Материал: 4015

В Древней Руси существовали полигамные формы брака. В «Летописи вре-

менных лет», как в Лаврентьевском, так и в Ипатьевском списках, содержится описание обычного семейного права восточных славян и утверждается, что «по-

всеместно существовало многожёнство, некоторые мужчины имели по две и да-

же по три жены»45. Единожёнство образовалось только в христианскую эпоху; в

языческую эпоху господствовало многожёнство46. Классики российской цивили-

стики по-разному оценивали положения закона об установлении принципа мо-

ногамии. К.П. Победоносцев называл данное установление «исключительно-

стью»: тот, кто заключает брак, должен быть свободен от брачных уз47. Г.Ф.

Шершеневич писал: «Вступить в брак может только холостой, вдовый или раз-

ведённый…Наше законодательство в виде общего правила устанавливает для всех моногамию (т. Х, ч.1, ст. 20, 62), в виде исключения допускается многожён-

ство для магометан (т. Х, ч.1, ст. 92 – 97, Улож. О наказ., ст. 1558)…Закон наш предусматривает однако полиандрию (т. Х, ч.1, ст. 82)»48. Д.И. Мейер пояснял: «…если лицо уже состоит в браке, то заключение нового брака не дозволяется.

Из всех религий, существующих в нашем Отечестве, только магометанская ре-

лигия допускает полигамию»49. Последствия заключения второго брака при су-

ществовании первого были таковы: первый брак считали действительным (при согласии оставленного супруга), а второй – незаконным; детей, рождённых от второго (недействительного) брака признавали незаконнорожденными; виновное лицо могли обречь на безбрачие и подвергнуть уголовному наказанию.

Октябрьская Революция 1917 г. не изменила положение кардинально, моно-

гамия по-прежнему являлась основным началом отечественного брачного права.

Однако была предоставлена полная свобода развода, заявление о желании всту-

пить в новый брак предлагали рассматривать как достаточное основание для

45См.: Петров И. В. Государство и право Древней Руси. СПб. : Изд-во Михайлова В. А., 2003. С. 266 –

46См.: Владимирский-Буданов М. Ф. Обзор истории русского права. Ростов н/Дону : Феникс, 1995.

С.417.

47См.: Победоносцев К. П. Курс гражданского права. Ч. II : Права семейственные, наследственные и завещательные. М. : Статут, 2003. С.30.

48Шершеневич Г.Ф. Учебник русского гражданского права (по изданию 1907 г.) М. : СПАРК, 1995.

С.409.

49Мейер Д. И. Русское гражданское право: в 2 ч. по испр.и доп. 8-му изд., 1902. 2-е изд., испр. М. : Ста-

тут, 2000. С.724.

26

расторжения предшествующего брака50. Вместе с тем в законодательстве того периода было установлено иное51. Препятствием к вступлению в новый брак служило не только состояние одного или обоих из желающих вступить в брак в зарегистрированном браке, но и состояние в браке, имевшем силу зарегистриро-

ванного (например, брак, венчанный церковью, или фактическое сожительство).

Указом от 8 июля 1944 г. регистрация брака стала конститутивным элементом брака, и соответственно это отразилось на «законодательной формуле единобра-

чия»52. Последствия нарушения запрета на вступление в брак при наличии дру-

гого зарегистрированного брака – это недействительность, а также уголовная от-

ветственность за двоежёнство и многожёнство (ст. 88 УК РСФСР 1926 г., ст.235

УК РСФСР 1960 г.). В советский период истории России полигамия (только в форме полигинии) квалифицировалась как преступление только на определён-

ных территориях: автономные республики, автономные области и другие мест-

ности РСФСР, где эти общественно опасные деяния являлись пережитками местных обычаев.

Происхождение и законодательное закрепление принципа моногамии в со-

временной доктрине объясняли и объясняют по-разному. Представляется, что все-таки, государство исходит больше из публичных, чем частных интересов.

В.А. Рясенцев утверждал, что в социалистическом обществе основой едино-

брачия, отражающего нравственные взгляды общества на брак, являлась взаим-

ная любовь и привязанность мужчины и женщины53. М.В. Антокольская разъяс-

няет законодательное закрепление принципа моногамии ссылкой на европей-

скую культуру и религиозную традицию54. Л.М. Пчелинцева отмечает, что пред-

ложения об отказе от моногамии и разрешение многожёнства совершенно не-

приемлемы, поскольку противоречат основным началам российского семейного законодательства и традициям русского народа55. А.М. Нечаева рассматривает моногамию как элементарное для цивилизованного общества положение, а так-

50См.: Гойхбарг А. Г. Брачное, семейное и опекунское право. М., 1926. С. 35.

51См.: Кодекс законов об актах гражданского состояния, брачном, семейном и опекунском праве 1918 г. и Кодекс законов о браке, семье и опеке 1926 г.

52Свердлов Г. М. Советское семейное право. М., 1958. С.115.

53См.: Рясенцев В. А. Советское семейное право. М., 1982. С.18.

54См.: Антокольская М. В. Семейное право. М. : Юристъ, 2001. С.114.

55См.: Пчелинцева Л. М. Семейное право России. М. : Норма, 2004. С. 96.

27

же как своеобразное средство охраны здоровья супругов и их потомства56. Н.Н.

Тарусина справедливо замечает, что требование о единобрачии и ранее, и в настоящее время для целого ряда стран далеко не догма и предлагает считаться с иными воззрениями на брак, существующими параллельно с моногамией, и до-

пустить исключения для «соответствующих территорий, а может быть, и в це-

лом национальностей независимо от места их оседлости»57. О.Ю. Ильина пред-

полагает, что запрет на заключение нового брака при пребывании лиц (или од-

ного из них) в другом зарегистрированном браке отвечает, прежде всего, интере-

сам потенциального супруга в новом браке58. Ю.М. Фетюхин происхождение принципа моногамии истолковывает «законом больших чисел», который, по его мнению, проявляется в том, что соотношение новорождённых примерно таково:

на 100 младенцев 51 мальчик и 49 девочек59. Далее, он полагает, что смертность мальчиков выше, в результате к достижению брачного возраста людей мужского и женского пола оказывается примерно одинаковым60. Однако результаты пере-

писи населения показали иное, женское взрослое население России превосходит мужское более чем на 10 млн 61.

В некоторых субъектах Российской Федерации, в частности, в республиках Татарстан, Ингушетия и Чечня, поднимали вопрос о легализации полигамии.

Против подобных установлений выступили широкая общественность и юриди-

ческое сообщество; главным аргументом против узаконения полигамии, было утверждение, что это нарушение прав женщин. Однако данный аргумент неубе-

дителен, поскольку реально незащищёнными остаются именно права женщин,

состоящих в незарегистрированных полигамных союзах. Считается, что времен-

ный или постоянный брак одной женщины исключительно с одним мужчиной – заслуга женщин; утверждается, что многожёнство для женщины являлось унизи-

56См.: Нечаева А. М. Брак, семья, развод. М., 1984. С.10.

57См.: Тарусина Н. Н. Семейное право. М. : Проспект, 2001. С. 55.

58См.: Ильина О. Ю. Брак как форма государственного признания отношений между мужчиной и женщиной // Семейное и жилищное право. 2006. № 4. С. 32.

59См.: Фетюхин Ю. М. Институт брака по новому семейному законодательству Российской Федерации :

дис…канд. юрид. наук. Волгоград, 2000. С.78.

60Там же. С.79.

61hptt://www.perepis2002.ru/

28

тельным62. Однако более унизительно для женщины, в том числе и современной,

это бесправное положение «фактической жены», а в случае рождения внебрач-

ных детей – процедура установления отцовства. Фактическая полигамия – явле-

ние достаточно распространённое для современного российского общества. По-

скольку исторической формой полигамии в России было многожёнство и мало известно многомужество, представляется допустимым предусмотреть именно возможность полигинии. Кроме того, полиандрия может создать проблемы с установлением отцовства. Дозволение полигинии удовлетворяло бы интересам не только мусульманского населения России, но и тех лиц (как мужчин, так и женщин), которые приемлют данную форму брака. Как отмечалось ранее, реаль-

ные отношения многожёнства не так уж и редко встречаются в российском об-

ществе.

Целесообразно установить полигамию как дозволение оформления брачных отношений при соблюдении определённых условий. Первое – это материальные возможности мужчины, его способность в равной степени достойно содержать своих жён и детей. Второе – это согласие женщин на состояние в многожёнстве,

т.к. добровольность на вступление в брак ещё никто не отменял, по-прежнему это основное условие для заключения брака.

Для России допустимость полигамии явилась бы эффективным средством разрешения ряда социальных проблем современного общества. Во-первых, спо-

собствовала бы провозглашённой всемерной охране семьи, поскольку фактиче-

ски полигамия существует, однако государство, безразлично относясь к положе-

нию женщин, состоящих в таких «браках», делает абсолютно юридически неза-

щищённым положение «вторых» («третьих» и т.д.) фактических жен, закон за-

щищает только права внебрачных детей, рождённых, в том числе и от такого сожительства, но принудительная процедура установления отцовства при этом слишком сложная. Во-вторых, решила бы вопрос гендерного перекоса, посколь-

ку численность мужского населения брачного возраста значительно меньше

62 См., например: Энгельс Ф. Происхождение семьи, частной собственности и государства // Маркс К., Энгельс Ф. Соч. Т.21; Голод С. И. Семья и брак: историко-социологический анализ. СПб., 1998; Черняк Е. М. Социология семьи. М., 2003.

29

численности женского населения. В-третьих, способствовала бы преодолению демографического кризиса.

Встречаются в юридической литературе высказывания в поддержку поли-

гамии. Так, О.Ю. Ильина отмечает трансформацию брачно-семейных отноше-

ний, модернизацию моделей брака и семьи, что, с её точки зрения, вызывает объективную необходимость изменения метода государственно-правового регу-

лирования семейных отношений путём изменения соотношения императивных и диспозитивных семейно-правовых норм в пользу преобладания последних и, в

частности, по вопросу допустимости такой формы брака, как полигамия63.

Интересен мировой опыт по вопросу о моногамии и полигамии как формах брака.

Полигамия с древнейших времен была распространена у многих народов.

Так, в Древнем Риме установление единобрачия сопровождалось сохранением института конкубината и появлением проституции64. Средневековая Западная Европа официально допускала полигамию. В Германии после тридцатилетней войны численность жителей сократилась на 12 – 13 млн, поскольку Священная Римская Империя нуждалась в восстановлении мужского населения, было уза-

конено двоежёнство65.

Современное мусульманское право признаёт полигинию. Ислам возникно-

вение многожёнства объясняет социальными причинами, ведение войн вело к дисбалансу мужского и женского населения, исходя из сложившегося соотноше-

ния, воинам разрешалось брать в жёны не более четырёх женщин, что впослед-

ствии было закреплено в талмуде.

По нормам шариата реализация права мужчины-мусульманина на второй,

третий и четвёртый брак возможна при строго определённых условиях:

согласие жены (жён) на заключение мужчиной нового брака; женщина,

желающая быть единственной женой своего мужа, может настоять на вне-

сение соответствующей записи в свой брачный контракт;

63См.: Ильина О. Ю. Частные и публичные интересы в семейном праве Российской Федерации : автореф. дис…канд. юрид. наук. М., 2006. С.36.

64См.: Новицкий И. Б. Римское право. М.,1995. С.63.

65См.: Гойхбарг А. Г. Сравнительное семейное право. М., 1927. С.22.

30