Материал: Т. 9. Реформы и модернизация (1976-2009). 2016

4) исследовательские органы при религиозных объединениях и религиозных учебных заведениях. Стали издаваться тематические журналы, такие как «Изучение мировых религий» (Шицзе цзунцзяо яньцзю), «Мировая религиозная культура» (Шицзе цзунцзяо вэньхуа), «Религии Китая» (Чжунго цзунцзяо), «Изучение современных религий» (Дандай цзунцзяо яньцзю), а также целый ряд провинциальных и университетских периодических изданий. В результате теоретических изысканий стали вырабатываться новые научные критерии определения религии. Постепенно она начала рассматриваться в контексте ис- торико-культурной традиции Китая. Это дало толчок для выработки новых методов в изучении религиозных проблем, для переосмысления их исторической роли и места в современном обществе.

Празднование 35-й годовщины образования КНР

Успехи реформ в деревне вселили уверенность в том, что планы по 4-крат- ному увеличению объемов производства промышленности и сельского хозяйства к 2000 г. будут выполнены. 25 марта 1984 г. Дэн Сяопин на встрече с японским премьер-министром выразил надежду, что к концу века Китай построит общество сяокан, которое и будет «модернизацией китайского типа» (чжунго ши дэ сяньдайхуа). Во внешней политике тоже наблюдались очевидные успехи. За неделю до 1 октября 26 сентября 1984 г. было достигнуто соглашение о возвращении Гонконга.

В стране явственно ощущалась атмосфера всеобщего подъема, единства власти и народа. В 1983 г. на китайский новый год телевидение в прямом эфире транслировало новогодний концерт. С этого времени новогодние телевизионные концерты стали традицией.

1 октября 1984 г. на площади Тяньаньмэнь впервые за много лет состоялся военный парад, посвященный 35-й годовщине образования КНР. Подразделе-

Дэн Сяопин на параде. 1984 г.

ния НОАК прошли в новой военной форме. Принимал парад Дэн Сяопин, выступивший с речью о проводимых преобразованиях. Затем состоялась демонстрация, во время которой студенты Пекинского университета подняли плакат с надписью «Сяопин, здравствуйте!» Приветствие подхватили студенты других вузов, находившиеся в колонне. Это был пик народных симпатий к Дэн Сяопину,

признание его личных заслуг в преобразованиях. На этой волне эмоционального подъема в обществе через несколько дней было принято Постановление 3-го пленума ЦК об углублении экономической реформы.

Становление неколлективных секторов экономики

Перенос центра тяжести на экономическое строительство открыл новые возможности для активности различных групп и слоев населения. Первоначально изменения затронули деревню, где проживало подавляющее большинство населения страны. По мере продвижения реформ и роста уровня жизни крестьян стало ясно, что значительные резервы повышения экономической эффективности остаются не использованными и в городах. Связаны они были так же, как и в деревне, с развитием различных форм собственности и методов хозяйствования. Началу широких экспериментов в этой области способствовали тяжелое экономическое положение, сохранявшаяся безработица и отсутствие у руководства страны цельной концепции экономических реформ.

Успех экономических преобразований в деревне показал хороший пример для расширения зоны экспериментирования. Однако поиск ресурсов для реализации стратегических целей по-прежнему ограничивался жестким набором идеологических принципов, не допускавших уступок капитализму. Перед КПК стоял непростой выбор: отказаться от развития экономически эффективных и остро необходимых стране форм собственности и хозяйствования, сохранив идеологическую чистоту, или допустить их развитие, отказавшись от идеологической строгости. На уровне официальной идеологии частная собственность и любые формы перехода к ней были абсолютно неприемлемы. Об этом многократно говорил Дэн Сяопин. Даже на 3-м пленуме ЦК 13-го созыва (сентябрь 1988 г.) Генеральный секретарь Чжао Цзыян указал на невозможность и неприемлемость приватизации в Китае. Однако практика постоянно подталкивала к формированию эффективных экономических укладов. На роль индивидуального экономического уклада как необходимого дополнения общественного сектора впервые было обращено внимание Лю Шаоци и Чэнь Юнем еще в 1956 г. Эти представления получили вторую жизнь на начальном этапе

экономических реформ после 3-го пленума 1978 г. Особенно после того, как

вгорода стала возвращаться сосланная в годы «культурной революции» в деревню молодежь, которая значительно ухудшила и без того непростую ситуацию с безработицей, выросла преступность, обострились другие социальные проблемы. В феврале 1979 г. ЦК утвердил документ совещания начальников управлений промышленности и торговли и разрешил развивать экономику индивидуального сектора, но не разрешил нанимать рабочих.

Принципиальное решение о допущении новых форм собственности было принято в 1981 г. Сначала ЦК КПК и Госсовет КНР 30 марта 1981 г. призвали повысить активность в развитии различных форм хозяйствования «коллективов и отдельных лиц», прежде всего в сельской местности. Затем в Решении 6-го пленума ЦК 1981 г. «индивидуальное хозяйство» было признано одной из форм собственности на средства производства (понятие «частное хозяйство» стало использоваться только после XIII съезда КПК). В нем прямо указывалось, что производственные отношения «должны соответствовать состоянию производительных сил и способствовать развитию производства. Государственное и коллективное хозяйство являются основными формами экономики

вКитае, а функционирующее в установленных рамках индивидуальное хозяйство тружеников представляет собой необходимое дополнение к экономике, основанной на общественной собственности».

Статус необщественных секторов регулировался партийными установками и принятыми на их основе административно-правовыми актами Госсовета, министерств и ведомств. Важнейшим среди них являлись «Некоторые политические установки Госсовета КНР в отношении несельскохозяйственных индивидуальных предприятий в городах и поселках», принятые 7 июля 1981 г., т.е. сразу после 6-го пленума ЦК КПК 11-го созыва. В них к сфере хозяйственной деятельности необщественных секторов были отнесены: ремесленное производство (мелкое кустарное производство), розничная торговля, общественное питание, сфера бытового обслуживания, ремонтно-строительные работы, перевозки немоторизованным транспортом, т.е. те, где был недостаточно развит государственный и коллективный сектора. Местным народным правительствам, финансовым, промышленным и торговым организациям предписывалось оказывать содействие развитию несельскохозяйственных индивидуальных предприятий в городах и поселках.

Особо подчеркивалось, что любая дискриминация и вмешательство

вработу индивидуальных пред-

трудоустройства, оживлении экономики, решении проблем трудоустройства в городах», в соответствии с которыми индивидуальным предпринимателям разрешалось нанимать до 2 помощников и до 5 учеников. На практике, однако, численность наемных рабочих постоянно росла, и эти ограничения все чаще не соблюдались. Таким образом, индивидуальное хозяйство было признано политически, экономически и юридически, но по статусу оно уступало государственной и коллективной собственности.

ВОтчетном докладе XII съезду КПК «индивидуальное хозяйство трудящихся» также называлось «необходимым и полезным дополнением общественной собственности», впервые содержался призыв стимулировать экономику индивидуального хозяйства и распространить сферу ее деятельности с городов и поселков на деревни.

Политический статус мелкотоварного хозяйства был закреплен в Конституции 1982 г. 11 статья гласила: «Индивидуальное хозяйство городских и сельских тружеников, ведущееся в рамках, установленных законом, является дополнением к социалистическому общественному хозяйству. Государство охраняет законные права и интересы индивидуального хозяйства, посредством административного управления направляет, поддерживает и контролирует индивидуальное хозяйство». Все эти формулировки, несмотря на нечеткость, стали основанием для их быстрого стихийного развития.

В«Дополнительных установках Госсовета к “Некоторым политическим установкам Госсовета КНР в отношении несельскохозяйственных индивидуальных предприятий в городах и поселках”» от 13 апреля 1983 г. сфера деятельности индивидуального предпринимательства существенно расширялась: было разрешено использование механических орудий производства и средств транспорта для перевозки грузов и пассажиров, транспортировка с последующим сбытом продукции, с рядом оговорок снимались ограничения на оптовый сбыт. Но, главное, городским и местным администрациям разрешалось расширение сферы индивидуального предпринимательства с «учетом местных условий», в некоторых малоприбыльных отраслях допускалось частичное или полное освобождение от налогообложения. На получение хозяйственной лицензии на индивидуальную деятельность могли претендовать безработные горожане (по официальной терминологии «ожидающие работу»), а также пенсионеры. Хозяйствующим субъектом могли быть как отдельное лицо, так и семьи. Лицензии выдавали местные Управления промышленности и торговли, на которые также были возложены вопросы регулирования хозяйственной деятельности индивидуальных предпринимателей. Помощники и ученики, нанятые индивидуальными предпринимателями, впоследствии имели право на организацию производственных кооперативов.

Вопрос о найме рабочей силы вызвал в обществе острые дискуссии. В конце 1983 г. вопрос о нарушениях был поставлен и перед Дэн Сяопином, который тогда ответил: «вопрос о найме надо разрешить, а через 2 года посмотрим», если сейчас запретить, люди скажут, что политика изменилась, начнут беспокоиться, надо разрешить – «чего бояться, что навредит социализму?»

Государственным и коллективным предприятиям разрешалось передавать в аренду часть объектов промышленности, торговли, общественного питания и сферы обслуживания. Распределение материальных ресурсов должно было осуществляться между различными секторами вне зависимости от форм собственности на условиях «справедливости и равенства». Однако только товары, изготовленные из сырья, купленного по договорным ценам, могли реализовываться по рыночным ценам, товары, произведенные из сырья, поставленного государственными или коллективными предприятиями, должны были реализовываться по ценам, близким к государственным. Свободные цены устанавливались только на услуги.

Работники индивидуальных предприятий по политическим и социальноэкономическим правам приравнивались к трудящимся государственных и коллективных предприятий.

7 января 1986 г. Госсовет принял «Временное положение КНР о подоходном налоге на городские и сельские индивидуальные предприятия промышленности и торговли», в соответствии с которым была введена 10-разрядная прогрессивная шкала налогообложения индивидуальных предприятий несельскохозяйственной сферы со ставкой от 7 до 60%. В целом в первой половине 1980-х годов налоговые отчисления частного сектора государству были относительно небольшими, но по мере его легализации налоговое бремя возрастало.

Следует подчеркнуть, что на практике перечисленные правовые акты не всегда строго соблюдались. На местах существовало значительное разнообразие условий хозяйствования, а местные органы власти, на которые был возложен контроль за деятельностью индивидуальных предприятий, зачастую сами были заинтересованы в нарушениях, которые позволяли им пользоваться преимуществами предприятий негосударственного сектора.

На рубеже 1980-х годов широкое распространение приобрело явление маскировки «индивидуальных» предприятий под коллективные. Учредителями коллективных предприятий могли выступать государственные органы управления – местные комитеты (сельские, поселковые, квартальные, уличные). Как правило, по договоренности с индивидуальным предпринимателем они фиктивно учреждали коллективное предприятие, получая за это различного рода услуги, чаще всего оплату представительских расходов (подарки, банкеты, счета в ресторанах и т.д.). Про такие предприятия в Китае говорили «прикрывшиеся красными шапками» (хун маоцзы).

Для подобного рода практики было несколько причин. Помимо политических – коллективные предприятия относились к социалистической форме собственности – существовали и экономические. В частности, процент за кредиты коллективным предприятиям был примерно в 1,5 раза ниже, чем частным. Коллективные предприятия пользовались системой льгот при налогообложении и отчислении на управленческие расходы, которые не распространялись на индивидуальные и частные. Нормы налогообложения также были ниже. Индивидуальные предприятия должны были выплачивать произвольно устанавливаемые местными властями суммы «на управление», «за улучшение санитарных условий», различные «членские взносы». В 1980-е годы уравнивания в правах всех форм собственности так и не произошло.