Материал: Шмонин А.В. История органов, расследующих преступления экономической направленности. Ч. 1

6. Послереформенный период

право производить дознание по правилам предварительного следствия и направлять дело непосредственно прокурору. Данный закон повлек за собой череду законодательных мер, расшатывающих судебные Уставы.

Анализ положений УУС, в частности, показывает, что под предварительным следствием подразумевалось производство процессуальных действий по сбору доказательственного материала для суда его уполномоченными членами – судебными следователями, которые выделялись как от полицейских, так и от административных властей и приравнивались к членам окружного суда (ст. 79).

Отсутствие подозреваемого или скрывшегося обвиняемого не являлись основанием для приостановления предварительного следствия (ст. 276).

Производство предварительного следствия могло быть прекращено лишь судом. Судебный следователь, не найдя оснований далее продолжать производство следствия, должен был приостановить его и через прокурора получить разрешение суда на прекращение дела (ст. 277).

Судебный следователь обязан был «привлекать заподозренных лиц в качестве обвиняемых» (ст. 377) и с полным беспристрастием «приводить в известность» как обстоятельства, уличающие обвиняемого, так и обстоятельства, его оправдывающие (ст. 265), а также производить следствие «со всевозможной скоростью» (ст. 295). Он имел право проверять, дополнять, отменять действия полиции по произведенному ею первоначальному дознанию (ст. 269) и мог производить осмотры и освидетельствования (ст. 315–356), применять меры пресечения к обвиняемым (отобрание вида на жительство или обязывание их подпиской о явке к следствию и неотлучке с места жительства; отдача под особый надзор полиции; взятие залога; домашний арест; взятие под стражу) (ст. 416–420), а также «разыскание предметов, обнаруживающих преступление» (ст. 357– 376) через обыски и выемки.

Решения следователя оформлялись постановлениями, необходимыми для объяснения хода следствия или распоряжений следователя (ст. 472–473 и др.). О проведении каждого процессуального действия составлялся отдельный протокол (ст. 467–468).

Обыски и выемки производились в домах и других жилых помещениях в случае основательного подозрения, что обвиняемый, или предмет преступления, или вещественные доказательства, необходимые для «объяснения» дела, скрыты в этих местах (ст. 357).

166

6. Послереформенный период

Данные следственные действия производились: 1) при понятых и при хозяине дома или помещения, а если он отсутствовал, то при его жене (если он женат) или при ком-либо из старших домашних лиц (ст. 358), 2) днем, но в случае необходимости разрешались и ночью, однако с объяснением в протоколе причин, побудивших следователя прибегнуть к этому (ст. 363).

Следователь осуществлял также «представление обвиняемого к следствию» и его допрос (ст. 377–414), пресечение способов уклониться обвиняемому от следствия (ст. 415–432), вызов и допрос свидетелей (ст. 433–453). При этом он составлял протоколы этих действий (ст. 467–475) и «заключал следствие» (ст. 476–482). Судебный следователь «не останавливается в производстве следствий  по тому случаю, что обвиняемый скрылся или что нет в виду подозреваемого в совершении преступления» (ст. 276), и не уполномочивается прекращать следствие. Правом приостанавливать или прекращать «уголовное преследование» наделялся суд (ст. 277, 529). Полиция же и в определенных случаях чины Отдельного корпуса жандармов должны были лишь содействовать следствию (ст. 249).

По окончании предварительного следствия судебный следователь предъявлял обвиняемому, по его просьбе, следственное производство и спрашивал о желании «представить еще что-либо в свое  оправдание» (ст. 476). Если обвиняемый указывал на какие-либо новые обстоятельства, то судебный следователь обязан был проверить те из них, которые могли повлиять на решение дела (ст. 477). После этого следователь объявлял всем участвовавшим в деле лицам об окончании следствия и отсылал все производство к прокурору или его товарищу (ст. 478).

Материалы следствия сшивались по хронологии их составления или получения, пронумеровывались, прошнуровывались и скреплялись печатью следователя. К материалам следствия составлялась опись с указанием, на каком листе дела какой документ находился (ст. 481).

По делам о должностных преступлениях, которые, как правило, были сопряжены с преступлениями экономической направленности, предварительное следствие осуществлялось «чрез судебного следователя» в следующих случаях:

«1)  когда  в  преступлении  вместе  с  должностными  участвовали  и частные лица;

2)  когда с обвиняемого должностного лица требуется вознаграждение за вред или убытки, причиненные его действиями по должности и

167

6. Послереформенный период

3)  когда  должностное  лицо  обвиняется  в  таком  преступлении  должности, которое по закону влечет за собой лишение всех прав состояния или же потерю всех особенных, лично и по состоянию присвоенных виновному прав и преимуществ» (ст. 1089).

Очевидно, правы те авторы, которые полагают, что согласно судебным уставам 20 ноября 1864 г. предварительное следствие представлялось соединением розыска с судебным исследованием преступного деяния и виновности лиц, заподозренных в его совершении, причем главная составная часть предварительного следствия заключалась именно в розыскной деятельности. Такого рода вывод основан на следующем: 1) предварительное следствие возникало в большинстве случаев тогда, когда ни характер деяния, подлежащего исследованию, ни прикосновенность к его совершению известных лиц еще совсем не определены и 2) закон на самого судебного следователя, стоящего во главе предварительного следствия, возлагал обязанность обнаружения лиц, виновных в совершении преступления. Так, согласно ст. 250, 309, 277 УУС к судебному следователю поступали такие сообщения, которыми до его сведения доводилось о происшествии, заключающем в себе признаки преступления или проступка, даже если бы лица, виновные в их совершении,

ине были обнаружены. По смыслу ст. 264, 265, 266 УУС главная задача предварительного следствия заключалась в открытии и изобличении лиц, виновных в совершении преступления. Кроме того, инициатива в производстве дознаний по делам, по которым уже возникло предварительное следствие, исходила от судебного следователя (ст. 271 УУС)1.

Дознание возлагалось на полицию и определялось как «собирание сведений, необходимых для удостоверения о том, что происшествие действительно было и что оно соединено с преступлением

ипроступком»2.

Говоря о качестве полицейского дознания, необходимо заметить, что оно во многих случаях оставляло желать лучшего.

Кроме полиции дознание, в том числе по делам о преступлениях и поступках экономической направленности, могли производить: а) военное начальство, как сухопутное, так и морское, по всем пре-

1Власов В. И., Гончаров Н. Ф. Организация розыска преступников в России в IX– XX веках (историко-правовое исследование): В 2 ч.: монография. Домодедово, 1997. Ч. II.С. 13.

2 Закон о судопроизводстве по делам о преступлениях и проступках // Свод законов Российской Империи. СПб., 1892. Т. 16. Ч. 2. Разд. 3. Ст. 1.32.

168

6. Послереформенный период

ступным деяниям военнослужащих, подлежат ли они суду военному, или (в случаях, указанных в ст. 1236, 1250 и 1252 УУС) общему гражданскому разбирательству (ст. 1035 УУС); б) гражданское начальство по проступкам служебным, учиненным в сфере его управления; при этом вся деятельность общей полиции ограничивалась донесением или сообщением о дошедших до ее сведения преступлениях по должности; в отношении лиц судебного ведомства – тому судебному установлению, от которого зависит предание обвиняемого суду (ст. 1079–1082 УУС), а в отношении лиц, служащих по административному ведомству, – начальству, от которого зависит «определение обвиняемого к должности» (ст. 1085 УУС). Судебное установление и начальство обвиняемого, заменяя общую полицию, принимали на себя права и обязанности по производству дознания; для этого мог быть командирован ими особый чиновник; в действиях своих он был обязан сообразовываться с общими правилами полицейского производства, и когда предварительное следствие по служебному проступку должно было производиться судебным следователем, то этот чиновник других прав, кроме предоставленных общей полиции, не имел (ст. 261 УУС), если же и предварительное следствие поручалось особому чиновнику, то он имел все права судебного следователя и нес его обязанности; в) духовенство по служебным и маловажным проступкам священно- и церковнослужителей, а также по некоторым религиозным проступкам частных лиц; в последнем случае оно действовало совместно с общей полицией, не устраняя ее; г) чины административных ведомств, которые независимо от дел о совершаемых в их сфере служебных преступлениях имели право на производство дознания для обнаружения преступлений и проступков, заключающих в себе нарушение уставов казенных управлений, т. е. преступлений против имущества и доходов казны. Охранение разных ветвей казенного управления было вверено различным чинам казенной администрации, и для этой цели предоставлялись им особые права. Некоторые из этих прав распространялись на общую полицию лишь в известных случаях нарушений. На этом основании обнаружение нарушения принадлежало прежде всего должностным лицам казенного управления, а потом общей полиции (ст. 1129 УУС). Поэтому же частные лица с объявлениями и доносами о нарушениях казенных уставов должны были обращаться также к должностным лицам казенного управления, а за отсутствием их – к полиции; д) жандармский корпус также объявлялся органом дознания по проступкам, совершенным на железных

169

6. Послереформенный период

дорогах; еще более широкими были его права по преступлениям политическим, где акты дознания заменяли порой акты предварительного следствия (ст. 1056 УУС). По важнейшим политическим делам дознание производилось лицом, особо для того назначенным Высочайшей властью (ст. 1035 УУС); е) начальники сыскных отделений и их помощники под контролем прокуратуры по закону 6 июня 1908 г. (ст. 261, 279 УУС в ред. 1908 г.).

Отметим, что согласно Положению о введении в действие Судебных Уставов, утвержденному 19 октября 1865 г., судебные установления открывались постепенно с 1866 г. в Санкт-Петербургской и Московской губерниях, а в течение четырех последующих лет – еще в 10 губерниях. Окраинные губернии России в положении не упоминались. Так, в губерниях Сибири порядок судопроизводства, регламентировавшийся Сводом законов 1857 г., действовал до конца XIX в. Вместо планировавшихся четырех лет для введения Уставов потребовалось тридцать пять. 13 июля 1896 г. был издан закон о введении Судебных Уставов в Сибири со 2 июля 1897 г.1

Вся территория Российской империи (за исключением Финляндии) оказалась охвачена следственными участками лишь в 1899 г., после того как завершилось проведение судебной реформы 1864 г. При этом необходимо отметить, что поскольку (по мере распространения реформы на окраины страны) мировые судьи оказались наделены полномочиями по расследованию уголовных дел в судебных округах не только Закавказья, но также Архангельской губернии, Черноморской губернии, Сибири, в Степных областях и Туркестанском крае, количество следственных участков там было сравнительно невелико. Так, в 1898 г. вся обширная территория Восточной Сибири и Дальнего Востока, вошедшая в округ новоучрежденной Иркутской судебной палаты, делилась всего на 28 следственных участков2.

Следует отметить, что после непродолжительного функционирования судебных следователей Министерство юстиции и другие государственные органы, как в прочем и общественность, были обеспокоены их крайне низкой эффективностью. Статистические данные свидетельствовали о двух главных показателях плохого качества следствия: во-первых, медлительность производства следствия

1 Сергиевский  В. В. Элементарный курс русского уголовного судопроизводства. Пособие к лекциям. СПб.,1881–1887. С. 586.

2 Сведения о личном составе судебных установлений Европейской и Азиатской России и о деятельности судебных установлений, образованных по Уставам императора Александра II, и коммерческих судов за 1898 год. СПб., 1899. С. 11.

170