6. За нарушение режима чрезвычайного положения для граждан и должностных лиц предусмотрена административная ответственность (ст. 32 Федерального конституционного закона от 30.05.2001 № 3-ФКЗ «О чрезвычайном положении»), предусмотренная ст. 20.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. За невыполнение же требований норм и правил по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций предусмотрена административная ответственность только должностных лиц (ст. 20.6 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях).
Таким образом, наличие чрезвычайной ситуации может являться причиной для введения чрезвычайного положения, при условии возникновения непосредственной угрозы жизни и безопасности граждан или конституционному строю Российской Федерации. Иными словами, чрезвычайная ситуация представляет собой причину, а чрезвычайное положение - следствие. Поскольку введение режима чрезвычайной ситуации рассматривается и отдельными людьми, и обществом в целом как вынужденная мера, неукоснительное выполнение которой позволит избежать еще больших потерь, поэтому граждане не только не препятствуют реализации этих мер, но и своими собственными усилиями и средствами способствуют им. В этой ситуации триада «государство - общество - личность» остается внутренне согласованной, не расчлененной противоречиями, поэтому оснований для введения чрезвычайного положения нет, ничто не мешает осуществлению защиты населения и территории от чрезвычайной ситуации в рамках действующего законодательства, регулирующего эту деятельность, без каких-либо режимных ограничений основных прав и свобод граждан.
7. Потребительский экстремизм
Злоупотребление правом есть осуществление права с целью нанесения вреда другим лицам при том, что использования данного права носит лишь второстепенный характер. Само злоупотребление правом может осуществляться обоими участниками правоотношений. В том случае, когда это происходит со стороны потребителя, принято говорить о потребительском экстремизме.
На данный момент в российском законодательстве нет легального понятия потребительского экстремизма. Это, возможно, связано с новизной такого явления в России, которая сталкивается с ним лишь с начала 90-х годов, в отличие от стран Запада. Исходя из литературного описания потребительский экстремизм - поведение потребителей товаров и услуг, имеющее целью получить определенную выгоду и доход, манипулируя законодательством в корыстных целях.
Ярким примером (и безусловно вдохновением) потребительского экстремизма служит «Дело о чашке кофе» - судебное дело Стеллы Либек против McDonald's 1992 года. Пожилая американка обратилась в суд с требованием возмещения ущерба, причиненного ей пролитым на живот и ноги горячим кофе. В итоге, после судебных тяжб Стелле Либек было выплачено в качестве компенсации 640 тысяч американских долларов.
По смыслу положений ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, во взаимосвязи со ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации можно сделать вывод о том, что под потребительским экстремизмом, исходя из вкладываемого в него значения, следует понимать:
1) действия потребителей, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред предпринимателю, а также злоупотребления своим правом в иных формах;
2) злоупотребление потребителями своим особым положением на рынке товаров, работ, услуг;
3) недобросовестное поведение потребителей;
4) умышленные противоправные деяния потребителей (их соучастников), совершаемые с целью обращения в свою пользу имущества предпринимателей путем обмана или злоупотребления особым отношением к потребителям.
Основой для возникновения потребительского экстремизма служат следующие факторы:
1. Несбалансированное законодательство по защите прав потребителей, создающее возможность для злоупотребления правом со стороны потребителей.
2. В силу разбирательства в гражданско-правовом порядке - презумпция виновности для продавца/производителя.
3. Отсутствие необходимости наличия значительных денежных средств или профессиональных навыков для ведения потребительского экстремизма путем использования сферы защиты прав потребителя.
4. Стремление продавцов/производителей не предавать огласке данные случаи в силу защиты своей деловой репутации и иногда ярое использование данного фактора «экстремистами».
Как и любое правонарушение, потребительский экстремизм имеет свои элементы.
1. Субъект
Субъектами выступают как физические, так и юридические лица. Физических лиц трудно соотнести с ярыми правонарушителями в силу труднодоказуемости их систематической деятельности в целях обогащения за счет манипулирования несовершенством законодательства. С юридическими лицами все несколько проще, так как их уставная деятельность может показаться схожей и идентичной сути потребительского экстремизма. Для признания деятельности этих некоммерческих организаций незаконной в силу мошенничества необходимо лишь доказать их финансовое обогащение.
2. Объект
Это общественные отношения в сфере потребления товаров и услуг.
3. Объективная сторона
Общественно опасная деятельность, связанная с злоупотреблением правами потребителей, влекущая общественно опасные последствия. Большая значимость объективной стороне придается в странах с англо-саксонской правовой системой, так как она способствует созданию прецедентов, которыми в будущем начинают пользоваться заинтересованные правонарушители. Но, так как Российская Федерация имеет некоторую направленность в сторону употребления судебных прецедентов в правовых отношениях в качестве шаблонов поведения для достижения своей цели, то можно говорить об увеличении актуальности данной проблемы для нашего государства.
4. Субъективная сторона
Прямой умысел, направленный на единичное или систематическое извлечение прибыли из корыстных побуждений.
Но большей части участников правоотношений интереснее сам предмет экстремисткой деятельности. Как правило, это могут быть и крупные организации, и даже индивидуальные предприниматели. На современном этапе развития этой противоправной деятельности большее внимание уделяется небольшим коммерческим организациям или физическим лицам в виде индивидуальных предпринимателей. Крупные компании, как правило, имеют свой юридический ресурс и готовы противостоять подобному явлению как в досудебном, так и в судебном порядке.
Столкнувшись с систематическим и явным профессиональным отпором, экстремисты отступают и переходят на более доступные цели. В этот момент становится явно видно тех самых граждан и юридических лиц, которые оперируют правом лишь в целях своего обогащения, так как им проще найти новую мишень, чем тратить большое количество усилий и демаскировать себя в тех судебных процессах, которые они могут даже проиграть. Это связано в большинстве случаев с их слабой юридической конкурентоспособностью.
Потребительский экстремизм реализуется через множество форм, но, как правило, это шантаж:
1) использование потребителем-экстремистом изъянов в функционировании организации, которые являются правонарушениями разных видов, указать на них руководству организации и в приватной беседе предложить возможность умалчивания о таких фактах за некоторое материальное вознаграждение;
2) инициирование потребителем-экстремистом проверок контрольно-надзорными органами в отношении юридического лица или индивидуального предпринимателя с целью шантажа.
В менее распространенной форме потребительский экстремизм выражается в инициировании потребителем-экстремистом судебного разбирательства с целью взыскания морального или материального вреда по формальным основаниям.
К примеру, в 2004 году в США Мери Убауди подала иск на компанию Mazda Motors. Однажды Мери попала в аварию, она не имела привычку использовать ремни безопасности. Убауди утверждала, что Mazda не приложили инструкцию по использованию ремней безопасности, что повлекло причинение вреда ее здоровью. Сумма иска составила 150 000 $.
В данной форме потребительского экстремизма акцент делается не на сумму прямого убытка, а на расходы, предъявленные к возмещению. Это делается путем завышения стоимости экспертиз, юридических услуг, а порой мотивированного заявления о «значительном» (следовательно, и дорогостоящем) моральным ущербом. Таким образом искусственно увеличивается сумма иска в десятки или сотни раз превышающие прямой действительный ущерб.
Существует множество механизмов противодействия и борьбы с потребительским экстремизмом, но, на наш взгляд, результативными является только некоторые из них:
1) проведение политики внутри компании, направленной на работу с клиентам, с целью создания минимально подверженной возникновению потребительского экстремизма обстановки. Цель - перевод потребительского экстремизма в латентную стадию;
2) накопление и систематизация информации о потребительском экстремизме в регионах присутствия вашей организации. В данном случае необходимо «знать своего врага в лицо»;
3) по аналогии с Обществом защиты прав потребителей создание подобного Общества по защите прав продавцов.
Потребительский экстремизм - относительно молодое явление, набирающее обороты в условиях несбалансированной политики защиты прав потребителей. Очевидно, что для предотвращения данного явления в праве, необходимо более уравновешенное регулирования прав и обязанностей потребителей и продавцов в системе розничной купли-продажи.
8. Некоторые особенности договора мены земельных участков
Земельное право специфично тем, что многие его институты подпадают под регулирование различных отраслей права, в связи с чем возникает вопрос: нормам какой отрасли отдавать предпочтение при разрешении тех или иных вопросов? Отношения, возникающие по поводу мены недвижимости, носят имущественный характер и урегулированы гражданским законодательством, которое нацелено на развитие рыночных отношений. Однако, когда речь идет о мене земельных участков, необходимо обращаться к земельному законодательству. Действующий Земельный кодекс устанавливает приоритет охраны и рационального использования земель как важнейшего природного ресурса и неотъемлемого составляющего природной среды над использованием земель в качестве объектов недвижимости имущественных отношений. Между тем, отвечая признакам гражданского правоотношения, отношения по поводу владения, пользования и распоряжения земельными участками не могут не основываться на принципах равенства участников, автономии их воли и имущественной самостоятельности. Следовательно, к совершению мены земельных участков применяются положения гражданского и земельного законодательства одновременно. Но, вместе с тем, вопрос мены остается недостаточно урегулированным и имеет трудности применения на практике.
Договор мены, в сущности, представляет собой договор купли-продажи, поэтому на него распространяются положения, применяемые к совершению сделок купли-продажи. По договору мены каждая из сторон обязуется передать в собственность другой стороны один товар взамен на другой. При этом каждая из сторон одновременно признается и продавцом, и покупателем. На практике же возникают вопросы, разрешить которые, основываясь только на положениях о купле-продаже, не представляется возможным.
Предметом договора мены земельных участков является сам участок. Земельным кодексом РФ установлен ряд ограничений для купли-продажи земельных участков, соответственно распространяющихся на мену. Объектами данных сделок могут быть лишь участки, прошедшие государственный кадастровый учет, использование которых разрешено в соответствии с целевым назначением. Говоря о земельном участке как о предмете договора мены, возникает вопрос: можно ли обменять не весь участок, а лишь его часть?
Часть участка не может являться предметом договора и объектом имущественных правоотношений до тех пор, пока эта часть не будет выделена в самостоятельный земельный участок в установленном порядке. В договоре мены в отношение каждого из обмениваемых участков должны быть указаны конкретное местоположение участка, его размер, категория земель, целевое назначение, кадастровый номер, здания и сооружения, находящиеся на нем, а также кто является собственником участка, обязательства сторон в отношении участка и права третьих лиц. Причем предоставление информации об обременениях земельного участка является обязанностью сторон договора. В случае её сокрытия это может явиться основанием, по которому суд признает договор незаключенным. Так, например, во избежание нарушения своих прав стороны в предварительном договоре мены предусмотрели условие, по которому в случае возникновения до момента заключения основного договора обременений или обязательств в отношении обмениваемых участков, предварительный договор расторгается, а сторона, на участок которой возникло обременение, обязана уплатить неустойку. Арбитражный суд Приморского края своим решением признал данное положение договора действительным и соответствующим закону170.
Сторонами договора мены могут являться физические и юридические лица, обладающие земельными участками на праве собственности. Нужно заметить, что под физическими лицами понимаются только граждане Российской Федерации, т.к. согласно земельному законодательству иностранные граждане и лица без гражданства не могут обладать земельными участками на праве собственности, следовательно, отчуждать и являться стороной договора мены.