Приложение Ж
РУССКИЕ ПОСЕЛЕНИЯ НА НИЖНЕМ АМУРЕ (XVII в.)
На протяжении ряда лет Приамурское географическое общество проводит экспедиции, тема которых связана с деятельностью казаков-землепроходцев XVII века. Так ещё в 1978 – 1979 годы и в 1982 году учёный секретарь общества А. А. Степанов организовывал совместно с Институтом истории, филологии и философии (Новосибирск) археологические экспедиции по определению местонахождения Ачанского городка. В 1988 году В. А. Тураевым была проведена реконструкция части маршрута И. Ю. Москвитина на реке Улье. В 1989 году автор данной публикации возглавил экспедицию на парусной шлюпке по моделированию похода отряда В. Пояркова от устья Уссури до Амурского лимана, с определением его зимовки в устье Амура.
В 1991 году наш отряд провёл разведочные работы на реке Амгунь по определению местонахождения Дукинского зимовья и Усть-Немиленского острога. В сентябре 2002 года Приамурское географическое общество совместно с Институтом водных и зкологических проблем организовало комплексную разведку в протоке Серебряной в районе современного села Ачан. Целью наших работ было обследование предполагаемого места зимовки Хабарова в 1651 — 1652 году, как считал А. А. Степанов. В 2005 году автор провёл археологическую разведку (Открытый лист № 335, форма 1) в районе сёл Нижние Халбы и Нижняя Гавань, на выявление памятников материальной культуры землепроходцев.
В статье «Известная челобитная С. В. Полякова 1653 г. и её значение для археологов Приамурья» исследователь истории Дальнего Востока Б. П. Полевой подчеркнул, что археологам, изучающим русские поселения XVII века, необходимо, прежде всего хорошо знать все письменные источники этой эпохи. Стоит добавить, что необходим и детальный анализ этих источников-«отписок», основанный на изучении географических карт, гидрологических характеристик рек, особенностей рельефа и его оценка, особенно при определении мест зимовок.
Впервые такую работу провёл археолог Ю. М. Васильев в работе «Где искать Ачанский острог?». Затем эта тема была конкретизирована доктором географических наук А. Н. Махиновым в статье «О местонахождении Ачанского городка Е. П. Хабарова в нижнем течении реки Амур (1651 – 1652)». Учёный методом наложения графика движения отряда Хабарова, изложенного в отписке Хабарова якутскому воеводе Францбекову, на карту Амура, определил место зимовки землепроходцев — село Нижние Халбы Комсомольского района.
Автор соглашается с упомянутыми специалистами с их трактовкой о местонахождении Ачанского городка и подкрепляет их выводы новыми деталями, открывшимися при изучении документов XVII века и в ходе археологической разведки
101
2005 года.
Прежде всего к русским поселениям XVII века на Нижнем Амуре мы относим места зимовок отрядов Е. П. Хабарова (1651 – 52) и О. Степанова (Кузнеца) (1655 – 56).
Местонахождение с. Нижние Халбы (Ачанский городок). Национальное село Нижние Халбы (нанайцы) расположено у впадения реки Горин (левый приток) в Амур, на обширном песчано-гравийном мысу. Строения села находятся в 300 метрах от берега Амура. С юга между урезом воды и постройками пролегает песчаный вал до трёх метров высоты. По наблюдениям местных жителей он разрушается, чему способствует забор песка на хозяйственные нужды и эоловые процессы.
Вот некоторые факты (использованные нами при моделировании событий, связанных с основанием Ачанского городка) из документов XVII века: распросные речи письменного головы Василия Пояркова (1646) и отписка (1652) Е. П. Хабарова якутскому воеводе Д. А. Францбекову
Ерофей Хабаров в этом письменном памятнике в Якутский острог отметил: «...стоит на правой стороне на каменю (Малмыжский утёс) улус, велик горазно. И с того места люди пошли имя ачаны. И с того места и до моря место не пашено, и скота нет, а живут все рыбою...». Здесь Хабаров предков нанайцев, называет ачанами, а также выявляет их культурно-хозяйственную специализацию («место не пашено, и скота нет, а живут все рыбою»). У Василия Пояркова этот народ – натки («...А по Амуру живут дючеры же пашенные.. а натками плыл до гиляков 2 недели...). Эти два источника согласуются с традиционной ландшафтно-хозяйственной зоной для «наток не пашенных», которая начинается от горного пережима Амура по линии мыс Оджал — утёс Малмыж .
Рассмотрим вопрос расселения рода Одзял (Узал-Узала). Вероятно, мыс Оджал на Серебряной протоке близ села Ачан (бывшее Болонь) являлся родовой святыней и определял центральное географическое положение рода. Также, возможно, ОдзялОджал (в русифицированном звучании — Ачан) был самым влиятельным родом на этой территории в XVII веке, и влияние его распространялось на другие роды ниже по течению Амура.
Другая версия происхождения термина «ачан». Слово «ачан» с нанайского переводится как: 1) место впадения одной реки в другую; 2) место встречи. В этой ландшафтно-хозяйственной зоне, русло Амура, которое является основной природной осью расселения нанайцев, принимает в себя течение крупного левобережного притока – реки Горин.
Такое место встречи двух рек — Горина и Амура происходит у села Нижние Халбы. «Ачанцами» могли называть себя «нижние натки» (нанайцы, ульчи), которые проживали в районе впадения реки Горин в Амур. Из этого следует, что название родовплемён и, возможно, улуса, стоящего в месте впадения Горина в Амур, стало исходным
102
для названия русского городка — Ачанский острог. Надо заметить, что в маньчжурских источниках место столкновения маньчжуров с русскими (1652) именуется селением Учжала.
Теперь, определив место зимовки отряда Е. П. Хабарова, выясним, возводили ли «служилые и волные казаки» острожные постройки. По тексту Хабарова: «...И сентября в 29 день наплыли на улус на левой стороне, улус велик. И яз приказной Ярофейко, и служилые и волные казаки посоветовали, и в том улусе усоветовали зимовать. И тут город поставили, и с судов выбрались в город...».
«Улус велик» – значит отряд высадился на обжитый берег и, можно предположить, изгнал насельников из улуса. Оставалось только огородить место зимовки: «и тут город поставили». Как мы видим, речь идёт только о городьбе улуса. О других строительных работах Хабаров в своей отписке не говорит. Это подтверждается и в тексте челобитной (6 сентября 1653 г.) С. В. Полякова: «...И как доплыл до Ачансково улуса и тут в улусе стал и почал он, Ярофей, зимовать, ни поставя ни острогу, ни крепости. И тут мало наших голов не потерял и твою государевы казны, а пушкам ни роскатов, ни быков не поставил, а поставил среди улицы просто...».
Сравнение рельефа на территории современного села с описанием местности древнего городка, сделанное Хабаровым, дало некоторые совпадения и позволило частично реконструировать осаду городка. В частности, в его отписке в двух случаях упоминается о действиях неприятеля: в одном (8 октября 1651 г.) – « из прикрыта напустили», в другом (24 марта 1652 г.) – «ударила сила из прикрыта». Выше было сказано, что с южной стороны, между урезом воды и селом, протянулся песчаный вал до 300 м длины. За этим валом, вероятно, и «накапливался» незаметно ночью враг, прежде чем на заре напасть на казаков.
Отдельные артефакты этих событий (каменное ядро, два металлических наконечника стрел и боевой топор-чекан) хранятся в местном школьном музее. Они найдены в разное время на песчаном валу. Эти предметы могли принадлежать как казакам-землепроходцам, так и воинам маньчжурского войска, штурмовавшим острог.
Перед первым нападением дючеров и ачанов на городок 5 октября 1651 года Хабаров снарядил сто человек на двух судах («и парусы вверх бегали») для заготовки рыбы. Вернулись заготовщики через пять дней. За это время неприятель силою около тысячи человек, двигаясь с верховий Амура, напал на Ачанский улус. Как же получилось, что два отряда не встретились? А может потому, что командированные ушли в другую сторону из-за своих разбойных действий накануне? В тексте Хабарова: «... И от того улусу (мыс Малмыж) плыли двои сутки. И тут стали проходить улусы юрт по сту. И как к улусу в стругах приедем, и они на берег вскочили, и из стругов с нами дерутся. И Божиею милостию и государским счастьем, тех многих людей побили...».
Можно предположить, что в ряды движущегося на Ачанский городок войска
103
вливались силы из тех улусов, которые хабаровцы проходили за два дня перед остановкой на зимовку. После этих событий сотня казаков «вверх бегала», но думается не в сторону разорённых ими улусов, а вверх по течению реки Горин. «...И ходили в тот поход пять дней. И те свои суды в тех улусах в двух нагрузили...». Один из этих улусов, наверняка, современное селение Бичи в нижнем течении Горина.
Перед установлением льда с верховий горно-таёжных рек в Амур для зимовки «скатывается» рыба, которая во множестве скапливается перед замедленным течением Амура. В это время года обычно местными жителями в устьевой зоне горных рек проводился массовый лов рыбы.
Дополнительные сведения о местонахождении Ачанского острога даёт анализ близлежащей топонимики. По этому поводу приведу часть текста из отписки Хабарова: «...И ноября в 28 день подсмотрели холопи государевы, служилые люди и волные охочие казаки, иноверские дороги санные, и ездят на собаках. И подсмотря те дороги, и мне, Ярофейку, сказали. И аз, Ярофейко, посылал служилых и волных охочих людей сто двадцать человек. Шли день и подошли сакму... И тут Божиею милостию и государским счастьем, (поймали) добрых людей, ачанского князя Кечи двух братьев и ясырь, а иных улуских мужиков многих побили. И из того походу в город с теми мужиками и с языки пришли на третий день. И тот Кеча под братей своих ясак, поминочные соболи (дал)...».
В 12 – 15 км ниже села Нижние Халбы в Амур впадают две речушки: на левом берегу — Гяча; на правом — Гяченская, причём берущая своё начало с горы Гяча Южная. Слово «гяча» в переводе с нанайского означает «зарубка». Можно предположить, что географические объекты (особенно устойчивы во времени гидронимы) с названием «Гяча» сохранились от имени ачанского князя Гяча, местопребывание которого в прошлом эти гидронимы и определяют. В интерпретации казаков и самого Хабарова имя князя прозвучало, как «Кеча».
Реальное расстояние (по льду, снегу и, возможно, ещё некрепкому льду), которое мог пройти отряд (120 чел.) за световой день составляет 10 – 15 км. А это соотносится с текстом отписки: «и из того походу в город с теми мужиками и с языки пришли на третий день». День ушёл на дорогу в район упомянутых речушек, другой — на поимку «ачанского князя Кеча двух братьев», третий потрачен на возвращение в «город».
На вероятное нахождение Ачанского городка именно на территории села Нижние Халбы указывает ещё один факт. В 90-х годах в этом селе работала археолог из г. Комсомольска-на-Амуре З. С. Лапшина, которая в береговой террасе на юго-западе села среди предметов древнего нанайского жилища обнаружила наперсную медную икону XVII века. Иконка (находится в Комсомольском городском краеведческом музее) сохранилась во фрагментарном состоянии и определить, кто из святых изображён на ней, не представляется возможным. Без сомнения, этот предмет принадлежал одному из зимовщиков.
104
В 1652 году Е. П. Хабаров и его спутники впервые в Приамурье одержали важную победу над внешним врагом. Поэтому уже давно историки стремились определить точно, где же произошли эти исторические события. По этому поводу были высказаны различные гипотезы, в том числе и наша. Мы понимаем, что трудно найти на территории современного села следы материальной культуры землепроходцев, однако есть надежда, что со временем может обнаружиться захоронение одиннадцати казаков, погибших при обороне острога.
Местонахождение урочище Гери (Косогирский острог). Урочище Гери находится на правом берегу Амура в 8 км ниже села Нижняя Гавань, у северной оконечности горы Пушю (высота 567 м). Рядом размещается прибрежное озеро Гери, которое протокой соединено с Амуром.
Национальное село (нивхи, ульчи) Гери-Хери прекратило существование в 60-е годы XX столетия. По сведениям информатора из села Богородского Ивана Родни, от селения Гери в прошлом начиналась вьючная тропа, которая вела на побережье Амурского лимана, к устью реки Тыми. Этой тропой пользовались торговцы, доставлявшие грузы к лиману и обратно — на Амур. Ходил этим путём с товаром в начале XX века и дед Ивана Родни.
Располагалось селение на береговой террасе, сложенной из валунов. При осмотре из-за густой травяной растительности, поднявшейся на месте сгоревшего леса, рельефные признаки строений не выявлены, не говоря уже о предметах быта.
Наша реконструкция по определению местонахождения Косогирского острога сделана по отписке Степанова (22 июня 1656 г.) якутскому воеводе М. С. Лодыженскому.
Приказным человеком вместо Хабарова на Амуре в конце 1653 года был назначен Онофрий Степанов (Кузнец). Во время «хождения» Степанова со «служилыми людьми» по Амуру зиму 1655 – 1656 года они провели в Косогирском остроге. В своей челобитной он излагает: «...И сплыл он, Фёдор Пущин, на низ в Гиляцкую землю со мною, Онофрейком, и с служилыми людьми вместе. И как буду я, Онофрейко, на рубежу Гиляцкие земли...». Произошло это осенью 1655 года, когда встал вопрос зимовки. По сведениям учёного Л. Я. Штеренберга, на Амуре в конце XIX века границей (рубежом) проживания гиляков (нивхов) и ульчей было селение Гери, и она, по его сведениям, не менялась к тому времени, по крайней мере, триста лет.
Название острога мы узнаём далее из отписки: «... река прошла, и тот Фёдор Пущин хотел идти из Косогирского зимовья на море, не ведаю куда. И я, Онофрейко, его, Фёдора, с служивыми людьми в Косогирском остроге задержал и не отпустил...».
Доказательство того, что Косогирский острог был поставлен именно здесь, «на рубежу гиляцкой земли», мы также находим в ясачной книге О. Степанова. Ясак собирался не только на Амуре, но и на Сахалине. Попасть туда можно было кроме
105