Материал: Курс доказательственного права_ Гражданский процесс. Арбитра

информации не только адвокатами, но и иными лицами регулируется Федеральным законом "Об информации, информационных технологиях и о защите информации", как это следует из п. 1 ч. 1 ст. 1 данного Закона. Наряду со свободой поиска, получения, передачи, производства и распространения информации любым законным способом одним из принципов правового регулирования отношений в сфере информации, информационных технологий и защиты информации согласно ст. 3 указанного Закона является неприкосновенность частной жизни, недопустимость сбора, хранения, использования и распространения информации о частной жизни лица без его согласия.

В соответствии со ст. 9 Федерального закона "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" запрещается получать информацию о частной жизни физического лица, в том числе информацию, составляющую личную или семейную тайну, помимо воли гражданина (физического лица), если иное не предусмотрено федеральными законами.

Статья 10 Федерального закона от 27 июля 2006 г. N 152-ФЗ "О персональных данных" <1> устанавливает особую охрану специальных категорий персональных данных, под которыми понимается любая информация о расовой, национальной принадлежности, политических взглядах, религиозных или философских убеждениях, состоянии здоровья, интимной жизни прямо или косвенно определенного или определяемого физического лица. Обработка таких персональных данных указанными в ч. 1 ст. 1 названного Закона способами, т.е. позволяющими осуществлять в соответствии с заданным алгоритмом поиск персональных данных, зафиксированных на материальном носителе и содержащихся в картотеках или иных систематизированных собраниях персональных данных, и (или) доступ к таким персональным данным, запрещена.

--------------------------------

<1> Российская газета. 2006. 29 июля.

Однако такой запрет не распространяется, как следует из того же Закона, на некоторые случаи, в том числе если обработка персональных данных необходима для установления или осуществления прав субъекта персональных данных или третьих лиц, а равно и в связи с осуществлением правосудия. Под обработкой персональных данных п. 3 ст. 3 Федерального закона "О персональных данных" подразумевает среди прочего их передачу. Таким образом, указанный Закон не ограничивает возможность представлять в суд персональные данные, включая информацию личного характера, субъектом, осуществляющим обработку персональных данных, способом, позволяющим осуществлять в соответствии с заданным алгоритмом их поиск в систематизированном собрании данных.

Федеральный закон "О персональных данных" не регулирует отношения, в которых не участвует такой субъект, т.е. отношения в связи с представлением в суд сведений личного характера, содержащихся, например, в аудиоили видеозаписи, сделанной частным лицом, не занимающимся обработкой персональных данных (например, запись признания долга заемщиком, сделанная без его согласия). Так как названный Закон регулирует правоотношения, к которым законодатель демонстрирует более строгое отношение, положение п. 6 ч. 2 ст. 10 на основании аналогии закона тем более может быть применено к отношениям между частными лицами по поводу представления зафиксированных в аудиоили видеозаписи персональных данных в суд, когда такие правоотношения не подпадают под действие Федерального закона "О персональных данных".

Следует особо остановиться на вопросе о допустимости аудио- и видеозаписей, фиксирующих сведения о должностных лицах, государственных и муниципальных служащих, деятельности государственных органов и органов местного самоуправления. В судебной практике есть случай предъявления иска сотрудником ГИБДД к водителю, разместившему в сети Интернет видеозапись разговора с истцом во время его дежурства, о взыскании компенсации морального вреда <1>.

--------------------------------

<1> Викторов С. Инспектор ДПС через суд требовал возместить 10 рублей морального ущерба // http://v1.ru/text/newsline/602503.html.

Пункт 3 ст. 3 Федерального закона "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" в качестве одного из принципов правового регулирования отношений в сфере информации, информационных технологий и защиты информации называет открытость информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления и свободный доступ к такой информации, кроме случаев, установленных федеральными законами. В п. 3 ч. 4 ст. 8 указанного Закона содержится прямой запрет на ограничение доступа к информации о деятельности государственных органов и органов местного самоуправления, а также об использовании бюджетных средств (за исключением сведений, составляющих государственную или служебную тайну).

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 28 июня 2012 г. N 1253-О обозначил содержание права на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну как предоставленную человеку и гарантированную государством возможность контролировать информацию о самом себе, препятствовать разглашению сведений личного, интимного характера, включив в понятие "частная жизнь" только ту область жизнедеятельности человека, которая относится к отдельному лицу, касается только его и не подлежит контролю со стороны общества и государства, если носит непротивоправный характер <1>.

--------------------------------

<1> СПС "КонсультантПлюс".

Таким образом, аудио- и видеозаписи действий государственных и муниципальных служащих, представителей государственных органов и органов муниципальных образований при исполнении ими своих обязанностей могут представляться в суд в качестве допустимых доказательств без ограничений и без согласия таких лиц и органов.

Возможность представления аудио- и видеозаписей, содержащих сведения личного характера, следует также из установления в ГПК РФ специальных правил исследования таких записей.

Статья 185 ГПК РФ определяет порядок исследования аудио- и видеозаписей, на которых запечатлены сведения личного характера, отсылая к ст. 182 ГПК РФ, запрещающей оглашать и исследовать в открытом судебном заседании переписку и телеграфные сообщения граждан без согласия лиц, между которыми эти переписка и телеграфные сообщения происходили. Запрет, установленный ст. 182 ГПК РФ, применительно к аудио- и видеозаписям, содержащим сведения личного характера, означает, что они могут воспроизводиться и исследоваться в открытом

судебном заседании только с согласия лиц, сведения личного характера о которых зафиксированы в аудиоили видеозаписи.

Следовательно, законодатель предусмотрел только необходимость получения согласия лица, сведения личного характера о котором содержит такая запись, на ее воспроизведение и исследование в открытом судебном заседании. Если такое согласие не получено или его невозможно получить, запись должна воспроизводиться и исследоваться в закрытом судебном заседании.

Изложенное свидетельствует о верности суждения Н.Г. Елисеева о том, что допустимость ориентирована на форму судебного доказательства и не зависит от его содержания <1>.

--------------------------------

<1> См.: Елисеев Н.Г. Основные понятия доказательственного права // Законы России: опыт, анализ, практика. 2007. N 1.

Судебная практика свидетельствует о том, что аудио- и видеозаписи принимаются судом как допустимые доказательства, даже если сторона, против которой представляется такое доказательство, не давала согласия на ее осуществление и возражает в судебном заседании против ее использования при вынесении решения на этом основании <1>.

--------------------------------

<1> Постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26 марта 2009 г. N 15АП-1119/2009; решение Арбитражного суда Свердловской области от 2 октября 2008 г. N А60-12628/2008-С7 // СПС "КонсультантПлюс"; Кондратьева И. Больше ни звука: будет ли доказательством аудиозапись, сделанная без уведомления, решал ВС // https://pravo.ru/story/view/137405/.

Законодатель не ограничивает в гражданском и арбитражном процессах допустимость письменных доказательств или свидетельских показаний, содержащих сведения личного характера. Даже в уголовном процессе аудио- и видеозаписи, сделанные частным лицом, допустимы, даже если они фиксируют сведения личного характера без согласия другого лица. Такие записи должны быть вовлечены в уголовное производство в соответствии с нормами УПК РФ об изъятии с оформлением протокола изъятия.

Установление в гражданском и арбитражном процессах более строгих правил для аудио- и видеозаписей по сравнению с другими средствами доказывания необоснованно ограничивало бы использование таких записей в качестве доказательств.

Возможность использования аудио- и видеозаписей, изготовленных одним частным лицом без согласия другого частного лица, сведения о котором зафиксированы на записи, в качестве допустимого доказательства в гражданском и арбитражном процессах не освобождает изготовителя записи от ответственности, предусмотренной действующим законодательством за сбор персональных данных и вторжение в частную жизнь.

Допуск судом аудиоили видеозаписи, на которой зафиксированы персональные сведения или сведения о частной жизни, не лишает лицо, о котором такие сведения незаконно зафиксированы, возможности защищать свое право на неприкосновенность частной жизни

предъявлением иска о взыскании компенсации морального вреда или иным предусмотренным законом способом, если такие сведения были получены неправомерно. Статьей 17 Федерального закона "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" определены возможные способы защиты прав и законных интересов, нарушенных в связи с разглашением информации ограниченного доступа или иным неправомерным использованием такой информации.

Лицо, право которого на неприкосновенность частной жизни нарушено, может обратиться с исками о возмещении убытков, компенсации морального вреда, защите чести, достоинства и деловой репутации.

Аудио- и видеозаписи, на которых зафиксированы сведения, для которых процессуальным законом предусмотрена специальная форма, не должны использоваться в качестве допустимых доказательств. Например, имеющие значение для дела сведения, сообщаемые в аудиоили видеозаписи очевидцем обстоятельств, не могут заменить собой свидетельские показания, получаемые в ходе устного допроса свидетеля судом. Правила обязательного устного допроса свидетеля, установленные в ГПК РФ и АПК РФ, направлены на предоставление суду и лицам, участвующим в деле, возможности проверить достоверность свидетельских показаний, оценив в ходе непосредственного допроса его способность воспринимать, запоминать и воспроизводить излагаемую им информацию. Воспроизведение аудиоили видеозаписи показаний "свидетеля" такую возможность не может обеспечить.

В одном из своих Определений Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отклонила "видеоматериал с записью о функционировании сайта" как не соответствующий требованиям ст. 77 ГПК РФ <1>. Представляется, что, даже если бы такой видеоматериал был представлен в соответствии с требованиями ст. 77 ГПК РФ, он был бы недопустим. Сведения, расположенные на странице в сети Интернет, должны быть исследованы по правилам, предусмотренным для письменных доказательств, так как информация в электронном и цифровом виде прямо отнесена ГПК РФ к таким средствам доказывания. Вне судебного заседания, как известно, исследовать доказательство может только нотариус в порядке обеспечения доказательств, при условии, что производство по делу в суде еще не возбуждено.

--------------------------------

<1> Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 29 ноября 2003 г. N 49-Г03-139 // СПС "КонсультантПлюс".

Если нотариус при составлении протокола осмотра письменного или вещественного доказательств в порядке обеспечения доказательства осуществляет также аудиоили видеозапись, то такая запись является частью протокола процессуального действия. В судебном заседании протокол, составленный нотариусом, должен быть оглашен. Представляется, что прилагаемая к протоколу аудиоили видеозапись может быть воспроизведена судом в объеме, необходимом для восприятия содержания видеозаписи.

Поднимая проблему использования в качестве судебных доказательств аудиозаписей, полученных без согласия лиц, сведения о которых на них зафиксированы, Н.А. Чечина ставила под сомнение их использование судом в случае, когда содержание таких записей противоречит нормам морали. Вопрос о допустимости доказательства, содержание которого противоречит нормам морали, является самостоятельным и не должен находиться в зависимости от того, дает ли согласие на воспроизведение такого доказательства в суде лицо, сведения о котором

зафиксированы на записи. Более того, вопрос о том, должно ли приниматься в качестве допустимого доказательство с таким содержанием, актуален при получении и исследовании любого средства доказывания (показания свидетеля, письменный документ могут содержать, например, нецензурные выражения).

Следует согласиться с А.Г. Прохоровым в том, что "из соображений этического порядка едва ли можно отвергать в целом целесообразность расширения круга процессуальных средств доказывания за счет новых источников информации" <1>. Однако предложение автора не доводить до слушателей ту часть содержания аудиозаписей, которую суд находит аморальной, заслуживает критической оценки.

--------------------------------

<1> Прохоров А.Г. Указ. соч. С. 16 - 17.

Несоответствие сведений, имеющих доказательственное значение, нормам морали не является основанием для признания недопустимыми традиционных средств доказывания. Причины для установления для аудио- и видеозаписей более строгих правил по сравнению с действующими для традиционных средств доказывания отсутствуют. Однако зал судебных заседаний не должен становиться местом для развлечения публики доказательствами непристойного содержания. Чтобы не допустить умаления авторитета суда, у председательствующего должно быть полномочие выносить определение об исследовании доказательств, в том числе о воспроизведении аудиоили видеозаписи, содержание которой является непристойным, не соответствует нормам морали, в закрытом судебном заседании.

Оценка достоверности аудио- и видеозаписи. Достоверность аудиоили видеозаписи подлежит проверке и оценке судом путем сопоставления с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Процесс формирования и исследования аудио-, видео-, фото-, кинодокументов несколько отличается от процесса формирования и исследования традиционных письменных документов. Эти документы не проходят такую стадию формирования, как сохранение полученных сведений в памяти автора документа. Восприятие обстоятельств лицом, которое изготовило видеоили аудиозапись, киноили фотодокумент (далее - "автор"), отличается от восприятия обстоятельств видео-, аудио-, фотоили кинотехникой. Видео-, аудио-, кино-, фототехника объективно фиксирует все происходящее в ее "поле зрения": как сведения об обстоятельствах, осознанно воспринятые "автором", так и сведения, не воспринятые "автором". Следовательно, такие документы могут содержать сведения об обстоятельствах дела, которые "автор" в традиционном письменном документе не смог бы зафиксировать, так как по субъективным причинам (плохое зрение или невнимательность, например) не смог бы воспринять факты действительности. Однако от воли "автора" зависит, что именно попадет в кадр или в поле действия микрофона.

Личностные характеристики "автора" фото- и кинодокумента, аудио- и видеозаписи оказывают незначительное влияние на этапе восприятия и фиксации обстоятельств дела в кино-, фотодокументе, аудиоили видеозаписи. Стадия сохранения в памяти человека сведений о воспринятых обстоятельствах отсутствует в процессе формирования таких документов. Кроме того, фиксируя в обычном письменном документе свои мысли с помощью специальных знаков, автор описывает обстоятельства дела, пропуская сведения об обстоятельствах дела через свое сознание. Субъективные факторы оказывают влияние на достоверность содержания фото-, кинодокумента, аудио- и видеозаписи в меньшей степени, чем на достоверность содержания