396 западноадыгских обществ. М.И. Венюков писал, что западные адыги «стали в
последнее время выходить на равнины и поселяться там на землях, им предназначенных от правительства. Число их быстро возрастает и потому определить его невозможно»42.
Данные о численности населения Кубанской области быстро менялись, так как продолжали прибывать новые поселенцы из внутренних областей России, а с берега Чёрного моря местное население уезжало в Турцию. Численность всех переселенцев (мухаджиров) с Северного Кавказа в Османскую империю с 1858 по 1865 г. также точно определить невозможно. По различным сведениям, это 250 тыс.43, 400 тыс.44, 418 тыс.45, 470 753 человек46. Бесспорно, что их большую часть составляли адыго-абхазские народы.
Остававшиеся на родине западноадыгские народы объединились на общей этнической территории в бассейне Белой и составили титульный этнос современной Адыгеи. В.Б. Виноградов отмечает, что «постепенное включение Западного Кавказа в экономическую и политико-культурную жизнь России в конечном итоге способствовало ускорению межплеменного сплочения и окончательному образованию нового этно-социального сообщества – адыгейцев»47.
Таким образом, перемещение западноадыгских народов на Прикубанскую равнину производилось с помощью войск, насильно вытеснявших местных жителей со стратегически важной полосы Восточного Причерноморья, однако горцам был предоставлен выбор: переселение на указанные места между реками Лаба и Белая или эмиграция в Турцию.
Примечания
1.Берже А.П. Выселение горцев с Кавказа // Русские авторы XIX века о народах Центрального и Северо-Западного Кавказа. Т. 1. Нальчик, 2001. С. 285.
396
397
2.Ковалевский П.И. Кавказ. Т. 2. СПб, 1915. С. 265.
3.Дроздов И. Последняя борьба с горцами Западного Кавказа // КС. Тифлис, 1877. С. 415.
4.РГВИА. Ф. ВУА. Д. 6696. Л. 22.
5.Фадеев Р.А. Кавказская война. М, 2003. С. 153.
6.Там же. С. 133.
7.Трагические последствия Кавказской войны для адыгов. Вторая половина – начало XX века. Сборник документов и материалов. Нальчик, 2000. С. 27.
8.ГАКК. Ф. 774 Оп. 2. Д. 466. Л. 1.
9.Дроздов И. Указ. соч. С. 457.
10.Фадеев Р.А. Указ. соч. С. 153.
11.Там же. С. 196.
12.Берже А.П. Указ. соч. С. 298.
13.Фадеев Р.А. Указ. соч. С. 133.
14.Берже А.П. Указ. соч. С. 237.
15.Трагические последствия Кавказской войны для адыгов... С. 130.
16.Хаджимуков. По неизданным запискам природного бжедуха князя Хаджимукова // КС. XXX. Тифлис, 1910. С.26.
17.Дубровин Н.Ф. История войны и владычества русских на Кавказе. Т. 6. СПб, 1888. С. 282.
18.Дроздов И. Указ. соч. С. 425.
19.Берже А.П. Указ. соч. С. 299.
20.Там же. С. 300.
21.Трагические последствия Кавказской войны для адыгов. С. 99.
22.Социально-экономическое, политическое и культурное развитие народов КарачаевоЧеркесии: Сборник документов. Ростов-на-Дону, 1985. С. 92.
23.Там же. С. 93.
24.Волкова Н.Г. Этнический состав населения Северного Кавказа в XVIII – начале XХ века. М, 1974. С. 219.
25.ГАКК. Ф. 774. Оп. 2. Д. 466. Л. 1.
26.АКАК. Т. 12. Часть 2. Тифлис, 1904. С. 920.
27.Берже А.П. Указ. соч. С. 295.
28.ЦГИА РГ. Ф. 1080. Оп. 3. Д. 481. Л. 9. (Из архива В.П. Невской).
29.Трагические последствия Кавказской войны для адыгов. С. 28.
30.Там же. С. 27.
397
398
31.Кушхабиев А.В. Черкесская диаспора в арабских странах (ХIХ–ХХ вв.). Нальчик, 1997; Кудаева С.Г. Огнём и железом. Вынужденное переселение адыгов в Османскую империю (20–70 гг. XIX в.). Майкоп, 1998; Кипкеева З.Б. Карачаевобалкарская диаспора в Турции. Ставрополь, 2000; Алиев Б.Р. Северокавказская диаспора. История и современность. Махачкала, 2001.
32.Кудаева С.Г. Указ. соч. С. 61.
33.Половинкина Т.В. Черкесия – боль моя. Исторический очерк (древнейшее время – начало XX в.). Майкоп, 1999. С. 176.
34.Касумов А.Х., Касумова Х.А. Геноцид адыгов. Нальчик, 1992. С. 197.
35.Невская В.П. Присоединение Черкесии к России и его социально-экономические последствия. Черкесск, 1956. С. 87.
36.ЦГИА РГ. Ф. 545. Оп. 1. Д. 3216. Л. 34. (Из архива В.П. Невской).
37.Проблемы Кавказской войны и выселение черкесов в пределы Османской империи (20–70-е гг. XIX в.). Нальчик, 2001. С. 110.
38.Там же. С. 21.
39.Берже А.П. Указ. соч. С. 285.
40.Венюков М.И. Очерк пространства между Кубанью и Белой // Ландшафт, этнографические и исторические процессы на Северном Кавказе в XIX – начале XX века. Нальчик, 2004. С. 208.
41.Аутлев М, Зевакин Е., Хоретлев А. Адыги. Майкоп, 1957. С. 26.
42.Венюков М.И. Указ. соч. С. 210.
43.Фадеев Р.А. Указ. соч. С. 198.
44.Гаврилов П.А. Устройство поземельного быта горских племён Северного Кавказа // ССКГ. Вып. II. Тифлис, 1869. С. 65.
45.Эсадзе С. Покорение Западного Кавказа и окончание Кавказской войны. Майкоп, 1993. С. 113.
46.Берже А.П. Указ. соч. С. 287.
47.Виноградов В.Б. Средняя Кубань: земляки и соседи. Армавир, 1995. С. 27.
ГЛАВА 5. ВЕРХНЕКУБАНСКОЕ ПРИСТАВСТВО
398
399 Пространство от Верхней Кубани до верховий Лабы к окончанию
Кавказской войны уже представляло прочный тыл российских войск. В 1861 г. Карачаевское приставство вместе с присоединённым к нему Тохтамышевским переименовали в Верхнекубанское приставство с центром в станице Баталпашинской. В него вошли карачаевцы (17 200 чел.)1, абазины-тапанта, жившие на Верхней Куме и частью в Лоово-Кубанском ауле (5000 чел.), ногайцы-тохтамышевцы около ст. Баталпашинской (4500 чел.)2.
Значительная часть абазин-тапанта (алтыкесеков) ещё находилась в составе Ставропольской губернии на левобережье Верхней Кумы. Большая часть кубанских ногайцев, занимавших преобладающую часть равнин на левобережье Кубани от Баталпашинской до устья Лабы, и остаток бесленеевского народа в низовьях Урупа входили в Нижнекубанское приставство3.
Абазины-шкарауа большей частью ушли в Турцию, а остальные вместе с беглыми кабардинцами и бесленеевцами находились в Лабинских приставствах. К 1863 г. они занимали места по левому притоку Лабы – р. Ходзь. Но вскоре эти земли отвели Кубанскому казачьему войску, а горцев переселили частью на территорию современной Адыгеи, частью – КарачаевоЧеркесии. Только небольшая их часть осталась на своих местах, сейчас входящих в состав Успенского и Отрадненского районов Краснодарского края4. В Адыгее потомки этих переселенцев живут в селениях Ходз, Блечепсын, Кошехабль, Уляп5.
С образованием Верхнекубанского приставства власти постепенно стали перемещать на его территорию владельческие аулы ногайцев, абазин, беглых кабардинцев и бесленеевцев, расселяя вблизи станиц и укреплений. «Число их быстро возрастает и потому определить его невозможно... Из них бесленеевцы живут на Зеленчуках и Урупе вместе с абазинцами и ногайцами; их около 720 душ»6, – писал М.И. Венюков.
Название Карачай стало применяться только к самым верховьям Кубани, и даже появилась тенденция к подмене этнического смысла географическим.
399
400 К этому времени у российских властей ещё не было достоверной карты
бассейна Верхней Кубани. «Внутри страны даже не всё пространство снято на план и лишь по окраинам его имеются пять-шесть астрономических точек, на которые опирается картография края»7, – писал Венюков, имея в виду западную вершину Эльбруса, станицу Беломечетскую в устье Малого Зеленчука, укрепление Прочный Окоп в устье Урупа, станицы Кавказскую, Усть-Лабинскую в устье Лабы и г. Екатеринодар (ныне г. Краснодар). Карачай он обозначает как географическое понятие: «Котловина или ряд углублений между Главным хребтом и юрским его уступом» с западной границей по водоразделу между реками Теберда и Даут (Дуут)8.
Такое ограничение территории Карачая явилось следствием военнопереселенческих мероприятий, для проведения которых земли Верхней Кубани ниже Хумаринского укрепления были объявлены казёнными, а долины в верховьях Зеленчуков, Урупа и Лабы отведены казачьим станицам Хопёрского полкового округа. На территории современной КарачаевоЧеркесии возникли станицы: на Кубани – Баталпашинская (1825 г.), УстьДжегутинская (1861 г.), Красногорская (1861 г.), на Б. Зеленчуке – Сторожевая (1858 г.), Исправная (1858 г.), Зеленчукская (1859 г.), на М. Зеленчуке – Кардоникская (1859 г.), на Урупе – Преградная (1860 г.)9.
Кроме того, Верхнюю Кубань до Каменного моста в 1862 г. заняли посты 4-й Хопёрской бригады: Невиномысский, Усть-Невинский, Беломечетский, Яман-Джалгинский, Жмуринский, Баталпашинский, Усть-Тохтамышевский, Усть-Джегутинский, Ямаловский, Верхне-Николаевский, Хумаринский и Башня у Каменного моста10. Так Кубань от устья до самых верховий, где с обеих сторон кубанских истоков располагались древние селения «мирных туземцев-карачаевцев», прочно освоило восточнославянское (русское, украинское, казачье) население11.
Венюков отмечал, что хребты, пересекающие Карачай параллельно Главному Кавказскому хребту, «тянутся группами от самой Усть-Джегуты на Кубани до Белой между Майкопом и устьем Фюнфта. Они то поднимаются
400