Однако в Постановлениях Президиума ВАС РФ от 15 января 2013 г. N 10534/12, от 15 января 2013 г. N 7034/12 данная позиция фактически подверглась коррекции. Впоследствии обобщенное разъяснение осуществлено в п. 9 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 г. N 57. По мнению Суда, при рассмотрении споров, связанных с обжалованием налогоплательщиком действий налогового органа, выразившихся в предоставлении налогоплательщику в соответствии с подп. 10 п. 1 ст. 32 НК РФ справки с указанием в ней информации о наличии у налогоплательщика задолженности по уплате налогов, пеней, штрафов, возможность принудительного взыскания которых утрачена, судам необходимо исходить из следующего. По смыслу положений ст. 44 НК РФ утрата налоговым органом возможности принудительного взыскания сумм налогов, пеней, штрафа, то есть непринятие им в установленные сроки надлежащих мер ко взысканию, сама по себе не является основанием для прекращения обязанности налогоплательщика по их уплате и, следовательно, для исключения соответствующих записей из его лицевого счета. Согласно взаимосвязанному толкованию норм подп. 5 п. 3 ст. 44 и подп. 4 п. 1 ст. 59 НК РФ исключение соответствующих записей из лицевого счета налогоплательщика возможно только на основании судебного акта, в соответствии с которым налоговый орган утрачивает возможность взыскания недоимки, пеней, штрафов в связи с истечением установленного срока их взыскания, в том числе в случае отказа в восстановлении пропущенного срока подачи в суд заявления о взыскании этих сумм. Вывод об утрате налоговым органом возможности взыскания налогов, пеней, штрафов в связи с истечением установленного срока их взыскания может содержаться в судебном акте по любому налоговому делу, в том числе и в мотивировочной части акта. Соответствующие записи должны быть исключены налоговым органом из лицевого счета налогоплательщика немедленно после вступления такого судебного акта в силу. При толковании подп. 4 п. 1 ст. 59 НК РФ судам необходимо исходить из того, что инициировать соответствующее судебное разбирательство вправе не только налоговый орган, но и налогоплательщик, в том числе путем подачи в суд заявления о признании сумм, возможность принудительного взыскания которых утрачена, безнадежными ко взысканию и обязанности по их уплате прекращенной. При отсутствии упомянутого судебного акта, в том числе до момента вступления его в силу, в выдаваемой налоговым органом справке должно быть отражено реальное состояние расчетов налогоплательщика по налогам, пеням, штрафам, с учетом и тех задолженностей, возможность принудительного взыскания которых утрачена. Вместе с тем исходя из необходимости соблюдения баланса частных и публичных интересов и отражения в указанной справке объективной информации такая справка должна содержать сведения об утрате налоговым органом возможности принудительного взыскания соответствующих сумм в связи с истечением установленного срока их
взыскания.
Вконцентрированном виде данная позиция впоследствии изложена в Определении КС РФ от 26 мая 2016 г. N 1150-О: подп. 4 п. 1 ст. 59 НК РФ не ограничивает перечень субъектов, имеющих право инициировать соответствующее судебное разбирательство и не содержит каких-либо непреодолимых препятствий в реализации возможности признания сумм налога, пени и штрафа безнадежными к взысканию - по инициативе как налогового органа, так и налогоплательщика.
Кроме того, в Обзоре судебной практики ВС РФ N 4 (2016) (утв. Президиумом ВС РФ 20 декабря 2016 г.), со ссылкой на Определение ВС РФ от 2 ноября 2016 г. N 78-КГ16-43, разъяснено, что налогоплательщик вправе реализовать права, предоставленные ему НК РФ, посредством обращения в суд с административным исковым заявлением о признании задолженности по налогу безнадежной к взысканию.
Внастоящее время в силу подп. 4.1 п. 1 ст. 59 НК РФ безнадежными к взысканию признаются недоимка, задолженность по пеням и штрафам, числящиеся за отдельными налогоплательщиками, плательщиками сборов и налоговыми агентами, уплата и (или) взыскание которых оказались невозможными в случае вынесения судебным приставом-исполнителем постановления об окончании исполнительного производства при возврате взыскателю исполнительного документа по основаниям, предусмотренным п. п. 3 и 4 ч. 1 ст. 46 Федерального закона от 2 октября 2007 г. N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", если с даты образования недоимки и (или) задолженности по пеням и штрафам прошло более пяти лет, в следующих случаях:
- ее размер не превышает размера требований к должнику, установленного законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве) для возбуждения производства по делу о банкротстве;
- судом возвращено заявление о признании должника банкротом или прекращено производство по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.
Указанный размер требований к должнику следует из п. 2 ст. 6 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)": в общем случае производство по делу о банкротстве может быть возбуждено арбитражным судом, при условии что требования к должнику - юридическому лицу в совокупности составляют не менее чем триста тысяч рублей, к должнику-гражданину - не менее чем пятьсот тысяч рублей.
Соответственно, в данной части не исключена защита прав путем обжалования, например, бездействия судебного приставаисполнителя, выражающегося в невынесении постановления о
прекращении исполнительного производства по указанным основаниям.
Требования о присуждении компенсации за нарушение права на исполнение в разумный срок судебного акта.
Как разъяснено в п. 2 "б" Постановления Пленума ВС РФ от 29 марта 2016 г. N 11 "О некоторых вопросах, возникающих при рассмотрении дел о присуждении компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок", данная компенсация может быть присуждена в т.ч. в случае нарушения разумных сроков исполнения судебных актов, предусматривающих обращение взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации в соответствии с действующим на момент возникновения данных правоотношений законодательством. Иными словами, если первичный судебный акт, принятый в пользу налогоплательщика, предполагает такие выплаты (возврат излишне уплаченного (взысканного) налога, возмещение косвенного налога, возмещение убытков и т.д.), то налогоплательщик, не получивший в разумный срок исполнения по такому судебному акту, вправе заявлять дополнительные требования о присуждении компенсации.
Именно таким образом и были заявлены требования в рамках дела, рассмотренного в Постановлении Президиума ВАС РФ от 11 декабря 2012 г. N 10237/04: организация требовала компенсации за длительное (более шести лет) неисполнение решения арбитражного суда, предусматривающего выплату процентов по ст. 176 НК РФ в размере 1 990 354 руб. из федерального бюджета. Суд отметил, что исполнение судебного акта является публичной обязанностью государства, в связи с чем именно на государственных органах, ответственных за исполнение решения суда, лежит обязанность по своевременному совершению действий, направленных на удовлетворение интересов взыскателя. Обязанность по выплате процентов в случае установления судом факта нарушения действующего законодательства является денежным обязательством, реализация которого предполагает в конечном итоге обращение взыскания на средства бюджета. На этом основании ВАС РФ присудил заявителю истребованную им компенсацию в размере 200 000 руб.
В Постановлении ЕСПЧ от 27 ноября 2014 г. по делу "Панчишин против Российской Федерации" отмечается, что лицо, в пользу которого судом вынесено решение против государства, не обязано возбуждать процедуру принудительного исполнения. В подобных делах государственный орган, выступающий в качестве ответчика, должен быть надлежащим образом уведомлен об этом и, следовательно, может принять все необходимые меры для исполнения данного решения или передать его другому компетентному государственному органу, ответственному за исполнение. Сложность внутригосударственной процедуры исполнения или государственной бюджетной системы не может
освободить государство от его конвенционной обязанности гарантировать каждому право на исполнение вступившего в силу судебного решения в разумный срок.
Однако в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2016) (утв. Президиумом ВС РФ 19 октября 2016 г., в соответствующей части сделана ссылка на Определение ВС РФ от 16 мая 2016 г. N 41-КГ16-3) содержится принципиально иной подход: исполнительный лист выдается судом взыскателю после вступления судебного постановления в законную силу, а положения БК РФ не предусматривают добровольного исполнения вступивших в законную силу судебных постановлений по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации до предъявления судом по просьбе взыскателя или самим взыскателем исполнительного листа к исполнению в соответствии со ст. 242.1 БК РФ и с соблюдением требований, предусмотренных данной нормой. Таким образом, процедура исполнения судебного решения, предусматривающая взыскание бюджетных средств, не может быть начата без непосредственного волеизъявления лица, в чью пользу взыскиваются денежные средства.
Значимым ориентиром для расчета компенсации стало Постановление Президиума ВАС РФ от 12 марта 2013 г. N 8711/12. Суд, со ссылкой на позицию ЕСПЧ, изложенную в Постановлении от 8 ноября 2007 г. по делу "ООО ПКГ "Сиб-ЮКАСС" против России", фактически согласился с тем, что возможно присуждение компенсации, исчисляемой (от взысканной в неисполненном решении суммы) по ставке рефинансирования Центрального Банка РФ. Кроме того, само по себе решение Суда о взыскании компенсации предполагает дополнительные начисления на присужденную сумму компенсации, опять же по ставке рефинансирования Центрального Банка РФ плюс 3 процента, с момента принятия решения суда и до полной уплаты суммы компенсации.
Поскольку взыскатель потенциально может уступить другому лицу свое право на истребование присужденного долга с публичноправового образования, следует иметь ввиду п. 7 Постановления Пленума ВС РФ от 29 марта 2016 г. N 11: в случае процессуальной замены лица его правопреемником в спорном материальном правоотношении обстоятельства, связанные с нарушением права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок, имевшие место до перехода прав к правопреемнику, не могут являться основанием для удовлетворения его требования о компенсации.
Интересно то, что как следует из п. 7 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением главы 23 Налогового кодекса Российской Федерации (утв. Президиумом ВС РФ 21 октября 2015 г.), выплаты физическим лицам, призванные компенсировать в денежной форме причиненный им моральный вред, не относятся к экономической выгоде (доходу) гражданина, что в
соответствии со ст. ст. 41, 209 НК РФ означает отсутствие объекта налогообложения НДФЛ. С этой точки зрения актуален вопрос, может ли компенсация за нарушение права на исполнение судебного акта в разумный срок облагаться налогом на прибыль организаций. Во всяком случае, выглядело бы достаточно странным то, что применительно к физическим лицам такая компенсация не подлежала бы налогообложению, а к организациям - подлежала.
Вотношениях по длительному неисполнению судебных актов против частных субъектов можно выявить сходные механизмы. Так, в Постановлении Президиума ВАС РФ от 18 октября 2011 г. N 5558/11 рассматривалась ситуация длительного удержания фактически взысканных денежных средств на депозитном счету службой судебных приставов-исполнителей. Суд отметил, что неправомерная задержка исполнения судебного акта должна рассматриваться как нарушение права на справедливое правосудие в разумные сроки, что предполагает необходимость справедливой компенсации лицу, которому причинен вред нарушением этого права. В случае причинения вреда вследствие несвоевременного выполнения службой судебных приставов своих административно-правовых обязанностей по исполнению судебного акта и перечислению денежных сумм взыскателю последний не лишен возможности использовать меры судебной защиты по правилам, предусмотренным нормами материального права, в частности путем предъявления самостоятельного требования. В связи с неперечислением взыскателю части присужденной суммы предъявленные истцом проценты по ставке рефинансирования в данном случае по своей сути являются минимальным размером причиненных незаконным бездействием службы судебных приставов убытков, которые в силу ст. ст. 16, 1069 ГК РФ подлежат взысканию за счет казны Российской Федерации.
Переходя к рассмотрению условно-активных способов защиты прав, следует отметить возражения частного субъекта на акт
проверки.
Всилу п. 6 ст. 100 НК РФ лицо, в отношении которого проводилась налоговая проверка (его представитель), в случае несогласия с фактами, изложенными в акте налоговой проверки, а также с выводами и предложениями проверяющих в течение одного месяца со дня получения акта налоговой проверки вправе представить в соответствующий налоговый орган письменные возражения по указанному акту в целом или по его отдельным положениям. При этом лицо, в отношении которого проводилась налоговая проверка (его представитель), вправе приложить к письменным возражениям или в согласованный срок передать в налоговый орган документы (их заверенные копии), подтверждающие обоснованность своих возражений.
Сходная норма содержится в п. 5 ст. 101.4 НК РФ: лицо,
совершившее налоговое правонарушение, вправе в случае