Материал: Курс доказательственного права_ Гражданский процесс. Арбитра

--------------------------------

<1> Вестник ВАС РФ. 2011. N 4.

Вещественные доказательства оцениваются судом в совокупности с другими доказательствами. В результате сопоставления информации, полученной из вещественного доказательства в ходе его осмотра в судебном заседании, с другими доказательствами суд должен сделать логически обоснованный вывод о том, подтверждает ли вещественное доказательство существование или несуществование доказываемого обстоятельства дела.

Логическим операциям суда над информацией, полученной из вещественного доказательства, должна предшествовать оценка его относимости и допустимости. Относимость вещественного доказательства, т.е. связь между получаемой из него доказательственной информацией и доказываемым фактом, должна подтверждаться сведениями, полученными из других средств доказывания.

Так, при доказывании факта размещения спорного товарного знака на сайте ответчика в сети Интернет протокол осмотра вещественного доказательства, составленный нотариусом в порядке обеспечения доказательства, подтверждает только факт размещения товарного знака на определенном сайте. Если истец не представит доказательств принадлежности этого сайта ответчику, такое вещественное доказательство может быть отклонено как не относимое, так как не будет доказано незаконное использование товарного знака именно ответчиком.

Допустимость вещественного доказательства устанавливается посредством проверки соблюдения правил представления и исследования вещественного доказательства, установленных гражданским процессуальным или арбитражным процессуальным законодательством соответственно. В протоколе судебного заседания или в протоколе осмотра вещественного доказательства должны быть отражены действия по предоставлению возможности лицам, участвующим в деле, ознакомиться с ним и дать пояснения по результатам осмотра, результаты осмотра.

Например, согласно ч. 2 ст. 183 ГПК РФ протокол судебного заседания должен содержать сведения об оглашении протокола осмотра вещественного доказательства на месте или вещественного доказательства, подвергающегося быстрой порче. Неоглашение такого протокола приведет к нарушению правил исследования вещественного доказательства судом. В апелляционной инстанции такое доказательство на основании ч. 2 ст. 55 ГПК РФ может получить оценку недопустимого, поскольку оно получено судом с нарушением правил исследования, и привести к отмене судебного решения.

Глава 6. ЭКСПЕРТИЗА В ГРАЖДАНСКОМ И АРБИТРАЖНОМ ПРОЦЕССАХ, АДМИНИСТРАТИВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ

§ 1. Судебная экспертиза как форма использования специальных знаний в гражданском и арбитражном процессах, административном судопроизводстве

Одним из средств доказывания, предусмотренных ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, ч. 2 ст. 64 АПК РФ и ч. 2 ст. 59 КАС РФ, является заключение эксперта, которое представляет собой результат исследования, проведенного лицом, обладающим специальными знаниями, с целью получения

новых сведений об обстоятельствах, имеющих значение для правильного разрешения дела.

Процессуальное законодательство, допуская возможность применения специальных знаний с целью разрешения некоторых вопросов, возникающих в ходе рассмотрения конкретных дел, не раскрывает этого понятия.

В юридической литературе нет единой трактовки понятия "специальные знания".

Довольно длительное время в юридической доктрине господствовало мнение, в соответствии с которым специальные знания в первую очередь следует отграничивать от знаний, относящихся к области права, которыми обладают судьи и должны их применять в процессе разрешения конкретных дел. Из этого положения вытекает общепризнанный запрет назначения в гражданском, арбитражном процессах и административном судопроизводстве экспертизы для разрешения правовых вопросов, в том числе касающихся содержания и порядка применения норм иностранного права, поскольку эксперт привлекается судом для установления конкретных фактов, а не для разрешения вопросов права. Причем такая позиция относительно сущности специальных знаний, основываясь на нормах действующего процессуального законодательства, сохраняет свое главенствующее положение и в современной процессуальной литературе <1>, а также поддерживается судебной практикой.

--------------------------------

<1> См., например: Треушников М.К. Судебные доказательства. 3-е изд., испр. и доп. М., 2004. С. 192 - 193; Духно Н.А., Корухов Ю.Г., Михайлов В.А. Судебная экспертиза по новому законодательству России (в уголовном, гражданском, арбитражном, административных процессах). М., 2003. С. 3; Комментарий к Гражданскому процессуальному кодексу Российской Федерации / Под ред. М.С. Шакарян. М., 2003. С. 191; Комментарий к Федеральному закону "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" / Под общ. ред. В.И. Илюхина и Г.Н. Колбая. М., 2002. С. 40.

Так, Б. обратился в суд с заявлением о признании недействующим Постановления правительства Самарской области от 10 декабря 2008 г. N 473 "Об утверждении результатов государственной кадастровой оценки земельных участков в составе земель населенных пунктов Самарской области", а именно в части установления кадастровой стоимости земельного участка и в части установления среднего удельного показателя кадастровой стоимости земельного участка, полагая, что правовое регулирование в оспариваемой части снижает уровень его правовых гарантий как налогоплательщика, лишает права уплачивать законно установленные налоги, поскольку установленная кадастровая стоимость земельного участка значительно превышает ее рыночную стоимость. В ходе судебного разбирательства, ознакомившись с отчетом по определению кадастровой стоимости земельных участков в составе земель населенных пунктов в Самарской области, подготовленным ФГУП ФКЦ "Земля", Б. заявил ходатайство о назначении экспертизы отчета. Определением судьи Самарского областного суда от 17 ноября 2009 г. ходатайство было удовлетворено и по делу назначена судебная экспертиза отчета ФГУП ФКЦ "Земля" "Об определении кадастровой стоимости земельных участков в составе земель населенных пунктов Самарской области". Производство по делу было приостановлено до предоставления суду заключения экспертизы. В частной жалобе правительством Самарской области поставлен вопрос об отмене данного определения как постановленного с нарушением норм процессуального права.

Отменяя указанное Определение судьи Самарского областного суда от 17 ноября 2009 г. в

части приостановления производства по делу до предоставления суду заключения экспертизы, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ, в частности, указала, что из материалов по частной жалобе усматривается, что перед экспертом поставлены восемь вопросов, требующих толкования норм права, а производство по делу приостановлено в связи с назначением судом правовой экспертизы. Процессуальная особенность данного спора заключается в том, что задача суда сводится к исследованию свойств нормативного правового акта, полномочий органа, издавшего акт, выяснению соответствия оспариваемого нормативного правового акта другому нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, что прямо вытекает из положений ст. ст. 249, 251, 252 ГПК РФ. Поскольку поставленные судом на разрешение экспертизы вопросы касаются права, толкования и применения норм, которые относятся к компетенции суда, Судебная коллегия посчитала, что оснований для приостановления производства по делу до представления экспертного заключения у суда не имелось <1>.

--------------------------------

<1> Определение Верховного Суда РФ от 3 февраля 2010 г. N 46-Г09-27 // СПС "КонсультантПлюс".

Пленум Высшего Арбитражного Суда РФ в п. 8 Постановления от 20 декабря 2006 г. N 66 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" <1>, утратившего силу в связи с принятием Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 4 апреля 2014 г. N 23, также обращает внимание на то обстоятельство, что вопросы права и правовых последствий оценки доказательств относятся к исключительной компетенции суда. Единственный случай, когда суд может привлечь эксперта для решения правового вопроса, - это необходимость установления норм иностранного права. Пункт 9 указанного Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 4 апреля 2014 г. N 23 содержит аналогичные разъяснения, при этом указано, что в целях установления содержания норм иностранного права суд может обратиться в установленном порядке за содействием и разъяснением в компетентные органы или организации, привлечь специалиста либо эксперта, при этом при привлечении лица, обладающего специальными знаниями в области иностранного права в качестве эксперта суд руководствуется законодательством Российской Федерации о судебно-экспертной деятельности, а также нормами АПК РФ, регулирующими вопросы назначения и проведения экспертизы.

--------------------------------

<1> Вестник ВАС РФ. 2007. N 2.

Между тем все активнее высказывается противоположная точка зрения, суть которой состоит в том, что в настоящее время к числу специальных знаний следует относить и знания, носящие правовой характер, связанные с положениями той или иной отрасли права и выходящие за пределы профессиональной подготовки судей, что влечет за собой возможность использования этих специальных знаний в форме консультации специалиста по правовым вопросам, которыми не владеют судьи, либо даже в форме проведения правовой экспертизы <1>.

--------------------------------

<1> Например: Филиппов П.М., Мохов А.А. Использование специальных знаний в судопроизводстве России. Волгоград, 2003. С. 27 - 35; Россинская Е.Р. Современные проблемы

использования специальных познаний в судопроизводстве // Судебная экспертиза: теоретические, практические, дидактические вопросы: Сборн. науч. тр. М., 2002. С. 12 - 16; Лукьянова И.Н. Экспертиза в арбитражном процессе // Защита прав граждан и юридических лиц в российском и зарубежном праве (проблемы теории и практики): Сб. статей и тезисов аспирантов и молодых ученых. М., 2002. С. 131; Жижина М.В. Криминалистическая экспертиза документов в арбитражном судопроизводстве: Дис. ... канд. юрид. наук. М., 2003. С. 42 - 43; Комментарий к законодательству о судебной экспертизе. Уголовное, гражданское, арбитражное судопроизводства / Отв. ред. В.Ф. Орлова. М., 2004. С. 91; Россинская Е.Р. Судебная экспертиза в гражданском, арбитражном, административном и уголовном процессе. М., 2005. С. 12 - 18; Россинская Е.Р., Галяшина Е.И. Настольная книга судьи: судебная экспертиза. Теория и практика, типичные вопросы и нестандартные ситуации.

Изменение взглядов на содержание понятия "специальные знания" связано с активным проникновением права в общественную жизнь, которое наблюдается в последние годы: изменение экономической жизни общества вызвало рост числа общественных отношений, требующих правового регулирования, что, в свою очередь, породило огромное количество нормативных актов, особенно подзаконных, ориентироваться в которых трудно даже профессиональным юристам.

Стимулом к пересмотру понятия "специальные знания" и отнесению к их числу правовых знаний послужило закрепление, во-первых, в Законе о Конституционном Суде РФ нормы о вызове эксперта для дачи заключения по вопросам, касающимся рассматриваемого дела (ст. 63 указанного Закона), т.е. по вопросам, носящим правовой характер, а во-вторых, в редакции АПК РФ 2002 г. положения, в соответствии с которым для установления содержания норм иностранного права возможно привлечение экспертов (ч. 2 ст. 14 АПК РФ).

Допуская в целом возможность использования в качестве специальных знаний правовых знаний, современные процессуалисты по-разному определяют пределы их использования, критерии, отграничивающие специальные знания такого рода от знаний права, которыми должны обладать судьи, и формы их использования в процессе рассмотрения конкретных дел.

Если, например, П.М. Филиппов и А.А. Мохов считают вопрос о назначении экспертизы по правовым вопросам дискуссионным, в отличие от дачи консультации специалиста по указанным вопросам, которая является вполне допустимым процессуальным действием <1>, то И.Н. Лукьянова считает возможным использование специальных знаний в обеих формах с целью разрешения правовых вопросов, одновременно формулируя критерий, позволяющий отграничить экспертизу по правовым вопросам от заключения специалиста по аналогичным вопросам: специалист не должен решать вопрос о применимости конкретной нормы права к рассматриваемому делу или о том, каким образом эта норма должна применяться в конкретном случае <2>.

--------------------------------

<1> Филиппов П.М., Мохов А.А. Указ. соч. С. 29.

<2> Лукьянова И.Н. Экспертиза в арбитражном процессе // Защита прав граждан и юридических лиц в российском и зарубежном праве (проблемы теории и практики): Сб. статей и тезисов аспирантов и молодых ученых. С. 131.

Е.Р. Россинская обращает внимание на возникшую в практике рассмотрения уголовных,

гражданских дел и дел об административных правонарушениях потребность в проведении правовых экспертиз, которая в настоящее время реализуется путем приобщения консультации специалиста по правовым вопросам к материалам дела в качестве письменных доказательств либо путем воспроизведения содержащихся в ней сведений в каких-либо процессуальных документах, и в связи с этим на необходимость законодательного закрепления проведения таких экспертиз <1>. При этом к категории специальных юридических знаний она предлагает относить те вопросы в рамках каждой отрасли права, которые не относятся к числу общеизвестных для практикующих юристов, наиболее часто используемых ими знаний <2>. Более того, Е.Р. Россинская предлагает в каждой из отраслей права условно очертить круг общеизвестных для практикующих юристов наиболее часто востребуемых ими знаний и специальных знаний <3>.

--------------------------------

<1> Россинская Е.Р. Судебная экспертиза в гражданском, арбитражном, административном и уголовном процессе. С. 16.

<2> Там же. С. 14.

<3> Россинская Е.Р., Галяшина Е.И. Указ. соч.

М.В. Жижина предлагает расширить понятие "специальные знания" за счет включения в него вопросов права и вопросов, пограничных с правовыми, необходимых для решения, в частности, так называемых нормативистских задач. Исходя из этого автор определяет специальные знания - как знания в области любой научной, творческой и практической деятельности, выходящей, с одной стороны, за пределы правовой компетенции органов суда и следствия, а с другой - за пределы сведений об общеизвестных фактах <1>.

--------------------------------

<1> Жижина М.В. Криминалистическая экспертиза документов в арбитражном судопроизводстве: Дис. ... канд. юрид. наук. С. 42 - 43.

Анализируя указанную выше позицию современных процессуалистов, следует поставить под сомнение возможность предлагаемого ими свободного расширения понятия "специальные знания" за счет включения в него знаний, относящихся к различным отраслям права. Признание за правовыми знаниями характера специальных и, следовательно, возможность назначения экспертизы или привлечения специалиста для решения правовых вопросов требует четкого законодательного разграничения вопросов, решение которых должно относиться к компетенции судей как специалистов, знающих и умеющих применять нормы всех отраслей права, и вопросов правового характера, для разрешения которых знания судей недостаточны и потому необходимы более глубокие знания специалистов более узкого профиля в области той или иной отрасли права. К слову сказать, ни один из сторонников включения правовых знаний в число специальных не определяет критерии такого разграничения. Если же четко не обозначить эту границу и предоставить судьям возможность по собственному усмотрению решать вопрос о необходимости привлечения специалиста для решения правовых вопросов, дело может дойти до того, что будут назначаться экспертизы или получаться консультации специалистов по любым сколько-нибудь сложным вопросам применения норм права (прежде всего материального, не только иностранного, но и российского), кроме тех норм, которые зафиксированы в кодифицированных нормативных актах.