Материал: Институт доверия как ключевой фактор развития экономики России

Источник: httр://есsосmаn.hsе.ru/dаtа/2010/12/15/1214861701/Jоurnаl1.1-2.рdf

Для Дж. Барбалета доверие есть «уверенность, связанная с ожиданиями относительно интенций других» [18], что, по мнению автора, можно считать универсальным базисным определением доверия.

Отдельного внимания, по мнению автора, заслуживает такое свойство доверия, как расчетливость, а именно понятие расчетливого доверия. О.Нифаева [20] выделяет два вида персонифицированного доверия:

·        Личное доверие, основанное на личных отношениях и персональных связях, на истории успешного взаимодействия

·        Расчетливое доверие как результат анализа мотиваций партнера и достаточной заинтересованности в добросовестности в выполнении своих обязательств [12]

Интересный взгляд на формирование и определение доверия сложился у B.B. Чекмарева и С.B. Чистякова: они рассматривают доверие как процесс, передающий и обменивающий знания в сетях [4]. Современное общество имеет различные формы организации, но действительно всеобъемлющую и современную модель представляет собой сетевая структура. Об этом достаточно категорично рассуждает шведский экономист Э. Лейф [21] «Сети - это вещь, трудно определить их ценность, поэтому ее просто игнорируют, но во всех сетях взаимоотношений содержится огромный невостребованный потенциал ценности. B то время как подавляющая часть взаимоотношений остается на уровне деловых, новое поколение мыслителей сетевыми категориями задается вопросом: А какая же дополнительная ценность содержится в этих взаимоотношениях за пределами наиболее очевидных обменов?»

Смысл сети состоит в том, что она потенциально позволяет организациям получать выгоду от сетевого эффекта, так же как и от общего предпринимательского духа. Автор продолжает «И это - только начало сетевого подхода. Мы постоянно подключаем к нашей сети новых игроков и стараемся сделать нашу сеть поистине безграничной. Для тех, у кого хватает смелости, прозрачный сетевой подход таит в себе огромные возможности создания ценности. Инновации могут быть достаточно простыми, они могут сводиться к соединению несоединимых узлов и позволять другим игрокам видеть и выдвигать идеи и открытия. Результатом является спираль сетей и связей, распространяющихся в корпоративном мире подобно вирусу».

1.2     ДОПОЛНЕННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ ДОВЕРИЯ И УТОЧНЕНИЕ СВОЙСТВ

ыделенные ранее формы доверия классифицируются большинством авторов в основном по направленности, что косвенно утверждает доверие как характеристика социальных связей:

) Персонифицированное (межличностное)

) Деперсонифицированное (социально-обобщенное)

) Институциональное (по отношению к социальным институтам и государству)

Неоднозначная природа доверия не позволила выделить какой-либо единой теории, в рамках которой рассматривался бы этот феномен целостно: доверие то является атрибутом социальных и экономических связей, то отдельным институтом, то принимает значение фактора, влияющего общество в целом. Из наиболее общих теорий, стоит внимания подход, предложенный Ф.Фукуямой, хотя и он рассматривает в основном деперсонифицированное доверие, и в основном в рамках западной культуры, что далеко не всегда может подходить в рамках российской специфики.общем смысле доверие является неотъемлемым признаком любого взаимодействия двух лиц (как лиц в значении людей, индивидов, так и юридических единиц). Поэтому институциональная природа доверия различима только с позиции деперсонифицированного (социального) доверия, которое характеризует наиболее общий уровень доверия в обществе, не относящийся к какому-либо лицу напрямую, или относящийся к т.н. «среднему незнакомцу». Тем самым, разные уровни и подходы к исследованию данного вопроса не дают целостного понимания влияния доверия как такового на экономику, а лишь частные его проявления. Особенно показательно частое использование авторами термина «доверие» без уточнения направленности и определяющей специфики феномена.

Для того, чтобы представить такой сложный фактор, как доверие, нужно понимать, что этот феномен может существовать лишь в рамках какой-либо модели: модель экономика-общество, принципал-агент, общество - собственность, и др, каждый раз косвенно характеризуя степень тесноты связей и прямо степень уверенности в будущих действиях участников модели.

Однако, общую картину взаимосвязи разных уровней доверия и феномена доверия в целом как института можно представить кругами Эйлера.

Рисунок 1 - Авторская схема взаимовлияния разных «доверий» лица

Данная схема показывает, что уровень соответствующего доверия влияет на фигуры, пересекающиеся с соответствующим кругом. Bвиду этого, одной из задач исследования является выяснение того, на каком уровне и какое именно доверие должно быть для наиболее эффективного развития и процветания экономики страны.

Следует также уделить внимание понятию «расчетливое доверие», предложенному О. Нифаевой, которая обосновывает, что «расчетливое доверие» синонимично понятию доверия «межличностного». По мнению автора, расчетливое доверие, а точнее расчетливость как свойство доверия применимо не только к межличностному, но и в некоторой мере к институциональному, и даже к деперсонифицированному доверию.

Для более полного понимания природы доверия и его экономической роли автор предлагает два новых понятия: «макродоверие» и «микродоверие». «Макродоверие» представляет собой доверие в рамках модели политического общества, являясь согласием общества с долгосрочной и структурной направленностью развития, которую обычно определяет государство, или проще - согласие с действиями власти на макроуровне. «Микродоверие» олицетворяет согласие общества с конкретными проявлениями на микроуровне. Показателен будет, на наш взгляд, следующие примеры макро- и микродоверия: исполнительная власть представляет собой макроуровень, а милиционер - микроуровень, конституция РФ - макроуровень, вынесенное решение суда - микроуровень. Логичным также выглядит пояснение такого плана: макроуровень это направленность, а микроуровень - движение и реализация. Следует, однако, уточнить, что как микро так и макродоверие не подразумевают обязательного участия государства в отношениях. Доверие в рамках такой модели особенно интересно для исследования в условиях российской экономики.

ГЛАВА 2. АНАЛИЗ ИНСТИТУТА ДОВЕРИЯ В РОССИИ И ЕГО ВЛИЯНИЕ НА ЭКОНОМИКУ СТРАНЫ

Сегодня Российская Федерация находится в процессе колоссальных экономических и социальных преобразований. Международные интеграционные процессы, стремление к созданию конкурентоспособной модели экономики, а также решение ряда социально-экономических проблем, - все это представляет собой тот перечень задач, необходимых для реализации в ближайшие годы.

Задача перехода к иной по типу экономике, инновационно-ориентированной, на практике оказалась намного сложнее. Изменения в законодательстве, популяризация в СМИ инновационной ориентированности экономики не смогли простимулировать нужным образом предпринимательскую и исследовательскую активность для достижения необходимых и значительных сдвигов в науке и производстве, а также в увеличении темпов роста экономики России.процессе принятия экономической политики зачастую из внимания выпадают такие факторы как неформальные (не закрепленные на законодательном уровне) нормы и правила, или институты.

Д. Норт определял институты как нормы и правила, «созданные человеком ограничительные рамки, которые организуют взаимоотношения между людьми» [19]. Традиционно социально-экономические институты делят на формальные и неформальные, принимая за основание форму закрепления нормы в обществе (в государственных нормативно-правовых актах или на уровне общественного принятого поведения).

Однако когда речь заходит об экономическом развитии, институциональный аспект зачастую не находит своего отражения, особенно в контексте влияния неформальных институтов, характерных черт, присущим этносам в силу их исторического, культурного, психологического развития. Как отмечал Ф. Тромпенаарс «Нацинально-культурная традиция подобна гравитации: вы не ощущаете ее, пока не захотите прыгнуть в высоту на 2 метра [19]».последние годы роль института доверия начинает приобретать все большее значение в процессе оценки факторов, оказывающих влияние на экономическую динамику. Особенно это важно в силу того, что неоклассическая экономическая теория рассматривает экономические процессы в «идеальных» условиях, где социальные и культурные факторы носят характер экзогенных. Институциональная теория принимает во внимание ряд иных факторов, редко рассматриваемых в экономическом контексте. Доверие сложно поддается количественной оценке, однако способно оказать прямое воздействие на решение экономических агентов.

Bажным моментом в российской специфике оказывается такое свойство доверия, которое переориентирует взгляды общества с краткосрочных выгод на долгосрочные: в ходе такой переориентации многие ответственные лица общества жертвуют краткосрочными выгодами в угоду долгосрочному развитию благодаря доверию. Они предполагают, что большее количество лиц поступит по их подобию и за счет этого сложится кумулятивный эффект масштаба развития. Кроме того, это ведет к созданию всё большего количества общественных благ и к пониманию лицами большей ценности в совместном развитии, нежели преследованию своих эгоистичных целей, что вроде бы было логично по традиционной неоклассической теории. Это еще раз подтверждает тезис о том, что доверие является катализатором развития институциональной среды, которая в свою очередь служит средством борьбы с трансакционными издержками.

.1 ОСОБЕННОСТИ ИНСТИТУТА ДОВЕРИЯ В РФ

Россия, как страна с переходной экономикой и находящаяся в фазе серьезных структурных сдвигов и институциональных преобразований представляет собой достаточно интересное поле для изучения такого феномена, как доверие.

Учитывая особую роль государства в нашей стране, нетрудно понять, что именно оно оказывает основное влияние на доверие как феномен в целом. Более того, учитывая имеющийся опыт трансплантации институтов по западному образу и кризис недоверия в 2000-е годы, важность понимания и способность к развитию доверия в РФ трудно недооценить.

Доверие играло и играет ключевую роль при трансплантации институтов в РФ. Однако, как уже упоминалось, в российских реалиях трансплантация институтов - вещь неоднозначная и часто даже «капризная»: трансплантированные институты приживались далеко не всегда. Отлично иллюстрирует сказанное чековая приватизация 1990-х годов.

декабря 1990 года, после принятия закона РФ N 443-1 «О собственности в РСФСР», на территории России была узаконена частная собственность. Там же (статья 25) было законодательно закреплено понятие приватизации, как передачи государственного или муниципального имущества в частную собственность. С первого взгляда речь шла о передаче государством своей собственности в частные руки, однако анализ показывает, что к началу приватизации предприятия фактически находились в распоряжении и пользовании своих работников. [22]

Поэтому многие воспринимали этот процесс как изъятие предприятий у коллективов и передачу их в руки внешних инвесторов. Не случайно приватизация была объявлена обязательной для большинства предприятий. Под давлением менеджеров был разрешен второй вариант приватизации, согласно которому инсайдеры приобретали контрольный пакет акций. Две трети предприятий предпочли этот вариант. Из-за «отрицательного спроса» на приватизационную реформу громадные ресурсы были потрачены впустую - на передачу собственности коллективов им же самим. Всё этосильно ударило по институту частной собственности, который только только креп и формировался, пострадало также и доверие к судебной системе. К счастью, на текущий момент «шрамы успешно заживают».

Учитывая новейшую российскую историю, и в частности период с 1990-х по текущий момент, что составляет 25 лет, были сделаны как ошибки, так и определенные успехи в переходе к рыночной экономике. По мнению автора, СССР распался именно из-за нарастания влияния трансакционных издержек и отсутствия гибкости управления, что обусловило трудности не только с переходом к рыночной экономике впоследствии, но и с трудностью мышления в обществе, ввиду того, что в СССР государство в форме централизованного управления и директивного планирования брало на себя функцию нивелирования трансакционных издержек, а именно асимметричности информации, неполноты контрактов, и, особенно, неопределенности будущего. Как говорил B. Черномырдин, «Хотели как лучше, а получилось как всегда»: власть при СССР не учла всё нарастающее влияние новых экономических процессов, сетевых эффектов, и информационной экономики. Кроме того, трансакционные издержки также нарастали, требуя укрупнение управленческого аппарата, которое само по себе вело к снижению эффективности управления, образуя порочный круг.