Материал: korkonosenko_sg_aktualnye_problemy_sovremennosti_i_zhurnalis

Итак, своим содержанием политология активно участвует в формировании объекта политологии журналистики. Сходство объектов этих дисциплин находит отражение в приведенном ниже составе политологии журналистики, который включает в себя три группы компонентов.

1.Идейно-концептуальные компоненты. Кроме определения объекта, предмета, методической базы, материала анализа необходимо выяснить положение политологии журналистики в системе знания об обществе и журналистике. Поскольку пресса и политика относятся к числу исключительно подвижных явлений, то и концептуальные представления о них не могут существовать и рассматриваться как некая теоретическая «окаменелость»: они тоже меняются, сталкиваются друг с другом, порождаютновыевзглядыидоктрины.Поэтомутакважнорассматривать

иучитывать различные традиции политического анализа журналистики, сложившиеся в истории мировой и отечественной научной мысли.

Объективные условия деятельности прессы определяются, главным образом, местом и ролью журналистики в политической системе общества. Значит, в равной степени необходимо и изучать реальные обстоятельства практики СМИ в реальном историческом времени, и вырабатывать оптимальные модели прессы как социально-политического института. Далее, одной из центральных категорий анализа в политологии, как мы видели, является политическая культура. Соответственно в центр нашего внимания выдвигается политическая культура журналиста. В некотором смысле изучать ее даже важнее, чем объективные условия, потому что, в конечном счете, «человеческий» фактор оказывает решающее воздействие на процесс и результаты журналистского труда.

2.Политическая журналистика. Наиболее зримо для общества, как и для самих сотрудников СМИ, взаимосвязь прессы с политикой выражается в освещении политической жизни. Как область профессиональной предметной специализации политическая журналистика отличается своеобразным содержанием (тематикой, материалом); она по-разному строится в зависимости от каналов информации (печать, телевидение, радио и др.), вовлекает в свою орбиту определенные авторские силы. Политическая журналистика опирается на широкую нормативную (правовую и этическую) базу, которая несколько отличается от той, которая регулирует массово-информационную деятельность в целом. Специального изучения заслуживает психология политичес-

65

кой журналистики. В ней сливаются, главным образом, три потока знаний – из социальной психологии, политической психологии и психологии журналистики. Наконец, политическая журналистика существует в форме произведений, при подготовке которых используются присущие ей источники информации, жанры, литературно-стилис- тические приемы и т. д. У политической прессы есть своя аудитория, состав и запросы которой также подлежат теоретическому и професси- онально-прикладному анализу.

3. Исследовательские и образовательные методики. Пресса поставляет ценный материал для изучения политической практики, которым регулярно пользуются исследователи. Ими могут быть как представители академической науки и центров прикладного политического анализа, так и редакционные сотрудники – аналитики, обозреватели, руководители мониторинговых групп. К изучению политики по материалам СМИ обращаются и учащиеся высшей школы, когда выполняют науч- но-исследовательские задания. В зависимости от задач и уровня исследования целесообразно воспользоваться теми или иными методиками анализа. То же можно сказать и об иной исследовательской ситуации

– когда объектом изучения становится политическая журналистика. В состав политологии журналистики входит и рассмотрение системы образования кадров, повышения их квалификации, методов обучения навыкам политической журналистики.

Мы видим, что все компоненты политологии журналистики тесно взаимосвязаны с исследовательской практикой в рамках политической науки. Вместе с тем из тезиса о близости политологии и политологии журналистики совсем не следует, что объект един для обеих дисциплин. Случись такое, и неизбежно произошло бы то самое поглощение одной науки – другой, о котором шла речь выше. Их взаимодействие происходит в зонах пересечения, или «наложения» интересов. Тем самым теория журналистики «присваивает» лишь часть того или иного раздела политологии, необходимую для решения собственных исследовательских задач. Величина этой части непостоянна, она колеблется в зависимости от множества факторов. На нее оказывают влияние потребности конкретного политического момента (в связи с выборами журналистская наука особенно пристально интересуется информационными технологиями), специализация исследователей прессы

66

(скажем, социологам журналистики ближе деятельность политических институтов, а психологам журналистики – настроения и эмоции гражданских масс), интенсивность освоения определенного направления

внауке (рост внимания к политической истории нашей страны породил соответствующие труды по истории печати) и т. д.

Особенно большое значение имеет вопрос о степени «родства» объекта политологии с исконной сферой интересов теории журналистики, то есть самой журналистикой как профессиональной практики. Для сравнения возьмем из нашего списка-расшифровки объектов политологии два элемента – политические технологии и политическую журналистику.

Политические технологии, как говорится в авторитетной учебной литературе, представляют собой совокупность последовательно применяемых процедур, приемов и способов деятельности, направленных на оптимальную и эффективную реализацию задач конкретного субъекта, или алгоритм поведения. Технологии несут в себе установку главным образом на прикладную деятельность (на успех) и могут строиться без внимания к научно-теоретическим выводам60. Примеры тому мы найдем в текущей работе политических консультантов, соответствующих подразделений органов власти и управления, служб паблик рилейшнз, избирательных штабов и т. п.

Вкакой мере такая утилитарная практика привлекает интерес политологии журналистики? Очевидно, что по сути она лежит вне зоны функционирования прессы. Как только редакция превратится в филиал избирательного штаба или агентство по связям с общественностью, она перестанет соответствовать своему назначению непредвзятого вестника и критика в политической сфере. Вместе с тем некоторые точки соприкосновения, безусловно, обнаруживаются. Политтехнологи стремятся использовать СМИ в своих целях (благородных, благовидных или откровенно аморальных). Как отмечают исследователи, «прошедшие

встране избирательные кампании наглядно продемонстрировали, что отечественные политтехнологи научились неплохо использовать телевидение в своих целях. Они нашли путь к российской аудитории, применяя те формы телевизионной политической коммуникации, к которым она

60 Соловьев А.И. Политология : политическая теория, политические технологии / А.И. Соловьев. М., 2001. С. 415–421.

67

привыкла в доперестроечное время»61. Значит, политологи журналистики вынуждены уделять политтехнологиям некоторую долю внимания.

Далее, определенные технологии мы найдем в политическом руководстве прессой со стороны ее учредителей, владельцев или групп влияния. В советское время алгоритм такой деятельности был отлажен фактически до уровня стандартизированного производства. В этом нетрудно убедиться, познакомившись с литературой, издававшейся массовыми тиражами и адресованной работникам аппарата КПСС и редакций62. Тот опыт не канул в лету, а находит преломление и своеобразное развитие в практике современных российских партий. Как бы мы ни оценивали подобные факты с нравственно-этических позиций, партийное руководство печатью есть зона интересов политологии журналистики.

Далее, освещение того, как используются политические технологии (государственными и партийными функционерами, имиджмейкерами, кандидатами в депутаты и т. п.), служит одной из обязанностей политобозревателей и репортеров, работу которых, в свою очередь, анализирует теория печати. Следовательно, и здесь мы найдем объекты, общие для политологии и политологии журналистики. Наконец, исследователи прессы не могут не заниматься политтехнологиями как антитезой журналистике

– как вирусом, проникающим в нее и грозящим ей перерождением. Впрочем, в среде политологов тоже немало тех, кто ставит под сомнение этот непременный, казалось бы, элемент общественной жизни.

В свою очередь политическая журналистика служит непосредственным и даже центральным объектом политологии журналистики. Если большинство общественных наук помещают прессу в ряд других коммуникативных средств, то для политологии журналистики она представляет специальный интерес как многогранное, живое, целостное явление, сущность которого отнюдь не сводится к коммуникации. К сравнению с политологией данное замечание имеет прямое отношение. Политическая наука увидит в прессе средство связи и контак-

61Долгова Ю.И. Телевизионная политическая коммуникация / Ю.И. Долгова. М., 2002. С. 86.

62Газета – орган партийного комитета / под общ. ред. А. З. Окорокова. М., 1976; Морозов Б.М. Партия и средства массовой пропаганды / Б.М. Морозов. М., 1982 ; Партийное руководство средствами массовой информации и пропаганды: учеб. пособие / редкол.: В.М. Горохов и др. М., 1987; Сланская М.Д. Печать – дело партийное: из опыта партийного руководства многотиражными газетами Москвы / М.Д. Сланская. М., 1978 и др.

68

та между социальными институтами и субъектами, укажет на ее роль как источника информации о событиях, проблемах и процессах, отметит, что она придает материальное воплощение и публичность политическим идеям, мнениям, заявлениям. Словом, пресса всегда будет существовать в связи с другими участниками политической жизни, в известном смысле обслуживая их нужды, но не как автономный и самостоятельный объект анализа. Однако существуют и другие проблемы прессы, которые не порождаются системой политологического знания (по крайней мере, не специфичны для него), и вместе с тем они жизненно важны для организации и деятельности политической журналистики. К ним относятся, например, черты ее сходства и различия с другими предметными областями журналистики (деловая, культурологическая, научная и др.), идейные и творческие традиции в отечественной политической публицистике, рубрикация, жанровое и художественное оформление политических материалов в СМИ, организация труда парламентского корреспондента и др.

На многочисленные вопросы такого рода даст ответы наука о журналистике. Она, как мы установили выше, тоже многомерна с точки зрения отраслевого строения и тематики исследований. Так, к политически окрашенным явлениям журналистики в своих целях обращаются специалисты в области истории, социологии, стилистики языка, психологии, культурологии, дизайна прессы и т. д., что, кстати сказать, служит на благо политическому знанию о прессе. Однако это не означает, что в самой науке о прессе место политологии журналистики как бы размывается и что утрачивается специфичность ее объекта. Во-пер- вых, для представителей смежных ветвей теоретико-журналистского знания политическая журналистика служит одним из многих объектов внимания. К примеру, для лингвистики нет принципиальной разницы

– изучать ли язык политической прессы, деловой или спортивной, тогда как для политологии журналистики политическая пресса представляет собой главный и центральный объект. Во-вторых, если кто-то из социологов, исследователей жанров, психологов начинает заниматься политической практикой СМИ как своим основным делом, то он, фактически, приобщается к когорте политологов журналистики.

69