, – ответил Гарри, протискиваясь в брешь.
– А откуда у тебя такой потрясающий меч? – Рон изумлённо вытаращился на сверкающее оружие в руке друга.
– Всё расскажу, давай только скорее отсюда выберемся! – Гарри мельком взглянул на Джинни.
– Ну, хоть немного…
– Не сейчас, – отрезал Гарри. Он не хотел наспех рассказывать Рону, кто открыл Тайную комнату, и уж тем более не в присутствии Джинни. – А Локонс где?
– Он там, – ухмыльнулся Рон, махнув рукой в сторону выхода. – Дела у него неважные. Пойдём, увидишь.
Вслед за Фоуксом, чьи широкие крылья испускали в темноте мягкое золотое сияние, они скоро добрались до устья трубы, где сидел с самым добродушным видом Златопуст Локонс и что-то безмятежно мурлыкал себе под нос.
– Ему отшибло память, – объяснил Рон. – Его заклятие Забвения ударило, как бумеранг, по нему самому. Нам ничего, а он понятия не имеет, ни кто он, ни где находится, ни кто мы такие. Сам для себя опасен. Я велел ему идти и ждать нас у выхода.
Локонс окинул всех радостным взглядом:
– Привет! Странное местечко, не правда ли? Вы что, здесь живёте?
– Нет. – Рон, взглянув на Гарри, красноречиво поднял брови.
Гарри наклонился и заглянул в чёрную, уходящую вверх трубу.
– Ты уже придумал, как нам отсюда выбраться? – спросил он Рона.
Рон отрицательно покачал головой. Фоукс подлетел к Гарри и шумно забил крыльями, его блестящие глаза-бусины искрились в темноте, длинные золотые перья хвоста колыхались. Гарри посмотрел на него, стараясь что-то припомнить.
Рон недоумённо почесал за ухом:
– Кажется, он хочет, чтобы ты ухватился за него. Но ты для него явно тяжеловат…
– Фоукс – птица особенная, – сказал Гарри. – Нам придётся крепко держаться друг за друга. Джинни, возьми Рона за руку. Профессор Локонс…
– Профессор – это вы, – растолковал тому Рон.
– Возьмите за руку Джинни.
Гарри сунул меч с Волшебной шляпой за пояс, Рон вцепился в его мантию, и Гарри, подняв вверх руки, крепко схватил удивительно горячие хвостовые перья Фоукса.
Он ощутил в себе необычайную лёгкость, и в следующее мгновение вереница со свистом летела вверх по сточной трубе. Гарри слышал, как висящий где-то под ним Локонс восклицал: «Поразительно! Восхитительно! Прямо-таки настоящее волшебство!» Поток холодного воздуха трепал волосы Гарри, глаза радовались золотому сиянию. Не успели они в полной мере насладиться полётом, как подъём завершился и все четверо попадали на влажный пол туалета Плаксы Миртл. Пока Локонс кокетливо поправлял шляпу, раковина, скрывавшая вход в трубу, скользнула на место, и всё вернулось в своё обычное состояние.
Миртл не верила своим глазам.– Ты жив… – буркнула она разочарованно.– Не огорчайся, – посочувствовал ей Гарри и стал протирать очки от крови и грязи.– Конечно, не буду… Я просто подумала, вдруг ты умер и мы бы разделили с тобой мой туалет… Я была бы очень этому рада! – сказала Миртл и смущённо засеребрилась.– Ух ты! – восхитился Рон, когда они вышли из туалета в тёмный, пустынный коридор. – По-моему, Миртл влюбилась в тебя! Но чаша весов склонилась в твою пользу, Джинни!По лицу Джинни по-прежнему катились слёзы. Рон встревоженно посмотрел на неё, потом обернулся к Гарри:– Куда теперь?Гарри кивнул на Фоукса – тот полетел вперёд, заливая всё вокруг золотистым светом. Они пошли за ним и через минуту оказались перед кабинетом профессора МакГонагалл.Гарри постучал и толкнул дверь.
Когда четверо подземных странников – Гарри, Рон, Джинни и Локонс – с головы до пят мокрые, грязные, а Гарри ещё и в пятнах крови, вошли в кабинет, все, кто там был, ошеломлённо замолчали, но тишина в тот же миг взорвалась воплем:– Джинни!Увидев дочь, миссис Уизли, сидевшая в слезах перед камином, вскочила, за ней – мистер Уизли, и оба бросились к дочери.Но Гарри смотрел не на них – у камина стоял, улыбаясь, профессор Дамблдор, рядом – профессор МакГонагалл, она тяжело дышала и держалась за сердце. Прошуршав крыльями возле уха Гарри, феникс опустился на плечо Дамблдора, а Рон с Гарри по очереди очутились в крепких объятиях миссис Уизли.– Вы спасли её! Спасли! Как вы это сумели?– Нам всем очень бы хотелось это узнать, – произнесла профессор МакГонагалл утратившим обычную твёрдость голосом.Миссис Уизли выпустила Гарри и тот, мгновение поколебавшись, подошёл к столу и выложил Волшебную шляпу, меч, украшенный рубинами, и жалкие остатки дневника Реддла.А потом он заговорил. Около четверти часа в полной восхищения тишине он рассказывал о том, как услышал бесплотный голос, и Гермиона одна поняла, что это голос василиска, ползавшего по трубам внутри толстых стен замка, как они с Роном пошли за пауками в лес и Арагог поведал им, где умерла последняя жертва василиска, как они догадались, что Плакса Миртл и есть эта жертва и что вход в Тайную комнату не где-нибудь, а в её туалете.Гарри замолчал, чтобы перевести дух.– Замечательно! Итак, вы отыскали вход, нарушив – не премину добавить – вопиющим образом сотню школьных правил. Но как же вы оттуда выбрались живыми, Поттер? – МакГонагалл сгорала от любопытства.Гарри, слегка охрипший, перешёл было к тому, как вовремя подоспел Фоукс, как Волшебная шляпа вооружила его мечом, и вдруг запнулся. Он старался избегать упоминаний о дневнике Реддла, поглядывая на Джинни – она стояла в двух шагах, прижавшись к матери, и слёзы безостановочно бежали по её щекам.«А вдруг её правда исключат? – подумал Гарри в смятении. – Дневник Реддла замолк навсегда – поди-ка теперь докажи, что это он своей магической властью заставлял её совершать то страшное, что творилось в замке!»В поисках поддержки Гарри взглянул на Дамблдора – тот едва заметно улыбнулся, и огонь камина блеснул в стёклах его очков-половинок.
– Я вот что хотел бы узнать: как лорд Волан-де-Морт изловчился околдовать Джинни? – тихо спросил директор. – Ведь он, по моим источникам, укрылся сейчас в албанских лесах.Горячая волна радости накатилась на Гарри, и у него отлегло от сердца.– Что? – ошеломлённо воскликнул мистер Уизли. – Вы-Знаете-Кто… околдовал Джинни? Но Джинни, разве она… разве она не была…– Во всём виноват дневник. – Гарри поднял его и показал Дамблдору. – Реддл его вёл, когда ему было шестнадцать.Дамблдор взял у Гарри дневник и принялся с любопытством рассматривать его, склонив длинный крючковатый нос над мокрыми прожжёнными страницами.– Изумительно, – проговорил он негромко. – Да, Реддл был один из самых одарённых учеников Хогвартса.Дамблдор повернулся к супругам Уизли, окончательно сбитым с толку.– Очень немногим известно, что лорда Волан-де-Морта когда-то звали Том Реддл. Я учил его здесь пятьдесят лет назад. Окончив школу, он исчез, скитался в дальних краях, якшаясь с самыми опасными колдунами и магами. И всё глубже погружался в тайны чёрной магии. Он подверг себя такому количеству чудовищных превращений, что, когда вновь появился – уже под именем Волан-де-Морта, – был совершенно неузнаваем. Не было ничего общего между зловещим Тёмным Лордом и умным славным мальчуганом, который был когда-то старостой школы.– Но что могло с ним связывать нашу Джинни? – воскликнул мистер Уизли.– Его… его дневник, – всхлипнула Джинни. – Я в нём писала, а он отвечал… весь этот год.Мистер Уизли был потрясён.– Джинни! Как ты могла! Что я тебе всегда говорил? Мало ли кто или что может прикинуться добрым и понимающим! Как можно идти на поводу у того, кого совсем не знаешь! Почему ты не показала дневник мне или маме? Такая подозрительная вещь! Ясно же, что она полна чёрной магии!– Я этого не знала, – рыдала Джинни. – Он был в одном из учебников, помнишь, которые мама купила. Я подумала, кто-то вложил его в книгу и забыл…– Мисс Уизли следует немедленно отправить в больничное крыло, – не терпящим возражения тоном вмешался Дамблдор. – На её долю выпало слишком тяжёлое испытание. Ни о каком наказании и речи быть не может. Волшебники гораздо старше её бывали обмануты Волан-де-Мортом.Он широким шагом подошёл к двери и открыл её:– Джинни нужен сон и ещё, пожалуй, кружка горячего шоколада. Мне это всегда прибавляет сил, – добавил он и дружески подмигнул девочке. – Мадам Помфри ещё не спит – она сейчас раздаёт сок мандрагоры. С уверенностью могу сказать, что жертвы василиска придут в себя с минуты на минуту.
– Значит, Гермиона скоро будет в порядке! – обрадовался Рон.– Всё худшее позади, – кивнул Дамблдор.Миссис Уизли, поддерживая Джинни, повела её из кабинета, мистер Уизли, который никак не мог опомниться, побрёл за ними.– А знаете, Минерва, – улыбнулся профессор Дамблдор, – пожалуй, эта история стоит хорошей пирушки. Можно попросить вас пойти поговорить с поварами?– Можно, – сухо кивнула профессор МакГонагалл и уже у дверей спросила: – Полагаю, в моё отсутствие вы разберётесь с Поттером и Уизли, не правда ли?– Истинная правда, – заверил её Дамблдор.Она ушла, а Гарри с Роном опасливо посмотрели на Дамблдора. Что значит – разобраться с ними? Быть не может… наверное, всё-таки не наказание?– Помнится, я говорил, что придётся исключить вас обоих из школы, если вы ещё раз нарушите правила, – начал директор.От ужаса Рон вытаращил глаза.– Это лишний раз доказывает, что даже самые лучшие из нас иногда вынуждены брать свои слова обратно, – усмехнулся Дамблдор. – Вы оба получите особые награды за услуги школе. И… дайте-ка подумать… да, по двести баллов каждому для Гриффиндора.Рон сделался ярко-розовый, как цветы Локонса на Валентинов день.– Но почему-то ещё один здесь присутствующий хранит слишком упорное молчание. А было бы интересно послушать о его участии в этом рискованном предприятии. – Дамблдор посмотрел на Локонса. – К чему эта излишняя скромность, Златопуст?Гарри вздрогнул – он успел начисто забыть о Локонсе! А тот стоял в углу комнаты, по-прежнему улыбаясь растерянной, чуть дурашливой улыбкой. Услыхав Дамблдора, он огляделся вокруг, силясь понять, к кому это обращаются.– Профессор Дамблдор, – поспешил вставить Гарри. – Произошёл несчастный случай – внизу, в Тайной комнате. Профессор Локонс…– Я что, профессор? – осведомился Локонс с кротким удивлением. – Вот те на! А я-то считал себя идиотом…– Он хотел наложить на нас заклятие Забвения, – продолжил Рон, – а палочка возьми и стрельни в него самого…– М-м-да. – Дамблдор покачал головой, и его длинные серебряные усы задрожали. – Значит, поражён собственным оружием?– Оружием? – эхом отозвался Локонс. – У меня нет оружия. А вот у этого мальчика есть. – Локонс указал на Гарри. – Меч, очень красивый. Он вам может его одолжить.– Рон, пожалуйста, отведи профессора Локонса в больничное крыло, – обратился Дамблдор к Рону. – Мне ещё нужно сказать Гарри несколько слов.Локонс неуверенно поплёлся к двери. Рон, выходя, оглянулся, бросил на директора с Гарри любопытный взгляд и,