Материал: Т. 9. Реформы и модернизация (1976-2009). 2016

Занятия по профессиональному образованию (1981 г.)

бежных инвестиций; 2) в природоохранительной сфере; 3) в сфере охраны общественного порядка для восстановления разрушенных правоохранительных органов; 4) в сфере организации государственных органов.

На 3-м пленуме ЦК КПК 11-го созыва было подчеркнуто, что «социалистическая модернизация нуждается в строгом соблюдении закона и дисциплины... Необходимо добиться, чтобы у нас были законы, на которые можно положиться; исполнение законов должно быть строгим, нарушение законов должно расследоваться и пресекаться».

Для обеспечения нового курса КПК в правовом строительстве в начале 1979 г. была создана комиссия по законодательству Постоянного комитета Всекитайского собрания народных представителей – в последующем Правовая комиссия, а на состоявшейся в том же году второй сессии ВСНП 5-го созыва – Комиссия законодательных предложений ВСНП.

В этот период в масштабах всего Китая стали открываться юридические факультеты в ведущих университетах страны, а студенты и преподаватели начали выезжать за рубеж для получения юридического образования и повышения квалификации, появляется юридическая литература, отражавшая плюрализм мнений по многим дискуссионным вопросам права. До 1978 года в КНР не было выпущено ни одного официального учебника по праву, ни одного посвященного исследованию вопросов юриспруденции монографического труда. Сразу после начала процесса восстановления китайской юридической науки стали появляться монографии по праву КНР (первые работы вышли в начале 1980-х годов в Народном университете Китая).

Выступая с разъяснениями по поводу проектов новых законов, председатель Комиссии законодательных предложений Пэн Чжэнь подчеркивал, что демократизация политической жизни тесно связана с созданием «хорошей законодательной базы», необходимой для организации «четкой и слаженной работы государственного аппарата». Вместе с тем он ссылался на унаследованную от прошлого политическую, экономическую и культурную отсталость китайского общества, в условиях которой «подвергаются зажиму активность и творчество масс, личные свободы и демократические права». Поэтому, как указывал Пэн Чжэнь, после обнародования названных законов «необходим некоторый период времени для подготовки их к введению в действие», чтобы провести соответствующую работу по «пропаганде и воспитанию в духе демократии и законности», усилить «понимание законности у кадровых работников и народа». Кроме того, трудность внедрения законности виделась в том, что не все провинции Китая находились на одинаковом уровне политического, экономического и культурного развития. Из этого делался вывод о необходимости проведения подготовительной работы, направленной на достижение единого понимания законов.

Семьдесят процентов принимаемых законов и подзаконных нормативных правовых актов было направлено на регулирование экономической сферы. Вскоре после принятия Конституции 1978 г. ЦК КПК было принято решение «О некоторых вопросах всемерного развития внешней торговли для увеличения поступления иностранной валюты» (апрель 1979 г.), а уже в июле того же года ЦК КПК и Госсовет приняли совместное решение об особых мерах

вотношении провинций Гуандун и Фуцзянь, направленных на поощрение их внешнеэкономической деятельности. Тогда же было решено создать специальные экономические зоны.

Необходимо отметить, что первыми после пятнадцатилетнего перерыва опубликованными правовыми актами были Положение КНР об арестах и задержаниях (23.02.1979) (основывалось на аналогичном акте 1954 г., восстанавливая роль уничтоженных в «культурную революцию» органов правопорядка) и экспериментальный Лесной кодекс КНР (25.02.1979). Первый был направлен против распространившихся в период «культурной революции» явлений произвола и беззакония в уголовной и уголовно-процессуальной сферах. Второй пытался поставить преграду на пути хищнической вырубки лесов, которая оказывала влияние на климатические условия и сельскохозяйственное производство в ряде районов страны.

Всвязи с острой необходимостью правовой регламентации уголовноправовой сферы наряду с принятием актов правотворчества экономической направленности, высший законодательный орган КНР летом 1979 г. впервые

вистории нового Китая принимает Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы (1.07.1979), а также Закон Об организации народных судов, Закон Об организации народной прокуратуры (1.07.1979) и, впервые, Временное положение Об адвокатах (26.08.1980). В апреле 1982 г. появляется Закон КНР О нотариате (13.04.1982 г.).

Важное место в процессе восстановления разрушенной правовой системы, наряду с Конституцией КНР, в рассматриваемый период принадлежало Уго-

ловному кодексу. Работа по подготовке Уголовного кодекса велась с 1950 г. За эти годы были предприняты усилия по выработке «Проекта программы УК» (всего 157 статей), а в 1954 году – «Проекта руководящих принципов УК». Однако лишь в 1957 г. сессии ВСНП был представлен экспериментальный вариант УК. На сессии было принято решение о внесении в проект замечаний

ио его вступлении в силу в экспериментальном порядке. Однако указанный проект никогда официально не публиковался и, по сути, выступал закрытой инструкцией для судей. В связи с резким обострением внутриполитической ситуации работа над проектом Уголовного кодекса в период с 1957 г. по 1976 г. фактически прекратилась.

Однако вскоре после принятия УК и УПК КНР выяснилось, что принятый УК не был приспособлен к стремительному развитию страны. Кодекс, вступивший в силу с 1 января 1980 г., уже 8 марта 1982 г. подвергся существенной корректировке принятием ПК ВСНП Постановления об усилении наказания в отношении лиц, совершивших серьезные хозяйственные преступления. Этим актом были ужесточены уголовные наказания за взяточничество, контрабанду, торговлю наркотиками и другие преступления.

Принятый одновременно с Уголовным Уголовно-процессуальный кодекс (УПК) КНР, также как и УК, был подготовлен еще до «культурной революции». До его введения в действие уголовный процесс регулировался внутриведомственными инструкциями и экспериментальными обобщениями судебных процессов в судах различных ступеней. УПК 1979 г. подтвердил принципы верховенства закона, независимости суда при осуществлении правосудия, равенства граждан перед законом, право обвиняемого на защиту в суде, право на заявление отводов и обжалование судебных решений в кассационном порядке

ит.д.

Несмотря на большую значимость для китайской правовой системы того времени УК и УПК КНР, закрепленные в них нормы характеризовались высокой степенью декларативности, обилием общих и нечетких формулировок, допускающих различные толкования, неопределенными и оценочными понятиями. Кроме того, в соответствии с решением ПК ВСНП юридическую силу сохранило большинство ранее принятых нормативных актов уголовно-право- вого характера.

Ключевую роль в правовой системе КНР играла ее судебная система. Основой ее правового регулирования стал Закон Об организации народных судов, согласно которому судебная власть основывается на народных судах трех ступеней и двух судебных инстанциях. Судебные органы КНР включают в себя Верховный народный суд, местные народные суды, военные суды (трибуналы) и другие специальные народные суды (ч.1 ст.124 Конституции КНР). Верховный народный суд является высшим судебным органом Китая и осуществляет надзор за судебной деятельностью местных и специальных народных судов. ВСНП избирает Председателя Верховного народного суда (п.7 ст.62 Конституции КНР), срок полномочий которого составляет пять лет, он не может занимать эту должность более двух сроков подряд.

Судебные органы КНР подконтрольны органам государственной (законодательной) власти, перед которыми они регулярно отчитываются о проделанной работе на сессиях ВСНП и сессиях местных СНП. Таким образом, местные народные суды оказываются в подчиненном отношении не только к органам законодательной власти на местах, но и по отношению к вышестоящим судам, т.е. можно говорить о существовании в Китае системы двойного подчинения судов. При этом Конституция КНР закрепляла, что «народные суды, в пределах, установленных законом, осуществляют правосудие самостоятельно, без вмешательства со стороны административных органов, общественных организаций и отдельных лиц» (ст.126).

В самый первый период восстановления законодательной системы Китая (1978–1982 гг.) в стране было принято 7 законов конституционного характера (включая Конституцию 1978 г.), 3 закона в гражданско-правовой сфере, 6 административных законов, 2 экономических, 2 в социальной сфере, Уголовный и Уголовно-процессуальный кодексы. Наряду с законами в этот период в стране широко принимаются различные Положения, Уведомления, Инструкции, Правила, зачастую по своему характеру заменявшие отсутствовавшие в то время законодательные акты.

Первоначальный этап восстановления правовой системы КНР характеризовался принятием временных либо экспериментальных актов правотворчества. С течением времени многие принятые в экспериментальном порядке правовые документы приобретали постоянный характер.

Экономическое наследие

3-й пленум ЦК КПК 11-го созыва, на котором экономическое строительство впервые после 1956 г. было провозглашено центром тяжести работы «всей партии и всей страны», дал старт одновременно нескольким чрезвычайно важным процессам, во взаимодействии определившим общую траекторию и основные особенности социально-экономического развития КНР в последующие три десятилетия. Это, во-первых, начало разработки более детальной и реалистичной, чем унаследованная от предшественников, концепции модернизации страны, во-вторых, запуск «серьезной реформы системы экономического управления и методов хозяйствования» и, в-третьих, выдвижение курса «активного развития экономического сотрудничества со всеми странами мира».

Первоначально продвижение на всех этих направлениях давалось крайне нелегко, сказывалось как разное видение проблем страны и путей их решения в правящей элите, так и резкое снижение общего уровня управленческой работы за годы «культурной революции». Несмотря на огромную политическую решительность, и лидеры Китая, и руководители регионов и ведомств нередко имели весьма расплывчатое представление о реальной ситуации в экономике, финансах, отдельных отраслях. Неверной оценке уровня развития Китая и степени его отставания от развитых стран способствовало крайне ограниченное

экономическое, политическое и интеллектуальное взаимодействие с внешним миром в предшествовавшее двадцатилетие следования курсом «опоры на собственные силы». Это, в свою очередь, порождало упрощенные представления о масштабах и степени сложности необходимых Китаю преобразований, о темпах, сроках и методах их осуществления.

Между тем качество «экономического наследия», доставшегося Китаю, трудно оценить однозначно. Унаследованная реформаторским руководством идея модернизации Китая носила лозунговый характер. Предпринятая в 1977– 1978 гг. попытка форсированного развития оказалась оторванной от реальных условий и возможностей страны. Стала очевидной необходимость более фундаментальной проработки всего комплекса вопросов, связанных с модернизацией – ее качественных критериев и количественных ориентиров, этапов и методов осуществления.

К концу 1970-х годов КНР располагала достаточно солидной материальной базой. Среднегодовые темпы промышленного производства за 1950–1977 гг. составили 13,5%, а сельскохозяйственного – 4,2%. Доля промышленности в совокупной продукции промышленности и сельского хозяйства возросла с 30% до 71%. Основные фонды государственных промышленных предприятий достигли в 1978 г. 320 млрд юаней (по первоначальной стоимости) по сравнению с 15 млрд юаней в 1952 г. Доля орошаемых пахотных площадей составила 45%, урожайность зерновых (по пахотной площади) увеличилась с 12,8 ц/га в 1949 г. до 41,1 ц/га в 1978 г. В 1978 г. станочный парк страны составлял 2,67 млн станков, КНР занимала 3-е место в мире по добыче угля (618 млн т), 5-е – по выплавке стали (31,8 млн т), первое – по производству хлопчатобумажных тканей (11 млрд м).

Хотя социальные достижения КНР в дореформенный период были менее весомы, чем экономические, страна и здесь располагала рядом важных заделов. Так, в 1978 г. уровень школьного образования в Китае был весьма высоким по стандартам стран с низкими доходами и вполне сопоставим с уровнем стран со средними доходами: процент охвата соответствующих возрастных групп начальным образованием составлял 93%, а средним образованием – 51% при 20% у стран с низкими доходами и 41% у стран со средними доходами. Это создавало потенциальную возможность использования Китаем «преимущества отсталости» для обеспечения быстрого роста, существующую не в условиях любой отсталости вообще, а именно, в относительно отсталых технологически, но продвинутых в социальном отношении странах.

В свете вышесказанного становятся понятными высокие оценки потенциала экономического роста Китая, существовавшие в мире в предреформенный период. Так, в широко известной работе американских китаеведов «Китайская экономика после Мао» (1978 г.) прогнозировалось повышение доли Китая в суммарном валовом национальном продукте пяти ведущих «сил» мира (США, ЕЭС, Советский Союз, Япония и Китай) с 6,7% в 1976 г. до 9,6–14% в 2000 г., когда ВНП Китая должен был достичь половины американского ВНП и 70% японского и советского. И это несмотря на отставание Китая от США в конце 1970-х годов в технологии промышленного производства на 20–40 лет, в том