Диссертация: Формирование образа семьи в средствах массовой информации России

На основе исследования документов и статистических данных о социально-демографических процессах сделан вывод, что современный семейно-демографический дисбаланс произрастает, в том числе и из советского прошлого. Именно тогда полноценная семья, осуществляющая воспроизводство населения и воспитание подрастающих поколений, лишилась прежней позиции - быть институциональной основой общества.

Это во многом было обусловлено тем, что российская семья испытала на себе силу массированной идеологической пропаганды социалистического «освобождения от семейных пут». Сегодня российская семья вновь и все сильнее испытывает на себе разрушительное информационное воздействие чужеродных жизненных ценностей, ложных внесемейных идентификаций.

Описана роль государственной политики в обеспечении социальных условий воспроизводства российской семьи в социально-исторической ретроспективе и в перспективе.

2.2 Тенденции изменения образа современной российской семьи

С гибелью царской России в иерархию российской семьи начали искусственно встраиваться новые верховные субъекты - государственно-партийные структуры. Одной из социальных установок, выражающей крайний цинизм, стала необходимость проявления так называемого гражданского сознания: если «один из супругов и других родственников (отец, мать, сестра, брат, сын, дочь и т. д.) окажется предателем своей родины, классовым врагом, то все остальные члены семьи, несмотря на свою былую любовь к этому человеку, должны немедленно сообщить об этом соответствующим государственным органам и помочь им изолировать врага народа, ибо не может быть любви и дружбы к изменнику родины и контрреволюционеру» Черняк Е. М. Социология семьи: Учебное пособие. - 5-е изд., перераб. и доп. М.: «Дашков и К», 2007. С. 21. . Как тут не вспомнить одного из наиболее «раскрученных» советских кумиров - Павлика Морозова. Государство в лице противников традиционной семьи всячески старалось «покончить с патриархальным рабством», «угнетением женщин» и создать так называемую социалистическую семью, лишенную прежней иерархии, в частности мужского лидерства.

Большинство исследователей осознавали опасность этой ситуации. Так, А. И. Захаров связывает повышение числа детских неврозов с извращенной ролевой структурой семьи, в которой мать слишком «мужественна», мало отзывчива и чрезмерно требовательна и категорична. Если отец мягок, раним и не способен управлять ситуацией, то ребенок становится для матери «козлом отпущения». В патриархальной (традиционной) семье отец являлся кормильцем и олицетворением власти, наставником и примером для подражания одновременно, но в модернизированных обществах наблюдается деформация структуры семьи: частое отсутствие детей, скудность контактов отца с детьми, неумелое воспитание детей См.: Дружинин В. Н. Указ. соч. С. 88..

В связи, с вышеописанным будет уместным привести здесь определение советской семьи: типичную советскую семью можно рассматривать как вариант модели аномальной семьи с рудиментами православной модели. В типичной советской семье мужчина и женщина борются за доминирование. Победа достается более сильному - не столько физически, сколько психологически. Существует противостояние поколений и борьба детей с властью родителей. Аномальность данной модели семейных отношений заключается в том, что мужчина в ней не несет ответственности за семью в целом См.: Там же. С. 86..

В свете последнего обстоятельства В. Н. Дружинин, анализируя «последствия крушения семьи», приводит мнение Э. Эриксона, согласно которому главной причиной прихода Гитлера к власти в Германии являлась потеря авторитета отцов в глазах сыновей См.: Там же. С. 42. . Данное утверждение как нельзя лучше свидетельствует о взаимосвязи распространения экстримистских настроений в молодежной среде с кризисом ролевой структуры семьи.

Одним из проявлений деформации традиционной семейной иерархии стало нарушение репродуктивных прав мужчин. Определяющее право в решении вопроса о продолжении рода стало принадлежать женщине. Это поменяло роли полов в семье, нашло отражение в глобальных общественных процессах. В подтверждение приведем цитату из сборника «Изучение воспроизводства населения», где в одной из статей, рассматривающей социальное значение аборта, Е. А. Садвокасова пишет: «Нежелание отца иметь ребенка занимает весьма скромное место среди причин аборта как в городе, так и на селе. Столь незначительная доля этой причины аборта, по нашему мнению, блестяще доказывает полную самостоятельность советской женщины в семье, в связи с чем она считается со своим собственным нежеланием иметь ребенка и значительно меньше принимает во внимание нежелание мужа…» Изучение воспроизводства населения. Е. А. Садвокасова «Роль аборта в осуществлении сознательного материнства в СССР». М., 1968. С. 218.

Наряду с этим в Советском Союзе активно внедрялся культ матери, вытеснявший образ отца. Проявлением последнего можно рассматривать установку гигантских статуй женщин в памятных местах - мемориалах, посвящённых победе над фашизмом. Скульптуры «Родины - матери» появились в 60-70-е гг., до этого на мемориалах центральное место занимали мужские скульптуры. Очевидно, что такие проекты всегда рассматривались соответствующими государственными органами. В общественном сознании произошла замена главенствующей фигуры с мужской на женскую См.: Матриархат в СССР и СНГ, положение мужчин и женщин. Указ. соч. С.112..

Однако апофеозом этой политики стало предоставление женщине приоритетного права на ребёнка после развода с мужем, без всякого учета отцовских интересов. Это привело к тому, что от 90 до 99% разводов сопровождались передачей детей матерям. В докладе С. Ю. Рощина «Гендерное равенство и расширение прав и возможностей женщин» приводятся данные микропереписи населения 1994 г. в России: «Неполные семьи составляли 17% всех семей с детьми. Причем доля материнских неполных семей с детьми составляла 90% от всех неполных семей, где проживает один родитель с детьми» Там же. 122.. Такая дискриминация интересов отцов привела к многократному увеличению числа разводов, которые в данный момент составляет 60-70% от заключаемых браков. Следует отметить, что дети разведенных родителей демонстрируют повышенную криминогенность. Так, по данным МВД РФ воспитание ребенка в неполной семье вдвое повышает вероятность совершения им противоправных действий См.: Трансформация семьи и развитие общества: Учеб. пособие / А. Б. Синельников. М.: КДУ, 2008. С. 129. .

Систематическое ущемление прав мужа и отца как субъекта супружеских и детско-родительских отношений привело к кризису отцовской воспитательной роли и девальвации его статусной позиции в семье и обществе. В настоящее время, по данным социологических исследований, отцовский авторитет во многих семьях оставляет желать лучшего. Как указывает Т. А. Гурко, «отцы, работающие в старом секторе экономики и занятые трудом невысокой квалификации, демонстрируют советские практики отстранения от семейной жизни и родительской роли. Обычно они не видят перспективы в передаче детям своих навыков и того, чему их учили родители, у них значительно снижен интерес к занятиям, как с сыновьями, так и с дочерьми» Гурко Т. А. Родительство: социологические аспекты. М., 2003. С. 73..

В соответствии со старым управленческим подходам, власти и сегодня продолжают сегментировать на материнскую и отцовскую составляющие единую семейную микросистему. Ярким примером этого является программа «базового материнского капитала». Это начинание не только недостаточно эффективно для достижения заявленных демографических целей, но и негативно воздействует на характер внутрисемейных связей. Как справедливо отмечает демограф А. Б. Синельников, ситуация, в которой распоряжаются капиталом лишь матери, еще более уменьшает авторитет мужей для жен и отцов для детей и, что еще хуже, ведет к дальнейшему уменьшению прочности браков.

Важно отметить, что с социологической точки зрения формы юридического закрепления брачных отношений являются важным индикатором состояния семьи как социального института. Отказ от официальной регистрации брака и распространение внебрачных сожительств свидетельствует об углубляющемся кризисе семьи, о деградации ценностей фамилизма. Возможность сожительств без легитимизации брачных отношений разъедает в сознании многих людей ценность законного брака и семьи как социальных установлений, как единственно нормативных форм совместной жизни супругов. Заключение брака, (в т.ч. процедура официальной регистрации), является завершающей стадией брачного поведения, связанного с выбором брачного партнера См.: Социология семьи: Учебник / под ред. проф. А. И. Антонова. - 2-е изд., перераб. и доп. - М., 2005. С. 291-292..

Первая попытка выяснения масштабов незарегистрированных браков, была осуществлена в 1967 г. Она показала, что число людей, живущих в незарегистрированном браке, составляло 9 - 13% от общего числа опрошенных. Данные аналогичных опросов в 1996, 1999 и 2000 гг. продемонстрировали рост популярности т.н. «гражданских браков». Эта тенденция стала наиболее актуальной для молодых возрастных женских групп: среди 15-19-летних - 51-59%, среди 20-24-летних - 22,2-30,1%, среди 25-29-летних - 14,3-16,7%, среди 30-34-летних - 10-11%, среди 35-39-летних - 7,8-10%, среди 40-44-летних - 7,8-8,2% Демографическая модернизация России, 1900-2000 / Под ред. А. Г.Вишневского М.: Новое издательство, 2006. С. 100, 101. . Данная тенденции позволяет предположить, что при дальнейшем вакууме семейно ориентированной государственной политики, популярность подобных форм семейно-брачного поведения в будущем будет усиливаться одновременно с его отрицательными издержками (аборты, распространение неполных семей, сиротства и т. д.).

Демографические последствия распространения внебрачных сожительств в данной работе уже констатировались См.: Карлсон А. Общество-Семья-Личность: Социальный кризис Америки. Альтернативный социологический подход / Пер. под ред. проф. А. И. Антонова. М., 2003. С. 205. . Член-корреспондент РАН Наталья Римашевская рассматривает «гражданские браки» в качестве одного из факторов, противостоящих рождаемости, объясняя свою позицию нежеланием женщин иметь внебрачных детей См.: Мы прошли точку невозврата. Еженедельный журнал «Профиль» №43/21 ноября 2005..

Дополнительным деструктивным фактором, воздействующим на демографические процессы в ходе социальных экспериментов советских властей, стало повышение брачного возраста. Реакция граждан на это нововведение выразилась довольно быстро: средний возраст заключения брака существенно повысился уже в 1930-е гг.. В более поздние периоды, несмотря на некоторые колебания, возраст вступления в брак продолжал расти. Данному процессу сопутствовали такие демографические проявления как снижение возраста начала половой жизни, а также сокращение репродуктивного периода жизни в браке.

Уже после двух десятилетний советских социальных экспериментов, в России произошло обрушение рождаемости. Аналогичные процессы в западных странах растянулись на него столетия. Однако в нашей стране под влиянием драматичных социально-экономических и политических событий, неблагоприятная демографическая ситуация проявилось гораздо стремительнее.

Таблица 7 Изменение суммарного коэффициента рождаемости (1897-1999 гг.) См.: Борисов В. А. Демография. Учебник для вузов. - М.: NOTA BENE, 2005. С. 158.

Российские семьи под антисемейным гнетом совершили стремительное репродуктивное падение. Изначально оно выразилось в переходе от традиционной многодентости к среднедетности, а потом и к малодентости. Следующим этапом может стать распространение бездетности (когда значительная часть населения сознательно откажется от деторождения).

Одним из основных факторов, обусловивших сокращение рождаемости в конце 80-х - начале 90-х гг. ХХ в., стала ускорившаяся трансформация ценностных ориентаций, обусловившая дальнейшее ослабление потребности в детях См.: Стратегия демографического развития России / Под ред. В.Н.Кузнецова и Л.Л.Рыбаковского. М., 2005. С. 113.. Последняя, находясь с 1960-х гг. в рамках малодетных репродуктивных стандартов, была в 1982-1988 гг. успешно реализована. Тем не менее, меры семейной политики, использовавшиеся для повышения рождаемости, оказались совершенно не эффективны. В 1990-х гг. произошло очередное ослабление репродуктивной потребности, вызвавшее на фоне неудачных социально-экономических преобразований массовое откладывание рождений (особенно это касалось рождений третьего и последующих детей), а не редко и полный отказ от них. В результате столь неблагополучной трансформации в массовом репродуктивном поведении с 1992 г. уровень рождаемости в России находится ниже границы простого воспроизводства.

В 1999 г. суммарный коэффициент рождаемости снизился до своего исторического минимума (1,17). Последовавший затем небольшой рост этого показателя связан преимущественно с благоприятной возрастной структурой населения. В данное время СКР составляет около 1,3-1,4; однако уровень рождаемости, по-прежнему, далек от отметки простого воспроизводства - 2,1-2,2 ребенка на одну женщину репродуктивного возраста См.: Борисов В. «Демографическая ситуация в современной России» // Демографические исследования. 2006. №1. С.11. . Кроме того, в различные годы в ряде регионов данный показатель опускался ниже 1, преодолев тем самым символическую черту - 1 ребенок на одну женщину. Такое снижение наблюдалось в 1993-2004 гг. в Москве; в 1993-2001 гг. - в Санкт-Петербурге; в 1997 г. и 1999г. - в Московской области; в 1999 г. и 2000 г - в Ленинградской области; в 1999 г. - в Ивановской и Смоленской областях См.: Там же. С. 13..