456
терминологического выражения аргументируется следующим
образом.
Аргумент первый, или аргумент необходимости введения
специального терминологического выражения.
Интуиции по поводу возможности существования «иных» способов мышления имеют определенную историю своего существования. К такого рода предвосхищениям следует отнести, к
примеру, представления о тропологическом мышлении, возникшие еще в средневековой философии (исследования по этому поводу представлены в работах С.С. Неретиной), размышления об
иерархичном мышлении В. Шмакова, вероятностном и спонтанном
мышлении В.В. Налимова, сериальном мышлении (Ж. Делез,
постмодернистская философская традиция), символическом мышлении
(К.Г. Юнг, Д. Редьяр), органическом мышлении (П. Флоренский).
Представленные авторы не только признавали наличие отклонений от правил формально-логического мышления, но и пытались прояснять обнаруживающиеся новые способы мыслительных практик. Однако сам факт введения различных именований для вновь обнаруживаемого приводит к определенным разрывам общего исследовательского поля. И именно поэтому на существующем этапе исследования возникает необходимость и целесообразность все
способы мышления, отличающиеся от способа, описываемого правилами формальной логики, объединить и обозначить одним термином.
Аргумент второй, или аргумент в пользу термина
многомерное мышление.
Если принять саму возможность существования способов мышления, отличных от того, который описывается правилами формальной логики, то возникает вопрос: каким термином эти способы мышления следует именовать?
Слово многомерность подчеркивает факт существования различных мерностей. Саму же мерность, как уже отмечалось,
необходимо соотносить с онтологическим уровнем. Поэтому
многомерное мышление – это мышление, связанное с актуализацией различных мерностей при осуществлении разноуровневых
457
ментальных практик. В связи с отмеченным у термина многомерное мышление можно зафиксировать наличие широкого и узкого значений.
В широком значении термина под многомерным мышлением
следует понимать совокупность различных способов мышления,
каждый из которых соответствует той или иной мерности.
Многомерное мышление в «узком» значении этого выражения можно рассматривать как конкретный способ мышления, следующий за мышлением линейным (при этом под линейным мышлением
понимается мышление, описываемое правилами формальной логики).
Допустимость «узкого» значения рассматриваемого терминологического выражения обусловлена тем, что специального названия для отмеченного способа мышления пока не существует, а
по отношению к линейному мышлению мышление нового уровня является мышлением большей мерности, или многомерным.
Так как многомерное мышление (в его узком значении) существенно отлично от линейного мышления, то в заключении всей монографии целесообразно еще раз в самом сжатом виде провести их итоговое соотнесение, сводимое к следующему:
– линейное, многомерное, равно как и все другие возможные способы мышления направлены на формирование вербально представленных ментальных связностей, обеспечивающих развертывание смыслового пространства соответствующего онтологического уровня;
– линейное мышление своим онтологическим основанием имеет именованные объекты проявленного мира, в то время как мышление многомерное в качестве предельной инстанции обращено к слову.
При этом вопрос о первопричине слова или вещи теряет свою актуальность, как вопрос, сформулированный в рамках исключительно линейной парадигмы. Вещь и слово предстают основаниями для формирования различных онтологических уровней.
В контексте отмеченного, знаменитый языковой поворот в
философии ХХ века следует рассматривать как переход к освоению нового уровня, переход, требующий овладения многомерными мыслительными практиками;
– в отличие от линейного мышления, ориентированного на поиск
причинно-следственных закономерностей и управляемого
458
принципом классической причинности, мышление многомерное
главной своей целью имеет приближение к сути мыслимого через объединение множества смыслов мыслимого, как эксплицированных ранее, так и вновь обнаруживающихся в ходе многомерных мыслительных практик;
– логической формой линейного мышления является понятие,
мышление многомерное осуществляется путем оперирования
концептами. При этом концепт понимается как открытое множество смыслов, соответствующих термину, концепт именующему. Таким образом, линейное и многомерное мышление реализуются с помощью различных логических форм;
– смена культурных парадигм сопряжена с появлением новых мыслительных техник, осваиваемых человечеством. Если
классическая парадигма основывалась на линейном мышлении, то в настоящее время обнаруживает себя переход к многомерной парадигме, фундаментом которой становится многомерное мышление.
Соответствующий переход вызывает определенные напряжения,
связанные с невозможностью применения старых парадигмальных установок в культурном континууме, претерпевающем фундаментальные трансформации.
К отмеченному важно добавить, что линейное и многомерное
мышление не следует рассматривать как некие противоположности,
природосообразнее их соотносить в контексте принципа
дополнительности.
Многомерное мышление открывает путь к формированию новых познавательных стратегий, способствующих устранению культурных разрывов, возникших в результате когнитивных дифференциаций.
3. Многомерность и многомерная методология
Исследование многомерного мышления является лишь одним из направлений изучения многомерности, обнаруживающей себя и в
многомерных методологиях, рассмотрение которых сопряжено с целым рядом сложностей, одна из которых состоит в том, что формирование многомерного исследовательского ракурса предполагает переосмысление того, что есть метод как таковой.
459
Практическая деятельность есть интегральный акт, в реализации которого принимает участие не только разум, сознание, мышление,
тело человека, а вся его целостность, предстающая неразрывным единством. И именно поэтому метод, проявляющийся в результате рефлексии по поводу практически проделанного, сам по себе оказывается достаточно сложным образованием. Он никак не сводим исключительно к особым ментальным практикам, которые сами по себе являются предметом логических исследований. В методе
отражены специфические способы деятельности сознания, разума,
мышления (и, скорее всего, не только они), взятые в своей совокупности.
Еще одна очевидная сложность, возникающая при изучении многомерных методологий, связана с осознанием особенностей
объекта и предмета, по отношению к которым метод применяется. В
качестве иллюстрации к сказанному можно сослаться на фрагмент статьи известного лица в современном православном мире,
профессора Московской духовной академии А. Кураева. А. Кураев пишет: «Все методы современной теологии не имеют отличий от тех методов, что используются в других гуманитарных науках»
(полностью текст статьи представлен на сайте Московской духовной академии). Приведенный фрагмент текста вызывает определенные недоумения, ибо метод теологии никак не может не отличаться от
методов других гуманитарных наук уже по той причине, что эти методы направлены на исследование объектов принципиально различной природы.
Многовековые теологические наработки подготовили благодатную почву для формирования и развития герменевтического метода,
успешно применяющегося в современной гуманитаристике, но при этом теологическая методология никак не сводима к герменевтике.
Если же не учитывать отмеченного, то этим обнаруживается глубинное недопонимание сути метода как такового. Ибо любая деятельность обращена к конкретному объекту, природа которого не может не учитываться при выборе метода изучения. Перевод исследовательского внимании на объекты иной природы, иной степени сложности приводит к возникновению новых методов.
Классический и синергетический методы формировались при
460
изучении объектов принципиально различных. И следует еще раз подчеркнуть, что, несмотря на впечатляющие возможности
синергетического метода, его использование в гуманитарной сфере всегда требует чрезвычайной осторожности. Неучитывание объектного и предметного своеобразия ведет к выбору неадекватного методологического инструментария, что в конечном итоге сказывается на качестве получаемых исследовательских результатов.
Проект, связанный с исследованием многомерной методологии
является захватывающим по своим масштабам. Он может быть осуществлен только как результат коллективных усилий,
направленных на осмысление многомерности в самом «широком»
смысле этого слова. Исследование многомерности – это изначальная готовность к совместному поиску. И первый шаг в соответствующем направлении может состоять в осознании определенной условности разделения онтологического и гносеологического в постижении сложного.
Разработка онтологических оснований понимания многомерности
просматривается в практиках осуществления метатеоретических построений. Любая метатеория, стремящаяся с единых метатеоретических позиций упорядочить то или иное множество теорий, направлена на разрешение задачи уровневого разделения, а
следовательно – выводит на проблему онтологических уровней,
сопряженную, в свою очередь, с проблемой многомерности. Таким образом, анализ различных метатеоретических построений позволяет продвинуться по пути осмысления многомерности. И именно поэтому эксперименты по созданию метатеорий не только не следует рассматривать как принципиально невозможные опыты в современной ситуации, подчеркнуто «плюралистичной», скорее наоборот. Рефлексия по поводу уже проведенных метатеоретических построений, имевших место в истории человеческой мысли,
экспериментирование с новыми метатеоретическими подходами могут способствовать прорывам в понимании уровневости бытия, его многомерности. При этом важно осознавать, что сама метатеория
может возникнуть только как итог определенного гносеологического плюрализма, возникающего в процессе поиска оптимальных способов познания.