Анализ глобальных цепей также имеет существенные расхождения с подходами стратегического менеджмента. Так, наиболее популярный в настоящее время ресурсный подход (RBV - resource based view) предполагает индивидуалистическое поведение фирм, стремящихся сформировать наиболее конкурентоспособный пул ресурсов и скрыть его от партнеров (Barney, 1991; Романова, 2016), в то время как анализ глобальных цепей построен на изучении именно межфирменных взаимодействий.
Другое направление стратегического менеджмента, теория стратегического выбора, изучает действия менеджеров по выстраиванию стратегии развития организационной структуры преимущественно внутри фирмы (Child, 1997). Что также не совпадает с рамкой анализа глобальных цепей создания стоимости, который концентрируется на изучении межфирменных оттношений.
В то же время, теория стратегического выбора, и еще одно направление - теория обстоятельств оказываются уместными при описании практик управления в рамках анализа глобальных цепей создания стоимости, о которых пойдет речь далее.
Начальным периодом становления глобальных цепей поставок современного типа Г. Джерефи (Gereffi, 1994) выделяет переход от стратегий импортозамещающих индустрий (Import Substituting Industries - ISI) к ориентированным на экспорт производствам (Export Oriented Industries - EOI). В это время развивающиеся государства отказываются от политики сосредоточения всех производственных процессов на своей территории ради увеличения внешнего торгового оборота и сосредоточении на экспорте отдельных видов продукции (Gereffi, 2011).
В результате ряд стран оказался вовлечен в производство не конечной, а промежуточной продукции (добавочной стоимости, add-value), необходимой для создания конечного продукта. Например, операционные системы для смартфонов производились в Германии, микрочипы - на Тайване, а сборка готового изделия осуществлялась в Китае (Gereffi, 2014). Однако новый подход выстраивания глобальных цепей поставок не принес автоматического улучшения социальных и экономических условий в развивающихся странах. Вместо этого, появились новые виды глобальных игроков: международные ритейлеры и производители.
Два типа глобальных игроков выделяются в зависимости от процессов, в которые они вовлечены. Глобальные производители ориентированы на владении ресурсами производства, ради которого выстраиваются вертикальные иерархии и интернализируются процессы производства. В то время как глобальные ритейлеры и владельцы брендов (brand-marketers) ориентированы на создание международных сетей взаимного обеспечения ресурсами (Lee, Gereffi, 2015). Для реализации этих целей они поддерживают множественных мелких производителей, у которых они могут производить свои собственные бренды, и глобальные ритейлеры не заинтересованы в появлении единого сильного производителя.
Несмотря на различия в подходах, оба типа глобальных игроков являются доминирующими в своих отраслях и на рынках сбыта своей продукции. Долгосрочным интересом каждого доминирующего игрока является сохранение статус-кво за счет организации управления (governance) глобальными цепями поставок (Gereffi, Lee, 2016). В то время как поддержание иерархии или выстраивание глобальных производственных сетей (Global Production Networks - GPN) является стратегией реализации долгосрочного интереса.
Поскольку в каждой отрасли и на различных национальных рынках глобальные производители представлены неоднородно, авторами данного подхода выделяется 5 градаций отношений между участниками рынка: от рыночной, где отсутствует какой-либо доминирующий игрок, до иерархии, где весь процесс от создания продукта до продажи конечному потребителю сосредоточен в рамках одной иерархии, организации (Gereffi, 2013).
Управление глобальными цепями поставок типизируется как нисходящий (top-down) способ координации, реализуемый как в цепях поставок с доминирующим производителем (producer-driven), так и в цепях поставок с доминирующими ритейлерами (buyer-driven). Этому способу координации противостоит восходящий (bottom-up), который реализуется всеми акторами, которые хотят изменить текущую структуру глобальной цепи создания стоимости (Gereffi, Lee, 2012).
Такими акторами являются государства, локальные производители и локальные ритейлеры, дистрибьюторы, а также все другие участники глобальных цепей поставок, которые производят малую часть добавочной стоимости. Смыслом их действий в рамках восходящего способа координации является улучшение (upgrading) своего положения с помощью наращивания технологичности и капиталоемкости своих функций (Lee, Gereffi, 2015).
Концепция управления в анализе глобальных цепей поставок сочетается с исследовательскими рамками 2 направлений стратегического менеджмента: теории стратегического выбора и теории обстоятельств. В рамках теории стратегического выбора управление может рассматриваться как выстраивание стратегии взаимодействия с партнерами (Child, 1997), как обладающими большой рыночной властью, так и со слабыми игроками.
Теория обстоятельств рассматривает деятельность фирм как работу по приспособлению к внешней среде - организационному полю (Романова, 2016; Hrebiniak, Snow, 1980), а управление может быть использовано как средство, посредством которого обеспечивается приспособление фирмы. В том числе, и за счет увеличения контроля над полем. С позиций нового институционализма в экономической социологии, управление оказывается средством обеспечения изоморфизма (Димаджио, Пауэлл, 2010).
Улучшение положения в глобальной цепи поставок бывает двух типов: экономическое и социальное. Экономическое связано с переходом к выполнению более прибыльных задач за счет более технологических, капиталоемких и требующих более сложных трудовых навыков процессов (Gereffi, Kaplinsky, 2001). Социальное улучшение заключается в улучшении качества труда работников и обеспечения им социальных гарантий (Gereffi, Lee, 2016), не обязательно следует из экономического улучшения и требует дополнительных усилий.
Описанные выше два типа координации в глобальных цепях поставок практикуются всеми участниками взаимодействий, но с точки зрения классификации по долгосрочным интересам они отличаются для двух типов акторов. Акторы, занимающие доминирующее положение в цепи поставок, в качестве долгосрочного интереса имеют сохранение статус-кво, поэтому управление (governance) является для них инструментом реализации долгосрочной, индустриальной логики. В то время как для акторов со слабым влиянием в цепи поставок долгосрочным интересом является экономическое и социальное улучшение своего положения.
В рамках анализа глобальных цепей создания стоимости авторами выделяется 3 основных типа контроля (governance: в зависимости от контекста управление или контроль) и 4 элемента для улучшений. Основными типами управления и контроля являются частный (корпоративный - private), реализуемый через установление стандартов работы корпорациями; государственный (public), который реализуется через установление стандартов государственными структурами и международными организациями; и гражданский (civil), выражающийся посредством социальных движений и политических протестов (Gereffi, Lee, 2016).
Установление стандартов может создавать барьеры для вхождения на рынок или увеличения доли добавочной стоимости организаций со слабым влиянием: посредством стандартов ведения документооборота, сроков выполнения услуг или патентного законодательства. И в то же время, стандарты и законы могут создавать юридическую защиту для малых производителей и торговых сетей, например, обязывая производителей предлагать одинаковые рыночные условия для всех ритейлеров (Радаев, Котельникова, Маркин, 2009).
Улучшения в цепях создания стоимости касаются 4 аспектов. Первый - это оптимизация процессов за счет реорганизации производства и улучшения производственной технологии (Humphrey, Schmitz, 2002). В оптимизации процессов больше заинтересованы производители, т.к. они составляют основную часть их деятельности.
Второй аспект - это оптимизация продуктов за счет смещения акцентов на более сложные и более ценные линейки продукции. В улучшении конечного продукта в большей степени заинтересованы ритейлеры, т.к. они извлекают основную прибыль из взаимодействия с конечным потребителем (Gereffi, Lee, 2016).
Третий аспект - это функциональное улучшение, описываемое как изменение своей роли в общей цепи поставок. В большей степени реализуется производителями. А четвертый аспект, заключающийся в диверсификации производственного процесса между более прибыльными цепями создания стоимости, интересует преимущественно ритейлеров. Данное разделение, опять же, связано особенностями работы производителей по выстраиванию единых иерархий и ритейлеров по созданию производственных сетей (Gereffi, Lee, 2016).
Из приведенного описания можно заключить, что в рамках каждой глобальной цепи поставок выделяются доминирующие и зависимые игроки, обладающие противоположными интересами (сохранения статус-кво или изменения структуры цепи поставок), которые необходимо привести к компромиссу для обеспечения работы цепи.
Однако на этапе поиска компромиссов в вертикальной иерархии цепей поставок партнеры сталкиваются с проблемами неопределенности, аналогичными проблемам неопределенности на рынке между стороной предложения и стороной спроса конечных потребителей. Партнерам по взаимодействию необходимо решить проблемы определения качества (quality) продуктов и услуг, оказываемых контрагентами друг другу, а также измерения ценности (values), которая придается этим качествам. Решение данных вопросов и достижение компромиссов между партнерами предположительно осуществляется с помощью коллективных калькулятивных устройств (collective calculative devices), о которых пойдет речь далее.
1.3 Калькулятивная система глобальной цепи поставок
В социологии оценивания рассматриваются процессы преодоления неопределенности в определении качеств и ценности товаров и услуг на рынках конечной продукции. В данном исследовании выдвигается предположение, что на рынках товаров и услуг по созданию добавочной стоимости, формирующих глобальные цепи поставок, работа с неопределенностью реализуется по аналогичным принципам. С поправкой на специфику продукции, координация осуществляется с помощью коллективных и распределенных калькулятивных систем (Callon, Muniesa, 2005).
Под калькулятивной системой понимается совокупность алгоритмов, процедур, технических устройств и живых акторов, которые в ходе своего взаимодействия формируют концепты и шкалы, по которым их можно измерить, необходимые для оценивания свойств объекта или ранжирования его ценности (Callon, Muniesa, 2005).
Представление о калькулятивной системе и значимости технических устройств в её работе восходит к акторно-сетевой теории Б. Латура о социальности как особом типе процессов по выстраиванию ассоциаций, связей между объектами (Латур, 2013). В рамках модели АСТ, не имеет принципиальной разницы, является ли объект, участвующий в выстраивании связи, на которую рефлексивно реагируют другие участники сети, живым и сознательным субъектом, или же это просто вычислительный алгоритм.
Основной причиной существования калькулятивных систем является неопределенность качеств и ценности продуктов, существующей как со стороны спроса, так и со стороны предложения на рынках. Патрик Асперс (Aspers, 2013) пишет о том, что представления о качестве строятся на основе выделения шкал номинальных переменных, по которым можно выделять и ранжировать свойства реальных объектов для последующего сравнения.
При этом сами по себе шкалы сравнения качеств не дают представлений о ценности наличия или степени выраженности того иного качества, поскольку ценность является институционально определяемой пользой того или иного свойства, качества (Beckert, 1996). Здесь важно подчеркнуть социальный и процессуальный характер определения ценностей, описанный Дэвидом Старком (Старк, 2009). Поскольку от содержания понятия ценности зависит положение акторов в социальной структуре и их объем власти, будет осуществляться постоянная борьба за переопределение шкал оценивания качеств и восприятия их ценности.
В ходе процедуры оценивания не ожидается формирования объективных представлений о качествах объекта. Вместо этого калькуляция рассматривается как интерсубъективный процесс, в ходе которого удается преодолевать неопределенность и делать будущее более управляемым (Esposito, Stark, 2019), а также формировать единообразный способ восприятия объектов и понимать, на что обращают внимание другие акторы (Беунца, Старк, 2016).
Такое представление об интерсубъективности в противовес объективности открывает возможности для планирования изменений, а также объясняет значимость совместного создания концептов для описания оцениваемых объектов как основного элемента преодоления неопределенности (Esposito, Stark, 2019). В контексте глобальных цепей создания стоимости объектами для измерения является вклад участников в процесс совместного создания ценности (добавочной стоимости).
Кроме того, все участники взаимодействия заинтересованы в единообразном измерении качеств и ценностей для сохранения выгоды после завершения рыночного обмена и обеспечения стабильности и предсказуемости рыночного поля (Beckert, 2009). Поэтому создаваемые системы рыночного оценивания должны быть устойчивыми к изменениям, выдерживать «проверку реальностью» и обладать легитимностью в представлении обеих сторон рыночного взаимодействия (Болтански, Тевено, 2000).