Материал: Kriminologia_A_I_Dolgova

496 

Раздел V. Отдельные виды преступности 

тельного расследования — ст. 294 УК РФ, посягательство на 

жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное 

расследование, — ст. 295 УК РФ, угроза или насильственные дей­

ствия в связи с осуществлением правосудия или производством 

предварительного расследования — ст. 296 УК РФ, неуважение к 

суду — ст. 297 УК РФ), а также посягательство на жизнь сотруд­

ника правоохранительного органа — ст. 317 УК РФ, применение 

насилия в отношении представителя власти — ст. 318 УК РФ, ос­

корбление представителя власти — ст. 319 УК РФ, незаконное пе­

ресечение Государственной границы РФ — ст. 322 УК РФ, проти­

воправное изменение Государственной границы РФ — ст. 323 

УК РФ, уклонение от прохождения военной и альтернативной 

гражданской службы — ст. 328 УК РФ, надругательство над Госу­

дарственным гербом Российской Федерации или Государствен­

ным флагом Российской Федерации — ст. 329 УК РФ, а также са­

моуправство — ст. 330 УК РФ, некоторые преступления против 

мира и безопасности человечества, массовые беспорядки. Разуме­

ется, в последнем случае речь идет не о «голодных бунтах», а тех 

«беспорядках», в основе которых лежат целенаправленные акции 

сепаратизма, расчленения государства и т. п., другие политиче­

ские мотивы, связанные с властью в государстве. 

Вообще же при анализе мотивации преступлений, которые 

называют порой «государственными», и тех явлений, которые 

данную мотивацию сформировали, нередко выявляются не толь­

ко политические, идеологические соображения, но также коры­

стные или связанные с уходом от ответственности за иные пре­

ступления, неблаговидные поступки, а также с личной обидой на 

конкретных представителей государства, служащих. Часто на­

блюдается полимотивация — одновременное присутствие не­

скольких мотивов. Чаще всего встречается совокупность эконо­

мической и политической мотивации. 

Все это заставляло криминологов, законодателя и практикую­

щих юристов отходить от использования только уголовно-правовых 

признаков и формулировать содержательные криминологические. 

Германские авторы, например, отмечают, что понятие «поли­

тическая преступность» используется в Законе о международной 

правовой помощи по уголовным делам и в судебной практике 

ФРГ при решении вопросов, связанных с выдачей преступников. 

Причем практика Германии идет по линии признания политиче­

скими тех преступлений, которые непосредственно направлены 

на подрыв основ государственного устройства или конституцион­

ных органов, добрых отношений с иностранными государствами 

или связаны с воспрепятствованием осуществлению избиратель­

ного права граждан, выборами в органы государственной власти. 

Глава 16. Криминологические проблемы 

497 

§ 4. Выделение иных видов преступности 

На примерах «экономической преступности», «политической 

преступности» видно, насколько сложно производить выделение 

вида преступности по одному критерию и вообще расчленять на 

виды столь целостное явление, как преступность. Это касается и 

таких, на первый взгляд, «простых» случаев, как выделение видов 

преступности на основе отдельных характеристик

 субъекта пре­

ступления.

 Такими характеристиками могут быть: пол (мужская и 

женская преступность); возраст (преступность несовершеннолет­

них, молодежи, лиц зрелого возраста); социальное положение 

(преступность служащих, предпринимателей, учащихся, военно­

служащих и т. п.); специфические социальные характеристики и 

позиции (преступность рецидивистов; преступность лиц, отбы­

вающих лишение свободы, — пенитенциарная) и т. п. 

Можно ли в чистом виде выделить преступность несовершен­

нолетних? Если иметь в виду только лиц, которым к моменту со­

вершения преступления не исполнилось 18 лет, но они достигли 

возраста уголовной ответственности, то можно, но с определен­

ными оговорками (иные лица совершают преступления на рубе­

же совершеннолетия: и до, и сразу после исполнения 18 лет). Ес­

ли же иметь в виду совершаемые ими преступления, то нельзя. 

Хотя бы потому, что немалая их часть совершается в группе со­

вместно со взрослыми лицами. В этих случаях преступность не­

совершеннолетних бывает результатом или собственных дейст­

вий самих несовершеннолетних, или влияния на них взрослых, 

или взаимодействия тех и других. Несовершеннолетние могут 

быть слепым орудием в руках взрослых лиц, и тогда их преступ­

ления фактически имеют черты преступлений не подростков, а 

взрослых лиц, возможно, характеризующихся криминальным 

профессионализмом. Уголовная ответственность за вовлечение 

несовершеннолетнего в совершение преступления предусмотрена 

в УК РФ (ст. 150). 

Можно ли полагать, что вклад женщин в преступность опре­

деляется состоянием так называемой женской преступности, 

включающей совокупность преступлений, совершаемых женщи­

нами? Удельный вес женщин среди выявленных лиц, совершив­

ших преступления, всегда был небольшим (как правило, 10— 

16%), во всяком случае, значительно меньшим, нежели удельный 

вес женщин в населении (более половины). Границы данной 

преступности размыты, поскольку, во-первых, часть преступле­

ний женщины совершают в соучастии с мужчинами, во-вторых, 

за немалым числом преступлений мужчин стоят женщины: или 

как подстрекатели, или как пособники, которых, как правило, не 

498 

Раздел V. Отдельные виды преступности 

изобличают и не привлекают к уголовной ответственности. Либо 

женщины играют ту роль, которая уголовным законом не оцени­

вается как преступная: потребители добытого преступным путем, 

провокаторы развития определенных потребностей, интересов 

как основы мотивации криминального поведения. Например, по 

данным Т. А. Сидоренковой, среди мотивов преступного насилия 

мужчин в отношении женщин в семье в 60% исследованных ав­

тором случаев были обида и последующее желание мести, в 

11% — ревность и только в 4% — корысть, в 0,5% — сексуальный 

мотив. В 20% случаев истинный мотив установить не удалось. 

Непосредственные ситуации криминального насилия были ре­

зультатом продолжительных конфликтов в семье и развившихся 

в их результате неприязненных отношений

1

. 

По данным Е. Г. Горбатовской

2

, в общем массиве потерпев­

ших женщин по рассмотренным судами делам об умышленных 

убийствах 85% были убиты своими мужьями, сожителями, родст­

венниками. Причем примерно каждая пятая из них ранее уже 

подвергалась насилию, побоям, истязаниям со стороны будущего 

убийцы, о чем сообщалось правоохранительным органам. Но при 

этом криминологу важно, что было с остальными четырьмя: 

сколько из них стали жертвами собственного виктимного поведе­

ния, в том числе психического насилия над мужчинами. Еще 

Ч. Ломброзо и Э. Ферреро обращали внимание на многообраз­

ные варианты причастности женщин к преступности, в том чис­

ле и через проституцию

3

. 

Соответственно, не удается выделить «мужскую» преступность 

в чистом виде. Известно немалое число фактов, например, 

убийств женщинами мужей, которые длительное время соверша­

ли преступления, терроризировали свою семью, создавали невы­

носимые условия для ее существования. Также нуждается в спе­

циальном системном исследовании проблема преступности муж­

чин и женщин, их взаимодействия. 

Наряду с социально-демографическими группами выделяются 

также группы по социально-экономическим, иным критериям. 

В их числе: рабочие, служащие, лица, занятые в сельском хозяй­

стве на разных основах, предприниматели, лица без постоянных 

1

 См.:

 Сидоренкова Т. А.

 Криминологические проблемы предупреж­

дения насилия против женщин в семье: Дис. ... канд. юрид. паук. М., 

1999. С. 43-45. 

2

 См.:

 Горбатовская Е. Г.

 Характеристика потерпевших от убийств 

(опыт конкретного криминологического исследования) // Криминоло­

гическая характеристика убийств. М., 1997. С. 39—52. 

3

 См.:

 Ломброзо Ч., Ферреро Э.

 Женщины-преступницы и проститут­

ки. Киев, 1902. 

Глава 16. Криминологические проблемы 

499 

источников дохода, в том числе безработные, зарегистрирован­

ные в установленном порядке, а также лица без определенного 

места жительства и занятий. 

Как уже отмечалось, различными отечественными и зарубеж­

ными авторами выделяются «общеуголовная преступность», «рес­

пектабельная преступность», «властно-элитная преступность», 

«цивилизованная преступность»: «...развитие современной циви­

лизации активно вызывает к жизни необычные криминогенные 

начала в человекочуждой практике. Происходит метаморфоза пре­

ступности, или видоизменение, переход в другие формы развития, 

в которых и приобретаются внешние виды или деяния (например, 

киберпреступность, ядерная мафия) и функции (например, обес­

печение криминального контроля существующей системы прива­

тизации, физическое устранение конкурентов, несговорчивых 

партнеров, обеспечение политических целей и т. д.»

1

. 

Выделение «цивилизованной преступности», как, впрочем, и 

преступности в экстремальных ситуациях, в условиях военного 

времени, — это выделение видов не преступности, а ее специфи­

ческих состояний — качественных и количественных характери­

стик преступности в определенных социальных условиях. 

При выделении разнообразных видов преступности можно 

находить все новые и новые критерии. Но всегда нужно при этом 

задавать себе вопросы: что дает выделение новых видов, как они 

взаимосвязаны между собой и как данные взаимосвязи влияют 

на преступность и ее изменения, связаны ли они с закономерно­

стями преступности и могут ли помочь в борьбе с ней? Здесь ис­

следователь неизбежно встает перед необходимостью соотнести 

между собой выделенные виды, а также понять их место в общей 

структуре преступности, этого крайне сложного явления. 

Важно не забывать о сложных взаимодействиях различных пре­

ступлений и субъектов их совершения. Для организованной преступ­

ности характерно соединение, «сплавление» преступлений разных 

видов в единую организованную преступную деятельность. 

§ 5. Виды преступности или виды криминологии? 

Некоторые авторы, углубленно исследующие отдельные виды 

преступности, обосновывают и демонстрируют подход, в соот­

ветствии с которым выделяются, например, «социально-демогра­

фическая криминология», «семейная криминология», «политиче­

ская криминология» и т. п. Д. А. Шестаков пишет: «Сегодня се-

1

 Горшенков А. Г., Горшенков Г. Г., Горшенков Г. Н.

 Преступность как 

объект управленческого воздействия. Сыктывкар, 1999. С. 29. 

500 

Раздел V. Отдельные виды преступности 

мейная криминология представляет собой сформировавшуюся 
научную дисциплину, входящую, как часть в целое, в общую 
криминологию»

1

. Новой учебной дисциплиной называет «поли­

тическую криминологию» П. А. Кабанов

2

. 

Очевидно, что криминологическое изучение преступности в 

сфере семейных отношений предполагает анализ и самой преступ­

ности, и ее детерминации с вычленением причинности, и особенно­

стей борьбы с ней, а также методик ее изучения. Но можно ли в этом 
случае говорить о новой науке — семейной криминологии? Думает­
ся, что нет, так как закономерности преступности в сфере семейных 
отношений нельзя изучать без знания закономерностей преступно­
сти в целом, следует учитывать закономерную взаимосвязь преступ­
ности в семье с так называемой алкогольной преступностью, реци­

дивной преступностью, другими ее видами. Методология и методи­

ка криминологии весьма значимы также для изучения конкретного 
вида преступности. Сохраняют для них свое значение и общая тео­

рия преступности, ее детерминации, причинности, и теоретические 
учения о преступнике, борьбе с преступностью. 

В программе курса «Политическая криминология» есть разде­

лы «Понятие, предмет и система курса политической кримино­

логии», «Методика и методология политической криминологии», 

где, например, предусматриваются такие вопросы: «Место поли­

тической криминологии в системе юридических наук», «Проб­

лемы организации криминологических исследований». То есть, 

во-первых, происходит частичное дублирование общих вопросов 

криминологии, во-вторых, отчетливо просматривается, что речь 

идет о выделении не просто учебного курса. В конечном итоге, 

спецкурсы по политической или семейной преступности для 

краткости можно было бы обозначить как «политическую крими­

нологию» и «семейную криминологию». Но из программ стано­

вится ясно, что вычленяется «наука», а это чревато опасностью 

недиалектического рассмотрения разных проявлений преступно­

сти как сложного, системно-структурного и целостного явления. 

Г. Н. Горшенков в книге «Криминология массовых коммуни­

каций» пишет о такой криминологии как о частной криминоло­

гической теории

3

. Такой подход представляется более обоснован­

ным. 

1

 Шестаков Д. А.

 Семейная криминология. СПб., 1996. С. 3;

 Он же. 

Семейная криминология. Программа специального курса. СПб., 1999. 

2

 См.:

 Кабанов П. А.

 Политическая криминология. Программа курса. 

Нижнекамск, 1998. 

3

 См.:

 Горшенков Г. Н.

 Криминология массовых коммуникаций. 

Н. Новгород, 2003. С. 11.