– Какой сложный состав! – заметила Гермиона, водя пальцем по строчкам. – Златоглазки, пиявки, водоросли, спорыш – это ещё куда ни шло, они есть в шкафу ингредиентов для зелий. А вот растёртый рог двурога! Где его взять? Или вот ещё тёртая шкура бумсланга? А как быть с частицами того, в кого хочешь превратиться?– Что-что? – поморщился Рон. – Какие ещё частицы? Стану я глотать ногти Крэбба!– К счастью, частицы потребуются в самом конце. – Гермиона как будто его не слышала.Рон надеялся на сочувствие Гарри, но Гарри тревожило другое.– Послушай, Гермиона, сколько же всего придётся украсть! Шкуры бумсланга в школьном шкафу нет, так что же, взламывать личные запасы Снегга? Это уж как-то…Гермиона не выдержала и громко захлопнула книгу.– Ну, как, хотите. Раз вы трусите, – щёки у неё вспыхнули, глаза сверкнули, – я тоже не буду нарушать правила. Только как иначе спасти бедных маглов? Зелье – единственное спасение. Но я вижу, вам всё равно, кто их враг. Я прямо сейчас иду и верну книгу в библиотеку…– Вот это да! Сама Гермиона уговаривает нас нарушить школьные правила. Ладно, так и быть, я согласен на всё… – махнул рукой Рон. – Только хорошо бы всё-таки без ногтей!Гермиона успокоилась и снова раскрыла книгу.– А долго готовить это зелье? – спросил Гарри.– Водоросли собирают в полнолуние, златоглазки настаиваются три недели. Значит, примерно месяц – если достанем всё необходимое.– Месяц? Да за месяц Малфой добрую половину маглов изведёт! – вскричал Рон, но Гермиона презрительно сощурилась, и ему пришлось торопливо прибавить: – Ладно, другого плана у нас нет, значит – полный вперёд!Гермиона вышла из туалета проверить, нет ли кого поблизости, и Рон шепнул на ухо Гарри:– Лучше сшиби завтра Малфоя с метлы – мороки меньше.* * *В субботу утром Гарри проснулся рано и полчаса думал о предстоящем матче: у слизеринцев были самые быстрые мётлы в мире. Вот капитан разозлится, если гриффиндорцы проиграют! Ох уж эти ненавистные слизеринцы! Гарри встал с недобрым предчувствием, оделся и пошёл завтракать. В Большом зале за длинным столом уже сидела вся команда, притихшая и как на иголках.День выдался пасмурный и тяжёлый, вот-вот разразится гроза. К полудню вся школа потянулась на стадион. Рон с Гермионой подбежали к раздевалке пожелать Гарри удачи. Игроки переоделись в алые мантии Гриффиндора, и Вуд, по обыкновению, произнёс речь для поддержания боевого духа команды.– У слизеринцев лучшие мётлы, – говорил он, – зато у нас лучшие игроки. Мы больше тренировались, летали в любую погоду. (– С самого сентября мокрые до нитки, – буркнул Джордж.) Пусть проклинают день, когда недоносок Малфой купил себе место в их команде. – Войдя в раж, Вуд повернулся к Гарри: – А ты, Гарри, покажи им:
ловцу нужен не богатый папаша, а талант. Расшибись в лепёшку, а поймай снитч первый, раньше Малфоя. Победа сегодня наша!
– Если что, Гарри, мы рядом, – подмигнул Фред.
Зрители встретили гриффиндорцев восторженными криками: за них болели не только свои, но и Когтевран и Пуффендуй. Впрочем, и слизеринцы не сидели молча: встретили противника свистом и улюлюканьем. Судья мадам Трюк пригласила Флинта и Вуда обменяться рукопожатием, они обменялись – чересчур крепко и метнув друг в друга грозные взгляды.
– По свистку! – крикнула мадам Трюк. – Три… два… один…
Подгоняемые рёвом толпы, четырнадцать игроков взмыли в свинцовое небо. Гарри мчался впереди всех, прищурившись и пытаясь разглядеть в небе снитч.
– Эй, со шрамом! – крикнул Малфой и хвастливо пронёсся под Гарри на новой метле.
Гарри не ответил: на него летел большой чёрный мяч, он еле-еле увернулся, даже волосы на голове взъерошились.
– Едва не попал, – крикнул Джордж, пронёсся мимо Гарри и сильным ударом биты послал бладжер в Эдриана Пьюси, но на полпути мяч повернул и снова устремился к Гарри.
Тот резко сбросил скорость, а Джордж с силой отправил бладжер в Малфоя, но мяч развернулся, как бумеранг, и ударил Гарри по голове, к счастью не сильно.
Прибавив скорости, Гарри помчался на другой конец поля, мяч со свистом за ним. Что происходит? По правилам, бладжеры не гоняются за кем-то одним, а выбивают как можно больше игроков.
На том конце поля мяч принял Фред Уизли. Гарри пригнулся, Фред изо всей силы ударил по мячу, и Гарри опять от него ушёл.
– Ура! – издал победный крик Фред. Не тут-то было: неугомонный бладжер опять ринулся на Гарри, и тому снова пришлось удирать.
Пошёл дождь. Капли шлёпались на лицо и застилали стёкла очков. Кто вёл в игре, Гарри было неясно, пока школьный комментатор Ли Джордан не крикнул:
– Шестьдесят – ноль, ведёт Слизерин.
Ничего удивительного, мётлы-то у них быстрее, да ещё этот мяч гоняется за ним как безумный. Правда, его опекают близнецы, но от этого тоже мало толку: мечутся вокруг, машут битами, так что и снитча не увидишь.
– Кто-то… заколдовал… этот… мяч… – тяжело дыша, крикнул Фред, очередной раз отправляя бладжер подальше от Гарри.
– Берём тайм-аут, – предложил Джордж, пытаясь одновременно подать сигнал Вуду и отбить мяч, летевший Гарри прямо в лицо.
Вуд согласно кивнул, раздался свисток судьи, и Гарри с близнецами, уворачиваясь от спятившего бладжера, устремились к земле под оглушительный свист болельщиков Слизерина. Вуд собрал вокруг себя всю команду.
– Что происходит? Так и проиграть недолго! Фред, Джордж, почему не помогли Анджелине? У неё была такая возможность набрать очки! Где вы были?– Мы были метров на пятнадцать выше её, Оливер! – вскипел Джордж. – Спасали Гарри от бладжера, который хочет его прикончить. Этот мяч заколдован. Не отстаёт от Гарри, другие игроки для него не существуют. Наверняка работа слизеринцев!– Чушь! – не поверил Вуд. – На тренировке всё было в порядке, потом все мячи заперли…По полю к команде спешила мадам Трюк. У неё за спиной игроки Слизерина кривлялись, хохотали, показывали на Гарри пальцами.– Закругляемся! – нервничая, воскликнул Гарри. – Если вы двое будете мельтешить перед носом, мне никогда не поймать снитч, разве что он мне сам в рукав залетит. Защищайте других, а с этим чокнутым мячом я сам как-нибудь разберусь.– Глупо, – возразил Фред, – он тебе голову снесёт.Вуд поглядел на Гарри, на братьев Уизли.– Оливер, что ты его слушаешь? – рассердилась Алисия Спиннет. – Разве можно оставить его один на один с таким мячом?! Надо обязательно провести расследование…– И потеряем очко. Не хватало из-за какого-то мяча проиграть матч. Оливер, скажи им: пусть от меня отстанут.– Это ты виноват, – упрекнул Вуда Джордж. – «Расшибись в лепёшку, а поймай снитч». Умнее ничего не придумал!Подошла мадам Трюк.– Готовы?Вуд глянул на Гарри и прочитал у него в лице решимость победить чего бы это ни стоило.– Фред, Джордж, оставьте Гарри в покое, пусть сам разбирается с бладжером.Дождь усилился. По свистку судьи Гарри взмыл в небо и тут же услышал, как бладжер со свистом рассекает воздух у него за спиной. Гарри поднимался всё выше и выше, камнем кидался вниз, петлял, входил в штопор, взлетал зигзагом, описывал обороты. Даже голова закружилась, но ему всё равно приходилось смотреть в оба! Капли дождя застилали очки, заливались в нос, когда он делал на метле очередное сальто. Зрители на трибунах смеялись, хлопали – высший пилотаж! В этом было для Гарри единственное спасение, мяч явно уступал в манёвренности. Гарри носился над полем, как на «Американских горках», и следил краешком глаза за Эдрианом Пьюси. Тот хотел обойти Вуда и достать одно из колец Гриффиндора.Теперь просвистело над ухом, но мяч снова промазал. Гарри помчался назад, мяч не отставал, Гарри завертелся волчком.– Что, Поттер, в балет записался? – крикнул Малфой.
Гарри понёсся прочь, на лету обернулся, с омерзением глянул на Малфоя и в нескольких сантиметрах над его левым ухом увидел золотой снитч. Малфой помирал со смеху и снитча не видел.Гарри застыл на месте: вдруг тот поднимет голову и первый схватит вожделенный приз!Вдруг – ХРЯСЬ!Мяч настиг-таки его и сломал правую руку. Рука бессильно повисла. От жгучей боли у Гарри потемнело в глазах. Он едва не соскользнул с мокрой метлы. Злокозненный мяч развернулся и нацелился Гарри в голову. Гарри увильнул, в мозгу тупо стучало: «Снитч, снитч…»Сквозь муть дождя и боли Гарри стрелой понёсся к Малфою. Ухмылка у того на лице сменилась испугом: ему показалось, что Гарри пошёл на таран.– Ты что! – заорал Малфой и отлетел в сторону.Гарри выпустил метлу и, потянувшись здоровой рукой, схватил мокрый, холодный снитч. Сжимая метлу только коленями, он начал стремительно падать, стараясь не потерять сознание. Зрители испуганно ахнули.Гарри шмякнулся в грязь, сломанная рука неестественно изогнулась, метла откатилась в сторону. На трибунах свистели, орали, от острой боли ему казалось, что болельщики где-то далеко-далеко. И тут до Гарри дошло: в руке у него снитч.– Выиграли, – простонал он и потерял сознание.Очнулся он тут же, на поле. Дождь лил в лицо, кто-то склонился над ним, одарив ослепительной улыбкой.– Это вы? Уйдите, пожалуйста, – прошептал Гарри.– Что это он? – удивился Локонс и глянул на собравшихся вокруг гриффиндорцев. – Не волнуйтесь. Я сейчас его вылечу.– Не надо! – возразил Гарри. – Пусть уж лучше так…Гарри попытался сесть, но помешала невыносимая боль. Неожиданно щёлкнула фотокамера.– Зачем снимать меня в таком виде, Колин? – запротестовал Гарри.– Лежи, лежи, – заботливо посоветовал Локонс, – сейчас я произнесу заклинание. Не бойся, мне не впервой.– Я лучше пойду в больницу, – сквозь стиснутые зубы прошептал Гарри.– Правда, профессор, – заметил Вуд и гордо улыбнулся: его ловец ранен, но победа за ними. – Здорово ты его поймал, Гарри. Красиво.Сквозь частокол ног Гарри видел, как Фред и Джордж Уизли борются с полоумным бладжером, запихивают его в коробку, а тот бешено сопротивляется.– Отойдите подальше, – попросил Локонс, закатывая зелёные рукава.– Может, не надо… – выдохнул Гарри.Но разве Локонса остановишь! Он повращал волшебной палочкой и направил её прямо на сломанную руку.Странное ощущение прокатилось от плеча до кончиков пальцев, как будто из руки выпустили воздух. Гарри, зажмурившись, отвернулся, кто-то в толпе вскрикнул, а Колин Криви защёлкал фотоаппаратом со скоростью пулемётной очереди. Рука больше не болела, Гарри её вообще не чувствовал.
– M-м. Ну, ничего, – Локонс не терял присутствия духа, – такое бывает. Но перелома-то больше нет! А это главное. Сможешь доковылять до больничного крыла? Мистер Уизли, мисс Грэйнджер, проводите его, пожалуйста, а там мадам Помфри… э-э… приведёт его в надлежащий порядок.Поднявшись на ноги, Гарри ощутил себя однобоким. Он вдохнул поглубже, поглядел на руку и чуть снова не лишился чувств.Из рукава выглядывало что-то вроде надутой резиновой перчатки цвета сырого мяса. Гарри хотел было пошевелить пальцами, но куда там!Локонс не вылечил перелом, он просто-напросто удалил из руки все кости.Мадам Помфри, осмотрев Гарри, пришла в ярость.– Надо было сразу же идти ко мне. – Она пощупала мягкую, без костей, руку. – Срастить кости ничего не стоит, а вот вырастить новые…– Но ведь вам это под силу? – с надеждой спросил Гарри.– Разумеется. Только предупреждаю: будет больно. – Мадам Помфри с озабоченным видом бросила Гарри пижаму. – Ночевать, молодой человек, придётся здесь…Гермиона ждала за ширмой, а Рон помогал Гарри надеть пижаму: рука без костей лезть в рукав никак не хотела.– Ты и теперь станешь защищать Локонса? – упрекнул Рон Гермиону, протащив наконец ватные пальцы Гарри сквозь манжету. – Гарри ведь не просил убрать из руки кости.– Кто не ошибается? – возразила Гермиона. – Зато рука перестала болеть. Правда, Гарри?– Правда. Только теперь это вообще не рука. – Гарри прыгнул на постель, и бедная рука беспомощно заколыхалась.Гермиона и мадам Помфри вышли из-за ширмы. Доктор держала в руках бутыль с наклейкой «Костерост».– У тебя длинная ночь впереди, – сказала она, наполнила стакан и подала Гарри. Из стакана валил пар. – Растить кости – занятие не из приятных.Пить «Костерост», как оказалось, тоже: он обжигал рот и горло. Хлебнув первый глоток, Гарри закашлялся. Мадам Помфри удалилась, недовольно ворча про опасный спорт и учителей-неумёх. Рон и Гермиона остались с Гарри, подавали ему воду, чтобы запить снадобье – уж больно оно было гадкое.– Всё-таки мы выиграли. – Рон расплылся в улыбке. – Классно ты схватил этот снитч! Видел бы ты Малфоя… он был готов тебя растерзать.– Знать бы, как он заколдовал этот мяч, – сдвинула брови Гермиона.– Вот сварим Оборотное зелье и заодно спросим. – Гарри опустил голову на подушку. – Лишь бы оно было не такое противное, как эта гадость…– Ишь чего захотел! Это с ногтями-то слизеринцев! – поморщился Рон.Дверь палаты распахнулась, и ввалилась вся команда Гриффиндора, грязная и промокшая до нитки.