Киевский период истории нашего отечества дворцово-вотчинная система управления только начала формироваться, по мере развития феодальных отношений. Расцвет данной системы приходится на период политической раздробленности XII – XIV вв.
Особенности правовой системы Киевской Руси. Источники права.
В древнейший период истории России, когда частноправовые начала были еще слиты с государственными, закон не являлся преобладающей правовой формой. В сфере правовых отношений он играл второстепенную роль по сравнению с обычаем, который и являлся «тем юридическим базисом, на котором зиждется весь строй политических и общественных отношений Древней Руси» (Латкин В.Н.). Именно обычное право стало основой для возникновения и формирования третьей правовой формы – судебного прецедента. Но, по мере того как русские князья вырабатывали собственные законодательные нормы, а не использовали народные обычаи, основанием судебной практики все более становилась княжеская воля, выраженная в форме закона - «устава». Чем более князья изменяют, реформируют и даже отменяют нормы обычного права (по мере развития социально-экономических отношений, политической системы), тем более очевидным становится переход от обычая к законодательству. Четвертым, очень важным, источником формирующейся правовой системы являлся договор, который в древнее время выходил за пределы известных в современном гражданском быту договоров, не созидающих нового права, а только применяющих уже существующие нормы к известным лицам и отношениям. Напротив, древний договор в связи со слабостью законодательной власти и преобладающим образованием права путем обычая, имел более широкую область действия: он имел законодательный характер, устанавливал новое право «во всех тех случаях, которые не определены еще обычаем или относительно которых он не ясен или спорен» (Сергеевич В.И.). Ввиду такого творческого значения договора в древнее время, он становится важнейшим средством перехода от обычного права к законодательству. Серьезное влияние на развитие княжеской законодательной деятельности также оказала рецепция византийских законодательных источников после принятия Русью христианства из Византии.
Рассмотрим более подробно указанные источники древнерусского права.
А) Обычное право
Обычай (от слова «обыкнуть») есть правило, к которому все привыкли («Обычное право – это превращение однообразных действий в привычку» (Владимирский-Буданов М.Ф.)), которое изначально получает общеобязательное значение традиционным соблюдением его в данной общественной среде в силу «согласного убеждения действующих лиц в необходимости подчиниться» (Дьяконов М.А.) этой норме.
Основное отличие норм закона от норм обычного права заключается в том, что закон необходимо предполагает элемент формальной обязательности выполнения, в обычном праве такого элемента почти нет. Если закон выполняется не только по внутреннему убеждению в его полной справедливости, но и потому, что он закон, то нормы обычного права имеют юридическое значение только тогда, когда общее согласное мнение известной округи признает необходимость их применения в данном случае, и при данных, наличных условиях.
Значит, по своему происхождению обычай безличен, возникает не в результате деятельности отдельных личностей (исключением является так называемый политический обычай, который создавался князьями и их окружением), а всего народа в течение определенного периода его исторической жизни, и является общеобязательной нормой, прежде всего, потому, что признавался таковой всем народом.
«Обычное право – это совокупность юридических норм, создающихся независимо от предписаний законодательной власти и выражающихся в народных обычаях и обрядах. В незапамятные, доисторические еще времена стали слагаться эти обычаи и обряды в тех союзах людей, которые предшествовали образованию государства. В этих союзах, - будь то родовая организация, племя или народ, как совокупность нескольких племен, - были уже известные свои представления о праве и справедливости, первоначально тесно связанные с религией данных союзов и стойко защищаемые ими в жизни, в интересах развития самих союзов и поддержания в них необходимого мира и спокойствия».
Филиппов А.Н.
Эти представления о праве, выражавшиеся в юридических обычаях и обрядах, не могли, конечно, быть везде одинаковыми, а, наоборот, отличались своим содержанием друг от друга, в зависимости, во-первых, от того, интересы какого союза они защищали (рода, племени, союза племен), и, во-вторых, от того, на какой ступени развития стоял данный союз. Народная масса всегда и везде представляет собой разнообразные пласты многих исторических наслоений, и, в связи с этим исследователи отмечают такую особенность обычного права как партикуляризм.
По летописному рассказу даже близкие по крови племена сильно отличались друг от друга своими нравами и обычаями («имяху обычаи свои и закон отец своих и преданья, каждо свой нрав»; поляне «отец своих обычай имут кроток и тих», древляне «живяху зверинским образом, живущее скотьски»), а это наглядно показывает, что они одновременно переживали разные стадии своего культурного развития.
Когда обычай принимается, санкционируется государственной властью, помимо качества внутренней обязательности (голос совести, осознанная необходимость, общественное мнение), он получает и качество внешней обязательности, за обычаем уже стоит принудительный авторитет власти.
Нормы обычного права имеют консервативный характер: охраняются традициями, изменяются в течение долгого времени, вместе с изменением жизненных потребностей народа, совершенствованием форм общественной и государственной жизни. Нигде процесс переработки юридических понятий и форм быта не происходил столь медленно, как в народе. Мир народных понятий в области права бережно и упорно хранит в себе прадедовские взгляды, нравы и обычаи. В связи с этим нормы обычного права очень трудно поддаются как констатированию, так и общей формулировке. Они живут, большей частью, в народе в виде обычаев и обрядов, символов и пословиц, передаются изустно из поколения в поколение, как достойные уважения преданья дедов и прадедов. Словесная передача, при своей живости и силе народной памяти, не всегда, однако, является достаточной гарантией того, что обычай сохраняется передающим его лицом в полной неприкосновенности и не поддается влиянию времени. Поэтому уже в древние времена, как только начинает несколько распространяться грамотность, появляется потребность в записи народных обычаев и такими записями в значительной мере стали первоначальные народные «правды», в которых и формулируются нормы обычного права данного племени или народа.
Таким образом, нормы обычного права могут иметь различные формы выражения: устную (например, в юридических действиях: акты юридических сделок, судебные акты; символах, обрядах (например, рукобитие при заключении договора; наложение руки на предмет, прикосновение к нему при совершении купли-продажи), словесных формулах («се – мое» произносили в случае приобретения права на вещь), пословицах («молодой на битву, а старый на думу») или письменную (судебные приговоры, юридические сборники, например, Русская Правда).
В силу консервативного характера обычного права, переход от обычая к законодательству часто приобретал революционный характер, так сказать, характер «скачка». Средством такого резкого перехода являлась рецепция более совершенного права. Для древней Руси таковым образцом, «учебником» права, стала правовая система Византии.
IX – X веках на Руси не существовало письменных сборников обычного права. Первая попытка русских выразить нормы своего права в объективной форме была предпринята в договорах Руси с Византией X века, которые: 1) стали первым писаным памятником русского права, поскольку содержали ссылки на «закон русский» - сборник устных норм обычного права древней Руси; 2) стали первым этапом рецепции византийского права, знакомства руссов с более совершенной правовой системой.
Б) Договор как источник права
Как уже указывалось, договор («докончанье», «ряд», позднее «крестное целование») в древнейший период истории наравне с юридическим обычаем являлся преобладающей правовой формой, посредством которой часто происходил переход от обычного права к законодательству. Договоры в древности вообще имели громадное значение, в виду неустойчивости норм обычного права, с одной стороны, в виду необходимости обеспечить взаимным отношениям, внутри и вне государств, некоторую определенность,
другой стороны. В заключении договоров поэтому одинаково нуждались как отдельные государства, так и различные органы власти и союзы внутри данного государства. В связи с этим многие исследователи выделяют две основные категории договоров, существовавших в древнейший период истории русского права:
Договоры международные – с греками, немцами.
Договоры внутриполитические. Данная категория, в свою очередь, включает следующие виды договоров:
А) Договоры русских князей между собой. Хотя первый сохранившийся договор между сыновьями Ивана Калиты был заключен в 1341 году, но можно предположить, что такие договоры существовали на Руси уже в X – XI веках ввиду достаточной независимости князей друг от друга (договор 1341 г. содержит ссылку на древний княжеский обычай заключать «ряды»), и содержали, в основном, нормы государственного права: о военной помощи, выдаче преступников, о мире князей, их служилых людях, о распределении «столов», порядке общего суда и т. п.
Именно данный тип договоров являлся источником такой особой правовой формы как политический обычай, действующей в княжеско-боярской среде и формирующей институты центрального (княжеская «дума»
боярами, «снемы» или съезды княжеско-боярской знати) и местного управления (десятичная, дворцово-вотчинная системы), форму государственного устройства древней Руси (очередной или «лествичный» порядок наследования, распределения уделов).
Б) Договоры князей с народом (городами). Хотя сохранились только договоры с «вольным» Новгородом, но уже в самом раннем из них договоре князя Ярослава Ярославича 1264–1265 г. есть ссылка на обычай новгородцев вступать в договорные отношения с князьями («держать тебе Новгород по старине, по тому, как пошло искони»), что позволяет предполагать существование и более ранних договоров князей, причем не только с Новгородом, но и с другими русскими городами. Так, уже по договорам русских князей с греками, князья заключали мирные соглашения не от своего только имени, но и от имени народа – «от всех людей русской земли» (договор великого князя Игоря 944 г.). Вместе с княжескими договорами, соглашения князей с городами создавали целый ряд правил, регулирующих внутренний строй государства.
«Некоторые из элементов, образующих этот строй, только на почве договора создают временную устойчивость часто колеблющихся взаимоотношений. Так, постановления народного собрания являются по существу ничем иным, как договором единения между участниками собрания».
Дьяконов М.А.
Договоры Руси с Византией
Самым значительным явлением внешнеполитической деятельности киевских князей в X веке были военные походы на Византию, которые в основном диктовались экономическим интересом поддержания торговых отношений. Торговля вообще была важным этапом в развитии культурных связей между соседними народами, в частности же – первые выступления славяно-русских племен на историческое поприще были торгового характера. Известны походы князей Аскольда (860 или 865 г.), Олега (907 г.), Игоря (941 944 гг.), Святослава (971 г.), Ярослава (1043 г.), обычным результатом которых были торговые соглашения. Летопись («Повесть временных лет» - русский летописный свод начала XII в.) сохранила четыре договора русских с греками: два договора Олега 907 и 911 гг., договор Игоря 944 г. (или 945 г.) и договор Святослава 971 г. (или 972 г.). Летописец полностью приводит тексты трех последних договоров, первый им только пересказан. Многие исследователи (Шахматов А.А., Юшков С.В., Зимин А.А. и др.) склоняются к тому, что в 907 г. никакого особого договора заключено не было; перед нами
– литературная компиляция, основанная на материале договоров 911 и 944 гг. По мнению С.М. Соловьева, «допустив к себе Русских на продолжительное житье в Константинополе, греческий двор должен был урядиться с киевским князем, как поступать при необходимых столкновениях Русских с подданными Империи; вот почему в 911 г., следовательно, по счету летописца, через 4 года, Олег послал в Царьград мужей своих утвердить мир
положить ряд между Греками и Русью, на основании прежнего ряда, заключенного тотчас после похода». Также и профессор А.Н. Филиппов предполагает, что обе стороны были заинтересованы в пересмотре договора 907 года: греки едва ли были довольны условиями мира, заключенного с победителями,…русские желали более точно определить свои отношения с греками, что и вызвало пересмотр договора всего через 4 года после его заключения.
Договоры Руси с греками составлялись в двух экземплярах: у руссов хранился экземпляр на греческом языке, у греков – экземпляр на русском языке.
Вопрос о праве договоров Руси с Византией оценивается историками весьма различно: от полного отрицания права руссов в этих договорах (В.Сергеевич), до полного отрицания византийского права (Д.Самоквасов). Большинство ученых придерживаются компромиссной точки зрения,
определяя право договоров как право смешанное, славяно-византийское,
сообразующее две различные правовые системы: обычное право руссов и более цивилизованное византийское законодательство, являющееся продолжением и развитием римского права. Греческое право, как право нации, стоявшей на более высоком уровне культурного развития, по сравнению с русскими X века, весьма нередко было вовсе непригодно для последних; греки поэтому поневоле должны были идти на уступки и соглашаться на введение в договоры норм, чуждых их праву, лишь бы добиться соглашения с русскими и обеспечить государству мир и спокойствие от воинственных соседей, ставивших не раз Византию на край гибели. Уже в договоре Олега 907 г. указывается, что стороны присягали (в верности условиям «мира») следующим образом:
Греки целовали Крест, а Олега и его дружинников (привели к приcяге) «по Русскому закону»; и клялись те своим оружием, и своими богами Перуном и Велесом, богом скота. И так был утвержден мир. (Перевод авт.)
А в договоре Игоря 944 г. указывается, что в процессе поиска беглого «челядина» (холопа) русские – христиане присягают «по вере своей», а русские – не христиане присягают «по закону своему».
Именно договоры с Византией X века, сообразующие отечественные нормы с иноземными, заимствующие византийское право, являются юридической формой, наиболее ярко представляющей начало законодательства на Руси, посредством которой совершался переход от обычного права к закону.
«Спокойная племенная (патриархальная) жизнь славян могла долго обходиться тем неизменным запасом юридических норм, которые выработаны обычаями с незапамятных времен. Но с X века восточные славяне вовлечены были авантюристическими дружинами варягов в столкновение с отдельными странами – Византией и западноевропейским миром. Это возмутило прежний спокойный уровень обычного права двояким образом: усилило разнообразие в понимании юридических норм и принудило согласить свои отечественные нормы с чужеземными. Отсюда возникли первые приемы законодательства: договоры с иноземцами и рецепция чужих законов».
Владимирский-Буданов М.Ф.
Основное содержание договоров составляют нормы торгового, международного, уголовного, наследственного права. Так, договоры князей Олега и Игоря определяют юридическое положение руссов в Византии, взаимные обязательства сторон, причем договор Игоря 944 г., заключенный после неудачного похода на греков, несколько видоизменяет, ограничивает права руссов, предоставленные им договорами 907 и 911 гг., заключенными после завоевания Византии великим князем Олегом.
«Поход Олега 907 г. на Константинополь, совершенный уже соединенными силами всех племен, подвластных Руси, северных и южных (Славян (Новгородцев), Чуди, Кривичей, Мери, Полян, Северян, Древлян, Радимичей, Хорватов, Дулебов и Тиверцев), с участием, конечно же, и варягов, - стал удачным для русского князя. По летописи, русские корабли были поставлены на колеса, и флот, при попутном ветре, двинулся на парусах по суше к Константинополю. Олег приготовился к осаде города. Греки испугались и отправили к русским посольство…».