Дипломная работа: Рецепция пьесы Андорра Макса Фриша в СССР

К более широкой трактовке «нетерпимости», не только по отношению к евреям, приводят и сравнения Михайловым художественных произведений: он объединяет «Андорру» с постановками «Зверь» (Гиндин, 1970) и «Ночевала тучка золотая» (Приставкин, 1987). Вот как он формулирует общую тему: «…все дело не в том, что согласно сталинской политике надлежало ненавидеть народы Северного Кавказа, и не в том, что согласно ущербному национальному сознанию андоррцев следовало ненавидеть евреев, а в том, что человеческая нетерпимость вообще порождала и к несчастью до сих пор продолжает порождать все более страшные, более жуткие в своей бесчеловечности рецидивы ненависти». Два упомянутых произведения посвящены трагическим, но разным событиям в истории СССР: пьеса Гиндина «Зверь» рассказывает о семье, оставшейся единственной в живых после ядерной катастрофы; «Ночевала тучка золотая» Анатолия Приставкина - повесть о детях из стран бывших республик, которые оказались жертвами депортации в период сталинских репрессий. Обобщает Михайлов в статье, вероятно для того, чтобы подвести к современным не менее трагичным событиям антисоветским движениям. Эта интерпретация, однако, опять же, имеет силу только в том случае, если газета «Советская Киргизия» в 1990 годы еще пропагандировала советскую «идейность»; если В.Михайлов следовал редакционной политике.

Нужно отметить, что в рецензии приведены не только аллюзии на современные политические события, но и сравнения с другими постановками театра в Фрунзе («Колыма» (И. Дворецкий, написано в 1962), «Плаха» (Ч. Айтматов, написано в 1986), «Шукшиниада» (по рассказам В.Шукшина, написаны в 60-70). По мнению рецензента, «Андорра» уступает трем перечисленным пьесам в художественном оформлении, так как «слабее» выражает главную тему и, соответственно, слабее может повлиять на зрителя. «Слабость», по мнению автора, следует не из содержания пьесы, а из-за художественного решения постановщика: «“Андорра” более традиционна, более академична, и от этого при всей своей философской глубине, думается несколько проигрывает. Зритель постепенно устает от многократного варьирования одной и той же позиции, проводимой примерно в одних и тех же формах…». В статье также приведен подробный анализ игры актеров, который мы в исследовании опускаем.

О своевременности пьесы говорится и в московских изданиях. В газете «Московские новости» 10 января 1990 года была опубликована рецензия Кадыркула Омуркулова. Это периодическое издание до 1990 года печаталось уже ранее упомянутым союзом - ССОД, но с сентября 1990 года еженедельник «МН» стал независимым изданием. Если в журнале «Культура и жизнь» мы читаем восхваление «национального, культурного самосознания» в адрес киргизского народа со слов Бечарта (что, согласуется с задачами журнала об «укреплении дружбы»), то в статье у Омуркулова считываются указания на современные межэтнические конфликты и критика прошлой и, вероятно, современной деятельности властей: «…пьеса не только об антисемитизме, сколько о любом национальном или социальном угнетении, ибо завтра на месте еврея может оказаться кто-то другой, кого заклеймят позором просто за то, что он отличается от всех»; «Для нас “Андорра” - и грозное напоминание о том времени, когда “больных” загоняли в ГУЛаг, а оставшиеся на воле громко пели осанну главному “лекарю”, и призыв не забывать о том, что и сейчас на соседней улице кричат гибнущие люди». Кто подразумевается под «гибнущими людьми»? Возможно, с одной стороны, это отсылка к межэтническим конфликтам 89-90-ых годов, и с другой - открытая критика современной ситуации, которая, в определенной мере, обращена к власти. О том, что в газете могли быть напечатаны критические замечания следует из истории «Московских новостей». К 1990 году редакционная политика «МН» под руководством Егора Яковлева сильно отличалась от вектора ССОД: «при нем [Е.Я.] “МН” стала одним из главных защитников идей “гласности” и “перестройки”»; «”МН” знакомили читателей с людьми, выброшенными из советского общества годами застоя». Так, с одной стороны, в рецензии есть намеки на современные межнациональные беспорядки, а с другой - в открытую говорится о прошлых несправедливых действиях властей что, возможно, переходит и в критику настоящей ситуации.

Во второй найденной московской рецензии в журнале «Театр», Виктор Колязин также обращается к теме межэтнического столкновения. Он иллюстрирует ее с помощью ситуаций, в которых выражено враждебное отношение местных жителей к швейцарским гостям. Автор рассказывает истории, которые происходят с постановочной труппой: «Хозяева торжества [приезжая команда из Швейцарии] скромно держатся в тени. Неожиданно за полночь один из них, указав мне глазами на двух небритых мужчин у стойки, исповедуется передо мной в своих неясных опасениях. Однажды швейцарцам уже пришлось слышать в такси расистские шуточки, им уже плеснули эти двое за столиком в ресторане горячим чаем в лицо, их уже предупредили, что сегодня ночью им не удастся уйти… От чего?!».

Эти истории приводят автора и, соответственно, читателя к мысли, что сыгранная пьеса соответствует современной ситуации в Бишкеке: «Конечно, страшно, что в нашем советском государстве, выйдя из театра, рискуешь за углом обвалиться в пропасть Андорры. Но еще страшнее делать вид, что Андорра нам не грозит и нас не касается». В финальном абзаце театровед резюмирует, что театр должен выполнять дидактическую функцию и повлиять на сложившуюся «андоррианскую» реальность: «Так для чего же тогда наши миротворческие спектакли, если Андорра все равно рядом? <…> Даже с помощью самых скромных театральных контактов мы можем и должны упражняться в большей межчеловеческой любви».

Так же, как и в газетных вырезках, в журнальной статье повторяется лейтмотивом тема «андоррианской» реальности. Но в своей рецензии под «андоррианской реальностью» Виктор Колязин в первую очередь выделяет проблему массового мышления: массового неприятия чужого и массового восхваления своего. Так, в предпоследнем абзаце Колязин пишет: «Психология коллективных ослеплений всегда и везде держится и на сладостной ненависти к инакомыслящему и инакопоступающему, и на сладостном упоении своей единственной отчизной, своим единственным строем, не допускающим никакой критики и разбора». Эта идея о «коллективном мышлении» тонкой нитью собирает все ситуации, которые автор приводит в статье: «…главный предмет интереса постановщика - человек, ввергнутый в исторический поток, увлекаемый в пучину общим предрассудком…»; «андоррианская толпа лишена выраженной индивидуальности; в человеке, униженном до “человека массы” примечательно лишь то, как складывается в нем “набор общих мест, предрассудков”»; «У Фриша в дневнике его поездки по СССР мы, русские, склонны быстро сворачивать критику своих порядков и нравов, переводя ее под обильные возлияния во всеобщую похвальбу». Так, автор говорит о том, что «коллективное мышление» и является причиной сложившейся «андоррианской реальности», которая выражается в данный момент в межэтнических конфликтах: «Я ехал на премьеру когда-то запрещенной у нас Андорры, а угодил под самое возвращение огнедышащей Андорры - взрыв критической массы расовых, националистических и прочих, увы, предрассудков. <…> Спустя несколько недель грянула очередная национальная катастрофа…”.

Так, каждый рецензент и каждая рецензия по-своему актуализировала «Андорру». Если говорить об общих местах в рецензиях, то краткие приведенные интерпретации пьесы, в основном, схожи: произведение швейцарского писателя намного шире темы «антисемитизма». Во всех приведенных рецензиях просвечиваются намеки на современные межэтнические конфликты (Карабах, Сумгаит, Новый Узень, Ферган, Кишенев, Сухуми, Цхинвале) - но, чтобы определить, к каким конкретным событиям обращаются рецензенты, требуется дальнейшее исследование. Примечательно, что тексты в газете «Советская Киргизия» и журнале «Культура и жизнь» (два провинциальных издания) содержат больше советских штампов, чем другие рецензии. Несмотря на то, что «Культура и жизнь» и «Московские новости», издаются одной организацией, в статьях внимание читателя заострено на разных вещах, что может быть следствием смены редакционной политики. Приводя локальную ситуацию, Виктор Колязин пишет о неприязни к иностранцу, «другому» в Фрунзе и максимально отстраненно от современных межнациональных беспорядков описывает возможные причины такого отношения.

В театре «Андорра» далее появилась только после 2000-ых. Для полноты исследования мы также приводим в таблице информацию о постановках «Андорры» в постсоветское время:

Таблица 5: Постановки «Андорры» после 1991

Так, интерес к пьесе сохранялся и в первое десятилетие после распада СССР. В следующей главе в качестве дополнительной информации приведены более подробные данные об издании «Андорры» в постсоветское время.

3. Судьба “Андорры” в постсоветское время

Первый и единственный полный бумажный вариант «Андорры» появился в 2000 году в сборнике пьес, который был подготовлен издательством «АСТ» и швейцарским фондом PRO HELVETIA. В этом сборнике напечатан перевод Соломона Константиновича Апта, который был найден в архиве союза театроведов [страницы 329-407]. Главный редактор сборника - В.И.Галий; в издании нет ни предисловия, ни послесловия, но лишь краткая аннотация: «В книге представлено драматическое наследие известного швейцарского писателя Макса Фриша, в том числе впервые публикуемая на русском языке пьеса “Триптих” и новые переводы пьес “Андорра” и “Биография"». Тираж книги составил всего лишь 5000 экземпляров. Сборнику дано название одной из пьес Макса Фриша - «Триптих», и в нем опубликованы другие пьесы швейцарского автора: «Санта-Крус», «Опять они поют», «Граф Эдерланд», «Дон Жуан или любовь к геометрии», «Бидерман и поджигатели», «Биография: Игра».

Однако, перевод пьесы должен был появиться несколько ранее - в 1998 году «Андорра» была включена в макет полного собрания сочинений Макса Фриша под редакцией Евгении Кацевой. Об этом следует из предисловия к первому тому: «…И вот перед нами новое - уже в четырех томах издание. Дополнена проза - здесь она представлена практически вся; один том включает пьесы, - среди них и впервые публикуемые на русском языке. <…> Пьеса “Андорра” (1962) в сборник [1970] по понятным причинам не вошла, искаженный перевод ее был опубликован много лет спустя в журнале “Театр” (1991); в настоящем издании она печатается в новом - адекватном - переводе». К приведенной цитате требуется комментарий: «понятные причины» - вероятнее всего, любое упоминание антисемитизма; в ходе нашего исследования принципиального «искажения» найдено не было - в варианте, опубликованном в журнале «Театр» отсутствует лишь песни солдата из первой сцены; какой другой, «адекватный» перевод должен был быть напечатан в издании 1998 года выяснить не удалось.

Из четырех готовящихся томов полного собрания сочинений были напечатаны только первые два. Так как Андорра должна была выйти в четвертом томе, она не была издана в 1998 году. Издательство «Кучково поле» подтвердило, что были закончены и выпущены только две книги. В переписке на facebook с сотрудником компании не было получено комментария на вопрос, почему такое могло произойти, но был приведен пример другого незаконченного проекта: « …у нас случалось, что мы долгое время не завершали многотомные проекты, напр. "История конницы" [2009]». Издательство также не пояснило, какой из переводов должен был быть напечатан в полном собрании сочинений, «так как архив выпущенных книг настолько давно не сохранился». Из фонда PRO HELVETIA также не последовало конкретного ответа на запрос о полном собрании сочинений Фриша: почему было напечатано только два тома? Какой перевод «Андорры» должен был быть опубликован в четвертом томе?

С 2000 года «Андорра» не переиздавалась, но в электронной библиотеке МСА был опубликован перевод Юрия Архипова и Андрея Викторова (Альберта Карельского). Этот вариант текста, в целом, совпадает с вариантом, который был напечатан в журнале «Театр» в 1991 году. В варианте текста электронной библиотеки добавлены некоторые ремарки и сцены, которых нет в оригинальном немецком произведении и которые, вероятно, говорят о варианте инсценировки текста. В текст, например, добавлен пролог, которого нет у Фриша:

П р о л о г

НЕКТО. Андорра этой пьесы не имеет ничего общего с действительно существующим карликовым государством того же названия; не имелось в виду также никакое другое действительно существующее карликовое государство; Андорра - это…

Появляется Андри. Он подходит к музыкальному автомату, кидает монету и нажимает кнопку. Гитара - Задумчивая.

…Андорра это…

В проемах штор появляются все актеры, одевают костюмы.

…Андорра это - название модели. (Бьет в гонг. )

Барблин и Солдат занимают места для начала первой сцены

Так, начиная с 1991 года «Андорра» была напечатана в бумажном варианте только один раз. В приведенной ниже таблице мы собрали все найденные данные о постсоветских изданиях.

Таблица 4: “Андорра” в постсоветской России

Заключение

Итак, в первой главе нашего исследования мы попытались показать, что имя Макса Фриша было хорошо известно советскому читателю на протяжении всего его творчества. За его литературной деятельностью внимательно следили в СССР, и в газетах даже анонсировали, когда он начинал работать над следующим произведением. Его художественные произведения практически без перерыва печатали в Советском Союзе начиная с 1965 года. Мы говорим «практически», потому что, как отмечают исследователи творчества Фриша, критические замечания швейцарского писателя о действиях советских властей (вступления войск в Чехословакию, постройке Берлинской стены) приводили к сложностям, в частности, печати нехудожественной литературы. Однако, в целом, на тиражи и автора его замечания не повлияли. Одна из немногих работ Фриша, которая осталась в тени в СССР, это пьеса «Андорра».