Важной историографической составляющей данного исследования, с точки зрения наличия фактического материала, являются исследования по общим проблемам этнической истории балкарцев и по отдельным ее аспектам. В частности, это сборники научных трудовЗ6, работы И.И. Маремшаовой Х.-М.А. СабанчиеваЗ8, М.И. БаразбиеваЗ9, М.Ч. Кучмезовои4О, З.А. Кучуковой В.М. Батчаева42. Так, выделяя исторические пласты традиционно-бытовой культуры балкарцев и карачаевцев, В.М. Батчаев анализирует результаты её эволюции и проблемы дифференциации в контексте историко-генетических слоев. Автор указывает на «доминирующее место аланского наследия в полухристианских-полуязыческих верованиях балкаро-карачаевцев», на синкретический характер элементов поминальной обрядности, где прослеживается «наследие ираноязычных предков» и народов тюркоязычного мира
На региональном уровне вопросы этноконфессиональных отношений рассматриваются в монографии Х.Б. Мамсирова.
Таким образом, из анализа историографии проблемы следует, что были достигнуты определенные успехи в степени разработанности различных аспектов, как в целом традиционной духовной культуры, так и религиозных верований балкарцев в частности.
Источниковую базу исследования составили разного рода опубликованные материалы, которые не только содержат интересующие нас сведения этнологического характера, но и позволяют проследить процесс становления и развития религиозных верований балкарского народа.
Археологический материал, собранный и обработанный специалистами, раскрывает, опираясь на свидетельства, запечатленные в материальных памятниках, вопросы генезиса, социального устройства, материальной и духовной культуры балкарского народа, предоставляет возможность на основе материальных источников осветить средневековую историю Балкарии.
Фольклорные источники занимают важное место в реконструкции истории балкарского народа. На этногенетических легендах и описании социальных отношений в контексте сохранившихся исторических преданий основываются многие исследования конца ХЖ-начала ХХ вв.53 Интерес дореволюционных ученых к исследуемой проблеме выразился, в основном, в сборе и публикации фольклорных материалов и текстов. Немалую роль в первых записях балкарского фольклора (конец МХ--начало ХХ вв.)
сыграли представители балкарского просветительства, такие как Исмаил, Сафар-Али и Науруз Урусбиевы, Мисост Абаев. Фольклорные произведения балкарского народа стараниями ученых Вс. Миллера, М.М. Ковалевского, Л.Г. Лопатинского, энтузиаста Е.З. Баранова, служащих Н.О. Грабовского, Н.П. Тульчинского были составлены и изданы в российской периодике того времени54 Они содержат достаточно ценные сведения по домонотеистическим верованиям карачаево-балкарского этноса. Также известный ориенталист Вильгельм Прёле опубликовал в начале ХХ в. произведения балкарского фольклора, собранные во время научной поездки в Балкарию. Наиболее значительные карачаево-балкарские произведения устного народного творчества, извлеченные из различных публикаций конца XIX - начала ХХ вв., были объединены в одном издании А.И. Алиевой.
Соотнесение различных версий сказаний этногенетического порядка с остальными материалами помогает более полно реконструировать этническую историю, формирование религиозных взглядов балкарского народа. Важной категорией источников являются работы авторов иностранного и российского происхождения, где помимо географического и статистического описания Балкарии показана специфика экономического, социального и семейного быта, даются обстоятельные известия о верованиях балкарцев. Здесь можно отметить работы И.А. Гюльденштедта, П.С. Палласа, Г.-Ю. Клапрота, И.О. Бларамберга56 и других. Извлечения и публикации, сделанные в специальном издании «Адыги, балкарцы, карачаевцы в известиях европейских авторов XIII-XIX вв.» сделали их доступными для широкого использования
Основополагающим источником для реконструкции социальной реальности балкарцев являются адаты. Адаты, собранные в 1844г., зафиксировали сложившуюся систему социально-общественных связей, позволяющую рассмотреть юридическую практику и правовое сознание,
дать анализ социальной сущности религиозных верований и религиозных процессов рассматриваемого периода58
Источниковедческий интерес представляют некоторые сведения средневековых путешественников, вошедшие в сборник документов по истории Осетии59. Одно из наиболее значимых свидетельств о религиозных верованиях балкарцев содержит документ «Дополнение к кабардинскому описанию», датированный 1743 г. и опубликованный в сборнике документов, посвященных русско-осетинским отношениям60 Источниковую базу исследования также пополнили полевые этнографические материалы автора, собранные в местах компактного проживания балкарцев и составившие личный архив автора.
Научная новизна исследования определяется тем, что оно представляет собой попытку комплексного рассмотрения, в хронологических срезах, с опорой на историко-этнографический материал религиозной культуры балкарцев в ее эволюции.
Ретроспективный анализ религиозности населения обществ Балкарии, проведенный в данном исследовании, выявляет проблему преемственности религиозных верований, обрядов и традиций в условиях относительной изоляции среды обитания, где религия являлась основным компонентом общественного сознания, оказывавшим значительное влияние на различные стороны повседневной жизнедеятельности.
Теоретическое и практическое значение исследования заключается в том, что его материалы и выводы можно использовать в процессе дальнейших разработок теоретических проблем религии и культуры для обобщающих трудов по истории, культуре, религии и этнологии Балкарии, при разработке лекционных курсов, спецкурсов и спецсеминаров историко- этнологической и кавказоведческой направленности.
балкария языческий сакральный ислам
ГЛАВА 1. ДОХРИСТИАНСКИЕ ВЕРОВАНИЯ БАЛКАРЦЕВ
1.1 Космогонические представления балкарцев
На разных этапах развития религии, особое место в верованиях различных народов имеют космогонические представления.
Понятие сверхъестественного воспринимается в духовных возрениях в связи с окружающим миром, что является основой космогонической гипотезы Вселенной.
В космогонических мифах фигурируют четыре стихии: огонь, воздух, земля, вода. Древнейшим мифом балкарцев и карачаевцев считают миф о водоплавающей птице-лебеде. Богиня-лебедь из морской пучины поднимает землю. В бурятском мифе фигурирует могучая рыба, на спине которой держится земля. Мифы якутов, алтайцев, эвенков также связывают мироздание с мифическими рыбами-китами. Предание, что «мир стоит на спине колоссального кита», известно в русском фольклоре.
Мифологическое представление о земле ассоциируется с островом в океане, с огромной и всеобъемлющей ролью водной стихии. Фантастические сюжеты о сотворении мира развиваются в религиозно- мифологические представления зооморфной модели: мифический бык, соединявший рогами основание земли и небесного свода, или магическая семерка слонов были опорой вселенной. У тюркских народов России бытовало представление, что землетрясение происходит оттого, что бык передвигает землю на своих рогах. Предания о космической лягушке, золотой черепахе у народов Азии рассказывают о происхождении земли, у тувинцев хищный Мелхи (с монгольского -- черепаха) был земной опорой, у китайцев -- огромная морская черепаха1. Таким образом, в религиозно- космогонических воззрениях многих народов животные выступали опорой мироздания и миротворения.
В легендах о мироздании разных народов фигурирует также миф о всемирном потопе. Естественным и очевидным считалось предположение, «что она покоится на водах и окружена ими со всех сторон, поскольку земля по универсальным космогоническим представлениям, появилась из океана». Вода в мифологии народов мира является магической границей между мирами. В мифологических сюжетах о необычайных путешествиях фигурирует водная преграда, отделяющая или разделяющая миры. В балкарском мифе (о двух юношах), который приводит исследователь древних верований балкарцев и карачаевцев М.Ч. Джуртубаев, происходят необычные явления: герой попадает в мир, расположенный параллельно нашему, то есть модель Вселенной предстает удвоенной, поделенной пополам протекающей посередине рекой2. С мировой рекой в мифах связывали водный поток, идущий с неба в подземный мир.
В карачаево-балкарской мифологической системе нет ни ада, ни рая, Мир мертвых находится не в нижнем и в среднем мирах, а рядом, параллельно с миром живых, границей между ними служит река. В представлениях о мироздании, фигурируют «магические» цифры 3, 4, 7, 9. Тройка -- три мира (верхний, средний, нижний), семерка -- три мира, разделенные пополам и единый мир хаоса. Приводимая картина мира повторяется с некоторыми вариациями у «большинства народов и мироздание имеет весьма устойчивое число параметров»3 Прерогатива различных божеств в управлении природными явления миразного порядка сложилась в целую систему и была представлена грозовыми божествами, солярными божествами-покровителями.
Такие понятия, как «Тейри джарыгьы» - свет Тейри, «Тейри белгиси бла» - заря Тейри, по мнению некоторых исследователей, отражают небесный свет, «утреннюю и вечернюю зарю». Это подтверждается и полевым материалом, в частности уже с утверждением ислама в период соблюдения уразы, «зеленый отсвет, во время открытия дверей Тейри, был виден только избранным». Считалось необходимым в этот момент взять с земли что-либо (камешек, соломинку) и занести в дом, при этом запрещалось вспоминать загробный мир23 . Так называемое открытие
«дверей Тейри» восходит к поверью о даровании блага и связано с представлением о Тейри как о боге неба и света»3 В балкарском языке существуют и такие фразеологизмы, как «Сууукъ сюрюучюге Тейрини уланы деген жахил заман» - «время, когда называли холодное время сыном Тейри», «Мажюсю заман» - «языческое время».
В космогонических воззрениях народов Кавказа особое значение имели верования, связанные с влиянием планет и звезд на деятельность и жизнь человека, вера в гороскопы, наличие праздничного календаря, олицетворение звезд и другие. Исследователи указывают на слабую разработанность астральной мифологии, хотя в мифологии предков сохранились некоторые названия созвездий и одиночных звезд.
Горцы почитали падающие звезды, «летающие звезды». «В новолуние тот, кто видит восход луны, делает ножом или кинжалом крест против нее или звезду, и, кроме того, прочерчивает вокруг себя круг из крестов, так как новолуние считается очень священным» - сообщал участник академической экспедиции 1807-1808гг. Г.-Ю. Клапрот29 . У осетин места падающих звезд называют «дзуар», что означает «священное место». В балкарских сказаниях о Дебете падающие звезды рассматриваются, как осколки или искры раскаленного металла из-под его молота. Считалось, что у всех людей есть своя звезда, которая гаснет со смертью человека.
Четыре созвездия, известные балкарцам и карачаевцам, ассоциировались со временами года. Звезду Чолпан -- Венеру называли «утренней звездой» и «Вечерней звездой», считая ее предводительницей звезд, с ней отправлялись в дорогу. Илкерле называли созвездие Плеяд, по движению которого определяли время.
Чолпан чыкъды - Танг атды, Илкер батды -- жер къатды. Взошла Венера -- Наступило утро, Закатились Плеяды -- Земля замерзла.
Комета ассоциировалась с надвигающимся бедствием, «Овечьей Тропой» называли Млечный Путь, Большую Медведицу -- Семеркой (Жетегейле), а Малую Медведицу -- Мырыт Жулдулза. «Карта звездного неба», изображенная на большом плоском камне в селении Верхняя Балкария, стала известна в 1980-е годы. На камне звезды отражены ямочками-углублениями, а сам камень местное население именует «Бийче тепсеген таш» (камень, на котором плясала богиня)37
Реликты, связанные с почитанием культа солнца у балкарцев, отражаются в достаточной мере в полевом этнографическом материале:
«После заката солнце опускается в море, охлаждается и утром восходит с противоположной стороны неба, в противном случае все сгорело бы». По представлениям балкарцев, причинами затмения солнца и луны являлись действия чудовища«хранители светил не успевают вовремя зажечь солнце и луну»38
Характерным в этом плане примером служит предание о демоне в образе женщины «Джелмаус», где эмеген (Джелмаус), имеющий голову со стальными зубами и постоянно преследующий героев -- нартов, был повержен верными собаками Киилы: «...голова (эмегена) же вдруг закачалась и, поднявшись вверх, улетела вместе с собаками на луну. С тех пор, голова эмегена сделалась вечным врагом луны, а собаки -- вечными ее стражами: круглый год они не смыкают глаз и оберегают луну от головы эмегена и только один раз в течение года, утомившись, засыпают. Голова эмегена, пользуясь этим случаем, набрасывается на луну, отчего та темнеет»39
Некоторые исследователи нартского эпоса считают, что процесс трансформации демона в антропоморфное существо «Желмауз» связано с образом быка40. Следует сказать, что аналогичный демон в образе женщины чудовища встречается и в мифологии башкиров, казахов, киргизов и других тюркских народов.
В карачаево-балкарской мифологической иерархии богом всего является солнце. Сохранившийся солярный миф отражает роль Солнца в пантеоне, как ведущего божества: «Тейри Солнца -- глава и повелитель богов. Он мощный держатель вод, небес и земли. Тейри Солнца находится в бескрайней безмерной дали. Он кипит, посылая летом на землю зной... опаляет земли, иссушает моря...».42