211 Кисловодское укрепление, устроил новые укрепления и посты на Подкумке, в
урочище Боргустан, в верховьях Кумы у бывшего Хахандукова аула и в верховьях Тохтамыша.
Обустройством линии между Пятигорьем и Карачаем занимался генералмайор Сталь. Ермолов предписал ему абазинские аулы и кабардинские коши вблизи Георгиевска переселить на Малку, а оставшиеся после них «плетни и дрова», годные для временного строения, перевести на арбах на пост при Боргустане. Ермолов поручил полковнику Победнову использовать отряд усиленного поста в верховьях Кумы «в одних чрезвычайных случаях»: «Таковыми разумею я: движение к землям, принадлежавшим Карачаевскому народу для обозрения идущих к оным дорог, …отражение закубанских партий и защищение на правом берегу Ногайских аулов; Мусе Таганову с той стороны помочь переселиться»36. Хахандуковский пост был учреждён на границе с независимым Карачаем, поэтому кочующих впереди линии, на правобережье Верхней Кубани, тохтамышевских ногайцев переместили как российских подданных на левобережье Кумы.
Центр Кавказской линии от Кумы до Минаретского укрепления на Военно-Грузинской дороге, а от него по Тереку до Моздока Ермолов перенёс с Малки в Большую Кабарду и оттуда протянул к Куме, разделив на два участка: Кабардинскую и Кисловодскую линии. Кисловодская линия от укрепления Каменного моста на Малке до Кумы состояла из передовых постов в верховьях Кумы, Подкумка и Малки «для охранения пространства, лежащего между верховьями Малки и Кубани, от набегов Закубанцев и горцев, живущих по обеим сторонам Эльбруса»37, т.е. независимых карачаевобалкарцев.
Первые шаги к установлению путей в Карачай Ермолов успел сделать, привлекая верного ему Мисоста Атажукина для вывоза леса, необходимого для строительства поселений Кавказских Минеральных вод. Учредив пост из роты пехоты с артиллерией и 40 казаков вблизи урочища Боргустан, он поручил сделать обозрение р. Эшкакон и узнать удобную для вывозки леса
211
212 дорогу. Для беспошлинного вывоза карачаевского леса Ермолов использовал
посредника Атажукина, который доставил лес с верховий Эшкакона в Кисловодск. В торговлю с русскими Мисост Атажукин вовлёк и своего родственника карачаевского князя Тенгизбия (Амантиша) Дудова, что определило пророссийскую позицию этой фамилии.
30 июля 1822 г. Ермолов усилил 50 донскими казаками роту Тенгинского пехотного полка на Хахандуковском посту, приказав наблюдать дороги от р. Кубани: «На всём пространстве от р. Малки и до селений Ногайских по правому берегу р. Кубани нет ни одного из аулов Кабардинских и потому встретившийся близко расположения вашего, если не имеет на проезд билета, есть, конечно, неприятель и такового истреблять. К сему принадлежат все без исключения Карачаевцы. О сих последних стараться собирать все сведения, где в позднюю осень и где в зимнее время будут их стада скотов и баранов; узнавать, где лучшие идущие к ним дороги. К стороне земель их и по направлению к р. Маре нужно делать движения, но с большой осторожностью и отнюдь далеко не вдаваясь… Я не требую перестрелок и нападений и строго взыщу за бесполезные; но должно беспокоить их движениями и чем менее будут они угадывать оные, тем лучше»38. Так Карачай вошёл в зону военнополитических и экономических интересов российских властей.
Новая линия укреплений и постов в Пятигорье, связываясь с Баксанским укреплением, закрывала выходы из Карачая в Кабарду и препятствовала связи закубанцев и кабардинцев. Ермолов настаивал на расположении войск в непосредственной близости к владениям Османской империи, однако занятию Верхней Кубани препятствовал независимый статус Карачая, что делало его привлекательным убежищем для беглецов с российской стороны.
Примечания
1.АКАК. Т. 6. Ч. 2. Тифлис, 1875. С. 446.
2.Там же. С. 610.
3.Там же. С. 648.
4.Там же. С. 603.
212
213
5.Потто В.А. Кавказская война Т. 2. Ставрополь, 1994. С. 73.
6.Варивода Н.В. Казачья и крестьянская колонизация Центрального Предкавказья в XIX в. // Исторический вестник. Нальчик, 2005. С. 80.
7.АКАК. Т. 6. Часть 2. С. 604.
8.Волкова Н.Г. Этнический состав населения Северного Кавказа в XVIII – начале XХ века. М., 1974. С. 89.
9.АКАК. Т. 6. Часть 2. С. 612.
10.Волкова Н.Г. Указ. соч. С. 91-92.
11.ГАСК. Ф. 444. Оп. 1. Д. 3. Л. 1-2
12.ГАСК. Ф. 79. Оп. 1. Д. 93. Л.1 – 4.
13.Там же. Л. 12-12об.
14.ГАСК. Ф. 249. Оп. 3. Д. 1078. Л. 1-3.
15.Потто В.А. Указ. соч. С. 376.
16.ГАСК Ф. 444. Оп. 1. Д. 7. Л. 117об.
17.АКАК. Т. 6. Часть 2. С. 469.
18.Зубов П. Подвиги русских воинов в странах кавказских с 1800-го по 1834 год. (Извлечения до 1825 г.) // Русские авторы XIX века о народах Центрального и Северо-Западного Кавказа. Т. 2. Нальчик, 2001. С. 87.
19.ГАСК. Ф. 444. Оп. 1. Д. 7. Л. 125.
20.АКАК. Т. 6. Часть 2. С. 365–366.
21.Там же.
22.Грабовский Н.Ф. Присоединение к России Кабарды и борьба за независимость // ССКГ. Вып. 9. Тифлис, 1876. С. 192.
23.АКАК. Т. 9. Тифлис, 1884. С. 941.
24.Клычников Ю.Ю. Деятельность А. П. Ермолова на Северном Кавказе (1816-1827). Ессентуки, 1999. С. 37.
25.Потто В.А. Указ. соч. С. 373.
26.АКАК. Т. 6. Часть 2. С. 509.
27.Там же . С. 471.
28.Потто В.А. Указ. соч.С. 377.
29.Кудашев В.Н. Исторические сведения о кабардинском народе. Киев, 1913. С.111.
30.Потто В.А. Указ. соч. С. 378.
31.Земля адыгов. Майкоп, 1996. С. 204.
32.Дубровин Н.Ф. История войны и владычества русских на Кавказе. Т.6. СПб., 1888. С. 484.
213
214
33.АКАК. Т. 6. Часть 2. С. 478.
34.Там же. С. 509.
35.Потто В.А. Указ. соч. С. 375–376.
36.АКАК. Т. 6. Часть 2. С. 458–459.
37.АКАК. Т. 8. Тифлис, 1881. С. 654.
38.Там же. Т. 6. Часть 2. С. 459.
214
215
ГЛАВА 7. РОССИЙСКИЕ ВОЙСКА В ТУРЕЦКОМ ЗАКУБАНЬЕ
Осенью 1822 г. за Кубанью образовалась довольно значительная группа кабардинцев, абазин и ногайцев, бежавших из пределов Российской империи. Османская империя не могла открыто им покровительствовать и не имела сил удерживать их от набегов, поэтому не дала им постоянных мест жительства в Закубанье, они находили только временный приют у родственных народов между Кубанью и Лабой. Верхняя Кубань служила беглым кабардинцам не только путём бегства, но и местом убежища в случае их поисков российскими войсками. Так, Таусултан Атажукин с 1822 г. скрывался в Теберде на р. Агуре, но в 1825 г. был убит Магометом Исламовичем Атажукиным1.
Для поисков и наказания беглецов войска получили разрешение переходить Кубанскую линию в мирное время. 30 сентября 1822 г. Вельяминов выступил из Невинного мыса к верховьям Лабы «для наказания ногайцев, возбуждавших против нас закубанцев»: «Нанесши неприятелю значительное поражение, взявши много пленных и скота, Вельяминов отправляется в обратный путь 7 октября», – писал П.Г. Бутков2. После этой экспедиции российские власти на жительство по правобережью Кубани никого не допускали, кроме ногайцев, и «людей, поведением известных»; абазинам и вовсе запретили возвращаться из-за Кубани, так как Ермолов не доверял их князьям3.
Командующий на Кубанской линии генерал-майор Сталь поручил Султану Менгли-Гирею отправиться за Кубань, собрать закубанских ногайских владельцев и убедить их воздерживаться от набегов и избегать связей с беглыми кабардинцами, «за Кубанью скитающимися». Объяснения владельцев, данные Менгли-Гирею, не оставляют сомнения, что закубанские народы считали себя подданными турецкого султана. Они заявили, что в «пропуске и поселении за Кубанью кабардинцев не имеют запрещения от Анапского паши, а земля принадлежит двору Турецкому и что сами они состоят под распоряжением паши», поэтому выполнить распоряжение
215