эти идеи и бросило последние силы на подавление народных выступлений руками слабеющей армии и военных чиновников. Огромным напряжением всех имеющихся ресурсов правительственные войска сломили напор восставших, и с середины 1835 г. повстанческое движение на Севере пошло на убыль. Во второй половине 30-х годов XIX в. власти попытались изменить свою политику по отношению к промышленности Крайнего Севера и предприняли ряд мер по восстановлению горнодобывающей отрасли. Основным направлением в этой сфере было открытие казенных горнорудных шахт, управлять которыми назначались государственные служащие, так называемые экономические чиновники. Именно они давали основную долю металла стране. Заботясь о производстве, такие «экономические» чиновники повышали заработную плату рабочим и десятникам, стараясь предотвратить характерное для предшествующего периода массовое бегство шахтеров. В то же время императорские власти частично восстановили практику откупов шахт, что привлекло в горнорудную сферу частный капитал.
Восновном это были китайцы, такие, как Тю Зань Хо, который с 1835 г. продавал добытый в провинции Тхайнгуиен цинк государству. На его шахтах и у плавильных печей работали высококвалифицированные рабочие и ремесленники, получавшие значительно большую заработную плату, чем на государственных рудниках. Тот же Тю Зань Хо в качестве «экономического» чиновника принимал участие и в разработке государственных рудников, за что вместо платы получил от императора один из низших титулов знатности, который служил признанием его деловых качеств. Он же за высокую плату поставлял на государственные шахты высококвалифицированных рабочих и мастеров.
В1839г., незадолго до своей смерти, Тхань То разрешил и вьетнамским предпринимателям самостоятельно нанимать рабочих. В результате к началу 40-х годов XIX в. число горных разработок увеличилось почти наполовину и составило в 1840 г. 57 шахт. Но были области горной добычи, в которые Тхань То категорически отказывался допускать частных лиц: извлечение из недр золота
501
и серебра. К концу своего правления, после полного развала денежной системы император осознал значимость ценных металлов как здоровой основы валютного хозяйства. Поэтому Тхань То расширил золотое и серебряное обращение, соотнеся стоимость денег с реальным содержанием в них ценного металла.
Расширению сферы денежного обращения способствовало также и то, что в 1839г. Тхань То перевел практически все дипломированное чиновничество на денежное жалованье, в законодательном порядке лишив его паевых общинных земель.
Некоторый отход от политики «традиционализма» наблюдался в конце 30-х годов и в сфере торговли. Для того чтобы ликвидировать голод в стране, надо было восстановить разваленный рынок. Поэтому император на год отменил налоги на торговлю и заменил многочисленные таможенные поборы на внутренних провинциальных заставах, которые лишали купечество прибыли, а торговлю смысла, единой традиционной нормой таможенного налогообложения эпохи Тхе То — '/40 от стоимости товара. Тхань То также значительно сократил государственную торговлю рисом. Частная торговля основными продуктами питания была восстановлена.
Но реставрация отживших аграрных порядков продолжалась. Наиболее мощное наступление императорские власти предприняли на частное землевладение в Центральном Вьетнаме. В 1839г. было принято решение отобрать у землевладельцев половину их частных владений в тех общинах, где более половины всего земельного фонда принадлежало частникам. В Биньдине была проведена конфискация частных земель в 95% общин, причем обнаружилось, что более 80% частных земель ранее укрывалось от налогообложения. Все это вызвало решительное сопротивление землевладельцев, в провинции начались бесконечные земельные тяжбы, разбором которых власти занимались еще долго после 1840 г. Впоследствии практика конфискаций была прекращена.
Значительную роль во внутриполитических трудностях последнего этапа правления Нгуен Тхань То играли рост военных расходов и усиление повинностей, связанных с почти непрерывными войнами, которые вело вьетнамское правительство со второй половины 30-х годов. Именно во время «большой» войны с Сиамом, в 1834 г., для решения особо важных дел, носящих секретный характер, был учрежден Тайный Совет (Ко мат виен), возглавляемый четырьмя высшими чиновниками. Прелюдией к «большим» войнам Вьетнама с Сиамом за Камбоджу было противоборство этих региональных «супердержав» Юго-Восточной Азии за лаосские княжества. После нападения Вьентьяна на Сиам в 1827 г., подхода лаосских войск к Бангкоку, разгрома и бегства вьентьянского короля Тяо Ану во Вьетнам Тхань То, узнав об отходе сиамской армии домой, направил в 1828 г. эскорт для возвращения беглого правителя на родину.
Одновременно правитель Чанниня (Сиангхуанга) Тяо Ной, опасаясь нападения союзного Сиаму княжества Луангпхабанг, обратился к Тхань То с просьбой о помощи. Вьетнамский император эту просьбу удовлетворил и по дороге во Вьентьян оставил войска и боевых слонов в Чаннине. Считая территорию близко расположенного Чанниня включенной в состав империи Дайнам, Тхань То в то же
время побоялся аннексировать более мощный и удаленный Вьентьян, на ко-
502
торый имел серьезные претензии Сиам. Поэтому император вскоре вывел войска из Вьентьяна. В 1831 г. туда направилась сиамская армия, оккупировавшая Вьентьян. Тяо Ану вновь бежал, но на этот раз не во Вьетнам, а в Чаннинь. Правитель Чанниня Тяо Ной, пытаясь избавиться от вьетнамского присутствия, стал налаживать связи с Сиамом и вероломно выдал Тяо Ану сиамскому королю. Тот продержал пленника в заключении в клетке в Бангкоке до его смерти в
1835 г.
Решив отомстить Тяо Ною за выдачу своего ставленника, Тхань То вызвал Тяо Ноя в Нгеан, судил и казнил его, а вместо лаосского «изменника» назначил управляющим Чаннинем вьетнамского столичного военного чиновника. С этого времени, т.е. с 1831 г., Чаннинь был включен в состав вьетнамской империи, а вместе с ним в границы Вьетнама попали и многие земли восточного Лаоса. Таким образом, в начале 30-х годов XIX в. Тхань То разделил с Сиамом лаосские княжества и «малой кровью», практически без военных действий добился значительных территориальных приращений.
Еще большие территориальные приобретения получил Вьетнам в результате сиамо-вьетнамской войны 1833-1834 гг. Разгромив сиамские войска, вьетнамская армия восстановила на пномпеньском троне бежавшего в Зядинь кхмерского короля Анг Тяна и оккупировала Камбоджу. Когда же в 1834 г. Анг Тян внезапно умер, вьетнамский наместник, созвав кхмерскую знать, добился восшествия на кхмерский престол молодой принцессы Анг Мэй и по указанию из Хюэ начал вести дело к ликвидации государственной самостоятельности Камбоджи. В 1835 г. был упразднен номинальный вассальный статус этой страны по отношению к Вьетнаму и отменен порядок регулярного «приношения дани»: Камбоджа была переименована в округ Чантай и разделена на 33 провинции, получившие вьетнамские названия. Одновременно вьетнамские власти начали проводить политику «культурного» давления на кхмеров. Не прошло и года, как все это вызвало в округе Чантай национальное восстание, направленное против вьетнамских властей и их камбоджийских ставленников. Это восстание возглавил младший брат покойного короля Анг Дуонг. Поскольку ресурсы восставших постоянно подпитывались из соседнего Сиама, то сразу же возобновилась затяжная вьетнамо-сиамо-кхмерская война, потребовавшая больших ресурсов и измотавшая силы всех участников.
Однако в целом Тхань То мог быть доволен. К концу 30-х годов XIX в. ему почти удалось выполнить намеченную еще в начале правления «традиционалистскую» программу: дипломированное чиновничество почти повсеместно заменило «боевых» выдвиженцев эпохи Тхе То, то же чиновничество значительно урезало управленческие функции экономически доминировавших слоев города и деревни, торговцы и предприниматели были взяты под жесткий государственный контроль и подвергались серьезному давлению со стороны казны (лишь на последнем этапе в связи с экономическими трудностями это давление было несколько ослаблено), унифицированное общевьетнамское налогообложение было распространено на территорию Крайнего Юга; были значительно сокращены площади частновладельческих земель на Крайнем Юге и в Центре (Биньдинь). Наконец, никогда еще границы Вьетнама не были столь протяженны, включая в себя захваченную Камбоджу (округ Чантай) и центральные лаосские княжества (Чаннинь и ряд других).
503
К концу правления Тхань То его внешняя политика приобрела не только великодержавный, но и ярко выраженный антихристианский и антиевропейский характер. Первые указы 1825-1826 гг. были направлены против христианства в самом общем виде. Но в 1835 г., после подавления восстания Ле Ван Кхоя император издал указ, строго запрещающий проповедь христианства во Вьетнаме. В этом указе европейские миссионеры рассматривались как враги, занимающиеся подрывной политической деятельностью в отношении вьетнамской государственности. Чтобы оградить Вьетнам от проникновения «чуждого» влияния, император усилил изоляционистскую политику. Между тем европейцы, прежде всего французы, стремились заключить с Вьетнамом торговый договор. Тхань То, считая свою страну Поднебесной (равновеликой китайской Поднебесной), которой не подобает заключать равноправные договоры с далекими «варварскими» государствами, предоставляя всем западным странам равные возможности в отношении торговли, отказывался подписывать официальные договорные документы.
В 1838 г., проявив вызывающую самостоятельность и не согласовав свое решение с цинским Китаем, вьетнамский император переименовал собственное государство в Дайнам (Великий Юг),
предъявляя тем самым претензии на значительную часть территории Индокитайского полуострова.
Успехи англичан в 1839-1840 гг., в начале первой «опиумной» войны — блокада Гуанчжоу и Сямэня, захват о-ов Чжоушань, — продемонстрировав слабость Цинской империи, во-первых, породили чувство превосходства вьетнамцев по отношению к китайцам, убедили их в том, что Китай не сможет их защитить, если он не смог защитить самого себя, во-вторых, испугали вьетнамцев угрозой интервенции. Поэтому одновременно Тхань То отправил в Лондон и Париж дипломатические миссии для выяснения намерений европейских государств в отношении Вьетнама. Антихристианская политика и гонения на миссионеров вызвали реакцию неприятия в самом центре католического мира — в Ватикане, а также во Франции. Французский король ЛуиФилипп отказался принять вьетнамское посольство, а его морской флот на Дальнем Востоке получил приказ оказать всемерную поддержку миссионерам во Вьетнаме. Это сулило большие неприятности империи Дайнам.
На вершине своего могущества и торжества «традиционалистских» идей, в конце 1840 г. Нгуен Тхань То умер. К власти пришел его сын Нгуен Хиен То (1841-1847). Хиен То был слабым правителем. Огромным влиянием при дворе пользовался его воспитатель, друг и советник его отца Чыонг Данг Кюэ. Фактически он исполнял функции регента. Его поддерживали два других консерватора — By Суан Кан и Лам Зюи Хиеп. Однако «традиционалисты» уже не обладали тем безраздельным могуществом, которое они имели при Нгуен Тхань То. Им противостояла группа провинциальных чиновников во главе с Нгуеном Данг Зяйем и Нгуи Кхаком Туаном. Особняком стояли военные и гражданские лидеры умеренно консервативного направления, руководствовавшиеся в своей деятельности не столько «традиционалистскими» идеалами, сколько военно-политическими потребностями страны. К ним относились полководцы Чыонг Минь Зянг и Нгуен Чи Фыонг. Политическое сосуществование этих трех группировок сохранялось в течение всего правления Хиен То.
504
Правление Хиен То началось с того, что в 1841 г. резко обострилась ситуация в Камбодже. Затяжная борьба с просачивающимися из Сиама небольшими тайскими отрядами и кхмерскими патриотами сменилась мощным вторжением сиамских войск во главе с Пья Бодином. Посаженный на трон король Анг Дуонг, пользовавшийся поддержкой Бангкока, сплотил вокруг себя все антивьетнамские силы. Но и вьетнамцы, создавшие в Камбодже мощную систему укрепленных фортов, не собирались без боя уступать свои позиции в этой стране. Начался новый этап еще более ожесточенной борьбы, в которой выигранные сражения в течение четырех лет не приносили окончательной военной победы ни одной из сторон. Наконец, в 1845 г. было достигнуто сиамо-вьетнамское соглашение о восстановлении традиционного двойного вассалитета Камбоджи, а также о выводе войск. В 1847 г. Анг Дуонг в присутствии официальных представителей Сиама и Вьетнама возложил на себя королевские регалии и тут же принял инвеституру из Хюэ. В следующем году кхмерский король получил инвеституру и от Бангкока. Несмотря на сохранение формального сюзеренитета над Камбоджей, реальный контроль Вьетнама над этой страной к 1847 г. был утерян.
Продолжительная война в Камбодже не могла не сказаться на экономике Вьетнама. Однако нормализация положения в покоренной войсками северян Зя-дини, регулярная эксплуатация которой возобновилась в начале 40-х годов XIX в., смягчила остроту аграрного кризиса во всей стране: южный рис вновь стал поступать в Центр и на Север. На Крайнем Севере вооруженным путем были подавлены мощные восстания, характерные для периода правления Тхань То. В центральных районах Вьетнама из-за сильного народного недовольства было решено отказаться от дальнейшей конфискации частных земель. При Хиен То государство вообще не меняло аграрную структуру страны, но не по идеологическим соображениям, а вследствие отсутствия для этого сил и средств. В результате экономическое положение в Центре и на Севере улучшилось, голод там прекратился.
О стабилизации экономической ситуации при Хиен То свидетельствует регулярное снижение налогов не только вследствие неурожаев, но и при очень больших урожаях, так как рисовые склады были перегружены. Из-за трудности и малой эффективности сбора налогов с горцев и китайцев государство позволило себе вообще отказаться от налогообложения этих категорий жителей империи Дайнам. Улучшение экономической обстановки сделало и политическую ситуацию во всей стране более стабильной.
Однако в период этой относительной экономической и политической стабилизации на Севере и в Центре стали отчетливо видны органические пороки той системы власти, которую правительство Тхань То навязывало стране в течение 20 лет. Теперь уже все провинции Центра и большая часть административных единиц Севера не могли прокормить собственное чиновничество. Большая часть прибавочного продукта в этих частях страны доставалась экономически доминирующим слоям города
и деревни, отстраненным от административной и политической власти. Имеющее же эту власть дипломированное чиновничество, а также непрерывно растущую столичную администрацию и воюющую в Камбодже армию кормила враждебная центральному правительству Зядинь. Столичные власти в Хюэ, уверенные в поставках южного риса, не занимались повседневным руководством делами большей части страны.
505
Правительство перестало реагировать на насущные проблемы регионов, интересы которых теперь защищало только лишь провинциальное чиновничество. Доклады с мест либо не сообщали ни о чем существенном, либо оставались без ответа, а императорские приказы часто попросту игнорировались. Связь между Центром и регионами была нарушена. В провинциях сложились устойчивые кадры региональной администрации, которые постоянно конфликтовали с правительством, но не подвергались при этом никаким репрессиям.
Происходил постепенный распад и столичной административной структуры. При слабом правителе, каким оказался Хиен То, этот механизм стал давать сбой: резко упала исполнительская дисциплина чиновников, различные ведомства и учреждения стали покушаться на несвойственные им функции и в то же время не выполняли своих прямых обязанностей. Особую роль в развале сложившейся при Тхань То административной структуры сыграла деятельность фактически неконтролируемого и полностью безответственного Цензората, противоречивые советы и рекомендации которого, не оказывая большого влияния на ход конкретных дел, без всяких оснований настраивали различные ведомства и чиновников друг против друга, обостряя тем самым обстановку при дворе и в столице. Зачастую критике, часто не обоснованной, подвергался сам император. Чрезмерно разросшийся императорский дом активно претендовал на все большее участие в делах управления, внося тем самым сумятицу и разнобой в деятельность властных структур. Служебная недисциплинированность и неисполнительность столичного чиновничества нередко сочетались с пьянством и рукоприкладством. Растущее обособление регионов и самостоятельность провинциальных властей вели к возрождению роли торговли и купечества, местного предпринимательства, а также способствовали оздоровлению денежного обращения.
Однако горная промышленность продолжала пребывать в относительном упадке и не достигла уровня развития «периода Тхе То». Аграрная ситуация в Центре и на Крайнем Севере тоже не была нормальной, ибо количество выращиваемого риса и обрабатываемой земли на душу населения постоянно падало.
Провинциальная администрация все более осознавала, что задачи по эффективному управлению регионами тесно связаны с интересами экономически доминирующих городских и деревенских слоев, частично слившихся с низшими административными служащими. Для многих «провинциалов» стали очевидными архаичность структуры и избыточность численности столичного чиновничества. Поэтому из среды провинциальных администраторов стали раздаваться призывы к сокращению количества и изменению персонального состава высшего звена государственного аппарата.
Одним из важнейших требований провинциальной администрации, предъявляемых в этот период к правительству, был отказ в части районов страны от опоры на общину как на фискальную единицу. Некоторые высшие провинциальные чины считали своевременным перейти от общего налогообложения всей общины, где господствовал принцип круговой поруки, к взиманию налогов с городов, деревень и даже отдельных домохозяйств.
Отказ центральной власти от вмешательства в аграрную структуру страны привел к значительному усилению экономических и социальных позиций крупных и средних частных землевладельцев, которым теперь уже никто не препят-
506
ствовал покупать земли и ранговые титулы, конституирующие их в качестве квазичиновников. В связи
сэтим быстрыми темпами шло расслоение деревни. Многие разорившиеся крестьяне самовольно покидали свои общины, после чего их исключали из общинных списков как «умерших». Государство отказалось от контроля над внутридеревенской арендой, признав за крестьянином право аренды общинной земли без ограничения срока. Расширяя рыночную торговлю рисом, власти сохранили казенную монополию только на «второстепенные» сельскохозяйственные культуры. В результате общий объем государственных перевозок риса из Зядини в различные районы страны резко сократился: казенная транспортировка южного зерна в столицу, например, уменьшилась в три раза. Но даже этот объем был чрезмерно обременителен для новой, «послевоенной» Зядини. Ведь за вывозимое
сКрайнего Юга зерно казна, в отличие от времени «правления» Ле Ван Зюета, почти не платила: регулярной доставки денег с Севера в Зядинь практически не было. Поэтому в период правления Хиен То в сверхплодородной Зядини иногда даже приходилось снижать налоги.
Фактическое ограбление Крайнего Юга в этот период дало правительству возможность регулярно понижать денежные налоги на Крайнем Севере и в Центре. Поставки риса с Юга на Север
регулировались теперь в основном при помощи рынка и купцов. Таким образом, стабилизация обстановки в стране после «покорения» Зядини в середине 30-х годов была достигнута в первой половине 40-х годов, во-первых, на основе резкого расширения рыночной торговли южным рисом и повышения уровня его товарности по всей стране, во-вторых, с помощью регулярного повсеместного снижения денежных налогов, в-третьих, на базе продолжающегося выкачивания казной нетоварного риса с Крайнего Юга, хотя размеры этих изъятий по сравнению с 20-ми годами XIX в. были значительно снижены — приблизительно в три раза.
Относительной временной стабилизации в 40-е годы способствовало значительное сокращение строительства дамб, что должно было дать отрицательные последствия лишь позднее. У центрального правительства не было ни людских ресурсов, ни денег для того, чтобы проводить крупные строительные работы, местные же чиновники саботировали указания центральной власти, если их выполнение требовало больших затрат.
Финансовая сфера в период правления Хиен То в 40-е годы XIX в. продолжала оставаться сложной и запутанной. Объем денежной массы рос почти пропорционально росту населения, и высокой инфляции не было. Однако структура денежной массы была очень архаичной: преобладали медь и цинк, используемые преимущественно во внутренней торговле, а серебро и особенно золото являлись редкостью на внутреннем рынке и циркулировали в основном при контактах с иностранными купцами.
Всвязи с нехваткой серебра его рыночная стоимость была в три раза выше официальной.
Вналоговой сфере и при выплате жалованья чиновникам и армии деньги играли ведущую роль. В связи с тем, что государство сокращало объемы перевозок денег и увеличивало потоки рыночного зерна, сфера обращения денег во Вьетнаме в 40-е годы все более и более расширялась.
Вторговле государство с самого начала 40-х годов сделало ряд очень существенных уступок купечеству: на долгие сроки объявляло торговлю беспошлинной,
507
сократило число внутренних таможен, отказалось от передачи их в управление чиновникам и снова вернулось к системе аренды таможенных застав предпринимателями. Основную роль в защите позиций купечества и предпринимателей играли лидеры провинциального чиновничества. Но центральная власть по мере обогащения купечества и предпринимателей пыталась лишить их части доходов, устанавливая принудительно заниженные цены на товары и вводя громоздкую регламентацию торговопредпринимательской деятельности. Это было особенно характерно для государственной политики на Крайнем Юге, который считался оплотом купечества. Поэтому вряд ли можно говорить о политике поощрения предпринимательской деятельности в период правления Хиен То.
Наиболее важными сферами государственной экономики продолжали оставаться монополии на сахар и корицу. В значительно меньших размерах шло строительство кораблей. Упадок казенного производства был особенно опасен в сфере военной промышленности, что сказалось очень скоро — при начале французского вторжения.
Традиционная армия с ее рекрутским набором пребывала в глубоком кризисе. Служба за деньги одних крестьян, преимущественно бедных, вместо других, большей частью богатых, получила в войсках настолько широкое распространение, что в среде высшего чиновничества появились предложения перейти к практически профессиональной армии. В свете новых идей численность войска должна была быть резко сокращена, а в случае необходимости, во время войны или при подавлении восстаний, в состав армии следовало включать ополченцев, прошедших лишь обязательное военное обучение. Хотя эти предложения в итоге и не были реализованы, но политическая тенденция профессионализации войска была вполне очевидна.
Внешняя политика Вьетнама в период правления Хиен То была непоследовательна. Она сводилась к стремлению удержать завоеванные позиции в Индокитае, предотвратить иностранное вторжение и в то же время не допускать никаких официальных контактов с западными державами, так как эти контакты считались умаляющими достоинство империи Дайнам. Наиболее твердую линию власти Хюэ проводили по отношению к ослабленному первой «опиумной» войной Китаю. Заботясь о повышении своего престижа и сохранении реального суверенитета, Хиен То в 1847г. приказал вернуть официальные китайские документы в Пекин, так как Дайнам в них был назван Аннамом. В то же время верховная власть в Хюэ поначалу стремилась не обострять отношения с западными государствами. Особенно настороженны (и, как оказалось, вполне оправданно) были вьетнамские власти по отношению к Франции. Стараясь не раздражать Париж, Хиен То в 1842 г. заменил смертную казнь пяти французским миссионерам, участвовавшим в восстании в провинции Фуиен, на тюремное заключение. А в следующем году по требованию капитана французского военного корабля, отправленного в Дананг, император вообще освободил всех «повстанцев»-французов. В 1844 г. большой группе французских миссионеров было разрешено вернуться на родину. В 1845 г. адмирал Сесиль под угрозой бомбардировки Дананга добился освобождения Лефевра, епископа западной части Крайнего Юга. Вывезенный в Сингапур, Лефевр вскоре вернулся в Намки (Крайний Юг) и продолжил там свою