Psychology. 1965. Vol. 60. P. 153-157.

₁₁₀