Бакэу40.
Много интересного и поучительного было и в использовании родов войск. Опыт боев в горах показал, что полевая артиллерия всех систем успешно решала свои задачи. Однако основная ее масса действовала вдоль дорог. Неимоверные трудности представляла смена огневых позиций. Самым эффективным средством поддержки пехоты в наступательных боях в горах были минометы.
Самостоятельное использование танков на труднодоступных участках в горах, покрытых лесом, исключалось. Они, как правило, действовали в боевых порядках пехоты. Характерно, что использование даже единичных машин там, где противник не ожидал их появления, приводило к большому успеху.
На доступных участках местности танки использовались массированно, на направлении главного удара, на местности же труднодоступной они придавались частям и подразделениям, действуя небольшими группами в боевых порядках пехоты. Часть танков оставалась в резерве командира дивизии.
При наступлении в горах неоценимую помощь пехоте, артиллерии и танкам оказывали саперы. Они привлекались также для обеспечения флангов наступающих войск, устройства инженерных заграждений, отрывки окопов, производства разграждений и других работ. Однако главная задача саперов состояла в обеспечении продвижения войск.
Вот как описывал Маршал Советского Союза А.А. Гречко беспримерное мужество и упорство саперов при наступлении в Карпатах: «Шел сильный дождь, место работы непрерывно обстреливалось. Дорогу нужно было строить вверх на высоту через лес, где были только узенькие тропинки, через крутые подъемы. Деревья в лесу были толщиной до 40 см, грунт мягкий и глинистый. Четверо суток без отдыха под дождем и огнем противника работали саперы. Проложив первую дорогу, саперы на руках вытаскивали пушки на высоту. Глинистая дорога от дождя быстро приходила в негодное состояние. Тогда саперы прокладывали новую дорогу и снова тащили пушки.
Шесть дорог на гору Синькова общей длиной 5 км проложили по лесам и кручам саперы Панова, 54 пушки втянули на высоту. Выполнением этого задания они помогли пехоте взять Руске»41.
Труднопроходимая горная местность снижала темпы наступления. Ограниченное количество или полное отсутствие дорог, сложный рельеф местности, густые туманы, раскисший грунт или гололед требовали от войск огромного напряжения, тщательной подготовки личного состава, материальной части и технического обеспечения. Темп продвижения в горах по опыту наступления в Карпатах нередко снижался, до 2,5 км в сутки. Это происходило не только из-за сопротивления противника, но и вследствие частого применения обходов и охватов. В наиболее трудных условиях скорость движения войск иногда не превышала 1 км/ч.
Относительно высоких темпов наступления удалось достичь нашим войскам при преодолении горного хребта Большой Хинган в августе 1945 г. Например, танковые бригады 5-го гвардейского танкового корпуса горный участок в 40 км преодолели за 7 часов со скоростью 5-6 км/ч. Правда, в их составе почти не было колесных машин. А вот части 7-го механизированного корпуса двигались значительно медленнее. 11 августа в журнале боевых действий этого корпуса появилась запись: «Корпус совершил самый трудный в своей истории переход»42. И это несмотря на то, что частям 7-го гвардейского механизированного корпуса приходилось и ранее действовать в горно-лесистых районах Румынии, Венгрии и Чехословакии и они уже имели богатый опыт боевых действий в горах.
Необходимо заметить, что преодоление хребта Большой Хинган осуществлялось без значительного сопротивления противника, но в очень сложных метеорологических условиях. Разбушевавшаяся стихия привела в негодность и без того плохие дороги. На трудных участках спуск танков осуществлялся с помощью тросов. Две машины, соединенные тросом, двигались друг за другом, задний танк тормозил спуск переднего. Автомашины также соединялись по несколько штук. В этих условиях водители проявляли высокое мастерство и беспримерный героизм. Преодоление горного хребта проходило ночью под проливным дождем, каждую минуту любая машина могла сорваться в пропасть.
При захвате в горах командных высот, перевалов и узлов дорог решающую роль играл широкий маневр на обход и охват. Обобщая опыт боев в горах, Маршал Советского Союза А.А. Гречко писал: «Почти
каждая задача решалась с применением обходов и охватов с проникновением через незанятые промежутки во фланг и тыл противнику...»43. Овладение высотами очень редко решалось фронтальной атакой. Как правило, с фронта действовали небольшие группы для отвлечения внимания и сковывания главных сил противника.
Ярким примером наступления в горах, который показывает основные особенности боя в этих условиях, являются действия 167-й гвардейской стрелковой дивизии 1-й гвардейской армии в Карпатах в октябре 1944 г.44.
Дивизия решала задачу по захвату перевала Руске - важнейшего оперативного пункта, овладение которым открывало путь в глубь Чехословакии. Общая обстановка к началу действий показана на схеме 20.
Оборона противника опиралась на систему опорных пунктов и узлов сопротивления на высотах 813, 1000, 1046. Бои предстояло вести в сложных условиях горно-лесистой местности. Выс. 1000 надежно прикрывала подступ к перевалу, а выс. 813 господствовала над местностью На правом фланге. Это создавало
противнику хорошие условия для построения системы перекрестного и фланкирующего огня перед передним краем и в глубине его обороны.
Скаты высот 1000, 995 и 737 имели значительную крутизну, были малодоступны для действий тяжелого вооружения и боевой техники, а также затрудняли использование артиллерии для стрельбы прямой наводкой.
167-я стрелковая дивизия (465, 520, 615-й стрелковые полки) получила задачу нанести удар в направлении выс. 737, Руске и овладеть безымянными высотами 500 м западнее Руске. В последующем одним полком нанести удар вдоль шоссе на север, во взаимодействии с частями 129-й гвардейской дивизии уничтожить противника в районе высот 1000, 1046 и полностью овладеть перевалом, а двумя полками развивать наступление в направлении выс. 565 и овладеть рубежом выс. 603, Велька Поляна.
Основная идея замысла боя заключалась в обходе противника, оборонявшего перевал, нанесении удара с флангов и тыла с одновременным развитием наступления вдоль дороги.
Для выполнения поставленной задачи командир дивизии построил боевой порядок в два эшелона: в первом - 465-й и 520-й стрелковые полки; во втором - 615-й стрелковый полк, который планировалось ввести в
бой после выполнения ближайшей задачи. В предвидении возможных контратак противника со стороны перевала боевые порядки полков строились, уступом влево.
Кначалу наступательных действий 180-му саперному батальону дивизии и 114-му саперному батальону 6-й инженерной бригады была поставлена задача готовить дорогу для артиллерии через выс. 995. Начавшиеся дожди размыли дороги и горные тропы, сделав их еще менее доступными. Это создавало угрозу своевременному занятию артиллерией своих огневых позиций. Командир дивизии принял решение выдвигать артиллерию на руках, не останавливаясь в случае необходимости перед .разборкой орудий. Выход частей дивизии в исходное положение был тщательно подготовлен, в каждой роте назначались проводники. Несмотря на исключительно тяжелые условия (темнота, бездорожье, дождь), пехота своевременно заняла исходное положение для наступления.
Огневые позиции артиллерии, выделенной для стрельбы прямой наводкой, были намечены на высотах 995 и 737. Дорог здесь вообще не было, и подъем артиллерии производился на руках с привлечением к этой работе пехоты и личного состава специальных и тыловых подразделений. К началу артиллерийской подготовки удалось поставить на прямую наводку 27 орудий. Боеприпасы подавались только вьючным транспортом и на носилках.
Главной задачей инженерного обеспечения была подготовка маршрутов и проходов для артиллерии и танков. Несмотря на сложный рельеф местности, саперным частям удалось обеспечить продвижение артиллерии, а затем и танков по северным скатам выс. 995 и подготовить дороги на высотах 813 и 737. Личный состав саперных подразделений и частей непрерывно работал на маршрутах, поддерживая их в проезжем состоянии (деревянные настилы, отвод воды, срезка крутостей и т.д.). Авиация в первые дни боя не могла быть использована из-за низкой облачности.
Наблюдательные пункты командиров полков оборудовались на удалении 600-1000 м от своего переднего края на господствующих высотах, откуда обеспечивался хороший обзор и наблюдение за полем боя.
Наблюдательный пункт командира дивизии находился в 2 км от переднего края обороны противника. На нем находились: командир дивизии, командующий артиллерией, дивизионный инженер, начальник связи и офицер оперативного отделения.
С командных пунктов проводилась работа по организации взаимодействия, доставке боеприпасов, прокладке путей и т.д.
Наступление началось 3 октября в 13 часов. Противник оказал яростное сопротивление. Он непрерывно подвергал наступающие части огневым ударам шестиствольных минометов и артиллерии. Из-за
плохой видимости и недостаточной точности огня нашей артиллерии на переднем крае уцелело много огневых точек врага, которые открыли сильный огонь по атакующей пехоте.
В первые два дня части дивизии имели незначительный успех. Стало ясно, что дивизия не сможет одним полком разгромить противника на перевале. Командир дивизии решил ввести в бой второй эшелон и овладеть перевалом силами двух полков. В соответствии с этим были уточнены задачи полкам. 465-му стрелковому полку была поставлена задача уничтожить противника в лесу южнее выс. 1000 и овладеть шоссе севернее Руске; 615-му стрелковому полку - овладеть высотами западнее Руске, в последующем наступать на северную окраину этого населенного пункта и во взаимодействии с 465-м стрелковым полком окружить и уничтожить врага на перевале; 520-й стрелковый полк выполнял прежнюю задачу; 3-й батальон 615-го стрелкового полка находился в резерве.
Кисходу 5 октября части дивизии сломили сопротивление противника и вклинились в его оборону (схема 20), отражая неоднократные контратаки из Руске и шоссе северо-западнее его.
Стремясь во что бы то ни стало удержать перевал, неся огромные потери и непрерывно подбрасывая подкрепления, противник весь день 6 октября непрерывно контратаковал наши части. Отбивая яростные контратаки, наши части не имели продвижения, лишь один батальон 520-го стрелкового полка вышел к мосту на шоссе Велька Поляна - Руске. Это было очень важно, так как враг лишился путей отхода. Однако противник намеревался оборонять перевал до последнего солдата и продолжал ожесточенное сопротивление. Но перевал было необходимо взять, чтобы открыть единственный путь для наступления 1-й гвардейской армии в глубь Чехословакии. По личному приказу командарма в распоряжение командира 1'67-й стрелковой дивизии была выделена танковая рота 31-й танковой бригады.
Использовать танки вдоль шоссе было невозможно из-за сильного огня артиллерии противника и сплошного минирования. Было принято смелое решение: танки поднять на выс. 995 и нанести удар по выс. 1000 с направления, откуда враг меньше всего его ожидал. Для решения этой задачи было привлечено три саперных батальона. 7 октября к 12 часам на выс. 995 было поднято пять танков. Уже в 13 часов 3-й стрелковый
батальон 615-го стрелкового полка при поддержке этих танков перешел в атаку. Противник был ошеломлен такой внезапностью и обратился в паническое бегство. Батальон, быстро овладев выс. 1000, решил успех дальнейшего боя за перевал. 8 октября к 7 часам один из важнейших перевалов в Карпатах - перевал Руске - был в руках наших войск.
Опыт 167-й стрелковой дивизии при наступлении в горах весьма поучителен. Он показывает особенности использования родов войск и боевой техники, сложность инженерного обеспечения наступательного боя, трудность достижения высоких темпов наступления и необходимость осуществления маневра в целях выхода во фланг и тыл обороняющемуся противнику. Этот пример еще раз убеждает нас в том, что активные действия даже небольших сил пехоты, танков и других средств борьбы там, где противник этого не ожидает, имеют решающее значение.
Опыт наступления в горах в годы Великой Отечественной войны свидетельствует также о том, что способы его ведения имеют свои особенности, обусловленные спецификой горного рельефа, гидрографии и климата. В ходе наступления бой нередко распадался на ряд изолированных очагов борьбы, где в полной мере проявлялись самостоятельность подразделений и тактическое искусство командиров.
16.Наступление в городе
Вгоды Великой Отечественной войны большой опыт наши войска приобрели по захвату городов и ведению наступления на их улицах. Первый опыт был получен в боях на улицах Сталинграда. Он был широко распространен в войсках и нашел отражение в уставах. Так, Полевой устав Красной Армии 1943 г. отмечал, что бои внутри города распадаются на ряд отдельных местных столкновений, что исход боя решают самостоятельные, инициативные действия даже небольших подразделений. Требования устава постоянно проверялись, а опыт непрерывно совершенствовался в ожесточенных боях на улицах Харькова, Кенигсберга, Будапешта, Берлина и многих других городов.
Взависимости от конкретных условий применялись различные способы захвата городов. В том случае, если нашим войскам удавалось разгромить противника на подступах к городу, они овладевали им с ходу. Если враг заранее организовывал оборону города силами большого гарнизона и захват его с ходу был невозможен или нецелесообразен, город брали штурмом после всесторонней подготовки. Можно привести множество примеров успешных действий войск по захвату города с ходу. Например, взятие г. Ченстохов 13-й гвардейской стрелковой дивизией в Висла-Одерской операции в январе 1945 г. Эта дивизия, героически сражавшаяся в Сталинграде, имела богатый опыт уличных боев.
16 января 13-я гвардейская стрелковая дивизия развивала стремительное наступление. Противник отступал в направлении Ченстохов, стремясь занять оборону на подготовленном рубеже по западному берегу р. Варта. Учитывая сложившуюся обстановку, командир дивизии поставил задачу 42-му гвардейскому стрелковому полку: действуя в качестве передового отряда, преследовать отходящего противника, на его плечах ворваться в г. Ченстохов, овладеть им и удерживать его до подхода главных сил. Личный состав полка был посажен десантом на танки и самоходно-артиллерийские установки.
17 января в 8 часов полк приступил к выполнению боевой задачи. Уничтожая по пути отходящие группы и заслоны врага, он к 14 часам вышел к городу.
Противник контратаковал полк силою до батальона пехоты с танками при поддержке 30 бомбардировщиков. Отразив контратаку, полк ворвался в город и, взаимодействуя с танками, начал продвигаться к его западной окраине. К 20 часам, когда подошли главные силы дивизии, город был полностью очищен от врага. Дивизия успешно выполнила поставленную задачу.
Отличное знание задачи всеми командирами, тесное взаимодействие пехоты с танками и
артиллерией, быстрота действий, решительность и воля к победе всего личного состава обеспечили разгром противника и овладение крупным промышленным центром Польши - городом Ченстохов - с ходу45.
Организация штурма города и его осуществление являлись делом более сложным, чем захват с ходу,
иимели ряд специфических особенностей, которые заключались в следующем. В боевых порядках частей и подразделений создавались штурмовые отряды и группы, которые усиливались саперами, артиллерией, огнеметами и танками. Личный состав штурмовых отрядов и групп снабжался большим запасом ручных гранат, в том числе и дымовых, бутылками с горючей смесью и противотанковыми гранатами.
Всостав штурмовых групп выделялось от взвода до стрелковой роты. Они усиливались одним-двумя отделениями станковых пулеметов, одним-двумя отделениями ранцевых огнеметов, одним-двумя взводами артиллерии, взводом танков или самоходно-артиллерийских установок.
Штурмовой отряд по своему составу создавался более сильным и состоял, как правило, из усиленного стрелкового батальона. Например, в состав штурмового отряда 84-го гвардейского стрелкового полка 33-й гвардейской стрелковой дивизии при штурме г. Кенигсберг в апреле 1945 г. входил 2-й стрелковый батальон, усиленный четырьмя танками, восемью самоходно-артиллерийскими установками, батареей 120-мм минометов, взводом 122-мм гаубиц и взводом 76-мм пушек, ротой саперов, отделением химиков и отделением ранцевых огнеметов.
Боевые задачи полкам определялись исходя из плана застройки районов города, характера строений, сил и состава противника. Как правило, боевая задача в городе ставилась менее глубокой, чем в обычных условиях. Так, при штурме г. Кенигсберг глубина задач 235-й стрелковой дивизии составляла: ближайшей - 0,8 км, последующей - 2,2 км, задачи дня - 4 км.
Приданные танки обычно входили в состав штурмовых отрядов и действовали непосредственно в их боевых порядках. Часть танков оставалась в резерве для отражения контратак противника и прикрытия флангов. Танки, как правило, действовали совместно с пехотой, находясь в ее боевом порядке; они уничтожали вражеские огневые точки, мешавшие пехоте, а последняя уничтожала вражеских истребителей, вооруженных фаустпатронами. Каждое отделение обстреливало заранее назначенный этаж. Танки двигались по обеим сторонам улиц, при этом тот, который двигался по правой стороне, обстреливал здания на левой стороне улицы и наоборот.
Продвижение внутри крупного населенного пункта осуществлялось путем просачивания по дворам, садам, переулкам, через проломы в стенах домов, по подземным ходам и тоннелям. По улицам продвигались мелкие подразделения, усиленные танками, и самоходно-артиллерийскими установками.
Артиллерийская поддержка осуществлялась последовательно. На глубину 400 м оборона подвергалась сплошному поражению, а глубже обстреливались только площади, перекрестки и угловые здания. По мере продвижения подразделений огонь перемещался в глубину. Цели, непосредственно угрожавшие пехоте, уничтожались огнем прямой наводкой артиллерии, танков и самоходно-артиллерийских установок.
Особого внимания заслуживает порядок взаимодействия пехоты и танков с артиллерией при овладении крупным зданием. Артиллерия крупного калибра и тяжелые самоходно-артиллерийские установки вели огонь по подвалам и нижним этажам, 45-мм и 76-мм пушки били по окнам средних и верхних этажей, а минометы вели огонь по крышам домов. Под прикрытием такого огня штурмовые группы приближались к зданиям и в установленное время бросались на штурм объекта. Для разрушения каменных и железобетонных сооружений перед артиллерийской подготовкой назначался период разрушения. Огромное значение придавалось ведению огня прямой наводкой (в том числе из орудий большого калибра) для разрушения оборонительных сооружений на переднем крае, уничтожения живой силы и огневых средств в подвалах и прочных зданиях.
Большое значение при бое в городе имели огнеметные подразделения. Через бойницы, окна, проломы они «выжигали» противника из подвалов и помещений. Во многих случаях их действия имели решающее значение. Например, при штурме форта «Цитадела» крепости Познань в феврале 1945 г. штурмовой отряд 236- го гвардейского стрелкового полка 74-й гвардейской стрелковой дивизии был остановлен огнем противника. Командир отряда, подтянув артиллерию и танки, открыл огонь прямой наводкой по амбразурам и укреплениям врага. В это время огнеметчики установили две группы фугасных огнеметов (20 огнеметов) в 50-60 м от объекта атаки. В 22 часа 45 минут огнеметы были приведены в действие. Это ошеломило врага: его система огня оказалась расстроенной, а значительная часть огневых средств и живой силы сожжена. Штурмовой отряд почти без потерь овладел крупным зданием.
Инженерные подразделения три наступлении в городе использовались преимущественно в составе штурмовых групп и отрядов. Помимо обычных задач они вели разведку разминирование, зданий и других сооружений, выполняли подземно-минные работы, вели борьбу с пожарами, осуществляли подрыв зданий.
Одним из многочисленных примеров штурма крупного города являются бои 235-й стрелковой дивизии (732, 801 и 806-й стрелковые полки) за Кенигсберг в апреле 1945 г.46 (схема 21). Придавая обороне города исключительно важное значение, противник с октября 1944 г. приступил к усовершенствованию оборонительных сооружений. Силами саперных подразделений, батальонов фольксштурма и местного населения были построены полосы обороны, промежуточные и отсечные позиции, долговременные и деревоземляные оборонительные сооружения, выкопаны противотанковые рвы, установлены минные поля. Кроме того, к обороне были приспособлены пригородные поселки и отдельные здания вдоль. дорог. На улицах пригородов и города были сооружены баррикады, построенные из металлического лома, кирпича разрушенных зданий, мешков с песком и других материалов, усиленные металлическими ежами.
Все выгодно расположенные в тактическом отношении здания и постройки были превращены в опорные пункты с круговой обороной: окна и двери заложены кирпичом, мешками с песком, в стенах проделаны амбразуры и бойницы. Между зданиями отрыты ходы сообщения. В эту систему были умело включены мощные старинные сооружения - крепостные форты. Штурм таких укреплений требовал хорошей организации, умелых действий всех сил и средств и беззаветной храбрости личного состава. Воины Советской Армии, в их числе бойцы и командиры 235-й стрелковой дивизии, доказали, что они в полной мере обладают этими качествами и могут сокрушить любую оборону врага.
В течение трех дней, предшествовавших штурму, артиллерийская группа приступила к разрушению форта № 5. Это мощное сооружение имело длину 215 м, ширину 105 м и было обнесено земляным валом, в котором оборудованы траншеи и огневые позиции Для пулеметов, минометов и отдельных орудий. По периметру форта имелся ров с контрэскарпом, одетым кирпичом и камнем, и земляной эскарп. Ров был заполнен водой, ширина его - 21 м, глубина - 4,5 м. В тыльной стороне форта располагались двухэтажные казарменные помещения; толщина их стен - 1,8 м, сводов - 1,5 м. Кроме того, казарменные помещения были покрыты земляным слоем толщиной 4-6 м. Подступы к форту простреливались вдоль рва фланкирующим огнем из капониров и полукапониров.
За период разрушения по форту было выпущено 360 снарядов 280-мм калибра, сделано 86 прямых попаданий, в результате была; частично нарушена система огня и деморализован гарнизон» форта.
6 апреля в 10 часов началась мощная артиллерийская подготовка. Из-за неблагоприятных метеорологических условий действия авиации ограничивались вылетами разведчиков. В 12 часов, штурмовые
отряды 806-го и 801-го стрелковых полков с танками и самоходно-артиллерийскими установками перешли в атаку, которая была поддержана двойным огневым валом артиллерии.
Впервые полчаса штурмовые отряды полков первого эшелона блокировали форт, прорвали первую и вторую траншеи противника. Группы бойцов, выделенные из состава штурмовых отрядов, под прикрытием огня пулеметов, орудий сопровождения, танков и самоходно-артиллерийских установок, обстреливавших окна зданий и амбразуры в стенах, короткими перебежками приближались к зданиям, забрасывали их гранатами и врывались на первый этаж. Внутри зданий бой шел за каждую комнату, за каждый этаж. Там, где не удавалось проникнуть в дом, саперы под прикрытием автоматчиков подтаскивали взрывчатку и по сигналу командира проделывали проломы в стенах.
Из третьей траншеи, проходившей по южному берегу оврага и улицам пригорода, из забаррикадированных каменных зданий противник оказал яростное сопротивление. Однако после решительного штурма и эта траншея врага была прорвана.
К 15 часам 30 минутам 806-й и 801-й стрелковые полки вышли к оврагу с ручьем (схема 21). По южному берегу проходила сплошная каменная стена, имелись прочные здания с подвальными помещениями. Все это соединенное сплошной траншеей, представляло мощный оборонительный рубеж.
К этому времени танки и артиллерия сопровождения, входившие в состав штурмовых отрядов, отстали, встретив на пути большое количество заграждений и препятствий (минированные участки, рвы, проволочные заграждения, баррикады, взорванные мосты).
Оценив обстановку, .командир дивизии принял решение доразведать систему огня противника, организовать ее подавление, подтянуть артиллерию сопровождения, танки и самоходно-артиллерийские установки, ввести в бой второй эшелон - 732-й стрелковый полк (без батальона) - и после десятиминутного огневого налета штурмом прорвать и этот оборонительный рубеж.
Один батальон 732-го стрелкового полка получил задачу штурмовать блокированный форт № 5 (противник оказывал в нем сопротивление до 8 апреля).
В16 часов артиллерия открыла огонь по врагу, а штурмовые отряды решительно атаковали врага. Сломив его сопротивление, подразделения ворвались в кварталы пригорода на южном берегу оврага.
Ожесточенный бой в городе продолжался всю ночь. Противник подтянул резервы, собрал боевые группы, неоднократно предпринимал ожесточенные контратаки при поддержке огня артиллерии и штурмовых орудий. Отразив все контратаки, части дивизии 7 апреля продолжали штурм города.
При бое в городе большую роль сыграли огнеметчики, которым приходилось прокладывать путь штурмовым группам, «выжигая» врага из подвалов домов. Так, при штурме 801-м стрелковым полком кирпичного завода оказалось, что наша артиллерия не в состоянии подавить огневые точки врага. Командир 801-го стрелкового полка поставил огнеметчикам задачу поджечь здание и сарай на территории завода, откуда противник вел сильный артиллерийский и пулеметный огонь. Под покровом темноты огнеметчики установили
шесть фугасных огнеметов в оконных проемах противостоящего здания и произвели огнеметание по огневым точкам врага. В рядах противника началась паника, горящие фигуры вражеских солдат метались по территории завода. Воспользовавшись этим, наша пехота перешла в атаку и в короткое время выбила противника с территории кирпичного завода.
Большую помощь пехоте оказывали орудия сопровождения, танки и самоходно-артиллерийские установки. Орудия сопровождения, перекатываемые на руках от одного дома к другому, точным огнем уничтожали мешающие продвижению пехоты цели, разрушали строения, в которых укрывался противник. В отдельных случаях, выдвигаясь вперед боевых порядков пехоты и занимая огневые позиции в каменных зданиях, они с расстояния 150-200 м открывали внезапный огонь, ошеломляя и парализуя засевшего в домах противника.
Как правило, орудия сопровождения действовали попарно, чем обеспечивали взаимную огневую поддержку. Когда первое орудие вело огонь, второе перемещалось перекатами на 200-300 м, чтобы, встав на новую огневую позицию, обеспечить таким же образом перемещение первого орудия. В толках первого эшелона действовали 62 орудия калибром от 45 до 152 мм, они вели огонь прямой наводкой.
Танки и самоходно-артиллерийские установки двигались по улицам, прижимаясь к домам, занятым нашей пехотой. Обычно они действовали небольшими группами (по две-три единицы) в 100-150 м позади пехоты. Если пехота встречала упорное сопротивление, танки выходили вперед и огнем уничтожали и рассеивали автоматчиков противника.
После массированного огня артиллерии, танков и самоходно-артиллерийских установок перекрестки улиц занимались пехотой, проверялись саперами, а затем их на большой скорости проходили танки. На перекрестках, как правило, оставлялась одна самоходно-артиллерийская установка с задачей уничтожать фланкирующие огневые точки противника.
Бои на улицах Кенигсберга шли с нарастающим ожесточением более трех суток. Личный состав 235-
йстрелковой дивизия доказал возросшее мастерство наших офицеров и солдат, их умение организовать и успешно вести наступление в сложных условиях обстановки.
Опыт боев танковых (механизированных) бригад по захвату городов и населенных пунктов в оперативной глубине показывает, что в основном они носили скоротечный и маневренный характер. Исход боя в этих условиях решали энергичные и стремительные действия отдельных танковых (механизированных) частей и даже подразделений, которые опрокидывали противника в полосе наступления и на его плечах