В другой работе испанского автора, Леонора Руиса [Ruнz 1998: 24-50], дана классификация фразеологических единиц по морфосинтаксическому принципу. Автор выделяет:
Наречные обороты: en realidad, por lo visto, cada dos por tres
Глагольные обороты: sacar de quicio, dejar de lado, quitar de las manos
Синтагматические глагольные единства: darse un baсo, hacer uso, tomarse interйs
Определительные обороты: de estar por casa, de cuidado
Номинативные обороты: tela marinera, faena de negros, borrachera mental
Фразеологизированные формулы: de eso nada, Ўno me fastidies!, Ўquй fuerte!
Мы остановимся именно на фразеологизированных или «повседневных формулах», которые автор определяет как «состоящие из прагматически закрепленных компонентов и несущие иллокутивные функции, благодаря которым говорящий выражает согласие, отрицание, удивление или злость. Бульшая часть этих формул представляет некий уровень идиоматичности». [Там же: 46]
Это определение близко тому, что мы приводили в начале нашей работы при определении фразеосхемы, но не полностью соответствует ему. Автор говорит о речевых клише, используемых для выражения эмоций, но не обязательно имеющих постоянный компонент. Сравним: автор приводит пример вопросительного предложения їquй pasa contigo?, которое ввиду изначально принятого нами определения не является фразеосхемой. Однако в числе примеров мы находим Ўmadre mнa!, - пример, который будет рассматриваться в нашей работе как фразеосинтаксическая структура. Поэтому можно сделать вывод, что «повседневные формулы» включают в себя фразеосхемы, но рассматривают их в более обобщенном виде.
В этой же работе приводятся примеры «фразеологизированных схем», которые определяются как номинативные модели с предлогом в виде опорного компонента, имеющие идиоматический характер. Например: cara a cara, codo con codo, cien por cien, de vez en cuando, de cabo a rabo.
Из приведенных нами примеров можно сделать вывод о различии подходов в оценке фразеологизированных единиц в отечественной и испанской лингвистике, поскольку с точки зрения испанских исследователей в разряд фразеосхем входят сочетания с большей или меньшей устойчивостью и достаточно большой свободой лексического наполнения.
Таким образом, мы можем заключить, что четкого определения фразеосхемы испанская лингвистика еще не сформировала, но производится изучение и делаются попытки классификации данных единиц.
Стоит отметить, что исследования в данный момент направлены скорее на прагматический характер данных структур и на их функционирование в речи. А. Мура [Mura 2014: 286] отмечает, что фразеосхемы воспроизводятся чаще всего в контексте диалога. Участники беседы используют ретроактивные реплики в качестве реакции на предыдущий речевой акт. Также, они функционируют как «конструкции-эхо», когда говорящий повторяет часть сказанного собеседником, чтобы показать свое несогласие. Данные модели являются идеальным инструментом для выражения экспрессии из-за своих интенсификационных черт.
Исходя из прагматических характеристик фразеосхем, можно утверждать, что они являются также единицами социальными, так как функционируют только в качестве реакции или ответа на то, что уже было сказано.
Выводы по первой главе
В данной главе мы определили значение фразеосхемы как синтаксической идиоматизированной единицы. Были определены ее основные черты и характеристики, а также представлены существующие классификации, которые показались нам наиболее релевантными для данной работы. Мы сравнили подходы в исследованиях отечественных и испанских лингвистов. Для этого была предпринята попытка найти определение фразеосхемы у испанских авторов, а затем был сделан вывод, что испанская фразеология не выделяет фразеосхему как самостоятельную единицу.
Глава II. Эмоции и язык
2.1 Базовые эмоции
Количество выделяемых психологами эмоций, относимых к базовым, варьируется от работы к работе, в зависимости от того, какой именно критерий выдвигается на первый план. При помощи базовых эмоций могут быть истолкованы другие эмоции и чувства. Возникновение этих эмоций верифицируется физиологически (каждой из них соответствует непроизвольная реакция организма, которая может быть зафиксирована даже у новорожденного, таким образом, не является результатом ни воспитания, ни подражания). [Голованивская 2009: 224]
К. Изард утверждает [Изард 1980: 54], что эмоция (фундаментальная, отдельная) - это сложный феномен, включающий в себя нейрофизиологический и двигательно-выразительный компоненты и субъективное переживание. Взаимодействие этих компонентов в интраиндивидуальном процессе образует эмоцию, являющуюся эволюционно-биогенетическим явлением; у человека выражение и переживание эмоции врожденно, общекультурально и универсально.
Каждая из фундаментальных эмоций обладает свойственной именно ей адаптивной функцией и уникальными мотивационными качествами, исключительно важными и для каждого индивида, и для всего вида. Эмоции называются фундаментальными, поскольку каждая из них имеет: а) специфический внутренне детерминированный нервный субстрат, б) характерные мимические или нервно-мышечные выразительные комплексы и в) отличающееся субъективное переживание или феноменологическое качество.
Исходя из этих признаков, Поль Экман [Экман 2011: 75-167] предлагает считать базовыми шесть эмоций, выделяя их на основе комплексов физиологических реакций тела, каждую из которых можно разделить на несколько под-эмоций, следуя градации от менее к более интенсивному переживанию. Эта градация чрезвычайно важна при переводе таких единиц, как фразеосхемы, так как несоответствие уровню экспрессии может нарушить коммуникативную функцию перевода.
Далее мы приведем классификацию шести базовых эмоций и разделим их на под-эмоции. При дифференцировании эмоциональных переживаний по параметру интенсивности и глубины мы используем линейный подход: на одном конце ряда находятся эмоции низкой интенсивности, на другом - эмоции высокой интенсивности:
1. Гнев - одна из важнейших эмоций. Гнев зачастую воспринимается как нежелательная реакция, и человек, как правило, стремится избежать ее. Она также одна из самых опасных эмоций, потому что гнев сам порождает гнев в других участниках ситуации и этот циклический процесс может развиваться по нарастающей.
Слово «гнев» охватывает ряд родственных эмоциональных состояний. Существует несколько разновидностей этой эмоции: от легкого раздражения до ярости. Они различаются не только по силе испытываемого чувства, но и по типу испытываемого гнева.
Есть основания полагать, что разные причины гнева не будут вызывать гнев одного типа или одной интенсивности. Когда кто-то отвергает или разочаровывает нас, мы можем попытаться причинить ему вред, хотя попытка причинения вреда грабителю может стоить нам жизни. Все мы различаемся по тому, насколько интенсивно переживаем каждую из эмоций. Одни люди могут быть просто неспособными к сильному гневу и никогда не проявляют неистовой ярости. Разные выражения гнева возникают в зависимости не только от длительности запала, но и от того, насколько вспыльчивым характером обладает человек, а степень вспыльчивости не может быть одинаковой у всех.
Если гнев краток, то он может проявляться в виде негодования, но длительное недовольство - это уже совсем другое. Чувство обиды может стать подобным незаживающей ране и регулярно напоминать о себе. Оскорбленный человек может постоянно размышлять о нанесенном ему оскорблении.
Исходя из принципа линейной дифференциации, мы выстроили следующую классификацию эмоции «гнев»:
Недовольство. Легче всего отследить и легче всего устранить, однако очень часто мы его просто не замечаем. Небольшая злость (недовольство) может длиться годами.
Раздражение. Более яркое чувство, проявляется через резкие и отрывистые движения, короткие фразы, высокий голос, повышенный тон высказывания. Свое раздражение мы обычно терпим в силу социально обусловленного поведенческого кода. Когда мы раздражены, мы начинаем сердиться на то, что не вызвало бы нашего раздражения, если бы мы находились в спокойном состоянии. Мы сами ищем возможности проявить свой гнев. Когда мы раздражены, тогда то, что могло бы лишь вызывать у нас легкое недовольство, заставляет нас испытывать гнев, а то, что могло бы заставлять нас испытывать умеренный гнев, вызывает у нас ярость.
Негодование (возмущение). Это уверенный в своей правоте гнев; озлобление наступает тогда, когда приходит конец терпению. Негодование - эмоция блокированная или неполная, а также лживая [Ильин 2001: 113]. Оно ненатурально и сдавленно выражает страх. Чаще всего мы пытаемся сдержать наше негодование, что отражается на лице.
Гнев. Кратковременное, но насыщенное чувство. Не поддается внутреннему контролю. Гнев редко испытывается подолгу сам по себе. Часто страх сначала предшествует гневу, а затем опять приходит ему на смену.
Ярость. Самая интенсивная эмоция в этом семантическом ряду. Это состояние аффекта выглядит как неуправляемая и разрушительная сила.
2. Страх является наиболее опасной из всех эмоций. Интенсивный страх способен привести даже к смерти или может служить предупреждающим сигналом и изменять направление мысли и поведение. За общим понятием «страх» скрывается ряд схожих эмоций, различающихся степенью влияния, оказываемого на субъекта.
Одним из первых (в 1927 году) предпринял попытку дифференцировать разные виды страха психолог и психиатр Н. Е. Осипов. Он писал, что при восприятии реальной опасности у человека появляется страх, при восприятии таинственного, фантастического - жуть, а при восприятии комбинации того и другого - боязнь. Ужас испытывается при наличии всяких моментов опасности одновременно. Эта классификация опирается лишь на внешние причины появления страха, но не раскрывает психофизиологические различия разных видов страха [Осипов 1999: 225]
В нашей работе мы будем использовать более широкую классификацию, основываясь на испанских и русских словарях синонимов. Синонимы «страха» в русском языке являются: опасение, испуг, перепуг, боязнь, ужас, паника [Александрова 2001: 486]. Так как опасение - это чувство тревоги, беспокойство, мы рассмотрим отдельно эти два элемента, включив в ряд синонимов тревогу и волнение (беспокойство).
Волнение. В психологии эмоций волнение не рассматривается как самостоятельная категория. Оно является скорее бытовым понятием, отражающим состояние беспокойства, ситуативной тревожности, страха. К. Д. Ушинский, относя его к первой ступени душевного страха, писал: «...Мы еще не знаем, как придется новое явление к нашим жизненным стремлениям, а отсюда возникает то сердечное беспокойство, которое соответствует умственному беспокойству или сомнению... На этой ступени мы можем назвать страх сердечным беспокойством или сердечным сомнением» [Ушинский 1974: 398].
Боязнь. Несильное чувство, вызванное предположением об опасной ситуации, которая нанесет определенный ущерб субъекту. Боязнь такого рода сближается с опасением. При боязни человеку свойственно преувеличивать вероятность неприятного события, и в отличие от страха эта эмоция может в некоторой степени предполагать определенный склад души: предусмотрительность, осторожность, нерешительность, неуверенность в себе.
Тревога. Понятие «тревога» было введено в психологию 3. Фрейдом и в настоящее время многими учеными рассматривается как разновидность страха. Так, Фрейд наряду с конкретным страхом (Furcht) выделял неопределенный, безотчетный страх (Angst) [Фрейд 1989: 215]. К. Изард считает, что тревога - это не некий отдельный самостоятельный феномен, а комбинация состояния страха с одной или несколькими другими эмоциями: гневом, виной, стыдом, интересом [Изард 1980: 42].
Тревога понимается как эмоциональное состояние острого внутреннего мучительного беспокойства, связываемого в сознании индивида с прогнозированием неудачи, опасности или же ожидания чего-то важного, значительного для человека в условиях неопределенности [Ильин 2001: 99]. Тревога подобна сосущему чувству голода, но она бессодержательна. Человек, пребывающий в тревоге, не осуществляет полное действие и занят тем, что подавляет растущую агрессию, в результате чего впадает в апатию.
Испуг. Первой формой страха является испуг или «неожиданный страх». Фрейд писал: «Испуг (Schreck), мне кажется, имеет особый смысл, а именно подчеркивает действие опасности, когда не было готовности к страху. Так что можно было бы сказать, что от испуга человек защищается страхом» [Фрейд 1989: 216]. Испуг - явление инстинктивное, а возникающие в результате его защитные действия - непроизвольные. Он возникает в ответ на неожиданно появляющийся сильный звук, какой-либо потенциально представляющий угрозу объект. Испуг успевает сильно повлиять на человека, тем не менее обязательно проявляется в поведении или выражении лица. Для испуга него характерна кратковременность протекания: оцепенение быстро проходит и может смениться двигательным возбуждением.
Страх - это эмоциональное состояние, отражающее защитную биологическую реакцию человека или животного при переживании ими реальной или мнимой опасности для их здоровья и благополучия [Ильин 2001: 102]. Следовательно, для человека как биологического существа возникновение страха не только целесообразно, но и полезно. К. Изард подразделяет причины страха на внешние (внешние процессы и события) и внутренние (влечения и гомеостатические процессы, т. е. потребности, и когнитивные процессы, т. е. представление человеком опасности при воспоминании или предвидении) [Изард 1980: 42].
Ужас. Отличается от страха интенсивностью и способностью влиять на человека в целом, близок к ошеломлению. Максимально интенсивное чувство, не совместимое ни с какими другими переживаниями и полностью формирующее состояние души. Физические проявления подобны тем, что человек испытывает при страхе, но сильнее. Ужас и паническое состояние характеризуются как наиболее интенсивные формы выражения страха.