Материал: Т. 9. Реформы и модернизация (1976-2009). 2016

В числе первых 6 заводов пров. Сычуань, на которых начался эксперимент по расширению хозяйственной самостоятельности государственных предприятий, был Нинцзянский станкостроительный завод. Имея хорошую репутацию, продукция завода надолго задерживалась на складах в ожидании планового распределения, сам завод не имел права самостоятельно продавать свою продукцию. Однажды за несанкционированную продажу он был наказан за «самовольное распоряжение продукцией государственного плана».

26 июня 1979 г. в рамках проводимого эксперимента по расширению хозяйственных прав руководство завода на 4-й полосе «Жэньминь жибао» опубликовало рекламу своей продукции. В результате за 2 месяца были подписаны контракты на поставку 1300 станков, в то время производительность завода была 500–600 станков в месяц. Его примеру последовали другие предприятия, например, 11-й станкостроительный завод Шанхая. Бо Ибо, узнав об этом случае, сказал: «Эта реклама – настоящий подвиг в реформе экономической системы Китая». В 1979 г. были созданы первые рекламные агентства в Пекине, Шанхае, пров. Гуандун, их услугами стали пользоваться иностранцы. В сентябре 1979 г. уже было 7 газет и 5 телеканалов, которые размещали рекламу иностранной продукции, их доход составлял до 3 млн сянганских долларов. 18 сентября 1979 г. Ху Яобан, говоря о рекламе иностранных товаров, заметил: «Не надо их ограничивать». Однако на местах периодически запрещали рекламу иностранной продукции, например, осенью 1980 г. запретили рекламу иностранных товаров в пекинском метро.

На основе приобретенного в Сычуани опыта после проведенного в апреле 1979 г. Всекитайского совещания ЦК Госсовет КНР дал старт расширению сферы эксперимента по всей стране, одновременно подготовив нормативную базу для его проведения. Ее составили обнародованные 13 июля 1979 г. пять документов: «Некоторые положения о расширении хозяйственной самостоятельности государственных промышленных предприятий», «Положение о предоставлении государственным предприятиям отчислений от прибыли», «Положение о повышении нормы амортизации основных фондов и совершенствовании методов использования амортизационных отчислений на государственных промышленных предприятиях», «Временное положение о переходе к кредитованию оборотных средств на государственных промышленных предприятиях в полном объеме», «Временное положение о налогообложении основных фондов государственных промышленных предприятий».

К ноябрю 1979 г. в эксперименте участвовали уже 1366 предприятий промышленности и транспорта, в апреле 1980 г. – 3358 предприятий, в июле 1980 г. – 6600. Составляя 16% общего числа государственных предприятий, экспериментальные объекты давали 60% валовой продукции и 70% государственного сектора промышленности. Одним из главных итогов эксперимента стало обретение предприятиями первых навыков самостоятельного использования собственных средств. В 1979 г. они получили в свое распоряжение 6,4% реализованной прибыли, в 1980 г. – 11,9%, в 1981 г. – 13,2% и в 1982 г. – 16%. Кроме того, сама логика реформенного процесса вела к углублению преобразований по многим направлениям. Эксперимент по замене отчислений от прибыли подоходным налогом, проводившийся в конце 1982 г. на 456 предприятиях, сыграл важную роль в первичной реформе налоговой системы Китая.

Спонтанно возникшие в 1979 г. ярмарки средств производства положили начало внедрению элементов рыночного регулирования в сферу материальнотехнического снабжения. В январе 1980 г. Первое министерство машинострое-

ния с согласия Государственного комитета по ценам ввело «плавающие цены» на 16 видов продукции. Так стала воплощаться в жизнь базовая концепция первых лет реформы: «План – главное, рыночное регулирование – вспомогательное».

Далеко идущие последствия имели первые подвижки в структуре собственности. Заметно расширились права и возможности кооперативного сектора в городах и поселках, где нашли работу около трети всех трудоустроенных за 1979–1981 гг. С 1979 г. было разрешено принимать на работу выпускников школ и вузов. Однако на работающих на них часто не распространялись нормы социального страхования, а также пенсионного, а иногда и продовольственного обеспечения. В июле 1981 г. Госсовет КНР принял постановление о политике в отношении индивидуальных хозяйств, разрешив предпринимателям найм 1–2 помощников и до 5 учеников. К концу 1982 г. численность занятых в индивидуальном секторе страны составила около 3,2 млн человек (в том числе 1,36 млн человек в городах и 1,84 млн – на селе). 46,1% работников были заняты в торговле, 20,8% – в общественном питании, 10,5% – в сфере услуг и 10,2% – в кустарной промышленности. В 1982 г. индивидуальный сектор дал 2,9% объема розничного товарооборота, а еще 4,3% составила продажа крестьянами своей продукции на свободных рынках.

Сильное экспериментальное начало сохранилось в преобразовании хозяйственного механизма КНР и в дальнейшем. Своего рода визитной карточкой реформы в Китае стало выражение «Мочжэ шитоу гохэ» – «Переходить реку, нащупывая камни».

Урегулирование народного хозяйства

Ключевым событием экономической жизни Китая в период 1979–1981 гг. стала политика урегулирования, призванная преодолеть острейшие диспропорции в народном хозяйстве страны, прежде всего улучшить соотношение между накоплением и потреблением, сельским хозяйством и промышленностью, производством средств производства и предметов потребления, между сырьевыми и перерабатывающими отраслями.

На всем протяжении процесса формирования и реализации курса урегулирования представления руководства Китая и ученых-экономистов о месте и роли урегулирования в хозяйственном строительстве, его содержании и методах подвергались постоянному и подчас весьма существенному переосмыслению. Это было обусловлено тем, что выдвижение курса урегулирования потребовало глубокого и всестороннего анализа уроков и опыта социально-экономиче- ского развития КНР в предшествующее двадцатилетие. Он шел параллельно с проведением урегулирования и непосредственно влиял на определение его количественных и качественных параметров. Естественно, что на формирование концепции урегулирования не могли не сказаться корректировки и уточнения долгосрочных целей экономической политики китайского руководства.

Наконец, эффективность и последовательность реализации установок курса на урегулирование нередко снижалась из-за весьма острых на рубеже 1970–1980-х годов разногласий в высшем эшелоне китайского руководства по кардинальным вопросам экономического развития страны, частичной утраты в годы «культурной революции» навыков планирования и управления народным хозяйством, недостаточной компетентности основной части хозяйственных кадров, отбиравшихся в тот период преимущественно по политическим критериям. Все это вместе предопределило отнюдь не линейную динамику процесса урегулирования, изобиловавшего множеством коллизий и нюансов.

В формировании концепции урегулирования и ее реализации на практике можно выделить ряд этапов.

«Вызревание» идеи урегулирования, берущее отсчет с 3-го пленума ЦК КПК 11-го созыва, завершилось официальным выдвижением первоначальных наметок курса на апрельском (1979) рабочем совещании ЦК КПК, второй сессии Всекитайского собрания народных представителей КНР 5-го созыва (июнь 1979 г.) и рабочем совещании по промышленности и транспорту в г.Чэнду (июль 1979 г.).

Период с осени 1979 г. по третью сессию ВСНП 5-го созыва (июль–август 1980 г.) характеризовался острой полемикой о масштабах и методах урегулирования, приоритете и соотношении отдельных элементов курса, прежде всего, урегулирования диспропорций в народном хозяйстве и проведения реформы хозяйственного механизма.

Активное наступление сторонников урегулирования привело к провозглашению на рабочем совещании ЦК КПК в декабре 1980 г. курса «дальнейшего, здорового и трезвого урегулирования». На смену «заминке», характеризовавшейся весьма непоследовательной реализацией этого курса, пришла фаза «жесткого урегулирования», продолжавшаяся около восьми месяцев.

Период с Шанхайского рабочего совещания по промышленности и транспорту (апрель 1981 г.) до четвертой сессии ВСНП 5-го созыва (ноябрь–декабрь 1981 г.) отмечен попытками частичной корректировки установок «дальнейшего урегулирования», оживлением дискуссии по проблеме темпов экономического роста и смягчением, в конечном счете, степени жесткости урегулирования.

С официальным принятием в конце 1982 г. шестого пятилетнего плана социально-экономического развития Китая на 1981–1985 гг. реализация задач урегулирования перестала быть самостоятельным объектом экономической политики. С начала 1983 г. акцент на решение структурных проблем народного хозяйства Китая заметно ослабел, а центр тяжести экономической деятельности переместился на хозяйственную реформу.

Причины и обстоятельства выдвижения курса урегулирования. «Культурная революция» нанесла экономике Китая огромный ущерб. По распространенным в КНР оценкам, страна за 1967–1976 гг. потеряла около 500 млрд юаней национального дохода. (Для сравнения: аналогичные потери вследствие «большого скачка» оценивались в 103 млрд юаней.) Характерная для этого периода стратегия развития, всецело подчиненная обслуживанию роста производства в ключевых звеньях, прежде всего, наращиванию выплавки

Практически весь 1978 г. прошел под знаком попыток форсированного развития избранных «ключевых звеньев» за счет инвестиционной подпитки и крупномасштабного импорта оборудования. Объем инвестиций в рамках госбюджета был увеличен с планировавшихся в начале года 33,2 млрд юаней до 41,5 млрд юаней (фактически было освоено 39,5 млрд юаней). В течение года были подписаны контракты на импорт комплектного оборудования для ряда крупных предприятий, использующих нефть в качестве сырья (установки производительностью 300 тыс. т. этилена в год для Пекинского, Шаньдунского, Дацинского нефтехимических комбинатов, 2 аналогичных установки – для Нанкинского нефтехимкомбината, установки на 110 тыс. т этилена в год для Цзилиньской нефтехимической компании, комплексы по производству 300 тыс. т мочевины для заводов химудобрений в Чжэцзяне, СУАР и Нинся, а также работающее на угле оборудование по производству мочевины для химкомбината в Шаньси). Кроме того, были подписаны контракты на поставку оборудования для Гуйчжоуского алюминиевого завода, медеплавильной базы Дэсин, ряда заводов химволокна и искусственной кожи, угледобывающих предприятий. Сооружение только этих объектов на пике предполагавшегося строительства в 1981–1982 гг. требовало 13 млрд юаней ежегодных капиталовложений.

Принятые в сентябре 1978 г. наметки плана экономического развития на 1979 и 1980 гг. ставили задачу достижения 5–6-процентного годового прироста валовой продукции сельского хозяйства и 10–12-процентного – валовой продукции промышленности. Добыча угля должна была ежегодно расти на 40 млн т, нефти – на 6–10 млн т, выплавка стали – на 3 млн т.

Содействовать реализации этих планов были призваны меры руководства страны по усилению централизации в экономике. В соответствии с «Решением ЦК КПК о некоторых вопросах ускорения развития промышленности» (проект) в 1978 г. начался возврат крупнейших предприятий из местного подчинения в центральное. Для остающихся в двойном подчинении центра и мест ключевых предприятий предусматривалось главенство ведомственного управления. Одновременно была расширена сфера действия централизованного распределения материальных ресурсов – с 52 видов в 1977 г. до 210 в плане на 1979 г.

Стратегия форсированного экономического роста в Китае 1977–1978 гг., рассчитанная, по мнению американского экономиста Б.Наутона, на повторение в общих чертах того варианта развития, который удалось реализовать Советскому Союзу в 1957–1965 гг., получила практически всеобщую поддержку в стране. Одним из ее вдохновителей вполне может считаться Е Цзяньин, напомнивший в мае 1977 г. со ссылкой на Мао Цзэдуна о необходимости для Китая иметь «надежный крестец» в виде базовых отраслей промышленности.

Однако реализация такого рода стратегии развития оказалась не под силу ослабленному «культурной революцией» Китаю. Утрата навыков планирования, недостоверность и неполнота статистических данных, некомпетентность подавляющего большинства кадровых работников, односторонний политический подход к постановке экономических задач привели к грубым просчетам,