По мнению С. В. Соколова, этнос служит для воспроизводства своих членов в процессе деторождения, социализации и воспитания. Он заинтересован в увеличении своей численности с помощью увеличения рождаемости и сокращения смертей. Этнос стремится превратиться в социальный институт -- национальное государство, в рамках человечества имеющий свою территориально-этническую организацию. В результате войн и природных катастроф этнос может быть разделен на разные части государственными границами, как это произошло сейчас с русскими Степанов С. В. Социальная конфликтология. М. : ЮНИТИ, 2001. С. 166..
Ряд ученых, например, Ю. В. Бромлей См.: Бромлей Ю. В. Очерки теории этноса. М., 1983., рассматривают этнос как социокультурное явление, как общность, обладающую этническим самосознанием, т.е. обладающую общими чертами, стабильными особенностями культуры и психологического склада, сложившуюся на определенной территории. Например, при исследовании чувств, испытываемых представителями титульных народов республик России -- татарами, якутами, тувинцами -- по отношению к собственным этническим общностям, было обнаружено, что за последние 10 лет XX в. все они стали воспринимать свою группу как более привлекательную. Повышение этносоциального статуса этих народов в новой социальной реальности сопряжено с ростом чувства самоуважения, что проявляется в усилении чувства гордости и в снижении чувства стыда за свой народ.
Этнос характеризуется также существованием жестких культурных и социальных механизмов интеграции, которые обусловливают стремление личности видеть оправдание своего существования, основную ценность в своем растворении в сообществе. Существование личности в этом обществе культурно оправданно лишь в той степени, в какой она способна в максимальной степени подчинить себя, свои цели и средства утверждению существования целого, его функций. Личность, следовательно, утверждает себя лишь в той степени, в какой она себя обезличивает, в какой она способна раствориться в целом. Эта форма жесткой внутренней интеграции неотделима от крайних форм внешней дезинтеграции, т.е. противостояния внешним силам, общностям. В основе архаичных отношений древних сообществ лежит представление о том, что все общности вне «мы» -- нечто чуждое, несущее в себе абсолютную реальную и потенциальную враждебность людям, т.е. членам данного этноса. Как показывает история, пишет Г. Солдатова, на первых ступенях развития человечества определяющим отношением между этносами был геноцид, т.е. потенциальная и реальная угроза взаимного истребления Солдатова Г. У. Психология межэтнической напряженности. М. : Смысл, 1998. С. 40--63..
Так, по мнению историка Б. Ф. Поршнева, этнические категории и появились следом за этой глобальной категорией и ее противоположностью (люди -- нелюди). Поршнев попытался вывести психологические детерминанты межгрупповых отношений из материалов человеческой истории и рассмотреть процессы, связанные с идентификацией индивида с группой, начиная с самых истоков становления человечества как социальной общности. Согласно его гипотезе субъективное Мы появляется, когда люди повстречались и обособились от каких-либо Они, т.е. осознали бинарную оппозицию «они -- нелюди, мы -- люди»: «Первое человеческое психологическое отношение -- это не самосознание первобытной родовой общины, а отношение людей к своим близким животнообразным предкам и тем самым ощущение ими себя именно как людей, а не как членов своей общины» Поршнев Б. Ф. Социальная психология и история. М. : Наука, 1979.
С. 73--126..
Практически это означает, что исторически исходным отношением между этносами является господство отношений конфликта, возможно, нечто большего, чем конфликта в современном его понимании. Это исходное отношение можно рассматривать по аналогии с расколом, как слабой способностью взаимопроникновения смысловых полей групп, возможно, этносов, как преобладание взаимоотталкивания, возможно, взаимоистребления. Рассмотрение геноцида как культурно исходной предпосылки этих отношений вполне вписывается в представление о расколе. Так, например, столкновения между этносами в древности рассматривалось сторонами как естественные и неизбежные, как требующие мобилизации всех воинских доблестей этноса, всего эмоционального пафоса. Идеальная модель «войны против всех», если под «всеми» понимать обособленные сообщества, имеет своим историческим прототипом именно эту ситуацию. Экстраполяцию этого типа отношений теоретиками на позднейшие типы общества, включая ранний капитализм, можно рассматривать лишь как метафору, имеющую методологическое значение URL: www.psy.ru..
Однако история учит, что господство этого принципа даже на первых ступенях развития общества не означает, что между этносами шла постоянная абсолютная истребительная война. Тем не менее это означает, что при возникновении любых проблем между этносами первичной, исторически и логически исходной основой для осмысления ситуации, для вынесения конкретных решений является представление об антагонизме с иными этносами, представление об их виновности во всех бедах. Иначе говоря, в основе представления об отношениях между «мы» и «они» лежало нравственное представление об абсолютной чуждости, что давало санкцию на истребление как ответ на отсутствие взаимопонимания, на собственный страх, на случайные столкновения, на все что угодно.
Это представление позволяет сегодня воспроизвести исторически и логически исходную точку формирования отношений между этносами. В мире господства тотемной культуры локальные сообщества воспринимали друг друга как отношение тотема и антитотема. История, однако, раскрывает себя как возможность людей все дальше и дальше отходить от примитивных представлений (хотя и не запрещает к ним возвращаться), разрабатывать ослабленные формы подобных представлений, принципиально новые взгляды на отношения этносов.
Н. Медведев основные теории к пониманию этнического феномена свел к трем подходам -- примордиалистскому, конструктивистскому и инструменталистскому См.: Медведев Н. П. Этнос, нация и политика: еще раз о сущности понятий. URL: file://localhost/Слово% 20эксперта.mht.. С точки зрения примордиалистского (от лат. primordial -- первичный, исконный) подхода, этничность, является органичным образованием. Это -- присущее человеку ощущение себя в качестве члена того или иного этноса и носителя той или иной культуры Лурье С. Монологи из «тюрьмы народов». Размышления над притчей о слоне. Теоретические подходы к исследованию. М., 1996. С. 8.. Представители конструктивистского направления, которые, отождествляя этничность с национальностью, этнос с нацией, по существу, сводят природу нации исключительно к субъективному моменту -- самосознанию и чувству солидарности индивидов, относящих себя к той или иной этнической группе. С точки зрения конструктивистского подхода, этничность является новой социальной конструкцией и не имеет культурных корней. Речь идет об искусственном политизированном образовании Там же. С. 7--8.. Приверженцы инструменталистского подхода так же, как и конструктивисты, считают этносы (нации) искусственными образованиями (существование объективных атрибутов этнической группы отрицается), которые активно используются некоторыми политическими лидерами для привлечения на свою сторону отдельных групп людей и консолидации их вокруг себя с целью дальнейшего преследования определенных политических интересов. Этническая группа трактуется как общность, объединяемая интересами, а этничность -- как средство для достижения групповых интересов, мобилизации в политической борьбе Дилигенский Г. Г. Этничность: теория и опыт. М., 1993. С. 83--93..
У. Юри считает, что все этнические группы в мире проходят через три этапа развития. Первый этап -- этап зависимости и дискриминации. Затем следует этап независимости, что необязательно означает создание независимого государства. Речь идет о таком моменте, когда люди берут под контроль свою собственную судьбу. Хотя этот этап можно рассматривать как весьма положительный, он способен положить начало большому числу разрушительных конфликтов. Третий этап, следующий за этапами зависимости и независимости, -- это стадия взаимозависимости, взаимовыгодного существования с другими группами См.: Юри. У. Этнические конфликты. Что можно сделать? // Конфликтология : хрестоматия. Ростов н/Д : РГУ, 2001.. Ярким примером здесь можно привести генезис развития отношений между федеральным центром и чеченским этносом после развала СССР. Первый этап -- пребывание в составе СССР, зависимость от Москвы и дискриминация чеченского народа после освобождения Северного Кавказа от немецко-фашистских захватчиков. Второй этап -- попытка приобретения независимости в 1990-х гг. под руководством Д. Дудаева. Третий этап -- взаимовыгодное сотрудничество под руководством клана Кадыровых с федеральным центром в составе Российской Федерации.
Хотя, как показывает мировая история, бесконечное количество этносов, племен исчезло во взаимной борьбе, тем не менее человечество сумело уцелеть, так как всегда существовал противоположный полюс, т.е. возможность сосуществования этносов, их слияния, всегда в той или иной форме и масштабах существовал механизм культурного взаимопроникновения. Это не только уводило людей от взаимного истребления, но и формировало критику опасной архаичной парадигмы. Однако движение в этом направлении требовало от людей напряженного стремления выйти за рамки исторически сложившихся форм отношений.
Один из классиков мировой этноконфликтологии американский ученый Дональд Хоровиц отмечает, что ни государственные деятели, ни обществоведы не оказались готовы к возрастающей значимости этничности. После Второй мировой войны, подчеркивает ученый, сложилось представление о том, что, по крайней мере, индустриально развитые страны «переросли» политические процессы, основанные на этничности. «Вплоть до недавнего времени, -- писал Д. Хоровиц, -- область этнических отношений была тихой заводью в обществоведении, и первым ответом на возрастающую волну этнических конфликтов была трактовка последних как эпифеноменов» См.: Horowitz D. Ethnic Groups in Conflict. Berkley, etc., 1985.. Осознание общности судьбы проходит (если проходит) стадию соединения этносов в рамках единой государственности, как попытка расширить зону замирения, сферу «мы».
Таким образом, понятие этноса трактуется различными учеными по-разному. Некоторые исследователи берут за основу объективные характеристики -- язык, территорию, образ жизни, религию и т.п., другие -- поведение, третьи -- ощущение принадлежности к определенной группе -- самоидентификацию. Однако можно все-таки среди множества суждений найти и обобщающие характеристики. Исходя из вышеизложенного, под этносом в дальнейшем будем понимать исторически сложившуюся на определенной территории устойчивую совокупность людей, прошедшую несколько этапов эволюции и обладающую общей экономической и духовной культурой, особенностями психологического склада, общностью самосознания См.: Концепция национальной образовательной политики Российской Федерации, утвержденная приказом Минобрнауки России от 03.08.2006 № 201. .
Наиболее высокий уровень развития этноса -- нация. Нации -- наиболее многочисленные этнические образования, отличающиеся общностью самосознания, определенным национальным характером и психическим складом. Представители одной нации, помимо общего языка и культуры, обладают общей ментальностью и территорией.
Анализ научной литературы позволяет утверждать, что сегодня существует несколько методологических подходов к тому, как в динамике племя преобразовалось в нацию.
Во-первых, согласно одному из подходов с разложением первобытнообщинного строя распадались и племена. С переходом к цивилизации, пишет В. Н. Лавриненко, на первый план вышли не родовые, а социальные связи между людьми, племя уступило место другому типу этнической общности -- народу. Все народы как этнические общности на стадии цивилизации (будь то народы Древней Греции и Древнего Рима, Египта, Индии или Китая, а в более поздние периоды -- народы Франции, Германии или России) всегда отличались и отличаются своими особыми социально-этническими признаками, в том числе особенностями своего происхождения, языка, культуры, этнического самосознания и т.д. В отличие от племен народы достигали в эпоху цивилизации несравненно большей социально-этнической консолидации и более высокого (на несколько порядков, как фиксируют этнографы, историки, лингвисты и другие специалисты) развития своего языка, материальной и духовной культуры. Именно в это время начали складываться национальные и духовные характеры многих народов, что нашло свое выражение в их социальном сознании и самосознании. Другими словами, племена сменились формирующимися древними народами -- нациями, достигшими своего расцвета в последующие исторические эпохи. Формирование наций, начавшееся с разложением родоплеменного строя, завершилось с развитием машинного производства и капиталистического рынка, связавшего все районы и области той или иной страны в единый экономический организм. Интенсификация экономического общения неизбежно активизировала политическое и культурное общение людей, что привело к консолидации их как наций, расцвету культуры и национального характера Лавриненко В. Н. и др. Социология : учебник для вузов / под ред. проф. В. Н. Лавриненко. 2-е изд., перераб. и доп. М. : ЮНИТИ-ДАНА, 2000. С. 150..
Во-вторых, первобытнообщинные племена развивались в народности, а последние -- в нации. При этом народности и нации наделялись, по сути, одними и теми же признаками, о которых будет сказано ниже. Говорилось, что народности и нации различаются между собой по степени развития данных признаков и что со временем народности становятся нациями. Подобный, как выяснилось, во многом искусственный критерий разграничения наций и народностей, считает В. А. Акиндинов, не получил сколько-нибудь доказательного научного обоснования. Остается неясным, какую этническую общность, будь то, например, киргизы, чеченцы, якуты, можно считать нацией, а какую -- народностью и как определить момент перерастания народности в нацию Основы социологии / под ред. В. А. Акиндинова. Серпухов, 2001. С. 132..