причине в специальной литературе и в справочно-правовых системах весьма популярны публикации не только судебной практики, но и разъясняющих писем ФНС России (Минфина России), либо в виде неофициальных мнений должностных лиц данных органов исполнительной власти. Даже в том случае, если доступное для ознакомления разъяснение органа исполнительной власти будет противоречить сложившейся судебной практике, налогоплательщик по меньшей мере сможет понять, что ему, возможно, придется прибегнуть к судебной защите своих прав.
--------------------------------
<498> Демин А.В. Нормы налогового права. Красноярск, 2010. С.
50.
Впрочем, в письме Минфина России от 7 ноября 2013 г. N 03-01- 13/01/47571 (доведено письмом ФНС России от 26 ноября 2013 г. N ГД-4-3/21097) разъяснено, что в случае, когда письменные разъяснения Минфина России (рекомендации, разъяснения ФНС России) по вопросам применения законодательства Российской Федерации о налогах и сборах не согласуются с решениями, постановлениями, информационными письмами ВАС РФ, а также решениями, постановлениями, письмами ВС РФ, налоговые органы начиная со дня размещения в полном объеме указанных актов и писем судов на их официальных сайтах в сети Интернет либо со дня их официального опубликования в установленном порядке при реализации своих полномочий руководствуются указанными актами и письмами судов.
Иногда Минфин России (как, впрочем, и иные высшие федеральные органы исполнительной власти) в связи с наличием у них разъяснительных (разрешительных) полномочий условно называют "регулятором" в соответствующей сфере. С этой точки зрения представляет интерес Постановление Президиума ВАС РФ от 26 июня 2012 г. N 1784/12. Суд, обосновывая свою позицию относительно правомерности действий налогоплательщика, сослался не только на нормы НК РФ, но и на позицию Минфина РФ, выраженную в письме от 18 октября 2011 г. N 03-07-10/15. Другой пример - в Определении КС РФ от 16 июля 2013 г. N 1173-О обоснование позиции проведено Судом через письмо Минфина РФ от
31 мая 2012 г. N 03-06-0501/66.
Увеличение объема и роли разъяснений регуляторов в сфере налогообложения, как представляется, стало результатом того, что с принятием НК РФ в нашей стране последовательно реализуется идея о том, что данный Кодекс должен быть актом прямого действия, то есть объем нормативных правовых актов органов исполнительной власти, конкретизирующих его положения, должен быть минимальным и приниматься они могут только в прямо предусмотренных НК РФ случаях. С одной стороны, на момент принятия первой части НК РФ эта идея была очень прогрессивной, направленной против
существенного объема инструкций, принятых ГНС (МНС, ФНС) России. Считалось, что органы исполнительной власти зачастую злоупотребляют ведомственным нормотворчеством и искажают содержание норм законов (точность которых в том периоде была явно недостаточной). С другой стороны, подобные инструкции, как нормативные правовые акты, подлежали регистрации в Минюсте России, официальной публикации и могли быть беспрепятственно обжалованы в суд заинтересованными лицами именно в качестве нормативных правовых актов. Однако проблема правовой определенности в настоящее время еще не решена в достаточной степени. Как отмечает А.А. Иванов, в силу объективных причин у нас так и не был создан массив подзаконных актов, своего рода инструкций по применению НК РФ, которые, несомненно, позволили бы предотвратить те бесконечные споры, которые возникают сейчас в результате появления все новых и новых недоработанных норм. Если бы, например, те или иные проблемы и противоречия в применении НК РФ были бы решены в ведомственных подзаконных актах, инструкциях, то достаточно было бы провести один судебный процесс по положениям этой инструкции. Это избавило бы и налогоплательщиков, и налоговые органы, и суды от генерирования десятков, а то и сотен судебных дел по всей стране, которые, в свою очередь, разрешаются в силу естественных свойств судебной системы неединообразно и получают окончательное решение только по истечении довольно длительного промежутка времени <499>. Не исключает издания "налоговых" инструкций на современном этапе и С.Г. Пепеляев <500>.
--------------------------------
<499> Иванов А.А. Вопросы международно-правового регулирования и национальной позиции России в сфере налогообложения. Специфика роли арбитражных судов в построении национальной налоговой политики // Закон. 2013. N 10. С. 41.
<500> Пепеляев С.Г. Тоска по инструкциям // Налоговед. 2011. N
9.С. 4.
Витоге существенное ограничение ведомственного правотворчества в виде инструкций Минфина России (ФНС России), как представляется, просто "сдвинуло" проблему в сторону отдельных разъяснений данных ведомств, после чего не мог не возникнуть вопрос о возможности оспаривания подобных разъяснений. Данная проблема была разрешена в т.ч. в Постановлении КС РФ от 31 марта 2015 г. N 6-П: не исключено оспаривание в судебном порядке актов Федеральной налоговой службы, которые не соответствуют формальным требованиям, предъявляемым к нормативным правовым актам федеральных органов исполнительной власти, по форме, субъекту и порядку принятия, регистрации и опубликования, но при этом содержат обязательное для всех налоговых органов разъяснение (нормативное толкование) налоговых законоположений,
которое может противоречить их действительному смыслу и тем самым нарушать права налогоплательщиков.
В связи с изложенным показательны сведения, приведенные Р. Польссоном применительно к шведской правовой системе: налоговые органы сами всегда следуют собственным рекомендациям, также и суды склонны принимать их во внимание, если участник спора, противостоящий налоговой администрации, не представил каких-либо веских контраргументов. Различные документы, издаваемые Государственной налоговой службой, в системе источников налогового права находятся ближе всего к теоретической литературе. Но все-таки их следует рассматривать как самостоятельный вид правовых источников, особенно в связи с тем, что такие документы, в частности, в налоговых органах воспринимаются в качестве основного источника знания о действующей норме <501>.
--------------------------------
<501> Польссон Р. Шведское налоговое право. Екатеринбург, 2006. С. 71, 121.
У. Бернам, рассматривая систему источников федерального налогового права США, относит к ним Конституцию США, Налоговый кодекс США, подзаконные нормативные акты Минфина США (в основном официальное толкование Налогового кодекса), разъяснения Службы внутренних доходов США (толкование Налогового кодекса либо нормативных актов Минфина), информационные письма Службы внутренних доходов США (ответы на вопросы отдельных налогоплательщиков) <502>.
--------------------------------
<502> Бернам У. Правовая система США. М., 2006. С. 985.
Следует обратить внимание на одно обстоятельство. Орган власти, которому законодатель делегировал полномочие на принятие соответствующего нормативного правового акта, далеко не всегда оперативно исполняет это предписание закона. Например, в ст. 164 НК РФ, вступившей в силу с 1 января 2001 г. в составе гл. 21 НК РФ, установлены налоговые ставки по НДС, в том числе пониженная ставка - 10% по некоторым видам продукции, описанным в данной статье общими выражениями (мясопродукты, рыбопродукты, хлебобулочные изделия, овощи, продукты детского и диабетического питания и пр.). С целью конкретизации видов продукции в п. 2 той же статьи предусмотрено, что коды видов продукции, перечисленных в данном пункте, в соответствии с ОКП и ТН ВЭД определяются Правительством РФ. Соответствующее Постановление от 31 декабря 2004 г. N 908 "Об утверждении перечней кодов видов продовольственных товаров и товаров для детей, облагаемых налогом на добавленную стоимость по налоговой ставке 10 процентов" было принято Правительством и официально опубликовано в "Российской газете" 26 января 2005 г., то есть по
прошествии более чем четырех лет с момента вступления в силу гл. 21 НК РФ.
Конституционный Суд РФ в Определении от 9 апреля 2002 г. N 68- О дал следующее разъяснение: пробел в законодательном регулировании, сохраняющийся в результате бездействия законодательных (представительных) органов государственной власти и представительных органов местного самоуправления в течение длительного времени, достаточного для его устранения, не может служить непреодолимым препятствием для разрешения спорных вопросов, если от этого зависит реализация вытекающих из Конституции РФ прав и законных интересов граждан.
С учетом приведенной правовой позиции КС РФ, несмотря на отсутствие до 31 декабря 2004 г. указанного Постановления Правительства РФ, у лиц, реализовывавших товары, соответствующие обозначениям ст. 164 НК РФ, были все основания для применения пониженной ставки НДС. Представляется, что именно этот подход отражен в Постановлении Президиума ВАС РФ от 3 ноября 2009 г. N 7475/09: суд счел законным обложение НДС по ставке 10% реализации замороженных овощей в периоде до вступления в силу Постановления Правительства РФ от 31 декабря
2004 г. N 908.
Интересное разъяснение дано в п. 20 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 мая 2014 г. N 33: п. 2 ст. 164 НК РФ установлена пониженная налоговая ставка 10% при реализации продовольственных и других товаров отдельных наименований, а также предусмотрены полномочия Правительства РФ по определению кодов видов таких товаров в соответствии с ОКП и ТН ВЭД. При рассмотрении споров, касающихся обоснованности применения данной налоговой ставки, судам необходимо учитывать, что в силу п. 1 ст. 4 НК РФ при осуществлении указанных полномочий Правительство РФ не вправе вводить дополнительные основания ограничений на ее применение, которые прямо не вытекают из положений п. 2 ст. 164 НК РФ. В частности, применение налоговой ставки 10% в отношении конкретного вида товара не может быть поставлено в зависимость от того, имела ли место реализация этого товара на территории Российской Федерации либо товар был ввезен на территорию Российской Федерации, поскольку из п. 2 ст. 164 НК РФ не вытекает возможность различного налогообложения операций с одним и тем же товаром в зависимости от приведенного критерия. Учитывая изложенное, для применения пониженной налоговой ставки достаточно, чтобы реализуемый (ввозимый) товар соответствовал коду, определенному Правительством РФ со ссылкой хотя бы на один из двух источников - ОКП или ТН ВЭД.
Следует, однако, учитывать, что пробел в законодательном регулировании, сохраняющийся в результате бездействия органов власти, может быть преодолен таким способом только для реализации прав и законных интересов частных субъектов. Исходя из
ст. 2 Конституции РФ и приоритета прав и свобод частных субъектов, если имеет место пробел в нормативном регулировании в части полномочий органов власти, то это, вообще говоря, не может означать, что соответствующие права публичных субъектов существуют и могут быть реализованы и в отсутствие такого регулирования. Например, как разъяснено в Постановлениях Президиума ВАС РФ от 21 декабря 2010 г. N 11515/10 и от 10 мая 2011 г. N 16535/10, исходя из положений п. 15 ст. 7 Закона РФ "О налоговых органах Российской Федерации" (в настоящее время - подп. 2.1 п. 1 ст. 31 НК РФ) налоговым органам предоставлено право контролировать выполнение кредитными организациями установленных НК РФ обязанностей в порядке, утверждаемом федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов, по согласованию с ЦБ РФ. Порядок контроля исполнения кредитными организациями данных обязанностей федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным по контролю и надзору в области налогов и сборов, по согласованию с ЦБ РФ до настоящего времени не утвержден. На этом основании ВАС РФ пришел к выводу об ограниченности возможностей налоговых органов по контролю за кредитными организациями.
Сходным образом данный вопрос разрешается и в антимонопольном законодательстве: как разъяснено в п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 июня 2008 г. N 30 "О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства", при определенных условиях, если органом власти не указана конкретная норма федерального закона, разрешившая данному органу принять оспариваемый акт, осуществить действия (бездействие), то они могут быть признаны незаконными.
Но есть и примеры того, что явный пробел в законодательном регулировании не был истолкован высшим судебным органом в пользу частного субъекта. Так, исходя из Постановления Президиума ВАС РФ от 16 апреля 2013 г. N 16929/12 в Федеральном законе от 24 июля 2009 г. N 212-ФЗ "О страховых взносах..." (утратил силу) есть общее указание о том, что органы контроля за уплатой страховых взносов имеют право предоставлять плательщикам страховых взносов отсрочки (рассрочки) погашения сумм задолженности по страховым взносам, пеням и штрафам в порядке и случаях, которые предусмотрены федеральным законом. Однако федеральное законодательство не предусматривает ни порядка, ни случаев предоставления таких отсрочек (рассрочек). По мнению ВАС РФ, к отношениям по изменению сроков уплаты страховых взносов в ГВБФ по аналогии неприменимы положения НК РФ, устанавливающие правила и основания изменения сроков уплаты налоговых платежей (гл. 9), несмотря на схожесть данных правоотношений.
Следует, однако, отметить, что данная проблема сейчас решена