Материал: Т. 9. Реформы и модернизация (1976-2009). 2016

ло стимулировать рост экономики. В 2005–2008 гг. доля ВВП районов компактного проживания неханьцев в ВВП страны возросла с 8,8% до 9,4%.

В 2008 г. Китай выделил в общей сложности 16,54 млрд юаней на реализацию программы ликвидации бедности в районах компактного проживания представителей неханьских национальностей. С 1999 г. по 2008 г. в национальных районах, включая пять автономных районов, провинции Юньнань, Гуйчжоу и Цинхай, среднедушевой ВВП повысился с 4293 до 16057 юаней, численность населения, живущего за чертой бедности, сократилась на 2,93 млн человек, населения с низкими доходами – на 5,13 млн человек.

Конституционное строительство

Вопрос о внесении конституционных поправок получил главный импульс на XVI съезде КПК. «Проект ЦК КПК о внесении частных изменений в содержание Конституции» был сформулирован 3-м пленумом ЦК КПК 16-го созыва (октябрь 2003 г.) и в день окончания пленума 27 октября был представлен ПК ВСНП. Подготовка проекта поправок велась специальной рабочей группой во главе с членом ПК ПБ У Банго, которым с марта до августа 2003 г. был организован ряд совещаний. Одновременно поправки обсуждались в печати. При обсуждении в академических кругах существовал довольно широкий разброс мнений вплоть до предложений об исключении из Конституции преамбулы (где содержится положение о руководящей роли КПК в государстве и обществе), положений об экономическом строе и т.п. В целом, новая редакция Конституции не пошла по пути коренных изменений, что было подчеркнуто заместителем председателя ПК ВСНП Ван Чжаого в его разъяснении поправок к Конституции КНР на заседании второй сессии ВСНП 10-го созыва 8 марта 2004 г.

В Конституцию было внесено положение о важной идее «тройного представительства», первоначально сформулированной в партийных решениях и закрепленной в уставе КПК. Характеризуя значение идеи «тройного представительства», Ван Чжаого отметил, что с введением в Конституцию этой идеи ей «придано руководящее положение в политической и общественной жизни страны, она отразила единое стремление партии, государства и народа, воплотила единство партийной платформы и воли народа».

При поправках 2004 г. в преамбулу было введено выдвинутое XVI съездом КПК положение о «гармоничном развитии материальной, духовной и политической культуры». Обосновывая введение этой партийной установки в Конституцию, Ван Чжаого отметил непосредственную связь «трех культур» с социалистической модернизацией и предоставление им определенных конституционных гарантий.

Много внимания в докладе о конституционных поправках было уделено дальнейшему расширению социальной базы Единого фронта, в состав которого наряду с социалистическими тружениками и патриотами различных направлений (поддерживающими социализм или объединение Родины) были включены «строители дела социализма». Поскольку они были отделены от социалистиче-

ских тружеников, то в понятие «строителей социализма» включались, по словам Ван Чжаого, «возникшие в период социальных перемен новые социальные слои», что «способствует максимально широкой и всеобъемлющей мобилизации всех активных факторов».

Различным изменениям подвергся и ряд статей Конституции. Так, в результате изменения ст. 10 изъятие или реквизиция земли для общественных нужд стала возможной лишь при наличии соответствующей компенсации. При этом было разъяснено, что, в отличие от изъятия, реквизиция не влечет изменения права собственности, а лишь ведет к изменению права пользования. Эта поправка потребовала изменений в Закон о землепользовании, которым предусматривалась только реквизиция земли.

Одним из важных изменений Конституции стало усиление охраны законных прав и интересов индивидуальных и частных хозяйств необщественного сектора экономики. В новой редакции ст.11 Конституции говорилось: «Государство охраняет законные права и интересы индивидуальных и частных хозяйств необщественного сектора экономики. Государство поощряет, поддерживает и оказывает направляющее воздействие на развитие необщественных хозяйств, в соответствии с законом осуществляет в отношении необщественного сектора экономики контроль и регулирование».

Ранее в ст.13 устанавливалась охрана государством права собственности граждан на законные доходы, сбережения, жилище и другую законную собственность и право их наследования. Теперь в ст. 13 прямо говорилось о недопустимости посягательств на имущество граждан, находящееся в частной собственности, «законная частная собственность граждан неприкосновенна».

В соответствии с решениями XVI съезда в ст. 14 Конституции был добавлен четвертый абзац, гласящий: «Государство создает и совершенствует систему социального обеспечения, которая соответствует уровню экономического развития». Объясняя это добавление, Ван Чжаого сказал: «Социальное обеспечение непосредственно касается жизненных интересов широких народных масс. Создание и совершенствование системы социального обеспечения, которая соответствовала бы уровню экономического развития, будет являться углублением экономической системы, важного содержания системы социалистической рыночной экономики, станет важной гарантией общественной стабильности и общественного порядка в государстве».

Большое внимание в Китае и за его пределами привлекло добавление к ст. 33 Конституции слов: «Государство уважает и защищает права человека». Внесение этого добавления было расценено как важный прорыв в развитии прав человека в условиях социализма, так как довольно длительное время после образования КНР о правах человека в Конституции страны не говорилось.

Среди других поправок к действующей Конституции КНР следует выделить ст. 59, в которой перечисляются административно-территориальные единицы, избирающие депутатов ВСНП, в число этих единиц были введены отсутствовавшие ранее особые административные районы: «Всекитайское собрание народных представителей образуется из депутатов, избранных от провинций, автономных областей, городов центрального подчинения, особых администра-

тивных районов и вооруженных сил. Все национальные меньшинства должны иметь соответствующее число представителей».

Из других изменений и добавлений к Конституции в 2004 г. следует отметить замену в ряде статей формулировки о «введении военного положения» на «введение чрезвычайного положения». Серьезным стимулом для изменения Конституции в этой части был опыт, полученный в ходе борьбы с атипичной пневмонией в 2003 г. В комментариях к этой поправке отмечалось, что чрезвычайные меры в период таких ситуаций должны быть в той или иной мере связаны с ограничением прав и свобод граждан. Это международная практика и термин «чрезвычайное положение» присутствует в конституциях большинства стран мира.

К значительным изменениям Конституции следует отнести расширение полномочий Председателя КНР, которые ранее ограничивались представительскими. Это расширение на тот момент было выражено одной фразой: «Осуществление деятельности по делам государства». Однако в будущем предполагалось принятие закона о Председателе КНР, где эта деятельность будет поставлена в четкие правовые рамки.

Конституционными поправками 2004 г. был установлен одинаковый пятилетний срок полномочий для всех местных собраний народных представителей (ранее низовые собрания народных представителей избирались на три года).

Вдокладе Ван Чжаого было отмечено, что уравнивание сроков полномочий местных СНП «содействует координации планов социально-экономического развития различных уровней, планированию и распределению кадров».

Заключительная из поправок 2004 г. касалась последней и самой краткой IV главы Конституции, определяющей государственные символы КНР и ее столицу. Ранее глава называлась «Государственный флаг, государственный герб, столица». Теперь в заглавии вслед за государственным флагом следует государственный гимн, который прежде в Конституции не фигурировал.

Вст. 136 в качестве гимна был утвержден «Марш добровольцев», который до марта 2004 г. не был закреплен на конституционном уровне.

Конституционные поправки 2004 г., хотя и не считаются коренным пересмотром Конституции, тем не менее стали заметным этапом в развитии конституционного права КНР.

Формирование социалистической правовой системы с китайской спецификой

После 2002 г. был принят целый ряд нормативных правовых актов, появление части которых было обусловлено вступлением Китая в ВТО, изменениям подверглись и положения многих принятых ранее законов. Самым важным итогом этого периода следует признать завершение процесса формирования правовой системы КНР в 2010 г. Согласно официальному заявлению председателя ПК ВСНП У Банго, сделанному им в докладе на четвертой сессии ВСНП 11-го созыва 10 марта 2011: «…социалистическая правовая система с китайской спецификой уже сформирована».

По состоянию на конец 2009 г. в стране действовало 232 закона, среди них 39 законов конституционного характера (включая Конституцию КНР), 79 административного характера, уголовного – 1, гражданского – 33, экономического – 55, социального – 16, процедурного – 9. К концу 2010 г. в правовой системе Китая действовало 236 законов, 690 административных актов и более 8600 местных актов правотворчества.

Как и прежде, китайский законодатель не спешил с принятием кодифицированных актов правотворчества (в КНР не были приняты гражданский, административный и налоговый кодексы), предпочитая регулировать существующие и возникающие общественные отношения путем принятия отдельных актов. Кроме этого, несмотря на непрекращающееся давление международного сообщества на Китай с требованием имплементации норм международного права в национальную законодательную систему, власти страны не пошли по пути их повсеместного включения в положения действующих законов, руководствуясь особенностями существующих в Китае правовых отношений, спецификой правовой культуры и правосознания обычных китайцев.

Вправовой системе Китая принято и действует относительно небольшое, по сравнению с Российской Федерацией, количество законов. При этом в КНР широко развито подзаконное, местное правотворчество. Центральные власти предоставляют широкие правотворческие полномочия органам власти на местах для незамедлительного принятия соответствующих правовых документов по устранению существующих пробелов в регулировании возникающих общественных отношений.

Врассматриваемый период в правовой системе Китая появилось множество новых нормативных правовых актов, регулирующих конституционную, гражданскую, административную, уголовную, социальную и процессуальную сферы.

Одним из уникальных актов правотворчества конституционного характера

вправовой системе Китая следует признать Закон КНР О противодействии расколу страны (14 марта 2005 г.). Согласно ст.1 Закон был принят «…в соответствии с Конституцией с целью противодействия и сдерживания сепаратистских сил, стремящихся к “независимости Тайваня”, действия которых направлены на раскол страны, в интересах мирного объединения Родины, сохранения мира и стабильности в зоне Тайваньского пролива, обеспечения суверенитета и территориальной целостности государства, для защиты коренных интересов китайской нации». В ч. 2 ст. 2 этого документа особо подчеркивалось: «в мире существует только один Китай, расположенный на материке и на острове Тайвань. Суверенитет и территориальная целостность Китая в равной степени распространяются на его материковую часть и на Тайвань. Защита суверенитета и территориальной целостности государства является общим долгом всего китайского народа, включая соотечественников на Тайване (ч. 1). Тайвань – часть Китая. Государство решительно не позволяет сепаратистским силам, стремящимся к “независимости Тайваня”, отколоть его от Китая под каким бы то ни было предлогом в какой бы то ни было форме». Если тенденция к независимости Тайваня будет углубляться либо возможность к осуществлению мирного объединения исчезнет – КНР прибегнет к «немирным способам и другим необходимым мерам для защиты су-

веренитета и территориальной целостности страны» (ч. 1 ст. 8). Таким образом, китайские власти впервые на законодательном уровне закрепили возможность применения силы для решения «тайваньского вопроса». До появления Закона об этом лишь говорили. Теперь же международному сообществу был дан четкий сигнал о возможных мерах, которые предпримет КНР в случае эскалации конфликта между двумя берегами.

Важное место в правовой системе Китая занимал вопрос безопасности пищевых продуктов.

Наиболее нашумевшим стало уголовное дело китайской молочной компании «Саньлу», которая имела 50-летнюю историю, а рыночная цена которой составляла примерно 15 млрд юаней (примерно 2 млрд 200 млн долл.). В результате проведенных исследований было установлено, что китайские компании-производители пищевых продуктов добавляли меламин в пищу для повышения кажущейся концентрации белка, что привело к массовым отравлениям и смертям. В самом Китае число детей, отравившихся некачественной молочной продукцией, составило около 53 000 человек, шесть из них погибло. Среди обвиняемых двое – Гэн Цзиньпин, руководитель предприятия, которое продавало молоко, содержащее меламин, и Чжан Юйцзюнь, руководитель предприятия, которое производило и продавало меламин молочным компаниям, были приговорены к смертной казни, двое – к пожизненному заключению, и еще несколько фигурантов – к длительным срокам заключения.

Для всестороннего регулирования деятельности по производству и сбыту пищевой продукции в феврале 2009 г. в правовой системе страны появился Закон КНР «О безопасности пищевых продуктов», действие которого распространялась на физических лиц и организации. Особое место в Законе занимали нормы (ст. 84–98), регулирующие ответственность за нарушения закрепленных в законе положений. Так, ст. 96 гласит: «в случае нарушения положений настоящего Закона, повлекшего причинение вреда здоровью, имуществу или иного вреда, в соответствии с законом лицо несет ответственность по его возмещению» (ч. 1). «При производстве не отвечающей стандартам безопасности пищевой продукции или реализации заведомо не соответствующей стандартам безопасности пищевой продукции потребитель, кроме требования о возмещении вреда, также вправе требовать от производителя или продавца выплаты компенсации в десятикратном размере от стоимости продукции».

Китай одним из первых государств мира ратифицировал Конвенцию ООН от 1988 г. «О борьбе против незаконного оборота наркотических средств и психотропных веществ» («Венская Конвенция»), которая является основополагающим документом для борьбы с отмыванием денег в области международного права. Кроме указанной Конвенции, китайское государство ратифицировало многие другие международные договора и конвенции, которые в той или иной мере затрагивают вопросы борьбы в сфере легализации доходов, полученных преступным путем, в том числе Конвенцию ООН от 1999 г. «О борьбе с финансированием терроризма», Конвенцию ООН от 2000 г. «Против транснациональной организованной преступности», Конвенцию ООН «Против коррупции».

На 24-м заседании ПК ВСНП 10-го созыва 31 октября 2006 был принят Закон КНР «О противодействии отмыванию денег», который вступил в силу с 1 января 2007 г. (аналог российского Закона «О противодействии легализации